Польские военные формирования Второй мировой войны

Можно сколько угодно говорить красивые слова о героизме польской армии, но немецкая армия понесла потери всего лишь в 17 тысяч человек, при том, что польская армия номинально насчитывала 2 миллиона. И не нужно кивать на страшную Красную армию - она вошла, когда польская армия уже потерпела полное поражение.

Смешно и стыдно слушать "специалистов" и "историков".

с чего это вдруг такая тема?

по ходу приехали в катынь,а тут ...

Мне нравятся передачи этого цикла, но сегодняшняя просто поразила своим непрофессионализмом. Может быть не хотели расстраивать польского гостя? Или хотели полонофильскую линию редакции?
И так:
1. Сопротивление польской армии, конечно, имело героические моменты, но сравнивать это с Сталинградом, все же немного дурной вкус. Дом Павлова продержался дольше, чем вся польская армия.

2.Говоря об Армии Крайовой и Армии Людовой, для исторической точности надо было б упомянуть и Народных Вооружённых Силах (НВС) - Народове Силы Збройне - консервативно-националистическая организация, советской историографией считавшаяся фашисткой, и Батальоны Хлопски, формирование левой крестьянской партии. Это просто выходит за рамки современной польской легенды о едином подпольном государстве. Так же стыдливо поляки забывают об польском Бейтаре и Шомер а-Цаире, устроившим восстания в польских гетто. Евреи уже точно не в концепции, про них нечего помнить, как нечего было спасать и помогать. Я имею ввиду именно АК и эмигрантское правительство.

3.Оказывается Сталин выжил бедную армию Андерса в Иран!!! Это был просто перл! Всех читателей просто отсылаю почитать про историю этого соединения.

4. Все манипуляции с цифрами были просто смешны. И все же хочу всем интересующимся порекомендовать абсолютно нейтральное сочинение Менахема Бегина "В Белые Ночи".

Причина разрыва с польским правительством была не только Катынь, а прежде всего нежелание признать линию Керзона в качестве будущей границы. Вот такая история - преследование православных в Западной Белоруссии и Западной Украине было причиной первого раздела Польши, в 1830 одним из поводов польского восстания, как следствии утраты большей части государственной атрибутики (сейм, армия), захват в 1920 году послужил бомбой замедленного действия, взорвавшейся в 1939, а упорствование в 1943, привело к установлению коммунистического строя до 1988.

400 тысяч Активных Комбатантов...LOL
мне кажется даже Дымарский в это не поверил...

...в итоге получилось нечто политкорррректно-мутное, впрочем что можно было ожидать в эти дни

Вечная память погибшим героям

...Las nocą rośnie. Otchłań otwiera
usta ogromne, chłonie i ssie.
Przeszli, przepadli; dym tylko dusi
i krzyk wysoki we mgle, we mgle.
(Z lasu 27.VI.44)

...Jeno wyjmij mi z tych oczu
szkło bolesne - obraz dni,
które czaszki białe toczy
przez płonące łąki krwi.
Jeno odmień czas kaleki,
zakryj groby płaszczem rzeki,
zetrzyj z włosów pył bitewny,
tych lat gniewnych
czarny pył.
(Niebo złote ci otworzę 15.VI.43)

Krzysztof Kamil Baczyński

Если признать очевидное, что немецкая армия была на несколько голов
выше во всех звеньях любой армии мира все становится на свои места:
и героизм поляков и героизм русских и разгром Франции меньшими силами за 2 месяца(2 млн пленных)*.
Но тогда придется объективно взглянуть и на Сталина:а это ведь ужасно.
--------------------------------------------------------------------
*Под Сталинградом за 5 месяцев битвы в
плен было взято 90 000 из группировки в 220 000(победители-1 млн человек).
(Dupuy and Dupuy. The encyclopedia of military history NY,NY 1970)

... Конечно, основной и, можно сказать, единственной существенной военной силой была Армия крайова, то есть военная структура, подпольная армия, которая подчинялась польскому правительству в изгнании, в Лондоне, эмиграционному правительству…
.............
Владислав Сикорский командовал всеми, он был главнокомандующим всех польских вооруженных формирований, потому что Армия крайова - само название можно перевести как «внутренняя армия», в отличие от формировании…

........
армия крайова внутри Польша подпольная насчитывала свыше 300 000 человек.
------------------------------------------
------------------------------------------

УНИКАЛЬНАЯ ПОДПОЛЬНАЯ АРМИЯ О СУЩЕСТВОВАНИИ КОТОРОЙ ФАШИСТЫ И НЕ ПОДОЗРЕВАЛИ...

О потерях Германии в Польше и во Франции

Цитаты:
"Можно сколько угодно говорить красивые слова о героизме польской армии, но немецкая армия понесла потери всего лишь в 17 тысяч человек, при том, что польская армия номинально насчитывала 2 миллиона. И не нужно кивать на страшную Красную армию - она вошла, когда польская армия уже потерпела полное поражение.
Смешно и стыдно слушать "специалистов" и "историков".

