Ванкувер-2010

К.ПОХМЕЛОВ: Она самая, «Ванкувер-2010». В Москве, правда, 23 часа и почти 10 минут. Тем не менее, по традиции еще одну неделю до конца марта мы будем с вами встречаться и говорить о делах олимпийских. У нас сегодня в студии Наталья Калугина, Константин Похмелов и наш гость Валентин Балахничев, член исполкома Олимпийского комитета России, ну а также президент федерации легкой атлетики нашей страны. Добрый вечер.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Добрый вечер.

К.ПОХМЕЛОВ: По традиции сначала расскажу, как будет строиться наше общение. Есть у нас SMS-портал +7 985 970-45-45, где вы можете свои вопросы, какие-то предложения, инициативы высказывать, на все обратим внимание. Понадобится нам с вами и телефон прямого эфира в тот момент, когда у нас будет традиционная викторина. Вопрос мы уже подготовили, ну а призы у нас традиционные для тех, кто ответит по телефону, бестселлер «Легенды российского спорта», красочная такая книга огромная, иллюстрированная большим количеством фотоматериалов. Ну а кто первым отправит свое SMS-сообщение, тот получит Большую Олимпийскую Энциклопедию – тоже не пожалеет. Ну, теперь, Наташа, тебе слово.

Н.КАЛУГИНА: Ну, во-первых, спасибо, Валентин Васильевич, что пришли, потому что завтра исполком будет жаркий. Если даже он не будет жаркий, во всяком случае, он будет до определенной степени определяющий. А, вот, мне кажется, знаете, я тут нашла высказывание Леонида Васильевича Тягачева, сделанное в последний день Ванкуверских игр: «Я не собираюсь перекладывать ответственность на кого-либо, лишь объективности ради скажу, что ОКР согласно российскому законодательству и международным нормам занимается только обеспечением участия сборной России в Олимпиадах – это аккредитация, транспортировка, проживание спортсменов и официальных лиц. Вот, когда нашим хоккеистам сильно не понравилось питание в Олимпийской деревне, мы очень оперативно решили эту проблему. И ужинали ребята в Русском доме». А вообще, возможно ли реанимировать то олимпийское движение, руководитель которого провозглашает себя турагентом и организатором питания?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, я думаю, что Леонид Васильевич по-своему прав. Олимпийский комитет пришел в это состояние не в течение одного года, а в течение последних лет. Но тем не менее, ответственность Олимпийского комитета, на мой взгляд, намного шире. Причем, есть ответственность, которая изложена в олимпийской хартии – там очень много пунктов, имеющих отношение к национальным олимпийским федерациям. Но есть еще и ответственность, которая лежит за рамками и которая базируется на личной инициативе. Вот, я считаю, что личная инициатива Олимпийского комитета была намного шире, чем та, которая была продекларирована.

Мы могли отвечать и должны были отвечать за бóльшую часть сфер. Ну, в частности, такой пример. Я лично считаю, что неудача в выступлении сборной команды объясняется не столько тем, что команда получила 3 золотые медали, а сколько тем, что анализ состояния команды и готовности команды был проведен неправильно. Если бы спортивная общественность и руководство страны знало, что мы едем туда получить 3 или 4 золотые медали, что мы не готовы бороться за большее, то, наверное, эта неудача была воспринята несколько иначе.

Так вот, анализ состояния команды, уровень конкуренции – это, кстати, имеет отношение к Олимпийскому комитету, говоря о том, что полномочия Олимпийского комитета должны быть шире.

Н.КАЛУГИНА: А кто должен был провести этот анализ грамотно, спокойно и целенаправленно, профессионально?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Мне кажется, это, конечно, Олимпийский комитет, который имеет возможности анализировать. Тем более, что в его руководстве есть люди, которые знают олимпийское движение, знают состояние команд. В целом, они более свободны от текущей повседневной работы, связанной с подготовкой сборных команд. Ну, конечно же, Министерство спорта могло бы более адекватно оценить состояние команды. Тем более, что буквально перед отъездом я читал прогнозы, которые давали крупнейшие информационные агентства, например. «Sport Illustrated» четко совершенно оценило наше положение, 11-е – 12-е место, дав нам в прогнозе 3 золотые медали. И как выяснилось, это было правда.

К.ПОХМЕЛОВ: Валентин Васильевич, вы сказали, что за последние годы сузился круг проблем, которыми Олимпийский комитет России занимается. А с чем это связано? Это была инициатива самого ОКР устраниться? Или же какие-то функции взяли на себя другие?

В.БАЛАХНИЧЕВ: На самом деле, наверное, до 2000 года, до придания федеральным органам исполнительной власти в сфере физкультуры и спорта в названии слова «Спорт», Олимпийский комитет взял на себя большую часть ответственности за подготовку сборных команд, включая финансирование из бюджетных и внебюджетных источников. Кстати, у меня бюджетных источников практически не было. И в то время в названии Комитета физкультуры не было спорта – был туризм. С появлением спорта часть спортивной ответственности перешла в сторону Госкомитета физкультуры и спорта, и потом в Федеральное агентство, и началась борьба за эти бюджетные средства. Я думаю, что в результате политической борьбы между руководством Олимпийского комитета и Госкомитета спорта было утеряно то, что было главным в деятельности Олимпийского комитета – содействие подготовки сборных команд, то, за что Олимпийский комитет и его руководитель сейчас так страдают.

