Временно обязанный

время выхода в эфир — чт., после 23 часов

Ведущие:: Владимир Платонов председатель Московской Городской Думы

Ирина Воробьева журналист «Эхо Москвы»

Обычная версия

эфир

02.09.2010 23:10

Временно обязанный : После дымного лета...

Ведущие:: Марина Королева зам главного редактора р/с "Эхо Москвы"

Владимир Платонов председатель Московской Городской Думы

После дымного лета...

М. КОРОЛЕВА: 23 часа 8 минут в Москве. Всем еще раз добрый вечер. Марина Королева здесь, Владимир Платонов тоже здесь. Владимир Михайлович, добрый вечер.

В. ПЛАТОНОВ: Добрый вечер.

М. КОРОЛЕВА: Ну вот, после некоторого перерыва, после отпусков, лет и так далее программа «Временно обязанный» снова на своем месте, по четвергам после 23 часов. И Владимир Платонов будет отвечать, в том числе, и на ваши вопросы, если вы их пришлете по СМС +7(985)9704545. В конце программы, это ближе к середине часа, нам может понадобиться телефон прямого эфира, есть у нас такая рубрика «Три вопроса Владимиру Платонову», тогда этот телефон будет 363-36-59. Но это чуть позже. Тема у нас сегодня такая, даже без знаков вопроса, такая задумчивая тема – «После дымного лета». Ну, наверное, москвичам в особенности, а также жителям многих других регионов не нужно объяснять, что было у нас этим летом и каким оно у нас было. Пожалуй, такой важный вопрос, Владимир Михайлович. Вы вот кем в данном случае были? Свидетелем? Наблюдателем? Участником? В каком качестве видели вот это вот московское лето?

В. ПЛАТОНОВ: До 26-го я был в Москве, потом я отсутствовал 10 дней, я был с ребенком на отдыхе, папин отдых был. И потом уже 10-го числа я вернулся и был в Москве…

М. КОРОЛЕВА: Ну, то есть 10-го это еще было то время, когда еще можно было увидеть.

В. ПЛАТОНОВ: Да, дым еще я застал, но дело в том, что я был в курсе всего происходящего, я общался по телефону и с Юрием Михайловичем, я общался со средствами массовой информации по телефону. Я был в курсе всего происходящего. Ну и жена с дочкой, они уже были в Москве, я их поменял, они приехали в Москву. Они даже фотографии мне присылали, как все страшно выглядит.

М. КОРОЛЕВА: То есть это было не чрезвычайное возвращение из отпуска такое, не досрочное, это было, в общем, плановое возвращение из отпуска 10 августа?

В. ПЛАТОНОВ: Ну, отпуск-то продолжался гораздо больше. Нет, я просто вернулся пораньше.

М. КОРОЛЕВА: То есть вас не вызывали сюда, не призывали?

В. ПЛАТОНОВ: Дело в том, что в вызове не было никакой необходимости. Дело в том, что есть исполнительная ветвь власти, есть законодательная ветвь власти. Вот если возьмем в регионах, то, например, Московская областная дума за это время дважды проводила внеочередное заседание. Они выделяли дополнительные средства на тушение пожаров, на оказание помощи. В Москве немножечко по-другому: утверждая бюджет города, мы утвердили резервный фонд мэра. И поэтому здесь помощь депутатов Московской городской думы мэру не нужна была, он распорядился резервным фондом. И были оттуда взяты деньги, которые использовались на защиту москвичей от вот этой такой страшной ситуации, которая произошла.

М. КОРОЛЕВА: То есть вам не кажется, что была необходимость в каком-то чрезвычайном созыве Мосгордумы?

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, если бы это нужно было и это способствовало бы изменению ситуацию в лучшую сторону, мы бы даже не разъезжались и каждый день бы заседали. Но в этом никакой необходимости не было, и службы все городские, они работали. Жалко, что об этом было очень мало информации, даже больше фантазии на эту тему было. Но я думаю, что анализ ситуации, происходящей во всех регионах, обязательно будет и по линии исполнительной власти. И сейчас в Московской городской думе мы проводим слушания. Далее мы…

М. КОРОЛЕВА: Слушания какого рода?

