Обычная версия

передача

Все передачи

Разворот

время выхода в эфир — пн-пт, 15:00-17:00

Ежедневная интерактивная программа, которую поочередно ведут журналисты радиостанции

Ведущие:: Антонина Самсонова , Ирина Меркулова , Алексей Соломин , Ирина Воробьева , Тихон Дзядко , Ольга Журавлева , Алексей Осин , Инесса Землер , Евгений Бунтман , Марина Максимова , Алексей Дурново , Александр Борзенко , Дарья Полыгаева

Обычная версия

эфир

05.01.2012 16:08

Разворот : СМИ и государство

Гости:: Алексей Венедиктов главный редактор "Эха Москвы"

Ведущие:: Оксана Чиж корреспондент "Эхо Москвы"

Евгений Бунтман журналист радиостанции "Эхо Москвы"

СМИ и государство

код для блога

Е. БУНТМАН: У нас в гостях главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов. Добрый день!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Добрый день!

Е. БУНТМАН: И мы говорим о скандале, который произошел в Германии с президентом страны. И говорим вообще о поведении чиновников по отношению к руководителям СМИ и сотрудникам СМИ. История заключается в следующем. Президент Германии Кристиан Вульф позвонил журналистам газеты «Bild», что он сделал зря, конечно.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Главному редактору!

Е. БУНТМАН: Да. «Bild» таких вещей не прощает. Позвонил и попросил, как он утверждает (там есть 2 точки зрения) несколько придержать публикацию статьи о скандале, связанном с его семьей, семьей президента Германии. Потом он звонил, извинялся, говорил: нет, я не хочу оказывать давление на журналистов. Тем временем журналисты говорят, что это происходило чуть-чуть не так, потому что главного редактора не было. И Кристиан Вульф не нашел ничего лучшего, как оставить сообщение на автоответчике. В том числе там были такие сообщение, как сообщает Sueddeutsche Zeitung использовались такие выражения, как «вести войну», «перейти Рубикон», «окончательный разрыв с издательством» и т.д. В общем, было не очень вежливо. Вот такая история. Говорят, что президенту нужно уйти после этого, после того как он себя повел таким недостойным образом. Ну, во-первых, у Алексея Венедиктова хотелось спросить, что он думает конкретно по поводу этой истории, насколько это типичный европейский скандал или нет.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это типичный европейский скандал. Мы знаем такие скандалы и за океаном. Я не буду сейчас говорить о странах с авторитарным режимом (в Китае или Северной Корее), в которых пресса не может ничего делать без правящей партии. А в странах демократических такие скандалы, когда они становятся публичными, они бывают достаточно часто. Я знаю такие скандалы по Франции, когда был уволен главный редактор журнала Paris Match за то, что на обложке была опубликована фотография бывшей жены Саркози с ее нынешним мужем и т.д.. Были звонки главному редактору, он отказался снять, и он был уволен, потому что владелец Paris Match – друг Саркози. Вот такая история известная. Это было 3 года назад. В США такие истории. Совершенно известная история, как после 11 сентября Кондолиза Райс (тогда помощник президента по нацбезопасности) собрала издателей – скажем так, учредителей – телевизионных крупнейших каналов сетевых США и попросила не давать обращение Бен Ладена в эфир целиком, мотивируя это тем, что в этих обращениях, возможно, зашифрованы новые приказы на теракты.

Е. БУНТМАН: Но это чуть-чуть другое!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Но тем не менее два издателя, редактора согласились, а один нет. Те стали давать дискретно, а он продолжал давать. То есть, на самом деле, это нормально (для них нормально, не для нас!), когда власть пытается оказать давление на медиа. Но и не только власть. У нас и слушатели пытаются оказать давление на медиа. Мы живем под постоянным давлением. Конечно, то, что сделал Кристиан Вульф… Ну, я абсолютно уверен, что все входящие телефоны Бильда слушаются. И не только спецслужбами. Абсолютно уверен. Но еще оставить такую запись на автоответчике!..

Е. БУНТМАН: Это, мягко говоря, опрометчиво. Очень мягко говоря.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, да. Это говорит о профессиональной неготовности господина президента к тому, что, если выяснится, что он говорил такие слова, если запись с автоответчика будет уже определена, прослушки Немцова покажутся нам детским садом.

Е. БУНТМАН: Теперь актуализируем эту историю. И переносим ее в Россию. И конкретно к Алексею Венедиктову вопрос как к главному редактору. Насколько часто это бывает у вас?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это бывает часто. Что я имею в виду? Часто люди, которых задевают те или иные публикации эфирные или публикации на сайте нашей радиостанции, звонят с разного рода предложениями. Я бы сказал так. Уже с требованиями давно никто не звонит. Последнее требование я уж не помню когда было. Но с просьбами и предложениями это снять, и это не давать, и воздержаться от приглашения этого человека – это часто. Недели не проходит, чтобы не было звонка.