"Но особенно мне понравилось про 25% процентов немецких ВВС, потерянных в Польской компании. И "знаток Люфтваффе" тов. Захаров (потративший, по его словам "не один десяток лет" на изучение вопроса) -- этот бред молча скушал... Срочно выписать медаль за политкорректность! :)".

"не кажется ли вам, что бессмысленно говорить о вкладе в победу стран, которые не оказывали особого сопротивления и практически сразу же сдались Гитлеру( начиная с Франции и заканчивая Польшей)? Ведь если бы не советские войска, освободившие их,эти страны не были в состояние сделать что то для освобождения . . спасибо".

Я еще раз убедился, что советская пропаганда и нынешнее «информационное общество» сделали свое черное дело – основная масса людей действительно не только ничего не знают о начальных (и не только) событиях Второй мировой войны, но и достаточно агрессивно реагируют на то, что не отвечает сложившимся у них стереотипам восприятия этих событий.
Советская и российская историография не внесли какого-либо прогресса в изучение этой темы. Причины этого до банальности просты. Существовавшая в СССР концепция превалирования темы Великой Отечественной войны над историей Второй мировой войны просто не допускала подробного и обстоятельного изучения каких-либо «несоветских» ТВД или кампаний.. Подобные события могли рассматриваться только с точки зрения устоявшихся штампов о том, что все происходящее в Европе до 22 июня 1941 г. были для Германии легкой прогулкой, а настоящая история сопротивления германской военной машине начиналась именно в СССР.
До сих пор имеет место нежелание отечественных исследователей использовать материалы польских коллег, хотя именно они (как это ни парадоксально!) первыми ввели в научный оборот ряд документов из российских архивов, касающихся боевых действий РККА периода осени 1939 г. (См., например, публикации, где использовались документы РГВА: Agresja sowiecka na Polske w swietle dokumentow 17 wrzesnia 1939. Tom 3. (Front Bialoruski). Warszawa, 1995; Agresja sowiecka na Polske w swietle dokumentow 17 wrzesnia 1939. Tom 2. (Front Ukrainski). Warszawa, 1996; Grzelak C. Dziennik Dzialan Bojowych Frontu Bialoruskiego we wrzesniu 1939 roku. Warszawa, 1998). Но их достижения в значительной степени остались незамеченными. Например, М.И. Мельтюхов в монографии Советско-польские войны. М., 2004. ссылался только на три польские публикации и даже не упоминал монографию Р. Шавловского о польско-советской войны 1939 г. (Szawlowski R. Wojna polsko-soweiecka 1939. Warszawa, 1997) считающуюся в Польше классическим трудом, не говоря уже о более узких по тематике исследований. В связи с этим уже не кажется странным, что публикации российских авторов, посвященные различным аспектам применения советской авиации в польской Кампании 1939 года, больше известны в Польше, чем в России, где они либо не упоминаются, либо сознательно игнорируются.
Несколько слов по поводу потерь вооруженных сил Германии в Польше в 1939 г. и на Западе, в 1940 г. Раз уж речь зашла об авиации, то для начала хотелось бы отметить – за семьдесят с лишним лет ни в СССР, ни в России не было издано ни одной отечественной научной работы по истории авиации и авиапромышленности Германии во Второй мировой войне.
По непол¬ным данным, немецкая авиация уничтожи¬ла свыше 160 городов и местечек, сотни де¬ревень и селений. На Польшу было сброшено 19580 тонн бомб - больше, чем на Англию за весь 1941 год. Самолеты Люфтваффе провели мас¬сированную бомбардировку Варшавы. В течение нескольких дней на польскую столицу было сброшено 5818 тонн бомб (для разрушения Дрездена в 1945 году авиация союзников использовала втрое меньшее количество боеприпасов). Каждое пятое здание города было разруше¬но, погибло не менее 2,5 тысяч человек гражданского населения и 5 тысяч военнос¬лужащих, несколько десятков тысяч человек было ранено.
На 1 сентября 1939 в составе боевых частей (вместе с морской авиацией) было всего 404 исправные машины (Przedpelski A. Lotnictwo Wojska Polskego 1918 - 1996. Warszawa, 1997. S. 105). Накануне советского наступления, 16 сентября 1939 г., численность польской авиации, отведенной в восточные районы, составляла всего около 150-170 исправных боевых машин. Одной из острых проблем была нехватка топлива (Wawrzyński M. Wojna lotnicza polsko-sowiecka wrzesień 1939 // Militaria i Fakty. 2003. № 4. S.28).
Тем не менее, война с Польшей обернулась тяжелы¬ми потерями для Люфтваффе. Из 2093 выставленных самолетов всех типов с 1 по 30 сентября было потеряно 564 машины (из них - истребители всех типов – 173, бомбардировщики - 147, пикировщики и штурмовики – 53), в том числе - 285 уничтоженных и 279 - тяжело поврежде¬нных. В объективности этих данных, составленных, в том числе, и на базе исследования немецких архивов историком Олафом Гройлером еще в период существования ГДР, вряд ли стоит сомневаться.
Некоторые исследователи называют даже более высокие цифры. Так, Анджей Горлицки указывает, что Люфтваффе лишились свыше 700 самолетов (около 32 % всего состава, участвующего в кампании), а потери танков и бронемашин составили около 1000 - почти 30 % всего состава (см. Andrzej Garlicki. Historia 1939-1997 / 1998. Polska i świat. Warszawa: Wydawnictwo «Scholar», 1998, s. 22, 28.).
Согласно данным авторов монографии о германской авиаиндустрии и производстве самолетов в 1933-1945 гг., германская авиапромышленность не смогла выполнить план сентября-декабря 1939 г., причем наибольшее отставание было в производстве бомбардировщиков – основной ударной силе Люфтваффе. Анализ изменения в количестве боеспособных немецких бомбардировщиков, пикирующих бомбардировщиков, штурмовикиов и истребителей всех типов в период с начала Второй мировой войны до Кампании на Западе говорит о следующем: даже к концу 1939 г. германская авиапромышленность не смогла восстановить число машин, которыми располагали ВВС накануне Польской кампании (Подробнее см. Vajda F. A., Dancey P. German Aircraft Industry and Production 1933-1945.Shrewsbury, England: Airlife Publishing Ltd, 1998, p.54).