К.ПОХМЕЛОВ: Вы – вице-президент Олимпийского комитета, работаете в спорте очень и очень давно. Даже людям куда менее просвещенным в этой области очевидно, что нужно расставить приоритеты: Олимпийский комитет России, Министерство спорта и тренеры. Вот этот триумвират чтобы был, грубо говоря, главный. Главный ответственный, ему кто-то подчинялся, от него кто-то зависел и так далее, и чтобы была соответствующая иерархическая лестница. Почему такие очевидные вещи у нас, ну не знаю, не понимают, не хотят понять? Почему так не сделать? Чтоб мы знали, что за хорошее выступление у нас отвечает, скажем, Олимпийский комитет или же Министерство спорта. Он же отвечает и за плохое выступление, несет ответственность. Почему у нас нет того, с кого мы в итоге должны спрашивать?

Н.КАЛУГИНА: У нас в итоге ни Олимпийский комитет, ни Минспорта не отвечают ни за что.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Костя, сейчас отвечу. Но в вашем вопросе было несколько неточностей. Во-первых, я не вице-президент Олимпийского комитета, хотя дважды баллотировался, я – член исполкома.

К.ПОХМЕЛОВ: О, прошу прощения.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Второе, в том треугольнике, который вы назвали – вы назвали, скажем, Министерство или госкомитет, вы назвали Олимпийский комитет, но забыли упомянуть Федерации.

К.ПОХМЕЛОВ: Федерации. Ну, я «тренеры» сказал – я имел в виду Федерации.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Вот, тренеры – это не Федерации. Федерации – совершенно другая вещь. Дело в том, что в данном случае мы говорим о двух организациях, двух типах организаций. Это государственные организации, это главный исполнительный орган федеральный в спорте Министерство и общественные организации, коими являются Олимпийский комитет и Федерации по видам спорта.

Так вот, ответственность Олимпийского комитета и Федераций ограничена положением об этих общественных организациях и их ответственности перед международными Федерациями, перед нашим обществом. Государственную роль играет, конечно же, Министерство спорта. И я бы выстроил, все-таки, цепочку этих ступенек следующим образом: Министерство спорта, Олимпийский комитет и Федерации. Эта цепочка, или этот треугольник должен работать совместно в синергистическом отношении, помогать друг другу, содействовать в распределении ответственности и роли, которые в настоящее время, действительно, вы правы, не совсем четко определены.

К.ПОХМЕЛОВ: Тогда... Я предполагал этот ответ, хотя и не совсем четко задал вопрос. Вы мне тогда скажите, почему в результате Леонид Тягачев у нас подал в отставку, а Виталий Мутко у нас продолжает работать и считает, что он еще может принести много пользы отечественному спорту? Вот, это не мой вопрос, это вопрос наших радиослушателей, которые его задают из передачи в передачу.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Вы знаете что? Давайте вспомним, как все развивалось, как развивались события. Это мое впечатление как человека, который следил за этим как бы со стороны, хотя, все это касалось меня. Понимал, что то, что происходит с зимними олимпийскими видами спорта может зеркально отразиться и в летних. Так вот, у меня сложилось впечатление, что, в целом, весь этот процесс представления итогов Олимпийских игр в прессе, в СМИ был построен не на основе объективного анализа, профессионального анализа, а на основе истерии, сначала доказывающей нашей спортивной аудитории, что мы должны победить, а потом оправдывающей поражения, которые сыпались день ото дня. В этой ситуации, мне кажется, мы загнаны были в угол, не прозвучало ни одного реального, нормального анализа. Приводились факты, которые совершенно не соответствовали действительности, кроме, конечно, одной – что мы выступали плохо. Назывались факты, которые привели к такому состоянию дел.

Назывались факторы развала советской системы спорта, которая утратила свою значимость и мы попали в такое положение. Назывались цифры уменьшения количества детских спортивных школ. Так, все это не соответствовало действительности, понимаете? У нас много вот этих исходных фактов, неверно поданных спортивной общественностью. Возникло истерическое состояние, в ходе которого роль руководителя состояла в том, что отвечать за случившееся должен только он. Только он или они. Я не вижу необходимости, даже не видел необходимости столь срочного решения как со спортивными функционерами. Нужно было приехать, здесь, дома разобраться и потом уже делать заявление об отставке. Надо было сначала проанализировать ситуацию, проанализировать итоги, дать четкий ответ, выяснить, кто виноват. А не, скажем, брать на себя всю ответственность.

С другой стороны, могу сказать одну вещь. Леонид Васильевич работает в Олимпийском комитете, по-моему, с 2001 года. Мутко работает с апреля 2008 года. Срок несопоставим. Я не думаю, что надо делать такие резкие движения.

Н.КАЛУГИНА: Валентин Васильевич, но на мой взгляд, истерия была, простите, спровоцирована именно руководителями – руководителем Олимпийского комитета, который кокетливо не называл количество медалей, но обещал всех победить, руководителями Федераций, которые говорили, что «мы рванем, несмотря на неудачные предолимпийские чемпионаты мира», и министром спорта, которому мы в этой студии задали вопрос «Вы знаете, что проиграны все предолимпийские «миры»?» - «Это не показатели», - в этом году мы получили такой ответ. Тогда кто виноват?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Вы знаете, в прогнозе виноват тот, кто его делал, а в выступлении виноваты те, кто на себя берут ответственность. Ответственность на себя взяли Леонид Васильевич Тягачев и Виталий Леонтьевич Мутко. Но опять же хочу сказать, что ответственность состоит не в том, чтобы сдать свои полномочия. Ответственность в том, чтобы проанализировать, выяснить причины неудачи и предложить возможности их решения. Я, вот, вижу именно в таком ракурсе их ответственность.

К.ПОХМЕЛОВ: Вопрос у меня следующий. Я представляя вас, действительно, в тот момент немножечко оговорился, потому что хотел сказать, что вы первый вице-президент Международной федерации легкой атлетики. Это уже тоже не соответствует действительности?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Не уже, а это просто. Член совета IAAF. Я был первым вице-президентом Европейской ассоциации.