Е. БУНТМАН: В службе информации просто об этом не очень известно.

А. ВЕНЕДИКТОВ: А они же звонят главному редактору. Что я буду вам свои разговоры пересказывать? Вам и знать не надо про это. Но на самом деле, самое поразительное, когда я стал главным редактором и на меня от Корзуна все переключилось, самое поразительное было то, что в тот период наибольшее количество звонков поступало, жалоб и требований, и угроз по поводу материалов нашего музыкального критика Анатолий Суреновича Агамирова. Какой там Черкизов? Какая там Латынина? Какой там Шендерович?! Я просто напомню, что это были годы, когда на нас сильно наезжали (1998-1999), но стоило Анатолию Суреновичу сделать какую-нибудь реплику - немедленно! Вот немедленно! Сначала звонок из Большого театра. Потом звонок из Консерватории от функционеров. Потом звонок обиженных солистов. Потом – замминистра культуры. Потом министр культуры, потом председатель Комитета по культуре Госдумы. Потом директор Департамента по культуре правительства РФ, потом вице-премьер, курирующий культуру. Такой набор звоночков проходил по каждой реплике Анатолия Суреновича Агамирова. Я не знал, что люди так трепетно относятся к тому, что кто-то не докрутил фуэте. Поскольку я сам не знал, что такое фуэте, у меня ответ был такой: я не понял, что вы говорите, но если что-то хотите сказать - приходите в эфир и расскажите про эту фуэте, чего вы хотите.

Е. БУНТМАН: История с государственными чиновниками, которые звонят, угрожают, жалуются и т.д. довольно типичная для любого государства, чиновников и для СМИ, наверное. Но главная разница в том, что здесь никакого ажиотажа.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Когда я прочитал то, что сказал Кристиан Вульф (по версии газеты), я сказал: узнаю брата Кристиана. У меня таких Кристианов не сосчитать просто!

Е. БУНТМАН: Но только там президент Германии может уйти, а здесь не будет никакого резонанса, скорее всего.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Просто это настолько привычно и банально, что… Может быть, стоило, когда в следующий раз это произойдет, какой-нибудь случай, сделать это публичным с называнием фамилий чиновников.

Е. БУНТМАН: И что, это подействует?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Откуда я знаю. Но в основном мне точно звонить не будут. Я могу сказать, что за 12 лет мне по политике ни разу не позвонил ни Путин, ни Медведев, ни пресс-секретарь Путина, ни пресс-секретарь Медведева. У меня эти фигуры, этот тандем с 2000 года не звонил ни разу. Но, скажем, Сергей Цой по Лужкову звонил беспрестанно. Просто жил в трубке. Хотя здесь не жил, но жил в трубке. Пресс-секретари и министры, вице-премьеры просто как зайчики, поэтому…

Е. БУНТМАН: Ну, надо сказать, что Сергей Цой, насколько я помню, и в мой эфир дозванивался и просил его вывести в эфир высказать позицию.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это – ради бога! Это нормальная вещь. Когда государственные чиновники просят эфир, чтобы ответить – wellcome всегда. Это единственная просьба, которая исполняется сразу. Если мне звонит человек и говорит: у тебя по Ближнему Востоку было то, я хочу, чтобы директор Департамента или посол высказал другую позицию, - нет вопросов. Вчера, сегодня, завтра – когда угодно. Это же была история с первым путинским интервью (пока первым и единственным «Эху Москвы») ,когда танки эти несчастные, которые должны были утилизоваться в Мурманске, а оказались в Армении, и он расследовал это дело как начальник контрольного управления. Звонок в приемную:
- Можно Владимира Владимировича Путина?
– А кто это?
– Начальник контрольного управления. Владимир Владимирович, здравствуйте…
- Знаю, слушаю.
– А не могли бы приехать?
– Приеду.
И приехал. Сразу. Через несколько часов. Эта история с чиновниками. И наоборот. Чиновник звонит и говорит: пожалуйста, по телефону, приезжайте. Вот сейчас разгребем – и нет вопросов. Это вообще не давление, а наоборот.

Е. БУНТМАН: Кристиан Вульф сначала утверждал, что примерно это и говорил. Если бы не было идиотской истории с автоответчиком.

О. ЧИЖ: Полезное изобретение!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Потому что да, стало публичной историей. И, конечно, здесь надо объяснять. У нас это считается банальным, а в Германии и пресса, и оппозиция сейчас вцепятся и повиснут, как барбосики. Я думаю, что президенту мало не покажется. Еще туда-сюда кредит, полученный от друзей, еще туда-сюда как-то можно. Но вот наехать на прессу в Германии и вообще в любой стране, в США, - можно получить сдачу.