Теперь о Франции (раз уж о ней зашла речь).
Некоторая информация о том как воевала Франция и ее союзники. Возьмем опять авиацию. У нас любят говорить о бездействии поляков и французов и о бескровных успехах люфтваффе. Вот статистика.

Итоговые потери личного состава Люфтваффе всех категорий с 10 мая по 30 июня 1940 г. согласно данным Ф. Хана составили 6653 человека убитыми, пропавшими без вести и ранеными, в том числе – 796 офицеров. Безвозвратные потери летного состава были 1092 убитых и 1930 пропавших без вести авиаторов (Подробнее см. Hahn F. Waffen und Geheimwaffen des deutshen Heers 1933-1945. Band 2. - Koblenz: Bernard und Graete Verlag, 1987).
Согласно свидетельству командующего 2-ым Воздушным флотом А. Кессельринга беспрерывные боевые действия по поддержке немецких войск Группы армий "Б" Ф. фон Бока через 16 дней после начала кампании - то есть уже к концу мая - “истрепали наших людей и боевую технику и снизили нашу боевую мощь до 30-50%”.
Немецкая пропаганда тщательно скрывала собственные потери. Действительное же положение было достаточно серьезным.
Итоговые потери Люфтваффе в Кампании на Западе с 10 мая по 30 июня 1940 г. в самолетах были огромными. Они составили 2073 машин всех типов (691 бомбардировщик, 164 пикировщика, 376 одномоторных и 171 двухмоторных истребителей, 214 транспортников, 190 ближних и 134 дальних разведчика, другие категории самолетов), в том числе 1401 - безвозвратно. Доля только безвозвратных потерь ударных машин Люфтваффе от сосредоточенных против западных стран на 10 мая 1940 г. составила 35,16%; доля же их общих потерь превышала половину от задействованных к началу Кампании – 51,19 % !
И это при том, что никогда - ни до, ни после мая 1940 г. - немцам больше не удавалось одновременно ввести в бой такое число самолетов всех типов (около 4000 машин всех типов).
«Люфтваффе пришли к финишу выигранной кампании более слабыми, чем союзники», – отмечают Ф. Вайда и П. Дэнси, авторы монографии о германской авиаиндустрии. Анализ действий союзных авиаторов и, прежде всего, французских, позволяет сделать следующие выводы - потери, нанесенные Люфтваффе во время Западной кампании вполне сопоставимы с аналогичными по продолжительности отрезками времени таких крупнейших кампаний как Битва за Англию и началом войны Германии с Советским Союзом. Средние ежедневные потери в самолетах во время Кампании на Западе 1940 г. составили 26,94 машины. За аналогичный хронологический отрезок во время Битвы за Англию немцы теряли 15,77 машин в день и 21,67 в Летней Кампании 1941 г. против СССР.
В боях во Франции принимали участие и польские летчики. Они были в составе разных соединений, самым известным из которых стал Истребительный дивизион 1/145 (с 6 апреля 1940 года получил наименование «Варшавский»). В конце апреля он имел 20 самолетов Моран, 35 польских пилотов и одного французского - майора Марми, а также 125 человек тех¬нического персонала (в том числе 5 францу¬зов). Позже французы изъяли самолеты Моран и дали взамен них самолеты Кодрон, причем такого качества, что 25 мая сам ми¬нистр авиации Ги ля Шамбр, выслушав пи¬лотов, запретил полеты на них. Тем не менее, поляки вступили в бои. Этот дивизион стал единственным бое¬вым соединением во Франции, воевавших на «Кодронах».
Ожесточенные бои союзной авиации продолжались вплоть до окончания Кампании. Свидетельством этому являются, например, датированные июнем потери в командного состава среди летчиков-истребителей. Так, например, 10 июня был тяжело ранен командир польской авиагруппы GC I/145 майор Кепински, 13 июня был сбит командир авиагруппы GC III/2 Жей, 15 июня во время разведывательного полета был сбит двумя Bf 109 комэск 3-ей эскадрильи GC II/7 Папэн, 18 июня в воздушном бою был ранен командир одной из лучших истребительных авиагрупп GC I/5 Аккар (Ader C., Yeager Ch. Les as de l'aviation. Paris etc., 1986. P. 272 ; Jackson R. Op.cit. P. 89 ; Krol W. Zarys dzialan polskiego lotnictwa we Francji 1940. Warszawa,1988. S. 92, 118).