К.ПОХМЕЛОВ: Совершенно верно, да. Тем не менее, у вас огромный опыт работы в легкой атлетике, вы являетесь первым вице-президентом Европейской Федерации легкой атлетики. Есть у нас свои люди, я так понимаю, и в судейских комитетах в международной Федерации. Кроме того, нашей стране доверяют проведение крупнейших международных соревнований, взять хотя бы зимний чемпионат мира и так далее, и тому подобное. То есть опыт работы, ну и чего говорить, что легкая атлетика – одна из самых медалеприносящих Федераций для нас в летние виды спорта.

Вот, к вам не обращались за советом, за консультаций? Вот, как выстроить эту самую систему? Потому что у нас же сейчас представители зимних Федераций жалуются на то, что у нас нет системы, мы работаем как бог на душу положит. Вот, где-то попался интересный спортсмен, мы его вытащим, пытаемся в него вложить все, что можно, а он взял и не дал. Вот, мне интересно, те, у кого сейчас не получается, они как-то за консультацией, за советом обращаются?

Н.КАЛУГИНА: Костя-Костя, можно я сразу возникну? У меня перед глазами лежит программа «Актуальные проблемы олимпийского движения в РФ». Была она сдана претенденту кандидатом на пост президента ОКР после Турина Валентином Балахничевым. Тут все по пунктам расписано – почему, что надо было сделать. Если бы хотя бы эту программу приняли, может, уже было бы лучше. Второй вопрос: а почему к ней даже не притронулись?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Да, был такой грех выдвижения на пост Олимпийского комитета России в 2006 году. Хотя, это была вынужденная мера, имеющая чисто тактический характер – я употребил время на то, чтобы подготовить программу и ее изложить на олимпийском собрании. К сожалению, то олимпийское собрание было задано одним вопросом выборов на руководящие должности. К сожалению для меня, эта программа не была востребована как тогда, так и ныне. Хотя, часть программы была реализована нами при подготовке к Олимпийским играм в Пекине легкоатлетической команды – она, по-моему, получила 20 или 25% медалей, внесенных в копилку сборной команды России. Там изложены нормальные, реальные факторы. Действительно, проблема у нас стоит, наверное, не в том, кто будет избран будущим президентом Олимпийского комитета РФ, а какую программу он предложит и сможет ли ее реализовать. Считаю, что это самое главное.

К.ПОХМЕЛОВ: А ваша программа – скольки уже?

Н.КАЛУГИНА: 4-летней давности.

К.ПОХМЕЛОВ: 4-летней давности на сегодняшний день не устарела?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Она базируется на основе законодательства РФ и, прежде всего, Олимпийской хартии. Хартия за это время изменилась и положение Олимпийской хартии является, как бы, преамбулой к каждому пункту данной программы. Не хочу ее популяризировать, она вывешена где-то на сайте, с ней легко познакомиться. Не претендую на быть окончательным автором. Эта программа может быть использована любыми, и, на мой взгляд, принесет пользу. В легкой атлетике она пользу принесла, потому что мы самостоятельно ее реализовывали.

Кость, отвечу на ваш вопрос, обращался ли кто-либо ко мне. Нет, не обращался. В этом не было необходимости, хотя, могу сказать откровенно, что если бы на мой негативный опыт и проблемы, которые возникли в нашей Федерации в связи с допингом, воспользовались в биатлоне, в лыжах, того, что случилось сейчас, не произошло бы. Потому что это было однозначно то же самое, что было у нас в 2007, 2008 годах.

К.ПОХМЕЛОВ: Просто сегодняшняя отставка Логинова напомнила мне о том, что всегда у нас еще и даже в советские времена начинали все дети в школах с чего? Чтобы у них была легкая атлетика и был лыжный спорт. Зимой ходили на лыжах, летом занимались легкой атлетикой. И, вот, такая огромная разница на сегодня в результатах. Извините, я еще одну вещь хотел вас спросить. Вы обмолвились о том, что, дескать, оправдывались наши функционеры после провала в Ванкувере, что, дескать, это разрушилась система советского воспитания спортсменов. Вы считаете, что это не так? Что этим нельзя оправдывать нынешние поражения?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Да нет, она не разрушена вообще, на мой взгляд. Ведь, элементы советской системы физической культуры и спорта остались, прекрасно живут и побеждают. Централизованная подготовка – это элемент советской системы. Может быть, она сейчас потеряла некоторые свои главные элементы, то есть научное, медико-биологическое обеспечение очень слабое. Но у нас существует и Федерация легкой атлетики, и практически все Федерации пользуются этой системой.

Второе, детские спортивные школы. Опять, к счастью для нас, все это выжило и осталось после развала Советского Союза. Да, они не в лучшем состоянии, у них много не хватает – не хватает финансирования, отданы на откуп, извините за выражение, в субъекты РФ. Часть из них разделена, 60% в Минобре, которое ничем не интересуется, хотя должен интересоваться здоровьем детей, подростков, которые приходят в школу. А часть отдана в муниципалитеты и в спортивные организации.

Но это же элемент советской системы, он же работает, он дает резерв нам в сборные команды РФ. Могу продолжить. Даже существование Минспорта и вертикали, создание Спорткомитетов на местах – это тоже принципы советской системы. Она неплоха, ее надо приспособить к нынешним реалиям, достойно финансировать и заботиться о ней. Потому что наша система работает, у нас другой системы нет, надо ее использовать на 100%.