В. ПЛАТОНОВ: А слушания – вот именно действия властей. И на будущее какие нужны изменения действующего законодательства, что еще нужно сделать властям, чтобы, не дай бог, если через какое-то время это произойдет, ну чтобы не было вот таких тяжких последствий даже в засушливое лето.

М. КОРОЛЕВА: Ну вот смотрите, такой вопрос, который возникал тут и у многих наших слушателей. Я его сегодня тоже задавала, кстати, Геннадию Онищенко, главе Роспотребнадзора. Вот разве ситуация в Москве не была настолько чрезвычайной, особенно в течение недели, когда одновременно была жара и был дым? Вот разве эту ситуацию нельзя было назвать чрезвычайной? Почему не была объявлена чрезвычайная ситуация в Москве? Не в Подмосковье, где во многих районах был режим чрезвычайной ситуации, а в Москве?

В. ПЛАТОНОВ: Дело в том, что это не соответствует законодательству. Есть режим чрезвычайной ситуации, он вводится только в тех случаях и с целью для того, чтобы устранить эту чрезвычайную ситуацию в этом данном районе. Все те пожары, которые возникали за эти дни в Москве - они возникали, они всегда возникают, - они были моментально локализованы и уничтожены. И весь дым, который приходил и был в Москве, он был из Московской области, он был из других областей, из других регионов. И мы, кстати, выделяли технику, людей. Вот только с 26-го по 15 августа, кроме подразделений МЧС, которое не подчиняется городским властям, но с территории Москвы были направлены значительные силы. И только комплекс городского хозяйства направил 267 человек и 205 единиц поливочных машин, 5 единиц инженерной техники, 5 специальных автомобилей, и даже был подготовлен один поезд, железнодорожный состав противопожарный использовался для тушения пожаров. Это Москва направила эти силы в другие регионы. И действительно помогали. И уж не беру другую помощь, которая была оказана.

М. КОРОЛЕВА: Это понятно, это все понятно, Владимир Михайлович. Это понятно. Речь идет действительно о помощи другим регионам, где должны были тушиться вот эти самые очаги пожаров, которые задымляли Москву. Но в самой Москве в это время творился настоящий ад. В транспорте, в метро, на улицах, в офисах, в домах москвичей было жарко, было дымно. А все-таки это мегаполис, огромный город, больше 10 миллионов.

В. ПЛАТОНОВ: Вы понимаете, в чем дело? Даже без введения вот этого режима чрезвычайной ситуации городские власти работали в чрезвычайном режиме. Это были и службы 03, это и социальные службы. Были организованы специальные пункты, куда приходили люди, где оказывалась помощь. Были около станций метро оборудованы специально машины «скорой помощи», которые оказывали помощь. Была раздача бесплатно воды. В кинотеатрах были организованы на весь день бесплатные сеансы, куда люди могли приходить и смотреть фильм, и там воздух очищался, были установлены кондиционеры.

М. КОРОЛЕВА: Владимир Михайлович, это где?

В. ПЛАТОНОВ: Это в Москве.

М. КОРОЛЕВА: Нет, просто у нас тоже многие корреспонденты ходили смотреть вот эти самые пункты, и я знаю несколько адресов недалеко от своего дома, которые указывались в этом списке. Это просто на самом деле вот это помещение СОБЕСа, и я сама ходила туда специально, я проходила мимо, чтобы зайти посмотреть, как это все оборудовано. Ничего, кроме вентиляторов и, пожалуй, кулера с водой, там не появилось.

В. ПЛАТОНОВ: Вентиляторы, вода, потом медицинская помощь оказывалась.

М. КОРОЛЕВА: А вот насчет просмотра кинофильмов и кондиционированных помещений, это, мне кажется, где-то на уровне фантастики. Другое дело, я знаю, что люди ходили в торговые центры.