Итак - не воевали ?

С уважением,

А. Степанов

Господа! Дело ведь не в оценках, а в фактах. Даже не в их подаче. Мне всегда нравился данный цикл передач именно тем, что в каждой передаче давались новые факты, а оценка была более менее нейтральна, не за уши притянутая к той или иной идеологии. Вот только с Польшей любимое мной Эхо Москвы полностью уходит от этой концепции. Именно факты приводятся только те, которые соответствуют польской легенде. Могу только заметить, что "польская концепция истории" наиболее лжива, одиозна и насквозь проникнута русофобством.

Основная задача и ее реализация

Цитата:

"И не нужно кивать на страшную Красную армию - она вошла, когда польская армия уже потерпела полное поражение.
Смешно и стыдно слушать "специалистов" и "историков".

У "страшной" Красной Армии были свои задачи, которая она решала. У польской армии - свои.
РККА не просто занимала территорию Восточной Польши, проводя кое-где эпизодические бои. Одной из ее основных задач было - отсечь польские войска от границ сопредельных государств, разоружить их и взять под контроль личный состав.

Так, 22 сентября 1939 г. гарнизон Львова сдал город советским войскам, при гарантиях возможности отхода в Румынию и Венгрию. Однако большинство офицеров-защитников города оказалось в Старобельском лагере, где почти все и были расстреляны в апреле-мае 1940 г. (примечательно, что, говоря о капитуляции гарнизона Львова историк М. И Мельтюхов ничего не сообщает об этом факте). Отметим приказ от 19 сентября 1939 г., отданный С.К. Тимошенко командующему погранвойсками КОВО комдиву В.В. Осокину, в котором прямо говорилось о том, что ни в коем случае нельзя допустить ухода польских солдат и офицеров из Польши в Румынию. А К.Е. Ворошилов потребовал от командования КОВО разъяснений, почему не прикрыт участок границы близ г. Коломыя, через который польские части уходят в Румынию.
Та же самая картина наблюдается и в свидетельствах польских участников. Вот как описывает эти события Генрик Гожеховский – вольноопределяющийся улан 16-го уланского полка Поморской кавалерийской бригады. Когда началось наступление Красной Армии эта часть находилась между Ровно и Владимиром-Волынским. Его отец, служивший в том же полку, направился с отрядом улан на юг, надеясь пробиться в Румынию. «В нашей группе было человек 18-20. Мы тоже пробивались в Румынию, вступая в столкновение с действующими в нашем районе советскими частями, - так мы старались отвлечь внимание от первой группы. Все это происходило неподалеку от речки Турья», - вспоминал Г. Гожеховский. «Я не могу точно сказать, когда нас захватили советские. Просто незадолго до того, во время стычки, подо мной убили лошадь, а сам я был ранен в ногу. Нас обстреливали из танков и из ручного автоматического оружия».
Вспоминает Тадеуш Бильский, который был капралом связи и телеграфистом штаба 10-й армии: «Утром 17 сентября, в воскресенье, в Польшу вступили советские войска. Во второй половине дня нам было приказано эвакуироваться в сторону румынской границы. Где-то возле Бучача мы попали в советский плен. Произошло это примерно 20 сентября 1939 года. Русские сразу нас разоружили».
В связи с этим примечательно мнение генерала Владислава Андерса, который указал следующее: «Я вижу ясно, что на столь удобной территории, как румыно-венгерская граница, не организовано никакого плацдарма, хотя и не могу понять почему. Уже после войны я узнал, что такой плацдарм был приготовлен на линии Днестра, чтобы дать армии возможность уйти за границу, но вступление советских войск в его тыл лишило нас возможности спасти, по крайней мере, 200-300 тысяч человек, которые так пригодились бы нам потом на Западе" (См. Андерс В. Без последней главы)