Н.КАЛУГИНА: Валентин Васильевич, вы – член Общественной палаты, вы – член Совета при президенте по спорту. Все говорили «Все сделали». В вашей программе написано: «Федеральное законодательство не дает правовой основы развития олимпийского движения в России». Федеральное законодательство за эти 4 года, учитывая все старания и премьера, и президента, и близ стоящих специалистов, хоть как-то дало правовую основу.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Наташа, вы взяли программу, не дали мне ее в руки, я прочел бы продолжение программы. Там все написано о том, что надо делать для того, чтобы Олимпийский комитет стал, на самом деле, реальным инструментом развития, а не только турагентством, как вы все его называете, хотя это совсем не так. Я предполагаю, что Олимпийский комитет имеет возможность финансироваться из федерального бюджета, для этого необходимо подготовить федеральную программу развития олимпийского движения в России, о чем давно-давно говорилось. Федеральной программы покамест нет, пожалуйста, воспользуйтесь моей программой, чтобы такая программа существовала.

Я думаю, что роль Олимпийского комитета высока. Олимпийский комитет нужен всем нам, несомненно совершенно. Он играет ключевую роль в подготовке к Олимпийским играм. Но в нашем разговоре прозвучал один вопрос, на который я не дал ответа, все-таки. Опыт летних и зимних Олимпийских игр. Моя точка зрения, что надо концентрироваться на зимних или на летних Олимпийских играх. Но дело в том, что сам по себе опыт подготовки к Олимпиадам имеет общий характер. Вот, последнее время произошло некоторое разделение на зимние и летние виды спорта, и обмен информацией между двумя подразделениями одного и того же олимпийского движения не существует. Это печально.

Н.КАЛУГИНА: Они стали просто конкурирующими по деньгам?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Мы сегодня встречались с Виталием Леонтьевичем и об этом говорили, что возможно создание какой-то надстройки, которая бы объединяла интересы зимних и летних видов спорта, хотя, такую роль может и должен играть Олимпийский комитет России, на мой взгляд.

Н.КАЛУГИНА: Кость, давай разрядим ситуацию? Давай поиграем?

К.ПОХМЕЛОВ: Хорошо, давайте. Вопрос у нас готов для вас, призы у нас для вас тоже готовы. Тогда сначала задаем вопрос на SMS, я напомню, +7 985 970-45-45. Больше всего боюсь, что сейчас Валентин Васильевич опять скажет, что в вопросе что-то не так. Но рискнем. Рискнем, на самом деле. Итак, лишь один отечественный спортсмен стал обладателем приза Пьера де Кубертена.

Н.КАЛУГИНА: Российский, давай скажем.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Главной награды Fair Play. Кто этот отечественный спортсмен?

Н.КАЛУГИНА: Давай уточним: российский.

К.ПОХМЕЛОВ: Я сказал «отечественный спортсмен» - он единственный. +7 985 970-45-45. Ну а буквально через 3 минутки подключим телефон. А один вопрос я себе позволю, все-таки, задать нашему гостю. Иными словами, на Олимпиаде 2012 года такого резкого скачка, который получился в зимних видах – ну а там, естественно, с 3-го общекомандного места мы опустились на 11-е, скачок приличный – в 2012 году подобного падения избежать удастся?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Вы знаете, сложный вопрос очень. Я не хочу быть волшебником, предугадывать события.

К.ПОХМЕЛОВ: Не, ну, тенденция?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Но могу сказать, что, наверное, нет. Но в том случае, если, все-таки, мы поймем, что для нас важны не только Олимпийские игры в Сочи, но и Олимпийские игры в Лондоне. Если мы объединим общей идеей, что наша общая идея будет успешное выступление и в Сочи, и в Лондоне. И будем концентрировать внимание на развитии отечественного спорта, а не только на достижении какой-то одной задачи, которая может потом привести просто к разрушению спорта в дальнейшем.

Сочи имеет колоссальный мотивационный эффект. Это главная задача, которая стоит перед спортивными организациями. Но мы должны решать ее сообща, и зимние, и летние виды спорта.

К.ПОХМЕЛОВ: А что, уже ощущается перегиб? Что, вот, внимание к Сочи-2014, хотя они только через 4 года, выше, чем к ближайшей на сегодня Олимпиаде в Лондоне в 2012 году?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Это риторический вопрос?

К.ПОХМЕЛОВ: Ну, пускай будет риторический.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Я за последние несколько месяцев не слышал вообще в СМИ ни интереса, ничего, связанного с подготовкой к Олимпийским играм в Лондоне, что вызывает у меня естественное беспокойство.

К.ПОХМЕЛОВ: Некоторые забыли даже. Вот, у нас тут пишут: «А когда Олимпиада?»

В.БАЛАХНИЧЕВ: Но могу одно «но» сказать. Нет интереса к ним, но финансирование, подготовка и все, что необходимо, делается на 100-120%. То, что касается моей Федерации. Не хочу судить о других – есть Федерации и представители Федерации, которые говорят, что недостаточное финансирование. У нас идет все более или менее нормально.

Н.КАЛУГИНА: Но Валентин Васильевич, между прочим, мы забыли не только о Лондоне. Мы забыли об играх, которые проведет МОК этим летом, мы забыли о Сингапуре – а это резерв на Лондон может пойти.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Нет, на Лондон это никак не пойдет, потому что это ребята 17-летние, потому что это будет в видах спорта гимнастика, скажем, и других, где выступают молодые спортсмены, но не в видах спорта, которые несут основную медальную нагрузку. Это другой вопрос. Я думаю, что в любом варианте будет возможность посвятить этой теме отдельную встречу у вас, потому что это юношеские Олимпийские игры – это что-то новое, это большая загадка.

