Крутая шкала

время выхода в эфир — пт, 11:08

Программа о новостях, тенденциях, перспективах развития российской и мировой экономики и финансовых рынков

Ведущие:: Алексей Дыховичный ведущий эфира на Эхо Москвы

Обычная версия

эфир

16.12.2011 11:14

Крутая шкала : Последние рейтинговые действия S&P по российским банкам

Гости:: Виктор Никольский кредитный аналитик S&P

Сергей Вороненко аналитик компании «Standard&Poors»

Ведущие:: Алексей Дыховичный ведущий эфира на Эхо Москвы

Последние рейтинговые действия S&P по российским банкам

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: 11 часов 14 минут в столице, добрый день, вы слушаете радиостанцию «Эхо Москвы», у микрофона Алексей Дыховичный. Виктор Никольский и Сергей Вороненко, кредитные аналитики рейтинговой компании «Standard&Poors» у нас в гостях. Виктор, Сергей, здравствуйте.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Доброе утро.

С.ВОРОНЕНКО: Здравствуйте.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Последние рейтинговые действия «Standard&Poors». Ну, мы о российской банковской системе говорим и рейтинговые действия были произведены. Но, все-таки, давайте мы начнем с того, что ваш конкурент, другое крупнейшее мировое рейтинговое агентство Fitch вчера поздно вечером понизило рейтинги 7 крупнейшим банкам. Ну, все они на слуху, вот, то ли 7, то ли 6. Ну, много, короче говоря, и все на слуху, все их знают. Там, The Goldman Sachs, Bank of America, Citigroup. Ну, вот, все-все. Там, Barclays, BNP Paribas, Credit Suisse, Deutsche Bank. 7 банков, все их знают. Снижены рейтинги. Не катастрофически, но снижены. Что в «Standard&Poors» происходит?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Вы знаете, ну, мы не можем, к сожалению, комментировать действия наших коллег, мы можем рассказать, какие наши были последние действия также по крупнейшим банкам мировым. Они были связаны с тем, что мы сейчас находимся в финальной стадии внедрения нашей новой методологии, и где-то 2 недели назад были похожие действия от рейтингового агентства «Standard&Poors». Мы также рассматривали там 37 крупнейших банков в мире, и там также преобладали негативные рейтинговые действия. Это связано с тем, что в соответствии с нашей новой методологией подход «Standard&Poors» к инвестиционным банкам, он...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Тут не только инвестиционные.

В.НИКОЛЬСКИЙ: К банкам, у которых существенную долю, скажем так, в их доходах составляет инвестиционная банковская составляющая. Мы считаем, что потенциально эти банки... И, на самом деле, многие из банков, которые вы перечислили, они также были включены в наш список. Мы считаем, что доходы от такой деятельности – они крайне волотильны, они являются непостоянными, очень сильно зависят от рынков. И с учетом того, что на рынках, действительно, сейчас период очень высокой волотильности, наши рейтинговые действия по многим крупнейшим банкам также носили негативный характер.

Здесь еще надо отметить один важный момент. В нашей новой методологии рейтинги в большой степени базируются на оценках банковских и отраслевых рисках страны, где банк находится. И если посмотреть на такие оценки на временном интервале с 2006-го года по сегодняшний момент для Европы, для Северной Америки, то можно увидеть, что эти оценки ухудшаются. И поскольку этот аспект анализа становится ключевым в нашей новой методологии, рейтинги банков, которые находятся в этих странах, они следуют за ухудшением экономических и отраслевых рисков. И в этой связи эти действия были достаточно ожидаемыми и вполне логичными, они полностью соответствуют нашей новой методологии.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Я напомню слушателям, что у нас существует SMS +7 985 970-45-45, вы можете присылать свои вопросы и сообщения. Мы говорим о банковской системе российской. Ну, вот, просто новость – я не мог мимо нее пройти. Но мы говорим о российской банковской системе, и странная ситуация, странная история происходит, потому что, смотрите, почему вы негативно смотрите и совершаете негативные действия даже по отношению к крупнейшим мировым банкам? По двум причинам. Во-первых, потому что они торгуют на бирже (нехорошие), а это сейчас очень рискованно. Правильно? А второй момент, потому что сама экономическая ситуация в крупнейших развитых странах не способствует развитию банковской системы. Правильно я, да? Чуть-чуть упрощаю.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да. Упрощенно это выглядит вполне верно.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: А при этом российским банкам, которые находятся в той же самой ситуации, биржи российские еще более волотильны нежели западные. Экономическая ситуация, вы скажете, что она становится лучше?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Ну, мы смотрим не только на экономическую ситуацию, мы смотрим на...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: А российским банкам – я чуть-чуть забегаю вперед, но вы подробнее расскажете – вы чуть ли не повышаете рейтинги.