В. ПЛАТОНОВ: Это не во всех кинотеатрах. Я готов вам представить точную информацию, в каких кинотеатрах это было оборудовано. И в музеях, и в Пушкинском музее, и в ряде других музеев это действительно организовывалось. Потому что вот во вновь построенных зданиях существует хорошая система кондиционирования воздуха и охлаждения воздуха.

М. КОРОЛЕВА: Ну, кстати, мне-то говорили про Третьяковку, что там прекрасная система кондиционирования, как выяснилось, и многие там спасались в это время. Вот что касается Пушкинского музея, там с кондиционированием не очень хорошо.

В. ПЛАТОНОВ: Не в Музее имени Александра Сергеевича Пушкина, а в Пушкинском музее, который…

М. КОРОЛЕВА: Который Музей Пушкина именно, да?

В. ПЛАТОНОВ: Да, музей Пушкина.

М. КОРОЛЕВА: Ну вот смотрите, давайте я вам прочитаю тут как раз вопрос, который пришел на сайт от пенсионера из Чикаго: «В 95-м году в Чикаго стояла невероятная жара. Кондиционерами были оборудованы не все жилые помещения. Власти начали немедленно автобусами на день перевозить пожилых людей в кондиционированные помещения. Началась бесплатная раздача малоимущим и неимущим гражданам вентиляторов и кондиционеров. Смертность граждан была все равно в несколько раз выше обычной. Раздача и установка бесплатно кондиционеров неимущим продолжается и сегодня. Кроме того, этой категории граждан выделяются субсидии 150 долларов на оплату электроэнергии в летнее время, потому что это действительно тоже серьезный момент. А что собираются делать московские власти?».

В. ПЛАТОНОВ: Дело в том, что можно было бы отшутиться, что мы - не Чикаго. Но я просто хочу напомнить, что Чикаго находится на широте Ташкента. И Москва и Ташкент, ну они немного в других климатических поясах находятся. И действительно, Чикаго, оно более готово к такой жаре. В Москве никогда… в общем, климат побил все рекорды.

М. КОРОЛЕВА: Ну, нам говорили, да: раз в 5000 лет.

В. ПЛАТОНОВ: Ну это действительно так, это действительно так. И не может город обеспечивать, готовиться, иметь все необходимые службы, к таким катаклизмам, которые происходят раз в тысячу лет.

М. КОРОЛЕВА: А вдруг…

В. ПЛАТОНОВ: Секундочку, вот для этого «вдруг» за те дни, которые были, ряд мероприятий был сделан властями. Далее, я гарантирую, что вот эта обязательно ситуация будет изучена, она сейчас уже изучается, и по линии исполнительной власти. И мы обязательно проводим, я говорил уже, слушания в Московской городской думе. Далее, мы договорились с нашими коллегами-законодателями из регионов, там есть такие важнейшие составляющие. Первое – это надо вносить изменения в законодательство.

М. КОРОЛЕВА: Какие?

В. ПЛАТОНОВ: Ну, хотя бы Лесной кодекс. Когда принимали Лесной кодекс несколько в новой редакции, мы не были сторонниками принятия этого документа, и жизнь подтвердила, что поспешное его принятие ни к чему хорошему не привело, и оказались территории как бы бесхозные. Не вовремя установлен пожар, не вовремя направлены люди для тушения пожаров. Второе – вы знаете, что пожарная служба всегда была муниципального уровня. Вот поселок, и люди между собой договариваются гасить пожар всем миром, потом помогать всем миром и службы всегда пожарные были муниципальные. Изменилось федеральное законодательство, и это исключительно федеральная структура власти, не подчиняющаяся городским властям. У них свои задачи, свои планы, свои какие-то идеи. Мы высказывались в свое время против вот такой централизации, объясняли. И вот жизнь лишний раз показала… Ну, Москвы это особенно не коснулось, мы нашли возможность - и помогаем пожарным службам, и система оповещения своевременно работает. А в других регионах это действительно проблема, когда населенные пункты полностью лишены возможности тушить пожары. Несвоевременное тушение пожаров приводит к значительному увеличению площадей пожаров.

