Иноземцев Виталий Владимирович

А как быть с наукой под названием генетика? Она что нам говорит на счёт русских. Потверждает ли она ваши революционные выводы?

У вас есть мера, что бы измерить тяжесть богохульства? Отчего вы считаете, что поступок "не соизмерим"? В стране, где было разрушено четыре пятых храмов, где сажали и расстреливали за веру и служение этой вере почти целый век, разве можно умалять действия против церкви, от кого бы они не исходили и чем бы они не мотивировались?
В двадцатом веке разве что евреи подвергались таким же тотальным гонениям, как русская церковь, но со времен холокоста в сторону евреев даже посмотреть косо - уже предосудительно, а в сторону русской церкви можно что угодно и тебе ничего не будет! Так что ли?
Вот я и спрашиваю - каков ваш критерий соразмерности публичного богохульства и наказания за него?

Лично мне хватило и того, что за них Путин извинился. Для большинства верующих, уверен, хватило бы и того, что они бы извинились на камеру. Публичное подметание мусора я лично считаю неприемлемым, ибо не люблю публичных унижений людей кем бы и какими бы они ни были.

Но есть одна проблема - тенденция. Некий "авдей" публично оплевывал и рубил топором православные иконы, и когда запахло жареным - демократическая общественность кинулась его защищать. Некие "художники" устроили вернисаж произведений в которых они глумились над священными для христиан символами и опять демократическая общественность встала стеной на их защиту...
Иными словами - где бы не происходило подобное, там всегда появлялись люди, которые не считают подобные нападения виной, т.е. формируют определенное отношение к проблеме вообще.
Пьяные педерасты на праздновании дня города в Питере устроили бардак на паперти католического храма Св. Екатерины, отпинали женщин, которые вышли с требованием прекратить безобразие - демократическая общественность безмолвствовала! Почему же ни кто не требовал защитить тех женщин, но тут вдруг возбудился ради этих? Потому ли, что те, первые, против Путина не агитировали, они просто хотели спокойно молиться в своем храме, а вторые как раз агитировали и опять таки - мешали молится другим, совершая кощунственные действия у всех на глазах?!
Вот в чем заковыка - нельзя дальше продолжать эту дурную бесконечность. Если общество считает возможным ради борьбы за "гражданские права" попирать эти самые гражданские права, то грош цена такой борьбе, грош цена всем этим выходкам и массовым болотным страданиям - они не за свободу, не за права, они просто против определенного человека под предлогом прав и свобод. Против Путина. А остальное - словесная шелуха.
Значит, как бы нам не хотелось быть гуманными и милосердными - но когда-то нужно пресекать эту тенденцию, что бы вместо хулиганов некогда не появился кто-то более серьезный, кто ради политического заявления, акции устроит что нить эдакое, от чего всем захорошеет, но что либо предпринимать будет уже поздно.

Еще раз - не пытайтесь оперировать теми отрывочными понятиями, которые у вас есть. У вас это не получается. Разводить в теме про хулиганство богословские споры не считаю нужным. Возражать на ваши бредовые предположения считаю ниже своего человеческого достоинства. И, наконец, вы меня убедили - нам не о чем разговаривать.

Счастливо оставаться.

Скажите, каково это обращаться к другому государству за помощью в политической борьбе внутри своего государства? - Вы никогда не чувствовали себя Ильичом в пломбированном вагоне?

Скажите, почему Вы живете в России полагая, что это враждебное Грузии государство?

После гражданской войны во вновь образованной УССР проводилась политика "украинизации" всех неукраинских элементов - в Таврии, в национальных деревнях, например, в болгарских и немецких (где и по русски-то разговаривали с пятого на десятое) в школах заставляли учить "родной" украинский язык (в дополнение к русскому и иностранному).

Так вот, приватизация "голодомора", по всей видимости - из той же серии: Украина, это родина хохлов, а все остальные - гэть видселя!

...Что, конечно же печально, ибо в 20-м веке погибла уникальная южнорусская субкультура, где "вавилонское столпотворение" народов и языков дало интереснейшие всходы. Мы то знаем теперь только об Одессе, и то потому, что Одесса, это город, его культуру труднее разрушить, чем хрупкую сельскую культуру.

А голодомор косил всех, и украинцев не более того процента, что жили в тех местах, а он был не так уж и велик.