В. Андерс описывает бои с частями РККА 26 сентября 1939 г., имевшие место именно при попытки прорыва за венгерскую границу: «Мы натыкаемся на крупное соединение советской армии. Я пытаюсь договориться с ними, чтобы они без боя пропустили нас на юг и позволили уйти в Венгрию. Посылаю парламентером одного из лучших своих офицеров, ротмистра Станислава Кучинского. Увы, напрасно. … Трещат пулеметы, появляются первые танки». 29 сентября 1939 г. В. Андерс был взят в плен: «Во многих местах, особенно около Турки, мы видели сотни людей, строивших полевые укрепления. Меня удивило, что все укрепления предназначались для отражения удара с севера, так же как и около 20 орудий тяжелой артиллерии, которые я успел разглядеть. На мой вопрос советский майор, не смущаясь, ответил, что они уже неделю находятся в этом районе, а их задача состоит в том, чтобы разбить или выловить все польские части, пробирающиеся с севера на юг. Большевики не хотели допустить возможной организации польской армии за границей». Из слов советского командира также следовало, что немцы подробно извещали их обо всех передвижениях польских частей, которые пытались пробиться в Венгрию или в Румынию.
Несколько слов о наземных боях советских и польских войск. Так, М.И. Мельтюховым сообщается информация о 17 танках, потерянных РККА. Согласно же данным Я. Магнуского и М. Коломийца, подготовленных на базе российских архивных материалов, в боях в Польше по 2 октября 1939 г. потери двух фронтов в бронетехнике по неполным данным составили 471 единицу (по мнению авторов это были только танки без учета бронемашин), в том числе – 42 танка отнесены к потерям от воздействия неприятеля. Авторы указывают, что вероятнее всего в это число входили только безвозвратные потери танков, которые не удалось ввести в строй и которые подлежали безусловному списанию, а общие потери от воздействия неприятеля были выше. Это предположение подтверждается и следующей статистикой людских потерь: по неполным данным были убиты, пропали без вести и ранены 260 танкистов. Если принять среднюю численность экипажа танка за три человека, каждый из которых был убит или ранен, то речь идет минимум о 85-90 танках, потерянных от боевого воздействия противника, часть из которых возможно была позже отремонтирована.
Согласно данным польских исследователей от воздействия польских войск было потеряно до 200 единиц бронетехники (с учетом потерей бронеавтомобилей). Итак, минимальное значение - 85-90 - рассчитано по потерям убитых и раненых членов экипажей, а максимальное - 200 - по польским данным. С учетом того, что не все танкисты из числа подбитых машин могли быть ранены и убиты, а также при условии вычета из общей суммы потерь некоторого количества бронеавтомобилей мы получаем около 145-150 танков, вышедших из строя от воздействия огня противника, не менее 42 из которых вышло из строя безвозвратно. Оставшиеся 320-330 машин вышли из строя по техническим причинам. Еще раз отметим, что эти данные неполные, так как не охватывали некоторые танковые соединения РККА, принимавшие участие в боевых действиях.
Итак, потери экипажей исчислялись сотнями, потери бронетехники так же - сотнями единиц. Таким образом, речь идет не о потере полутора десятков танков (М.И. Мельтюхов, кстати, не конкретизирует о каких потерях - безвозвратных или общих - идет речь) не имеющих никакого значения для огромного советского танкового парка того периода, а о сотнях единицах бронетанковой техники, которых лишились советские части, задействованные против польских войск. Были ли они потеряны от воздействия польских войск или оставлены из-за поломок – в данном случае значения не имеет. Важно то, что боевой состав танковых частей был в короткий срок ослаблен на 25%, что не могло не привезти к снижению их боеспособности в целом. Кстати, эта картина повторилось менее двух лет спустя во время начального периода Великой Отечественной войны, но уже в гораздо больших масштабах.
С этой точки зрения интересны следующие свидетельства. Так, В. Андерс не без юмора дал следующую оценка боеспособности Красной Армии: «Я видел огромное количество танков, бронемашин и артиллерии. Правда, большинство солдат было плохо обмундировано, кони тощие, хворые, транспорт и оружие нечищены, но в целом армия выглядела куда лучше, чем в 1920 г». А это свидетельство взято из воспоминаний доктора исторических наук Б.Г. Тартаковского, который в период польской кампании РККА был командиром взвода. «Подготовка» к боям с польскими войсками не ограничилась тем, что некоторым бойцам не выдали ботинки соответствующего размера и они переходили границу босиком: «Мы переходили границу 20 сентября, не имея никакого оружия вообще. Не дали. …Вот тогда-то и возникли сомнения. В смысле нашей подготовки».