М. КОРОЛЕВА: Ну это мы с вами немножко в сторону от Москвы ушли, Владимир Михайлович. Просто дело в том, что действительно у регионов, и даже у соседних с Москвой, у них свои проблемы, которые, конечно же, напрямую Москвы касаются вот в такой ситуации. Но и у нас тоже, когда мы оказываемся заложниками того, что произошло, нам ведь нужно понять, что нам дальше делать. Потому что, с одной стороны, мы можем разбирать итоги того, что произошло. Но ведь нужно смотреть вперед.

В. ПЛАТОНОВ: Да, я объясню. Вы понимаете, даже технические условия ввода здания в эксплуатацию никогда не были рассчитаны на эту экстремальную ситуацию. Взять метро. В метро система работает, технические параметры – это в определенное время несколько раз воздух полностью поступает новый. И вот это все работало. Но воздух уже направлялся тот с улицы, который был такой отравленный. Это даже технически не было…

М. КОРОЛЕВА: А, простите, вагоны без кондиционеров?..

В. ПЛАТОНОВ: Ну, вагоны без кондиционеров, то же самое автобусы без кондиционеров.

М. КОРОЛЕВА: Автобусы, да.

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, что все время автобусы у нас работали на обогрев. И даже иногда вот летом не всегда выключали. Но сейчас немного полегче, выключается это. А ни один автобус, ни одно транспортное средство не предназначено для такой ситуации. То есть почему я говорю, что здесь задача парламентариев – это менять технические параметры той техники, которая используется.

М. КОРОЛЕВА: А это дело парламентариев?

В. ПЛАТОНОВ: Это должна быть обязательно, как минимум, инициатива парламентариев. Ну и контроль, то же самое, со стороны парламентариев. Вот мы сейчас уже готовим поправки и в лесное законодательство. И надо серьезно обсуждать вот пожарные службы, на каком уровне они должны работать. Я считаю, что они должны быть максимально приближены к гражданам, и необходимо возрождать систему вот такой добровольной пожарной помощи. Всегда были организованы, да на всех предприятиях до сих пор есть - за противопожарное состояние ответственно такое-то и такое-то лицо. Ну, если все это формально соблюдать, если, не дай бог, когда-то что-то происходит, то никто не погибнет. Потому что пожарные выходы открыты, они не завалены мусором, какие-то пожароопасные материалы хранятся надлежащим образом. А когда этого нет, то вот и происходят несчастья с тяжкими последствиями.

М. КОРОЛЕВА: Владимир Платонов, председатель Мосгордумы, в программе «Временно обязанный». +7(985)9704545 – телефон для ваших вопросов Владимиру Платонову. Мы говорим об итогах этого дымного лета – лета 2010 года. Смотрите, здесь несколько вопросов, которые касаются смертности в это время. Ну вот, например: «Ваш комментарий прозвучавших фраз о переполненных моргах в период задымления». «Кто отдал преступный устный приказ врачам во время коллапса в Москве не ставит диагнозы «тепловой удар»?». Действительно, в Интернете много такой информации было. Просто даже вот объявления можно было увидеть в больницах.

В. ПЛАТОНОВ: Понимаете, в чем дело? Это обязательно будет предметом рассмотрения.

М. КОРОЛЕВА: Да, разбираться-то будете с этим?

В. ПЛАТОНОВ: Но вы знаете, когда во время гриппа не говорят, что это грипп, не ставят такой диагноз, мне кажется, это несчастье нашей системы из-за того, что у нас все учитывается – эпидемия, какие меры принимать, кого наказывать. Но я обращу внимание на самое главное: кому-нибудь было отказано в оказании медицинской помощи? Чтобы подходили и говорили: «Вы знаете, у вас не тепловой удар, вы дальше идите, живите». Всем людям, обращавшимся за медицинской помощью, была оказана медицинская помощь. А почему были какие-то…

М. КОРОЛЕВА: Ну сообщалось, что пенсионеров часто не госпитализировали, пожилых людей, потому что не ставили диагноз «тепловой удар». Оставляли дома, давали таблеточки, укол делали…

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, в чем дело? Наверное, мы все знаем, какие действия нужно предпринимать при тепловом ударе. И госпитализация, насколько она могла помочь… это же врач определяет, какая помощь нужна данному человеку.