Е. БУНТМАН: Насчет кредита смешно пишет наш слушатель Миха из Ярославля: «Боже мой! Действующий президент Германии официально берет кредит! Да он святой!».

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну, это другая тема, да.

Е. БУНТМАН: Наверное, последнее, что касается других СМИ. Я понимаю, что, может быть, не совсем к вам вопрос. Но вот так опосредовано: насколько это частая история для других СМИ?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я тебе могу сказать, что мы не делимся. Потому что это история стыдная. Главные редактора СМИ, даже если они учреждены государством, правительством или какой-нибудь корпорацией, когда они по звонку своего издателя или кого-нибудь из администрации президента снимают, отменяют эфир, главные редактора этого стыдятся. Никогда тебе ни один главный редактор не расскажет, что он отменил эфир с кем-то, с Ксенией Собчак, потому что позвонили и сказали в Администрации. Он скажет: это я сам решил, потому что передача будет некачественной. Никогда никто из нас в этом не признается. Это как стыдная болезнь.

Е. БУНТМАН: Несмотря ни на что об этом стыдно говорить?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Конечно! Я, великий и могучий главный редактор великой и могучей газеты, которая цитируется, и я буду говорить, что по звонку чиновника из Администрации или пресс-секретаря бывшего председателя Госдумы снимается публикация?! Да никогда в жизни никакой главный редактор. После этого надо просто класть заявление на стол и уходить на пенсию, когда ты публично это скажешь. Другое дело, что в нынешней ситуации никто не может сказать, что мне позвонили и заставили меня, мне угрожая (не упрашивая, замечу я, а угрожая!), отложить ту или иную публикацию. Мы же знаем, как сейчас шел прессинг «Дождя». Поскольку Наташа Синдеева девушка молодая, как главный редактор, по бодрости иногда рассказывает это. А на самом деле, конечно, давление, особенно в такие критические позиции, когда происходит что-то очень болезненное для власти, резко возрастает. Резко возрастает! Понимаешь, у меня же нет вертушки, у меня городской телефон. А дозвониться бывает на «Эхо» (сами знаете, кто пытается за призами) – это время, и пар уходит. Нет, есть разные формы. Например, история с Михаилом Маргеловым. Он все-таки председатель Комитета Госдумы, сенатор. Веду эфир. В предыдущей получасовке был у меня представитель по Ближнему Востоку, а потом у меня со слушателями. Звонок. Я сначала не опознал голос. Это был сенатор Михаил Маргелов. Разговор был такой:
- Леша? Трам-пам-пам-пам! Что у тебя за трам-пам-пам-пам был в эфире, который нес такую трам-пам-пам-пам по Ближнему Востоку, что мне даже стыдно было?!
Я говорю:
- Эээ, Михаил Витальевич, вы куда звоните?
- Я тебе звон!
- Нет, вы в эфир звоните.
- Трам-пам-пам-пам! - говорит Маргелов и вешает трубку.
Но мы тут же его записали. Это как бы нормальная реакция. Но, чтоб вы понимали, на мои звонки на мой телефон такие вещи от разных людей с «Трам-пам-пам-пам!» без «Трам-пам-пам-пам!», приходят достаточно часто. И когда они по делу, как был звонок Маргелова, несмотря на «Трам-пам-пам-пам!», - пожалуйста! По содержанию этого эфира. Тут же раз, отзвонили, вывели уже без «Трам-пам-пам-пам!», и Михаил Витальевич изложил иное видение конфликта на Ближнем Востоке. Но бывает так, что человек говорит:
- Это у вас все ложь, ваши новостники лгут.
Я говорю:
- Хорошо, приди и скажи правду!
- Нет.
- Нет? Значит, будет идти эта ложь, которую ты считаешь лжой.
- Тогда мы встретимся в другом месте.
Я говорю:
- Я даже знаю, как это место называется – кафе «Экспедиция», где столовалась половина Администрации президента в свое время.
Это была не реклама!

Е. БУНТМАН: Суть скандала вокруг звонка президента в редакцию… Сам по себе звонок чиновника высокого ранга дик для европейской прессы.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ты знаешь, на самом деле, чего греха таить, главные редактора известных и влиятельных медиа во всем мире, они часто встречаются и общаются с влиятельными людьми в их странах.

О. ЧИЖ: Но это, возможно, общение просто немного другого характера.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, это не общение другого характера. Поскольку я тут был на кремлевском приеме, могу сказать, что это СОВСЕМ не другого характера общение, потому что половину я решал вопросы, а половину со мной решали вопросы. Разные люди. Они, кончено, были во фраках и бабочках, но от этого меньше замечаний не было.

О. ЧИЖ: Вот тут бы пригодился автоответчик.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Абсолютно, да. Но это во всем мире так. Это идет съем отношений и информации с двух сторон. