Обычная версия

передача

Все передачи

Разворот

время выхода в эфир — пн-пт, 15:00-17:00

Ежедневная интерактивная программа, которую поочередно ведут журналисты радиостанции

Ведущие:: Антонина Самсонова , Ирина Меркулова , Алексей Соломин , Ирина Воробьева , Тихон Дзядко , Ольга Журавлева , Алексей Осин , Инесса Землер , Евгений Бунтман , Марина Максимова , Алексей Дурново , Александр Борзенко , Дарья Полыгаева

Обычная версия

эфир

10.02.2012 15:35

Разворот : Проблема подростковых самоубийств в России

Гости:: Владимир Собкин директор центра социологии образования РАО, доктор психологических наук, академик РАО (по телефону)

Михаил Виноградов руководитель Центра правовой и психологической помощи в экстремальных ситуациях, в прошлом рук. Центра специальных исследований МВД РФ (по телефону)

Ведущие:: Марина Максимова ведущая новостей радиостанции "Эхо Москвы"

Алексей Дурново корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Проблема подростковых самоубийств в России

код для блога

А. ОСИН: 15.35 в Москве, снова Марина Максимова, и Алексей Дурново вас приветствуют. И об очень сложной, тяжелой, неприятной и пугающей по настоящему проблеме, мы поговорим в ближайшие полчаса. Это проблема подростковых самоубийств в России Мы знаем, что у нас вот в последние дни, ну, просто наваждение какое-то. Просто всплеск, сразу несколько…

А. САМСОНОВА: По всей России, причём. И в Москве, и в Лобне, да.

А. ОСИН: Сразу несколько человек, у нас покончили собой. И мы будем говорить об этом, с психологами, в первую очередь. По очереди, Владимир Собкин, директор центра социологии и образования РАО, доктор психологических наук, академик. И Михаил Виноградов, руководитель центра правовой и психологической помощи, в экстремальных ситуациях. В прошлом, руководитель центра специальных исследований МВД, по телефонам будут у нас эти гости. Я лишь напомню, что если у вас есть вопросы, вы можете присылать их на номер: +7-985-970-45-45,или через твиттер, аккаунд @vyzvon.

А. САМСОНОВА: Владимир Самуилович у нас уже на телефонной связи, добрый день.

В. СОБКИН: Здравствуйте.

А. САМСОНОВА: Первый вопрос к вам. Сейчас вот передо мной лежит статистика, Россия почти в 3 раза, превышает общемировой показатель, по частоте суицида, среди подростков. Такие данные, сегодня привели в отделе государственного научного центра, социальной судебной психиатрии. Как? Почему так? Как так оказалось?

В. СОБКИН: Ну, вы понимаете, как? Во многом, вся социальная ситуация последних лет, и не одного, двух годов, а длительного периода, связано с тем, что мы упустили проблемы, касающиеся социализации, и воспитания подростков. И проблемы во многом, начинаются ещё в более раннем возрасте, когда не прожито вот и дошкольное там детство. Что я имею в виду? Вот очень важные моменты, касающиеся построения образа «Я», так сказать, формирование «Я». Это очень тонкий такой, трепетный момент, который в общем, начинается сразу. Но человек, в определенные возраста, должен прожить полноценно, вот и своеобразия детской игры, когда у него формируются представления о себе, и в подростковый период, когда расширяется его социальный контакт, и он входит во взаимодействие. И вот у нас, к сожалению, по нашим исследованиям, у нас отношение к жестокости, и к проявлению жестокости, по сравнению… Вот мы недавно сделали исследование, более терпимое, чем в других странах, вот в частности, ближнего зарубежья. Мы не как бы, терпимо относимся к вот этим негативным проявлениям. В своё время, если вы помните, покойный Ролан Быков, гениальный фильм снял «Чучело», где вот эта проблема травли и подростковой травли, и буленга, она… Почему был так плохо принят этот фильм, во многом, педагогической общественностью? Потому, что там была очень жесткая критика взрослого мира. Взрослый мир, показан в этом фильме, как мир, который равнодушен к поддержке подростка. Если бы у этой героини фильма, не было дедушки, вот такого, который готов с ней на контакт, тоне ясно, как бы она вышла из этого подросткового конфликта, который связан с тем, что человек попадает в новую ситуацию взаимодействия. Поэтому, вот первое, на что я бы хотел обратить внимание, это терпимость к проявлению агрессии. Более того, мы демонстрируем агрессию.

А. САМСОНОВА: Владимир Самуилович, а вот вы сейчас сказали, что мы упустили, что раньше такого не было. Правильно я понимаю? То есть, что раньше кто-то этим занимался, и упустил кто? Вы говорите, упустили. Кто упустил? Школа, родители?