М. КОРОЛЕВА: Ну если врачу сказали не ставить диагноз «тепловой удар»?

В. ПЛАТОНОВ: Я еще раз говорю, это надо выяснять, почему, кто дал такие распоряжения. Но я уверен, что это не для того, чтобы отказывать гражданам в оказании медицинской помощи. И такой информации о том, что гражданам отказывалось в медицинской помощи, ее нет.

М. КОРОЛЕВА: «Почему не эвакуировали рожениц, младенцев?» - есть вот вопрос по СМС.

В. ПЛАТОНОВ: Значит, в больницах, у нас буквально несколько родильных домов, где нет системы кондиционирования, была установлена дополнительная техника. О каких-то случаях смертельных исходов, увеличения смертности в родильных домах нет информации. Хочу вам сказать, что городские власти честно сообщали о том, что действительно смертность в городе повысилась, даже возник спор с федеральными…

М. КОРОЛЕВА: Ну, не сразу сообщали, да…

В. ПЛАТОНОВ: Нет, городские власти об этом сообщили честно и сразу.

М. КОРОЛЕВА: Городские – да. Но Минздрав опровергал, да.

В. ПЛАТОНОВ: И стали принимать все необходимые меры. Наверное, не было такого уровня, чтобы вот необходимо было выселять. И жизнь показала, что тяжких последствий не было.

М. КОРОЛЕВА: Ну это еще тоже нужно будет смотреть, отдаленные последствия какие будут.

В. ПЛАТОНОВ: Вы знаете, я вам так скажу. Можно на бытовом уровне сказать: вот, человек скончался от того-то. Ну, изучая судебную медицину и работая следователем прокуратуры, только патологоанатом может четко сказать, от чего наступила смерть. Но никаких сомнений нет, что те заболевания, которые были у людей, и вот эта экологическая ситуация, она, конечно, способствовала увеличению смертей в городе. Это действительно так. Даже это глупо было бы отрицать. И мы честно об этом говорили.

М. КОРОЛЕВА: Вопрос, который стал после вот этого лета чрезвычайно актуальным для москвичей. Вот Алсна вам пишет: «Может, разрешить москвичам устанавливать кондиционеры?». Дело же не в том, что им запрещено устанавливать. Пожалуйста, устанавливайте, и многие это делали как раз в экстренном порядке. Но выяснилось для многих неожиданно, что установку кондиционеров надо согласовывать, и согласование стоит десятки тысяч рублей. Что с этим делать?

В. ПЛАТОНОВ: Значит, удивительного в том, что необходимо согласование в городе, чтобы он не превращался в город, утыканный кондиционерами. И заметьте, что в городе постепенно наводится порядок. Для этого введена система согласования. Но я уверен, что ни один человек из тех, которые во время вот этой экстремальной ситуации устанавливали эти кондиционеры, не будет наказан за то, что он это установил.

М. КОРОЛЕВА: Вы это обещаете, Владимир Михайлович?

В. ПЛАТОНОВ: Направляйте, если вдруг появится такая информация, мы обязательно примем меры.

М. КОРОЛЕВА: Подождите, ну, может быть, вот это как раз вопрос для законодателей? Потому что, может быть, после такого лета имеет смысл пересмотреть правила?

В. ПЛАТОНОВ: Нет необходимости здесь какого-то закона. Я считаю, что это на уровне исполнительной власти принимается решение, и люди не наказываются, которые вот в экстренном порядке с целью спасения себя и близких установили кондиционеры.