Боевые действия советской авиации в первый же день начала войны против Польши можно рассмотреть на примере авиации Украинского фронта: было выполнено 618 боевых вылетов, в том числе – 230 бомбардировщиками СБ (из них – 149 на бомбардировку объектов в тылу противника). Для сравнения – в первый день войны с Финляндией ВВС РККА и КБФ совершили 661 вылет. Общий рост численности советской авиагруппировки продолжался вплоть до начала октября 1939 г. Выводившиеся из боя части вместе с вновь прибывающими усиливали резерв. Всего к участию в Кампании было привлечено до 4000 самолетов.
Третья декада сентября отмечена активными действиями советских ВВС, которые провели серию атак против отходящих на запад группировок польских войск. Авиация действовала, главным образом на стыке 4-ой А Белорусского и 5-ой А Украинского фронтов.
Описание авианалета на польские части присутствует в воспоминаниях Владимира Маршалека, служившего в штабной роте группы КОП: «24 сентября мы шли лесной дорогой. Солнце пробивалось сквозь кроны деревьев. Марш длился уже около двух часов….Вышли на солнечную просторную большую поляну. Вдруг услышали гул моторов и из-за леса налетели вражеские советские самолеты. На дороге между лесными массивами разверзлось настоящее пекло. Колонна распалась. Люди бросились к лесу. Кони понесли. Повозки переворачивались. Спрятались в яму. Видно, как падают люди и кони. Комья земли летали в воздухе. Наши карабины обстреливали самолеты. Их, однако, не становилось меньше…Из нашей колонны уцелели немногие. В ноздри ударял запах пороха, паленого мяса и свежей крови. До вечера собирали раненых и убитых. Около ста убитых похоронили на небольшом кладбище около крохотного села Деревна. С нами осталось около трехсот раненых».
В советских документах отмечено, что 24 сентября советские самолеты атаковали в лесах на протяжении 10–15 км к югу-востоку от местечка Камень-Каширский большую группировку войск - до дивизии пехоты и до полка кавалерии с тыловыми частями, перевозящих боеприпасы. Атаки производились как с пикирования, так и с горизонтального полета. Полякам нанесли большие потери. В 16.00 советские штурмовики снова атаковали колонну пехоты с артиллерией, численностью до полка. В разведсводке № 7 Штаба ВВС Украинского фронта от 24 сентября говорилось, что огнем польской ПВО было сбито два самолета. Помимо сбитых, имелись и поврежденные машины. Среди них был самолет комиссара полка, который атаковал позиции пулеметчиков ПВО. Сам комиссар был ранен, самолетом управлял штурман Шепелев.
В Оперативной сводке № 7 Опергруппы штаба 4 А от 22 сентября было зафиксировано следующее: «Потери. В 16.00. бандой в районе станц. ГОНЧАРИ сбит истребитель. Самолет и летчик сгорели. 3 самолета не прилетели на аэродром. Разыскиваются. – в результате боя в местечке АНТРОПОЛЬ…». В польской литературе указано, что этот бой произошел в районе Антополя (ок. 30 км к востоку от Кобрина). Польские войска вошли в город, где уже был размещен советский гарнизон, разбили его, освободили пленных и расправились со сторонниками новой власти. Против этих войск и были отправлены 4 самолета И-16, ни один из которых не вернулся на базу. Огнем с земли были поражены все машины. Кроме указанного в Оперсводке самолета, упавшего в районе станции Гончары (ок. 25 км к югу от Барановичи), еще два совершили вынужденную посадку, а один самолет пропал без вести.
30 сентября части Оперативной группы «Полесье» атаковали около 100 бомбардировщиков. По данным РГВА авиация Белорусского фронта за 1 октября провела 80 боевых вылетов по уничтожению остатков польских войск в районе Влодава, Парчев. Польские исследователи отмечают: "Русские, которые не смогли разбить польские соединения ударами танковых войск и пехоты, нанесли сильные удары авиацией, как по позициям польских солдат, так и по польским населенным пунктам. Например, 30 сентября был серьезно разрушен Парчев" (Grzelak C. Dzialania Armii Czerwonej na Bialorusi we wrzesniu 1939 roku // Spoleczenstwo bialoruskie, litewskie i polskie na ziemiach polnochno-wschodnich II Rzeczypospolitej (Bialorus Zachodnia i Litwa Wschodnia) w latach 1939-1941.Warszawa, 1995. S. 84).