Если мудро подойти к их проведению, это приведет к развитию спорта. Если как всегда подойти к этому, мы стимулируем развитие спортсменов, потом потеряем их в будущем. Вопрос очень серьезный и требует пристального внимания, дискуссий на эту тему.

Мы забыли даже не об этом, мы забыли, что в 2013 году в Москве пройдет чемпионат мира по легкой атлетике – не имею права об этом не сказать.

К.ПОХМЕЛОВ: Да, я уже поскольку пообещал, давайте теперь возьмем телефон и послушаем правильный ответ. Скажу сразу, на SMS он уже к нам пришел. Еще раз: лишь один отечественный спортсмен стал обладателем приза Пьера де Кубертена, главной награды Fair Play – «честная игра» для тех, кто, может быть, плохо понимает мой английский. Так вот, кто этот отечественный спортсмен? Нажимаем на кнопку. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, здравствуйте.

К.ПОХМЕЛОВ: Добрый вечер, представьтесь, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Виктор.

К.ПОХМЕЛОВ: Виктор, откуда вы нам звоните?

СЛУШАТЕЛЬ: Из города Железнодорожный.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну что? Вспомнили такого спортсмена или спортсменку?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, это гимнаст Алексей Немов.

К.ПОХМЕЛОВ: Совершенно верно. За что ему такую?..

СЛУШАТЕЛЬ: Это за поступок на Олимпийских играх 2004 года в Афинах.

К.ПОХМЕЛОВ: И что он там сделал?

СЛУШАТЕЛЬ: Когда судьи поставили ему заниженную оценку, а потом через несколько, ну, по-моему, минут через 20-30 они повысили оценку. Но это не спасло ситуацию, и весь зал зашумел и Немов тогда палец приложил к губам, чтобы зал стих и чтобы соревнования продолжились по гимнастике.

Н.КАЛУГИНА: С высоты своей любви к гимнастике говорю «Браво».

К.ПОХМЕЛОВ: Браво. Поздравляю вас, вы совершенно правы. Получайте наш главный приз, коим является книга «Легенды российского спорта». У меня к вам лишь одна просьба: пожалуйста, не вешайте трубку, ваши координаты сейчас запишут. Еще раз поздравляю.

СЛУШАТЕЛЬ: Спасибо.

Н.КАЛУГИНА: Валентин Васильевич, мы продолжим вот в каком ключе. Скажите, хоть в одной с таким треском проигравшей Олимпийские игры стране – а проигрывали многие, канадцы в том числе – были ли такие административные последствия? Мне это все иногда кажется театром абсурда.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Нет-нет, извините. Это не театр абсурда, это реакция государства на очень низкие результаты и на неприятие результатов спортивной российской общественностью. Совершенно правильная реакция. Были такие случаи. Не могу конкретно привести, но мне кажется, что реакция достаточно адекватная, тем более что, скажем, надо было быть готовым ко всему и заранее подготовить общественность к этой ситуации (повторю, с чего я начал).

Н.КАЛУГИНА: Ну, скажем, президент намекнул на то, что президент национального Олимпийского комитета обязан подать в отставку. В Хартии прописано совершенно другое – государство не может вмешиваться в дела Олимпийского комитета. Не по лезвию ли бритвы мы тут прошли как члены международного олимпийского движения?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Да нет совершенно. Дело в том, что президент имеет право советовать, что делать тому или другому гражданину РФ – мы за него голосовали. В данном случае это был совет, а не приказ. Если бы он приказал ему уйти в отставку, это было бы, на самом деле, нарушение Олимпийской Хартии.

Н.КАЛУГИНА: (смеется) Нет. Есть те советы, от которых невозможно отказаться.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну, это у нас, в нашей великой стране. Я позволю себе один из вопросов наших радиослушателей озвучить. Петр спрашивает: «А сколько денег стоили 12 золотых паралимпийских медалей для российского бюджета? И как это сопоставимо с 3 медалями большой Олимпиады?» Вообще, Олимпийский комитет к паралимпийскому движению, вот к тем успехам, которые у нас только-только сейчас были в Ванкувере, имеет отношение?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Нет. Это разные совершенно ветви спортивной власти, паралимпийское движение совершенно отдельно от олимпийского. Это рядом идущие, 2 параллельные ветви спортивной власти. Я не могу назвать цифры стоимость медалей, но дело в том, что я хочу вас призвать не давать оценку медалям, разделив все деньги, потраченные на развитие отечественного спорта, будь то паралимпийский или олимпийский, на количество медалей. Это совершенно не верная трактовка. Стоимость медали не определяется делением общих потраченных денег, это просто арифметическое действие. Не надо паниковать по этому поводу, выводя цифры, что 1 олимпийская медаль стоит 10 миллионов долларов. Эти деньги были потрачены на весь спорт. Один спортсмен вырасти без конкуренции, без системы никак не может – это просто исключено. Поэтому оценка одной медали в олимпийском движении или спорте должна быть произведена по другой совершенно системе подсчета.

Н.КАЛУГИНА: Валентин Васильевич, в международном олимпийском движении МОК и Международный паралимпийский комитет идут рука об руку. У нас российский паралимпийский комитет куда ближе к министерству, чем к ОКР. Почему это возникает?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, во-первых, это связано с финансированием, подготовкой, которая на 100% ложилась на плечи Министерства спорта. Паралимпийский комитет по своей хартии не имеет никакого отношения к паралимпийскому движению. Прошу это понимать.

Н.КАЛУГИНА: Несмотря на то, что МОК считает их своими партнерами и самыми близкими?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Совершенно верно. Но это другое движение.