С.ВОРОНЕНКО: Ну, может быть, как раз здесь имеет смысл чуть-чуть подробнее рассказать о наших рейтинговых действиях по российским банкам. Мы пересмотрели 33 российских банка, и рейтинги по новой методологии были полностью пересмотрены по ним. Из них 11 банков были повышены на одну рейтинговую ступень, рейтинги остальных банков были подтверждены на текущем уровне. Это планомерное действие, это плановое действие, которое непосредственно связано с внедрением наших новых критериев, о которых мы уже неоднократно здесь упоминали. И здесь также хочется отметить очень важную вещь: нельзя говорить о том, что российская банковская система, да?.. Вот, может показаться, что эти позитивные рейтинговые действия означают, что российская банковская система является некоторой такой тихой гаванью на фоне мировой нестабильности. Нельзя так утвердительно говорить, потому что...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Но получается.

С.ВОРОНЕНКО: Нет, смотрите, здесь очень важный момент стоит упомянуть, что уровень российских банков, рейтингов российских банков – он на порядок ниже уровня мировых.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Но мы сейчас о динамике говорим.

С.ВОРОНЕНКО: Да, безусловно. Динамика позитивная. Ну, я бы сказал, умеренно позитивная. В начале ноября мы пересмотрели ту нашу оценку отраслевых и страновых макроэкономических рисков, которые уже Виктор сегодня упоминал, по России, и она была переведена из 8-й группы в 7-ю группу. Соответственно, это является некоторым фактором отражения умеренно-позитивной динамики.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да, здесь, наверное, надо сказать, что группа 10 – это самый высокий риск и единица – это самый низкий риск. То есть вот это снижение из 8-й в 7-ю – это говорит о том, что рисков стало меньше, с нашей точки зрения. Важно здесь прояснить, как это сравнивается с общемировыми показателями, оценкой по Америке. Мне кажется, это важно. В Северной Америке средняя оценка вот этого риска находится на уровне 2, то есть это крайне низкие риски. В мире средневзвешенный показатель где-то порядка 5-ти. Если посмотреть там на Латинскую Америку, то он в районе 6-ти. Это показатели риска банковских систем. И они, безусловно, эти показатели риска меняются вслед за изменениями в экономике.

Если посмотреть на Западную Европу, эти риски растут, то есть они в районе 2006 года были на уровне 2, сейчас они на уровне 4. Это говорит о том, что рейтинги европейских банков снижаются и мы это видим. Но тем не менее, вот этот разрыв между 4-й группой и 7-й – он все еще достаточно существенный.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, вы бы сильно меня удивили, если бы Россию не поставили просто выше, российские банки поставили выше европейских.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да, то есть здесь есть еще некий эффект...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Я говорю о динамике.

В.НИКОЛЬСКИЙ: ...низкой базы. То есть мы стартуем...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Но почему сейчас? Почему сейчас, когда только ленивый не говорит, ну, по-разному называют, второй волной кризиса, не второй волной. Не важно. Но кризис есть, и он никуда не делся. Вот объясните людям на Болотной. Там, правда, не столько экономические... Те, кто вышел на Болотную площадь. Там не столько экономические требования были. Но люди недовольны. Недовольны, хуже становится. А вы повышаете.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Ну, здесь лучше ответить, вот последние рейтинговые действия – это результат изменения методологии, которая меняется для всех банков в мире.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, это объяснение какое-то, знаете, очень странное. Значит, раньше вы считали совсем неверно, а сейчас стали считать верно и поэтому у вас там чего-то поменялось.

С.ВОРОНЕНКО: Здесь есть очень важный момент, который стоит упомянуть, потому что примерно половина из тех рейтинговых повышений, по российским банкам которые произошли, они связаны с тем, что в новой методологии мы учитываем рейтинговую надбавку за поддержку от государства, которую эти банки могут получить. И, в общем-то, на примере кризиса 2008-2009 года, российское правительство показало, регулятор показал, что системно значимые банки могут получать государственную поддержку.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Ну, спасали очень многие банки за исключением, там, нескольких, Lehman Brothers (но он инвестиционный банк). Спасали, в общем, в первую очередь банки розничные.