Воздушные атаки, проводившиеся, в основном, против войск Оперативной Группы «Полесье» продолжались вплоть до начала октября 1939 г., а наблюдение советскими разведывательными самолетами за передвижением польских войск осуществлялось до 7 октября 1939 г. Общую продолжительность боевых действий советской авиации в Польше Военный Совет РККА официально определил периодом в один месяц.
В восточных районах Польши находились многие польские летчики-резервисты, персонал авиабаз и технический состав. В руки немцев их попало сравнительно мало. В то же время практически все они - около 1000 человек - оказались среди 217 тысяч поляков, взятых в плен советскими войсками к 21 сентября. Среди них находились и офицеры, многие из которых впоследствии погибли в СССР. По данным польского исследователя Ч. Мадайчика только в двух лагерях оказалось около 800 офицеров - летчиков: в Старобельском - около 600, а в Козельском - около 200. Среди погибших в СССР были командующий авиацией армии "Модлин" полковник Тадеуш Прасс, офицер Летного Штаба армии "Познань" капитан Казимир Чизельский, поручик Болеслав Челховский из самого резуль¬тативного в Польше 3-го дивизиона З-го авиа¬полка в Познани, подпоручик Збигнев Франтишек Шуберт из 162 эскадры 6-го Львовского авиаполка, дочь генерала Довбор-Мусницкого поручик авиации Левандовская… Уцелевший узник Козельска, Г. Гожеховский, вспоминал: «Тут я должен заметить, что летчики всем нам внушали большое уважение. Они всегда держались вместе, сплоченной группой; одежда их отличалась безукоризненной чистотой…Я хорошо помню летчиков и пани Левандовскую. Нам всем очень импонировало их поведение и солидарность». Многие из польских авиаторов были выключены из дальнейшей борьбы вооруженных сил Польши (а часть из них просто была уничтожена). Потери во время собственно военных действий были не так велики, гораздо ощутимей были потери в людях после окончания боев, откуда им не дала выйти Красная Армия. Что касается офицерского состава ВВС, то в СССР погиб весьма значительный процент от оставшихся в живых, например - почти 50% по сравнению с уцелевшими польскими офицерами-летчиками, которые продолжали воевать с Германией в Великобритании. Там их насчитывалось 1663, а во время Битвы над Англией польские летчики по некоторым данным уничтожили 11% всех сбитых немецких самолетов.
Регулярные польские силы, созданные в эмиграции во Франции и Великобритании, насчитывали уже в 1940 г. около 100 тыс. человек. Сравнение этой цифры с оценками В. Андерса о перехвате частями РККА 200-300 тыс. человек, отступавших из Польши, весьма наглядно раскрывает роль «советского фактора». Вопрос о роли польских частей, сражавшихся с Германией после осени 1939 г., озвучивался польскими историками даже в «годы застоя». Например, еще в апреле 1965 г. на Научной конференции в Москве (одним из организаторов которой было Министерство обороны и Главпур) в ознаменование 20-й годовщины победы над фашистской Германией военный историк профессор генерал Б. Беднаж выступил с соответствующим сообщением, где, в частности, говорилось: «Когда умолкли последние выстрелы в Европе, польский солдат мог с гордостью заявить, что он не сложил оружия в сентябре 1939 г., а сражался в течении всей войны». Он отметил важный для нас факт - формирование польских регулярных войск за рубежом началось «почти немедленно после эвакуации части вооруженных сил из страны». Б. Беднаж также логично заметил, что в отличие от поляков, проживавших на территории других государств, участники Сентябрьской кампании, а особенно офицеры, обладали боевым опытом: «Существенным вкладом в борьбу против фашизма был также военный опыт, извлеченный из оборонительной войны Польши в 1939 г. Он касался, главным образом, новых способов тактического и оперативного использования на поле боя бронетанковых войск и авиации. Польские офицеры, избежавшие плена и бежавшие во Францию, обобщили и передали военным штабам союзнических государств этот опыт».
Таким образом, реалии Освободительного похода выглядели не совсем так, как их рисовала советская пропаганда.