В. СОБКИН: Упустили педагоги, и наша культурная политика в этом смысле. Мы же не создаём позитивные фильмы, для детей, с позитивным образом ребенка, с позитивным… Мы разрушили детскую ситуацию, детской жизни, и детских форм. Действия, и поведения, культуры этого. Плюс, накладываются ещё на это, сложные, социальные, обще такие, культурологические моменты, касающиеся… Ну, вот возьмите, например, такую ситуацию, как сетевое взаимодействие. Конечно, замечательно, что есть эти формы контрактов, и так далее. Но в то же время, это ситуация сетевого взаимодействия, она лишена реального сочувствия, сопереживания, поддержки, реакции глаза в глаза. А это, часто необходимая не опосредованная поддержка, а именно, такая поддержка лицом к лицу. И то, что человек уходит вот в эти сетевые контакты, и в этот уровень взаимодействия, часто не формируют у него вот тот круг реальной поддержки, который может его поддержать. А кроме этого, значит, очень трудно справиться с теми проблемами, неадекватной оценкой. Подростковый возраст – это вообще возраст, предельно чувствительный, к оценке других людей. Это основная проблема возраста. Кто я, в глазах других людей? Какой я? Что я из себя представляю, когда вот это обостренная чувствительность, наталкивается на непонимание, а с другой стороны, нету модели и способов, решить свои проблемы, в ближайшем окружении.

А. САМСОНОВА: То есть, это самый опасный возраст, получается. Правильно?

В. СОБКИН: Подростковый возраст, очень опасный возраст. Он всегда был в педагогике, один из самых опасных.

А. ОСИН: Владимир Самуилович, а вот всё-таки, а вот у нас сейчас, да? Мы столкнулись с таким всплеском подростковых самоубийств. А почему именно сейчас?

В. СОБКИН: Ну, смотрите. Если мы говорим, почему на этой неделе, я вам не отвечу, почему на этой неделе. Если мы говорим о нашей вот культурной ситуации, в которой мы находимся, я могу вам сказать следующее, что к сожалению, культура так сейчас сформирована, что молодой человек, вот подросток, у него представление о смерти, не связывается с конечной ситуацией, что это конечная предельная ситуация. Вот жизнь, как ценность. Потому, что он смотрит один фильм, там убийство. Потом, этот же актер, этот же персонаж, в другом фильме появляется, и снова действует. У него нету, вот в этой сериальности поведения, нету ощущения того, что это окончательный финал. Оно как бы, продолжается, из серии в серию. Вот это, мне кажется, очень сложный такой культурный феномен, связанный с жизненной ситуацией.

А. САМСОНОВА: Владимир Самуилович, ну смотрите, все вот эти фильмы, пор которые вы говорите, что касается социальных сетей, о которых вы тоже упомянули. Вы знаете, что подростки есть, да? Не только в России, есть в Европе например, или в штатах. Они раньше ушли в эти социальные сети. И им были гораздо более доступны все эти фильмы, которые мы смотрим. Ну, и в России, они тоже все доступны. Но смотрите, опять же, и вы подтвердили, что статистика такова, что в России, самоубийств среди подростков, больше, чем в той Европе, и в тех же США, где все эти фильмы, и социальные сети, распространены гораздо больше.

В. СОБКИН: Ну, смотрите, мы не установим никогда, однозначной причинно-следственной связи. Это бессмысленно искать, для… Вот одну причину, которая на что-то влияет. Всегда есть комплекс, и комплексное воздействие. Ведь мы можем сюда дополнять другие сюжеты. Например, сюжет социального неравенства, который, когда я говорю о чувствительности подростка, к своему положению, к своему социальному статусу, и для него вот этот возраст, он предельно социален становится в этом возрасте. Вот его я, кто я, в окружении, и так далее, вдруг оказывается, что не от него, многое зависит. А зависит от культурного потенциала семьи, от материального потенциала семьи. Он в этом возрасте, реально, не на словах, сталкивается с проблемой социального неравенства, социальный возможностей. Он это уже переживает, как свой реальный конфликт. От способа решения вот этих ситуаций неравенства. Не только ситуация несчастной любви, не понятости, и так далее. Почему, я с огромным уважением, отношусь. Но он ещё предельно социален, в этом возрасте. Это возраст планов, надежд, намерений, и так далее. Вдруг, он (неразборчиво), что всё, он не состоятелен. Как бы он не упирался, как бы он не бултыхался, он видит, что рядом открываются совершенно другие механизмы продвижения, движения, и так далее. В этом соотношении, это социальная незрелость. Огромная социальная незрелость. Плюс, не включен в какие-то реальные, социальные проблемы жизни. Вот смотрите, мы можем по-разному относиться к проблемам там волонтерства, социальные. Он, подросток, в этом возрасте, ему нужны социальные дела. Он хочет себя увидеть, как человека социального. И действия которого, оцениваются по социальным меркам. Но у него этих действий нет.