С.ВОРОНЕНКО: Если в предыдущей методологии, которая действовала до недавнего времени, предполагалось, что поддержка от государства банкам будет оказываться в периоды экономической нестабильности, в период кризиса. Текущая методология предполагает, что вот эта вот надбавка за поддержку от государства в случае, если банк является системно значимым, а государство готово поддерживать банковскую систему, она добавляется на всем периоде экономического цикла.

Вот смотрите, если посмотреть на последние данные по ликвидности российского банковского сектора, мы видим, что в ней все большую роль начинает играть операция Репост с Центральным банком. Центральный банк осознанно поддерживает банковский сектор, практически всяческими способами, словесными интервенциями, реальным предоставлением ликвидности банковскому сектору он поддерживает ликвидность в банковском секторе. И вот то, что мы сейчас видим в России, то, что сейчас происходит на денежном рынке, фактически это очень... Ну, скажем, это сигнал для нас, что те предположения, которые делает наша новая методология, они абсолютно соответствуют действительности. Реально Центральный банк вмешивается и поддерживает банковскую систему.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Вот в эту вот стройную систему, которую вы сейчас нарисовали, политическая нестабильность (я опять возвращаюсь к Болотной площади как самому массовому событию, говорящему о политической нестабильности в стране), она каким-то образом может изменить вот эту вот систему стройную, которую вы сейчас выстроили?

С.ВОРОНЕНКО: Ну, как мы еще раз вернемся к оценке наших макроэкономических отраслевых рисков для России, то есть сейчас в нашей новой методологии мы используем наш взгляд на макроэкономическую ситуацию, в том числе на политические риски как некоторую отправную точку оценки той операционной среды, в которой действуют, ну, в частности, российские банки. И, безусловно, это может найти свое отражение. То есть если у нас поменяется наша оценка макроэкономических или политических, отраслевых рисков РФ, это может найти свое отражение в рейтингах российских банков, что не является нашим базовым, так сказать, сценарием на ближайшую перспективу по отношению к России.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Ну, тут можно немножко по-другому это сформулировать. Фактор политических рисков, политической нестабильности – он отражается в рейтингах банков двумя способами. Первое, это является одним из факторов, который входит в оценку отраслевых экономических рисков системы, да? То есть если, например, наши суверенные коллеги увидят, что политические риски и риски экономической нестабильности повышаются, мы это косвенно увидим в изменении вот этого риск-фактора для системы, в целом. Это первый момент. Второй момент тоже очень важный, фактор политической нестабильности находит отражение в суверенном рейтинге для РФ. И многие банки фактически привязаны, государственные банки привязаны к этому суверенному рейтингу. То есть если суверенный рейтинг будет снижаться, многие банки, в частности государственные банки, будут следовать за снижением этого рейтинга. Потому что в нашей новой методологии не предполагается... Ну, существуют, конечно, исключения, но в целом правило такое, что, в основном, банки не могут получить рейтинг выше, чем рейтинг суверена, той страны, в которой они работают, именно в связи с суверенными рисками.

Последняя публикация от наших суверенных коллег была сделана несколько дней назад, когда были объявлены результаты выборов, и согласно этой публикации они увидели определенные риски, связанные с тем, что правящей партии будет сложнее нежели раньше проводить непопулярные решения, там, непопулярные законы. И в связи с этим может последовать более... Скажем так, есть риски, связанные с дополнительными государственными расходами.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть просто ваши коллеги суверенные, как вы их называете, то есть коллеги, которые рассматривают суверенный рейтинг, они посмотрели на структуру парламента, структуру Государственной Думы, которая получается, обнаружили, что у «Единой России» больше нет конституционного большинства, и исходя из этого, сделали вот эти заключения, о которых вы говорите, но они совершенно не оценили... Или вы это пока не расцениваете как фактор риска, выступления людей, которые против тех выборов, против результатов, против того, как были посчитаны голоса. Вот это вы пока не рассматриваете как риск?

В.НИКОЛЬСКИЙ: По крайней мере, в той публикации, которая была сделана...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Но она и не могла быть, потому что это было 5 декабря.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да, этот вопрос не рассматривался.