М. КОРОЛЕВА: Хорошо, но кондиционеры устанавливали до этого, будут устанавливать после этого. Ведь есть множество людей, простите, Владимир Михайлович, которые вот сейчас, испугавшись этой ситуации, осенью или потом, зимой, установят себе кондиционеры.

В. ПЛАТОНОВ: Надо проходить систему согласования установки кондиционеров.

М. КОРОЛЕВА: Ну так, может быть, ее отменить?

В. ПЛАТОНОВ: Это нормальная безопасность, существующая во всех государствах, во всех городах. Москва не должны быть исключением. Это у вас над головой, на стене дома, висит несколько десятков килограмм.

М. КОРОЛЕВА: Ну мы же не сами это устанавливаем, это делают специалисты.

В. ПЛАТОНОВ: Нет, специалисты должны для этого иметь лицензию, и это все проверяется.

М. КОРОЛЕВА: Но мы платим за эти кондиционеры, и платим немало. Мы платим за установку, платим за сами кондиционеры. Мы как бы спасаем в этой ситуации сами себя. Так за что же с нас брать деньги еще?

В. ПЛАТОНОВ: Любое согласование стоит денег. Другой вопрос: много ли нет? Там звучало, что чуть ли не сотни тысяч. Это неправда. Давайте еще раз посмотрим, какие расценки, кем и почему они установлены.

М. КОРОЛЕВА: Ну, там сообщается, что официальная цена едва ли превышает 1 тысячу рублей. Но это согласование пройти невозможно. Оно очень длительное…

В. ПЛАТОНОВ: Ну это не соответствует действительности. Это, знаете, давайте… по понятиям опять будет. Я не хочу разговаривать по понятиям. Если кто-то с кого-то взял больше, сообщите об этом, эти люди будут наказаны.

М. КОРОЛЕВА: Стремительно идет наше время. У меня остался, видимо, последний вопрос, который вот касается нашей сегодняшней темы – это возможные иски. Иски с претензиями, в том числе и к московским властям. Возможно, к федеральным и к московским. Вот если люди, например, подают в суд и требуют компенсации за моральный ущерб, за нанесение вреда здоровью? Уже такой прецедент есть: женщина-юрист подала такой иск в суд, ей пока этот иск вернули, попросили в него там внести некие уточнения. Но, тем не менее, она, возможно, не остановится. И появятся новые такие иски.

В. ПЛАТОНОВ: Юристы меня поймут, что необходимо будет доказать, что вот конкретное должностное лицо или какое-то бездействие причинило вред. Задымление в Москве было то с одной стороны, из одной области, то с другой стороны. С какого-то конкретного участка… Вот, понимаете, можно говорить: здесь произошел поджег, мне причинен вред, и мне будет компенсировано. Это ясно и понятно. Но здесь установить вред вот такого объема стихийных бедствий от конкретных действий должностных лиц, которые вот виноваты в этом, это будет очень сложно.

М. КОРОЛЕВА: То есть вы не ожидаете вала таких исков?

В. ПЛАТОНОВ: Это вопрос не в вале, а вопрос в том, чтобы эти иски… Можно обратиться с любым иском, но насколько он будет принят к рассмотрению… Здесь по каким-то основаниям отклонили. Ведь там в гражданских отношениях на человека ложится обязанность доказать, что именно действиями или бездействиями вот такого-то лица ему в конкретный момент причинен вот такой-то вред. Ну я не представляю вот разрешения рассмотрения этих исков. Но все, что без этих исков, что необходимо, я уверен, мы сделаем необходимые выводы и предпримем меры на то, чтобы подобное не повторялось. А там изменили снова законодательство – это заболачивание тех болот, в которых в свое время была проведена повально мелиорация, и теперь нет комаров. Я не знаю, что лучше – пожар или комары. Мне кажется, комары лучше.

М. КОРОЛЕВА: Владимир Платонов, председатель Мосгордумы, в программе «Временно обязанный», и я, Марина Королева. Встречаемся через неделю на этом же месте в это же время. Счастливо.

комментировать