А. ОСИН: Владимир Самуилович…

В. СОБКИН: У него нет этой реальности, для социальных проявлений.

А. ОСИН: Вот всё-таки, о роли социальных сетей хотелось бы поговорить.

В. СОБКИН: Он находится (неразборчиво) реальных продвижений. В этом отношении, я не говорю, что это одна причина. Допустим, меньшее социальное неравенство, и по-другому решенные проблемы, социального неравенства, в подростковом возрасте, за рубежом. Или там, проблемы волонтерских движений, для подростков, которые организованы за рубежом, допустим, лучше, чем у нас. Это нельзя свести всё к одной причине. Это огромный комплекс. Но в этом комплексе, мне кажется, мы заняли совершенно педагогический… Вот мы упустили, значит ситуацию работы с этим возрастом, как с возрастом, который нуждается в педагогической поддержке взрослых. На разных совершенно моментах.

А. ОСИН: Владимир Самуилович, извините, перебью вас. Но всё-таки, социальные сети. Вот социальные сети, Владимир Самуилович, вот всё-таки, они какую роль играют, где подростки находят друг друга, да? И даже, объединяются в какие-то вот такие виртуальные клубы. Вот какую роль, вот этот новый сегмент нашей жизни, относительно новый, во всем этом играет?

В. СОБКИН: Ну, вы понимаете, как? Будет нелепо, если я начну сейчас вам говорить, что сетевой компьютер вреден, интернет вреден, сетевое взаимодействие вредно. Конечно, это огромный потенциал, и огромные возможности. И информационные, и культурные, и расширение досуга, связи, и так далее. В этом есть огромный плюс. Но в то же время, надо видеть угрозы. Потому, что в этом сетевом взаимодействии, мне легче быть инкогнито, мне легче быть другим. Мне легче быть не тот, какой я есть. Мне легче выкинуть ту маску, которая не соответствует моей реальности. И когда я сталкиваюсь с реальной ситуацией, я не умею с ней справиться. Вот в этом же проблема, что не хватает…Замечательно, что есть эти виртуальные ситуации общения. Конечно, замечательно. Но с другой стороны, должна реальная жизнь быть организована. Связанная с тем, что у него есть реальный опыт, глаза в глаза, локоть к локтю. А вот это всё разрушено, на взаимодействии, и так далее, конкретно. И с конкретным участием взрослого. (Неразборчиво). И когда я сталкиваюсь с оценкой, для меня не той, которая мной выстроена в виртуальном пространстве, у меня трагедия.

А. ОСИН: Большое спасибо. Владимир Самуилович, за ваши ответы. Владимир Сопкин, директор центра социологии, и образования РАО, доктор психологических наук был у нас по телефону.

Ну что же, Михаил Виноградов, руководитель центра правовой, и психологической помощи в экстремальных ситуациях. В прошлом, глава центра специальных исследований МВД России. Михаил Викторович, добрый день.

М. ВИНОГРАДОВ: Добрый день.

А. САМСОНОВА: Говорим мы о суицидах среди подростков, которые как-то участились на вот этой и прошлой неделе. И статистику сегодня опубликовали, что Россия почти в 3 раза превышает общемировой показатель, по частоте суицидов среди подростков. Скажите, вот вы можете объяснить ситуацию, почему у нас получается так, что специалисты говорят, что подростков упустили, что сейчас именно поэтому, происходят самоубийства. Что было раньше? Не знаю, может быть, помощь лучше оказывали. В школах у нас вроде бы, насколько я, например, помню, у нас никаких психологических курсов тое не было. Что изменилось сейчас?