К.ПОХМЕЛОВ: У меня вопрос более глобальный. Скажите, пожалуйста, Валентин Васильевич, после этой неудачи в Ванкувере появились разговоры о том, что видов спорта, зимних даже видов спорта стало очень много. И, может быть, не имеет смысла нам в нашей стране пытаться разбрасываться, хвататься за всех. Взять хотя бы там шорт-трек, сноуборд, какие-то дисциплины, которые, ну, для нашей страны, если можно так сказать, не традиционны. А уделять внимание медалеемким видам, которые всегда приносили славу нашей стране, лыжи, биатлон, коньки, хоккей и, вот, может быть, этого вполне нам хватит. Как вы относитесь к подобному заявлению?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, вы знаете, надо, конечно, сохранять престижные виды, те, которые всегда были развиты, и стыдно, если РФ не будет получать всех видов, в которых мы некогда доминировали – я имею в виду и лыжи, и биатлон, и конькобежный спорт, конечно. Но дело в том, что в этой ситуации мы попадаем в очень жесткую зону конкуренции с другими странами, которые тоже занимаются развитием этих же видов спорта, - Германия, Норвегия, Швеция, Финляндия. Могу продолжить, назову даже Италию. Но мы забыли о тех 30 новых появившихся видах, где конкуренция очень низка. И эту нишу заняли страны, которые не могли совершенно конкурировать с нами. Те виды, которые легко развивать. Ну, скажем, тот же самый шорт-трек – по-моему, там 8 золотых олимпийских медалей и доминирует Корея, начинает входить в этот вид спорта Китай.

Я предполагаю, что в свое время мы утратили оценку необходимости развития спорта в этих доступных и, в общем-то, нетрудоемких с точки зрения технологий и спортсооружений видах спорта. Это привело к провалу системы, что медаль не считается, будь то медаль, завоеванная в лыжном спорте или в биатлоне, считаются медали по совокупности. Я думаю, что подготовка к Олимпиаде 2014 года в Сочи должна в том числе сосредоточиться на этих видах спорта, в которых низкая конкуренция, но в которых за оставшийся промежуток времени, 4 года мы сможем что-либо достичь.

Н.КАЛУГИНА: Валентин Васильевич, ведь, в вашей родной легкой атлетике был период неудач. Вы из него вырулили. Что вы могли бы порекомендовать своим коллегам?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Сопротивляться, бороться, терпеть.

Н.КАЛУГИНА: Ну, это общие слова. А как профессионально?

В.БАЛАХНИЧЕВ: А вы просили что-то конкретно что ли?

Н.КАЛУГИНА: Да.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Я готов обсудить вопрос с профессионалами. Самое главное то, что можно посоветовать, то, что знают, кстати, они, но, может, не все слушатели знают, надо опереться на территории. Опереться на территории, потому что спортсмены готовятся там, оказывать помощь и внимание территориям. Это один из самых главных факторов. Могу привести некоторые территории, которые занимаются очень успешно, они у всех на слуху. Пожалуйста, назовем хотя бы Мордовию. Николай Иванович Меркушкин.

К.ПОХМЕЛОВ: Где ходоки у нас?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Да-да-да. Создана школа. Назовем Волгоград, Волгоградская область, где за последние Олимпийские игры было 4 олимпийские чемпионки именно в прыжках. Это очень важный фактор. И, вот, мне в этом отношении очень импонирует идея Минспорта, который предлагает сейчас внедрить идею базовых видов спорта, опорных видов спорта, точек роста, определив территории точки роста, за которые ответственны территории, развитие, подготовка резервов.

Второй момент, это, конечно, централизованная система подготовки в тех видах спорта, в которых такая система применима. Она не имеет отношения, неприменима, наверное, к фигурному катанию, но, скажем, в лыжном спорте она проводится. Эта система является базой и очень важно в этой ситуации использовать климатические условия России и других стран. Но ее надо обязательно обогатить научно-методическим и медико-биологическим обеспечением. Я не даю советы, я рассказываю то, что является главным, то, что явилось одним из факторов выживания.

Следующий момент. Я вообще считаю, что главным спонсором в спорте является государство, поэтому Федерациям надо как можно теснее взаимодействовать с Министерством спорта в поисках финансирования. Я не думаю, что надо искать какого-то необычного олигарха, который придет и даст им столько денег, сколько вы хотите. Но государство имеет обязанности перед спортом, должно деньги эти давать. Оно их и дает.

Н.КАЛУГИНА: А государство дает достаточно? Скажем, на учебно-тренировочный спорт?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Вы знаете, я могу сказать, что Федерация легкой атлетики – опять же, тут несколько неправильное определение – получает в течение сезона от 150 до 180 миллионов рублей только на подготовку сборных команд и проведение календаря соревнований. При рациональном использовании этого хватает, у нас ежемесячно на подготовке находится около 200-250 спортсменов, которые проходят подготовку в течение 200-250 дней в году, спортсмены, врачи, тренеры, массажисты. Я думаю, что нам этого не хватает. Не хочу спорить с моими коллегами, которые говорят, что я не прав, что я принижаю требования. Но нам этого хватает.

Н.КАЛУГИНА: Вы, может быть, принижаете требования, зато привозите медали.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Вы знаете, давайте не будем нас сглаживать. Последний чемпионат мира показал, что мы не совсем правильно оценили возможности нашей команды, назвав задачей 4 золотые медали. Привезли 2 и 9 в сумме, имея 10 в плане. Поэтому я оценил работу тренерского состава как неудовлетворительную, хотя, с другой стороны, получили на этом чемпионате мира 2-е место по общекомандному зачету по количеству медалей и очков, и 3-е место по золотым медалям, то есть, вроде бы, выступили успешно. Поэтому не будем об этом говорить, что мы привозим медали – мы хотим привозить и в будущем, не будем сглаживать.