С.ВОРОНЕНКО: Ну и с другой стороны, наверное, хочется добавить, что, опять-таки, уровень рейтингов – он уже отражает возможность некоторого ухудшения событий. То есть уровень рейтинга РФ, уровень рейтинга большинства российских банков уже предполагает высокие риски.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть вы хотите сказать, что вы это еще заложили еще до 2008 года, еще вот тогда? Потому что, ведь, не было понижения рейтинга России за долгий-долгий период времени. Вы поставили на пересмотр... Прогноз вы ставили негативный, а понижения же не было, насколько я помню.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да, но это было достаточно давно.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: И это было давно.

В.НИКОЛЬСКИЙ: То есть на протяжении 2 лет рейтинг по РФ не менялся.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Прервемся. Виктор Никольский, Сергей Вороненко – кредитные аналитики рейтинговой компании «Standard&Poors» у нас в гостях, о российской банковской системе мы говорим. Ну, о России при этом не можем не говорить. Новости на «Эхе», затем продолжим.

НОВОСТИ

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: 11:35 в столице, напоминаю, что вы слушаете радиостанцию «Эхо Москвы». Виктор Никольский и Сергей Вороненко, кредитные аналитики рейтинговой компании «Standard&Poors» у нас в гостях. Российская банковская система – о ней, все-таки, давайте поговорим. Что ждет, с вашей точки зрения, в 2012 году банковскую систему?

С.ВОРОНЕНКО: Ну, наверное, можно обозначить некоторые тренды, которые мы уже сейчас наблюдаем и ожидаем, что они будут развиваться в следующем году. Прежде всего, конечно, стоит отметить тот факт, что рынки для первичного размещения, для привлечения дополнительного капитала второго уровня, для размещения облигаций – они по-прежнему остаются достаточно закрытыми для большинства российских банков, что, естественно, окажет влияние на рост кредитного портфеля и отчасти на ликвидность для некоторых банков.

По поводу ликвидности. Сейчас мы видели некоторое напряжение ликвидности в 3-м – начале 4-го кварталов. Но мы ожидаем, что к началу следующего года ситуация может несколько стабилизироваться в виду того, что поступят дополнительные бюджетные средства, произойдет осваивание бюджета на следующий год. Соответственно, это принесет дополнительные ликвидные средства в систему.

Но говорить о том, что банки сейчас переликвидны, у них много ликвидных средств как это было, например, год назад, уже нельзя. Что мы можем также отметить? Безусловно, мы видим (и я думаю, что большинство слушателей видит) рекламу о повышении процентных ставок по депозитам. Это глобальная тенденция на рынке, и сейчас мы наблюдаем такую тенденцию уже с начала 3-го квартала. Мы ожидаем, что эта тенденция еще продолжит умеренный рост в следующем году, произойдет повышение параллельное ставок и по депозитам привлечения, и по размещенным средствам банка, то есть по кредитам. И в связи с этим очень интересный факт был замечен в ноябре этого месяца, то, что был некоторый всплеск кредитной активности банков. Отчасти это можно объяснить тем, что заемщики в ожидании повышения ставок по кредитам стараются взять сейчас несколько впрок денежных средств для того, чтобы обезопасить себя несколько от процентного риска.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Это заемщики – физические лица в первую очередь, нет?

С.ВОРОНЕНКО: Не только. Но, в основном, статистику делают корпораты, то есть физические лица – они, все-таки...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Их много, но берут мало.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Физических лиц у нас с точки зрения задолженностей всего по всему банковскому сектору порядка 25%, поэтому... Вот, 75% - они как раз и делают погоду.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Несмотря на то, что, как вот вы их обозвали, корпораты, то есть, ну, компании, корпорации, крупные, по крайней мере, имеют возможность не брать кредиты, а выходить на рынки заимствований, то есть облигаций.

В.НИКОЛЬСКИЙ: В меньшей степени.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: В меньшей степени?

В.НИКОЛЬСКИЙ: В меньшей степени сейчас, да. То есть сейчас для крупных заемщиков стал, наверное, российский банковский рынок кредитов интересен именно как следствие того, что им сложно разместиться на рынках капитала. То есть им сложно разместить свои облигации и привлечь капитал от иностранных заемщиков.

Еще одна тенденция, которая...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: А почему иностранных? А российских?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Ну, в основном, если мы говорим о выпуске облигаций, то, скорее, покупателями будут крупные иностранные игроки.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Даже если номинированы в рублях?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да. На самом деле, на рублевом рынке сейчас достаточно много иностранных игроков. Но это... Знаете как? Иностранные игроки – их не всегда видно, то есть они не всегда играют напрямую, они могут играть... Российские дочки иностранных банков и так далее. То есть в первом приближении мы их не сразу можем увидеть.