М. ВИНОГРАДОВ: Изменилась сама страна, изменилось самосознание, и ощущение собственной не перспективности в этой жизни. Вообще, когда мы говорим о детских, подростковых суицидах, мы должны иметь три как бы этапа. В причинах, семья. Очень мало времени сегодня родители уделяют детям. Дети растут без любви, без ласки. Даже в очень обеспеченных семьях. А тем более, в необеспеченных. Все заняты зарабатыванием денег. Взрослые все заняты. Следующий этап – школа. Очень большое расслоение в материальном плане. Одни дети из бедных и средних семей, другие из богатых, и это создаёт для детей, психологический дискомфорт, очень большой. Но как раз, вот этот дискомфорт, приходится на пубертатный период. На период полового созревания, и девочки, в большей степени зависят от того, какими они выглядят могут ли они чему-то соответствовать. Мальчики проще, но тоже, это имеет место быть. Дальше, общегосударственная проблема. Большая психическая напряженность, в обществе. По степени трилогии, и напряженности в обществе, мы занимаем третье место в мире, после слаборазвитых стран. Это тоже имеет огромное значение. И наконец интернет, в котором есть подстрекающая идея, к уходу из жизни. Есть сайт самоубийц, в котором рассказывается, каким способом, как надежно лишить себя жизни. Управление КНВД пытается найти владельца сайта, но чаще всего, владельцы, и те, кто работает на этих сайтах, находятся вне России, или вне той страны, на которой они вещают. Вот в основном, такие проблемы. Кто попадает? Девочки и мальчики, малолюбимые в семье. Девочки, или мальчики, с тревожно-мнительной личностью, которая в период пубертатна, тревога усиливается, и совокупность факторов, отношение к школе, взаимодействие какое-либо, между школой, и… Вот, мы говорим, школьные психологи, раньше их никогда не было. Дети, в советское время… Я отбрасываю всякую идеологию, беру только, так сказать, техническую сторону этого дела. Дети - октябрята. Какие-то слеты, дела, занятость, кружки. Дети – пионеры. Все под наблюдением государства. Дома пионеров, дворцы пионеров, кружки, занятия, комсомол. Опять же, вовлечение юношей и девушек, во взрослую жизнь. Вовлечение их в активный какой-то… Ну, тогда говорили созидательный, но в какой-то труд. Сегодня, дети предоставлены себе. Если есть какие-то кружки, школы, они платные. И далеко не все родители, могут оплатить детские увлечения.

А. ОСИН: Скажите, пожалуйста, Михаил Викторович, вот всё-таки, существую, я знаю точно, и на западе, и в США, такая вещь, как психологическая помощь по телефону. Есть ли что-то подобное в России, и насколько это эффективный метод?

М. ВИНОГРАДОВ: Вы знаете, у нас есть детская психологическая помощь, телефоны бесплатные. Но, менталитет нашей страны такой, что обращаться к психологу, или к психиатру, стыдно. А на западе, и в Америке, престижно иметь личного психоаналитика, личного психотерапевта. Проблема не в том, что есть они, или нет. А проблема в том, что к этим специалистам, не хотят идти. Стесняются, боятся. Боятся каких-то социальных последствий. Права не дадут, на работу не возьмут, вот это очень большая проблема психологической готовности, пойти за психологической же помощью.

А. САМСОНОВА: Скажите, вот в этой ситуации, вот их ваших слов я делаю вывод, что всё-таки, больше здесь государство виновато, потому, что это да, первый пункт – родители, а вот дальше уже пошло социальное расслоение, общегосударственная проблема, там контроль за интернетом. В этой ситуации, что делать? Как можно попытаться не знаю, проводить или профилактику, или сокращать всё-таки, количество погибших подростков?

М. ВИНОГРАДОВ: Значит, вы немножко сместили акцент. Я начал с семьи, школы, и государство на последнем месте. А если говорить о том, что делать с такими детьми? Девочка высказывала мысль о самоубийстве, давно. Её родители этого не услышали…

А. САМСОНОВА: Это вы про Лобню говорите, да?

М. ВИНОГРАДОВ: Да. Не родители не услышали, не увидели её сметенной души, не друзья. Ну, что, девочки её возраста, ей не авторитет. Поэтому, в школе никто этого не заметил. Вот, проблема. Мы не смотрим друг на друга, с позиции, как тебе живётся, что ты чувствуешь? Болеешь, не болеешь, тоскуешь. Мы с этих позиций, совершенно утратили, так сказать, взгляд на детей. Грустит – переживёт. Там плачет, переплачется. Любит – разлюбит. Внимание, к такой проблеме в семье, и в школе. Должного понимания, должного контакта здесь с ребенком не было. Если говорить (неразборчиво). А вторая – за компанию. А. САМСОНОВА: Скажите, в этой ситуации, что делать? То есть, родителям нужно брать ситуацию в свои руки, не смотря на то, что там ну, денег нет, ещё что-то. Значит, что нужно там, не знаю. Работу сокращать, или в школах нужно вводить какие-то уроки, или психологов вводить, что делать в итоге, как решать проблему?