К.ПОХМЕЛОВ: Вы сказали, Валентин Васильевич, сейчас, что вам очень понравилась эта идея, предложенная в Минспорте определять по территориям виды спорта. Но если взять зимние виды спорта, как можно, скажем, куда-то определять прыжки с трамплина, когда в нашей стране трамплинов ни в каком регионе, трамплинов мирового, европейского уровня нету? Также как нету у нас и горнолыжных трасс, также как нету у нас и бобслейно-санных трасс, отвечающих мировому уровню проведения этапов кубка мира и, по-моему, это перечень не окончательный.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Я же сказал, что надо делать это в тех видах спорта, в которых эта идея применима. Ну, в частности, то, что касается горнолыжного спорта, прыжков с трамплина, бобслея, скелетона. Кто мешает использовать западные базы? Я вообще считаю, что перспектива развития отечественного спорта, летних видов спорта состоит в том, что мы должны использовать зарубежные базы. Мы не можем изменить климат в РФ. Представьте себе, что если мы сравним климат Ямайки, там, Южной Африки, Кении, даже Южной Португалии с Россией, то это небо и земля. Мы последние годы сохранили уровень потенциала сборной команды благодаря тому, что стали проводить подготовку за рубежом. Причем, стоимость человекодня за рубежом не выше, чем стоимость человекодня в РФ.

Н.КАЛУГИНА: К вопросу о «за рубежом». Олимпийский комитет России, точнее, олимпийское движение России имеет 3-х представителей в МОК – Виталий Смирнов, почетный вице-президент, Александр Попов и Шамиль Тарпищев. Представительство количественно достаточное. Каковы наши позиции с точки зрения качества?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Достаточно весомые. Виталий Георгиевич Смирнов – это несомненно один из лидеров международного олимпийского движения, очень авторитетный человек. Саша Попов избирается второй раз в Комитет спортсменов МОК, что удается далеко не всем спортсменам. Шамиль Тарпищев – ну, это достаточно известный человек и его авторитет также высокий. Я считаю, что их роль высока, но наши требования к ним, почему-то постоянно какое-то желание, чтобы эти люди представляли в Олимпийском комитете только наши интересы. Ведь, туда люди избираются не чтобы представлять интересы той или другой страны, избираются, чтобы заниматься развитием олимпийского движения. И, конечно, каким-то образом представлять интересы. Но главное – развитие олимпийского движения.

Н.КАЛУГИНА: То есть, получается, мы подставляем своих же людей, своим поведением мы подставляем своих же людей в МОК?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, о чем вы говорите?

Н.КАЛУГИНА: Требованиями к ним, которые выдвигаются.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Конечно, понимаете, в чем дело? Это будет несправедливо, если каждый, придя в Международную федерацию легкой атлетики, коим являюсь я, избираясь там, будет сидеть и заниматься только своими вопросами. Туда приглашаются люди не защищать только интересы своей страны. Да, мы отстаиваем их и мы показываем своими действиями, что это происходит. Но туда люди избираются по другому принципу – не отстаивать интересы РФ только, но заниматься в том числе и развитием международного спортивного движения.

К.ПОХМЕЛОВ: Валентин Васильевич, у нашего слушателя к вам вот какой вопрос, у Петра Николаевича, который нас ненадолго возвращает, все-таки, в олимпийский Ванкувер. Пишет он вот что: «Главная проблема олимпийской команды России в том, что это не команда». Прежде чем попрошу вас это прокомментировать, я лишь скажу, что, наверное, с моей точки зрения, имел в виду наш радиослушатель и в чем я с ним солидарен. Взять какие-нибудь эпизоды, когда сборная России по биатлону жила в одном месте, ей предлагалось жить в более цивилизованных условиях, чем, скажем, представителям других видов спорта. Когда провожали спортсменов в Храме Христа Спасителя, собралось туда от силы 20% тех, кто еще никуда не улетел. На церемонии открытия состав российской команды не был целым. Вот, проблема, решение вопроса о том, кто понесет флаг, каждый год уже вызывает смех нездоровый. Потому что только и ждешь разговоров о том, что для кого-то этот флаг тяжелый, кому-то нельзя переутомляться и так далее, и тому подобное. Вот, не это ли имел в виду наш радиослушатель, имея в виду, что у России нет команды?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Нет, у России есть команда. Дело в том, что если бы приехали оттуда с победой, то, наверное, этот вопрос бы просто не возник. Обычно вопрос «команда – не команда» возникает как раз на фоне неудачного выступления. Однако, в чем-то он прав. Но нельзя собирать всех людей в одном месте. Дело в том, что чисто географически наши команды были разделены и жили в разных местах, и занимались каждый своим делом. Но поверьте, там была, может быть, не одна сборная команда России, а сборные команды по количеству видов спорта. И каждый жил своей собственной жизнью и переживал.

Вот, я, все-таки, частично согласен с радиослушателем не потому, что он не увидел команду, а потому, что по возвращению домой эта команда превратилась в какой-то сыр-бор. Спортсмены выступают против тренеров.

К.ПОХМЕЛОВ: Против руководителей Федераций пишут письма.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Против руководителей Федераций пишут письма – я считаю, что это надо остановить.

Н.КАЛУГИНА: Ну, на самом деле, это выглядит немножко неприлично.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, по меньшей мере, такого не было в наших летних видах спорта, и я этого не одобряю. Я считаю, что если есть какие-то претензии, надо высказывать их напрямую. И руководство обязано их решить сразу же. Зачем откладывать на потом и делать из этого скандал и упреки по окончанию Олимпиады? Они приведут только к последующим разногласиям. Вот, мне кажется, что после этого будет трудно сформировать новую команду.