Но еще одна тенденция, которая обязательно проявит себя в 2012 году, - это недостаточность капитала российских банков. Мы уже видим это сейчас. Это связано там не только с тем, что повышаются требования к капиталам (они повышаются не существенно). Это связано с тем, что рост российской банковской системы, рост именно рисковых активов за последние 2 года был достаточно существенным. И если даже посмотреть на статистику Центрального банка, у них есть показатель Н1, который фактически является отражением капитала. Если посмотреть на 1 января 2010 года, банков, у которых был показатель Н1 от 10 до 12 процентов, то есть это, скажем так, на нижней границе их было всего порядка 20 штук. И в общей банковской системе это было около 3%. То по последним данным таких банков 110, то есть рост в 5 раз этой группы банков, и они занимают уже не 3% от системы, а порядка 17%.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Еще раз скажите, что это за банки?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Это банки, у которых показатель капитализации находится на минимально допустимом уровне для регулятора. То есть если они снижаются, этот показатель становится менее 10%, то дальше банк должен предоставить план, как он будет этот капитал улучшать. Либо он должен сокращать кредитование, либо он должен повышать свою капитализацию, то есть собственники должны добавить капитал в банк.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть это отражение недостатка ликвидности, так?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Это отражение недостатка капитала. Ликвидность – это активы, которые могут стать деньгами в течение очень короткого времени. Капитал – это разница между активами и пассивами, да? Это чистые активы. По-другому объясню. Капитал – это фактически буфер банка на случай непредвиденных убытков. То есть чем меньше...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Это заначка.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да. Чем меньше этот капитал, тем более банк становится уязвимым для непредвиденных убытков, которые могут наступить.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть заначка стала... Я упрощаю, извините ради бога (ну, так понятнее). Заначка стала маленькой.

С.ВОРОНЕНКО: Уменьшилась.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да. У многих небольших банков. Это, в основном, все-таки, небольшие банки.

С.ВОРОНЕНКО: Но не в абсолютном выражении, а в относительном.

В.НИКОЛЬСКИЙ: В относительном по сравнению с их активами. Ну, можно очень упрощенно сказать, что они в определенном смысле живут не по средствам, да? То есть они берут на себя большие риски, чем могут себе позволить. Но это касается все большего числа банков...

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: То есть накупили столько, сколько можно было, всяких активов разных столько, сколько было можно, сколько позволяет регулятор. Еще чуть-чуть и уже... Уже регулятор скажет «Ребята, так нельзя».

В.НИКОЛЬСКИЙ: Да, совершенно верно.

С.ВОРОНЕНКО: Ну, на самом деле, здесь тоже важно, хочется отметить насчет регулятора. С 1 января российская банковская система может недосчитаться определенного количества банков, именно на фоне капитализации. Потому что с 1 января вводятся дополнительные требования к минимальному размеру достаточности капитала. Сейчас это будет составлять 180 миллионов рублей. И некоторые банки – мы ожидаем, что это будет не больше 10% банковской системы – они просто перестанут существовать, если не выполнят эти требования.

В.НИКОЛЬСКИЙ: Ну, 10% в штуках.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Вы за 50 секунд до конца эфира напугали людей. Объясните хотя бы, насколько вероятность такого события?..

С.ВОРОНЕНКО: Вероятность высока, но это банки очень мелкие, мы о них с вами не знаем. И это проводится, скорее всего, в рамках тех планомерных действий Центрального банка по расчистке банковской системы, повышению ее прозрачности и улучшению регулирования.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: И вот прямо-таки в автоматическом режиме 1 января это должно произойти? Или, все-таки, какой-то там временной лаг должен быть?

В.НИКОЛЬСКИЙ: Там будет лаг на время предоставления отчетности фактически. То есть когда регулятор увидит эту отчетность, дальше он будет предпринимать определенные действия. Но могу сказать, что среди наших клиентов, у которых есть рейтинги, таких банков нет.

С.ВОРОНЕНКО: Поэтому мы спокойный.

А.ДЫХОВИЧНЫЙ: Спасибо вам. Ну, хорошо бы люди тоже там деньги не держали, в этих банках. Виктор Никольский и Сергей Вороненко, кредитные аналитики рейтингового агентства «Standard&Poors» были у нас в гостях, о российской банковской системе мы говорили. Виктор, Сергей, спасибо вам.

комментировать