М. ВИНОГРАДОВ: Если говорить о школе, там есть психологи, которые не справляются с объемом работы. Надо увеличивать психологическую помощь, и безусловно, делать её обязательной, (неразборчиво). Не просто пришли, как говорится, кто хочет. А обязательное наблюдение, за их эмоциональном состоянием. Сегодня то, что имеется у нас, работает против детей. Интернет, против детей. Школа, с её какими-то сложными и непонятными вещами, тоже против. Нам надо стать с детьми рядом. И на полшага впереди, чтобы видеть, что происходит с их настроением.

А. САМСОНОВА: А скажите, вот звучат, на фоне всех вот этих событий, последних сообщений, звучат предложения, что и церковь должна подключаться к решению этой проблемы. Как вы считаете, это эффективно, не эффективно? Нужно, не нужно?

М. ВИНОГРАДОВ: Церковь должна подключаться к этим проблемам. Но покажите мне детей, которые самостоятельно пойдут в церковь. Точно так же, как к психологу, или психиатру, не пойдут. Родители ходят, кто-то вовлекает своих детей воцерковляют их. А в основном, дети не ходят в церковь. Конечно, церковь, если бы она имела то влияние, которое у неё было когда-то. Организовывались слушания какие-то, это было бы полезно. Но сегодня, церковь сама к этому не стремится. И ещё не значимости воздействия на детскую психологию. И дети туда не идут.

А. ОСИН: Большое спасибо, Михаил Виноградов, руководитель центра правовой психологической помощи в экстремальных ситуациях. В прошлом, руководитель центра специальных исследований МВД России. Ещё раз, большое спасибо за ваши ответы. Ну, вот так вот, глазами психологов, экспертов, выглядит проблема подросткового суицида.

А. САМСОНОВА: Ну, последнее, что могу добавить, мы говорили просто очень много о социальных сетях, и интернете, который является, по мнению многих, одним из вот как раз пунктов, которые приводят подростков к самоубийству. Ну, вот в России уже с лета этого года, планируют оказать психологическую помощь, несовершеннолетним, через интернет. То ест, всё-таки, использовать его на благие цели.

комментировать

Рекомендую

код для блога

Контекст

Интервью

10.02.2012 15:50
Интервью
Тема: Детский суицид
Участники:
- Галина Семья - доктор психологических наук, заведующая лабораторией «Столичной финансово-гуманитарной академии»
- читать

Другие эфиры

28 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема:

Ситуация вокруг Сирии

Гости:

Георгий Мирский политолог, профессор

28 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Единый кандидат от оппозиции

Ведущие:

Ирина Меркулова журналист радиостанции "Эхо Москвы"

Алексей Соломин - корреспондент "Эхо Москвы"

25 мая 2012, 16:05

Разворот

Тема: Новые горизонты российской науки: кто обеспечит прорыв?

Гости:

Сергей Шитов главный научный сотрудник лаборатории "Сверхпроводящие метаматериалы" НИТУ МИСиС

25 мая 2012, 15:35

Разворот

Ведущие:

Алексей Дурново корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Марина Максимова - ведущая новостей радиостанции "Эхо Москвы"

25 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Скандал с историческими памятниками в Москве

Гости:

Николай Переслегин советник главы департамента культурного наследия Москвы (по телефону)

Константин Михайлов - координатор общественного движения "Архнадзор" (по телефону)

24 мая 2012, 16:35

Разворот

Тема: Ограничения в искусстве

Ведущие:

Инесса Землер корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Евгений Бунтман - журналист радиостанции "Эхо Москвы"

24 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Выборы мэра Москвы

Ведущие:

Инесса Землер корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Евгений Бунтман - журналист радиостанции "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 16:35

Разворот

Тема: Инновации в учебном процессе: как вузы стремятся идти в ногу со временем, чтобы удовлетворять требованиям работодателя

Гости:

Константин Антипов ректор МГУП, доцент, доктор экономических наук, известный практик российской рекламы, эксперт в области медиа индустрии, член россйского отделения IAA (Международной рекламной ассоциации)

23 мая 2012, 16:08

Разворот

Тема: Каким Вы видите идеального президента?

Ведущие:

Алексей Осин обозреватель "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева - ведущая "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема: Открытие Гайд парка

Ведущие:

Алексей Осин обозреватель "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева - ведущая "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Этническая преступность в школах

Ведущие:

Ольга Журавлева ведущая "Эхо Москвы"

Алексей Осин - обозреватель "Эхо Москвы"

22 мая 2012, 16:04

Разворот

Гости:

Сакен Аймурзаев корреспондент "Эхо Москвы" на Украине (по телефону)

Валерий Семененко - сопредседатель Объединения украинцев России (по телефону)
Александр Дикусаров - пресс-секретарь Министерства иностранных дел Украины (ожидается по телефону)