Н.КАЛУГИНА: Самый, наверное, неприятный вопрос. В декабре олимпийское собрание перед играми в Ванкувере проголосовало за избрание Леонида Тягачева на очередной срок. Сегодня март, прошло ровно 3 месяца, Леонид Тягачев в связи с результатом подал в отставку. Простите, а зачем голосовали в декабре? Ведь, все же было известно.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, я голосовал «за». Почему голосовал? Потому что это было безальтернативное предложение. И то, что сложилась такая ситуация... Я очень уважаю Леонида Васильевича Тягачева и думаю, что жизнь могла сложиться иначе. Но могу сказать, что, в целом, я был не согласен с идеей проведения выборов до начала Олимпийских игр. И с этой мыслью я выступал на исполкоме Олимпийского комитета, боролся за идею проведения олимпийского собрания по окончанию Олимпийских игр, как это делают все нормальные Федерации и нормальные Олимпийские комитеты зарубежных стран. Такая возможность не была представлена и мы получили то, что мы имеем сейчас.

К.ПОХМЕЛОВ: Завтра будет определена дата следующих выборов нового главы Олимпийского комитета. Ваш прогноз: они тоже будут безальтернативными?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, не хотелось бы, чтобы они были безальтернативными. Конечно, надо дать возможность людям высказаться и избрать достойного кандидата. И я хотел бы думать, что так оно и будет.

К.ПОХМЕЛОВ: Вы баллотировались. Нет теперь желания повторить этот путь?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Да в принципе, в этом нет никакой необходимости, я занят серьезным делом, своей Федерацией, у меня много ответственности. Задача, которую мы поставили в Лондоне, достаточно высока. Дай бог справиться с этой задачей. Нет никакого желания. Помочь желание есть.

Н.КАЛУГИНА: Ну, на самом деле, если бы 4 года тому назад стали продвигать вашу программу?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Я убежден, что было бы все по-другому.

Н.КАЛУГИНА: Вот, в том-то вся и грусть. Тогда почему вы не хотите выставляться?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Это очень интимный вопрос. Я опять же сказал, что нет необходимости заниматься, сидеть на двух стульях, на трех стульях. Я думаю, что моя спортивная карьера должна закончиться, наверное, в Лондоне, и в самом худшем случае в 2013 году на чемпионате мира по легкой атлетике в Москве. Я уже больше буду 20 лет президентом Федерации легкой атлетики. Дай бог, чтобы нашей команде сопутствовала удача, я мог ей помочь.

К.ПОХМЕЛОВ: Вопрос от нашего радиослушателя, Николай спрашивает: «Почему не показывали по телевидению зимний чемпионат мира? Даже информации кроме интернета нельзя было узнать. Вот вам и королева спорта», - иронизирует наш радиослушатель.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Ну, дело в том, что Международная федерация легкой атлетики подписала контракт с компанией ASC, а до этого контракт был подписан с Евровидением, членом которого являются Первый и российское телевидение. Надо было заплатить за новый контракт на 4-летие, сумма около 4 миллионов долларов. Ни у одной из компаний таких денег не нашлось, поэтому данное мероприятие было продано НТВ Плюс, который показывал данное мероприятие за совершенно другие деньги.

А отношение к легкой атлетике? Ну что ж, можно меня за это тоже, наверное, ругать, что я не занимаюсь достаточно популяризацией легкой атлетики. Вы знаете, у нас многие виды спорта развиваются и спорт в любом проявлении интересен. Но должны существовать национальные приоритеты. Если мы хотим побеждать, необходимо заниматься развитием медалеемких, больших Федераций, тех, которые имеют российские традиции. Среди них и легкая атлетика, и плавание, и гимнастика, и борьба, и другие виды спорта. Может быть, с ущербом для некоторых новых видов спорта, которые только что появились, являются выставочными и не являются, на самом деле, реальными видами спорта, нужными для нас.

Н.КАЛУГИНА: Очень короткий вопрос для популяризации легкой атлетики. Лена Исинбаева вернется?

В.БАЛАХНИЧЕВ: Лена Исинбаева должна вернуться. Но, во многом, это зависит от нас. Мы сегодня опять же встречались с Виталием Леонтьевичем Мутко, обсуждали этот вопрос и пришли к мнению, что от нас. От него, от меня, от всех нас зависит, сможет ли она вернуться. Мы должны ей помочь это сделать. Это не значит, что мы должны дать ей больше денег. Мы должны ей объяснить, что от нее ожидается и насколько она нужна для всех нас. Но с другой стороны, мы должны кое-чем помочь и ей, и ее тренеру, потому что мне кажется, что она оказалась в очень тяжелом положении. Она живет совершенно одиноко в Монте-Карло, как это ни парадоксально звучит, она оторвана от России долгие годы. Опять же, повторюсь, от нас зависит, сможет она прыгать в Лондоне.

К.ПОХМЕЛОВ: Прежде чем закончить наш эфир, я лишь назову имя и телефон нашего победителя, который правильно по SMS ответил на вопрос и назвал гимнаста Алексея Немова. Победил Алексей, чей телефон 8-915-284. Вот, наверное, и все. Потому что время наше подходит к концу. Валентин Васильевич, благодарим вас. Большое спасибо, что пришли к нам в эфир, ну а совсем скоро лето, я думаю, вы у нас будете гостем еще. Не в последний раз.

В.БАЛАХНИЧЕВ: Да. Поэтому я хочу извиниться перед любителями зимних видов спорта, перед профессионалами, если я в чем-то был не прав. Это мое личное мнение, не мнение редакции «Эха Москвы». Спасибо за внимание. Всего хорошего.