А. Степанов

Польша упустила шанс возглавить славянство, имея лучшие возможности,
чем Россия(центр Европы, католицизм, отбились от монголов),но обижается
не на себя а на Россию. Открыто не любя и немцев и русских, требовать
от них же помощи-детство
Запад подвел Польшу, не начав реально войну за любящих его поляков.
Россию поляки ненавидят в любом качестве(по личным наблюдениям).

Ответ господину dzemga

Цитата:

"dzemga

(#)

Вы, г. Степанов, точно такой же пропагандист, как и упомянутые Вами советские пропагандисты, только с обратным знаком и менее квалифицированный. Те хоть понимали, что в стране, потерявшей около 30 млн. человек, упор просто необходимо делать на Отечественной войне, а не на Мировой".

Делали упор. Советский солдат погибший в Польше и в Финляндии участником Великой Отечественной не считался. Как и участником Второй мировой. По иронии судьбы неизвестно точно до сих пор сколько погибло и там и здесь. И вообще СССР был мирной страной - ведь на Финляндию мы тоже не нападали...

Прикольная передача!

"Д.ЗАХАРОВ: Незримое государство.

А.ГУРЬЯНОВ: Да, подпольное незримое государство.

Д.ЗАХАРОВ: Да, с радиовещанием из Англии."

Напоминает анекдот про неуловимого Джо которого не могли поймать по одной простой причине: он просто никому не был и на фиг нужен...!!!!

Поразительно, как Эхе умеют ловко оперировать фактами! Молодцы! Зигмунда Берлинга - командира 1-ой польской пехотной дивизии имени Тадеуша Костюшко (!!!) даже и не упомянули, а ведь это, пожалуй, немногий (если не единственный!) пример боевого братства наших народов, которым мы обязаны гордится в первую очередь. Кстати, "историки" могли бы вспомнить о славном боевом прошлом АК на оккупированых территориях зап.украины и белоруссии. Славно они там повоевали и с мирным населением, и с советскими партизанами! А в Литве-то был вообще один сплошной героизм. Даже немцы были довольны. И чего бы им не быть довольными-пять лет поляки исправно трудились на них: обеспечивали продовольствием, углем, транспортом, госпиталями и проч. необходимым для войны на Востоке. Это ж не простодушные белоруссы или югославы, для которых слово оккупант и смертельный враг слова синонимы. Ждём с нетерпением передачи о Сикорском...

Эренбург

Во время ВОВ было еще одно грозное боевое оружие советской армии - слово. Слово Эренбурга. Удивлена что в вашей передаче не вспоминали Эренбурга. Надеюсь что такая передача будет. А если нет то миллионы фронтовиков вам этого не простят. Вдова инвалида войны

в тему

Как влияло местное польское население на Львовско-Сандомирскую и Висло-Одерскую операции РККА? Больше положительно или больше вредило? Ведь, город Львов Польша (обосновано или нет?) считала своим городом. А была уже передача про Львовско-Сандомирскую операцию? Я что, её пропустил? Жаль.

Ирония судьбы или Господа murzabay и dzemga должны апплодировать стоя

Был сегодня на научно-практической конференции в музее на Поклонной Горе. Речь шла совсем не о Польше, но первый же из выступавших заявил, к слову, что польская армия прекратила воевать на 18-ый день боев.


Такого не было даже при Брежневе.

А. Степанов

Стереотипы, г-н Степанов

Нас так всю жизнь учили (я учился в школе с 1947 по 1957). Выходило, что никаких военных действий вне территории СССР, достойных упоминания, вообще не было. Якобы только в 1945м союзники появились на Эльбе (к/ф "Встреча на Эльбе"), да ещё Сталин по доброте душевной дал им оккупационные зоны в Берлине. А они как этим великодушием распорядились? Подло создали Западный Берлин - витрину так называемого свободного мира и рану в теле мирной ГДР.
Одна моя сотрудница уверяла меня, что во 2-й мировой нашим противником была Англия (было это в начале 1970-х).
А Вы всё Польша да Польша... Не было такой страны и такой армии. "Уродливое дитя версальского договора" прекратило своё существование, как населению сообщил тов. Скрябин В.М., по кличке Молотов, ещё в 1939г..

ха ха..польска армия-это бред

как и эти историки от сивой кобылы.они заказ выполняют и все.хотя и извращают все что могут.кто щас знает историю...а эти пусть клевещут..шуты

О влиянии польского населения на операции РККА

Очень интересный вопрос задал serggb.

У меня такое чувство, что передачу слушали или читали текст выступлений по ней достаточно большое количество людей. Но в данном формате мы скованы определенными ограничениями идеальным выходом из которого я лично бы видел в создании специального сайта. Первым условием его сущестования была бы фильтрация уровня обсуждений темы, так как засорять эфир рассуждениями на тему кто уроды - сталинисты, поляки или кто-то еще - есть вещь совершенно бессмысленная. Существует огромное количество разной литературы , в том числе - и, безусловно, тенденциозной, и редкой и т.д. которую многие вообще ни разу в жизни не видели и не увидят, даже если и интересуются. Но в любой работе можно попытаться найти что-то полезное для ответа на интересующие людей вопросы. К примеру - по численности АК даже главпуросвские советские издания приводили цифры хотя и не в 400, но в несколько сот тысяч человек. То есть даже просоветская пропаганда как это ни парадоксально звучит по степени информирования была выше многих современных заклинаний. К сожалению, львиная доля откликов на передачу и состоит из этих самых заклинаний. Я понимаю, что людей достала жизнь, но зачем же выплескивать свою вонь на беззащитный сайт. А иные попытки , как искорки, теряются во мраке всеобщей озлобленности. Иногда создаются чувство. что если бы присутсвующим дали бы возможность иметь власть - они перестреляли бы друг друга. Господа, это мрачно.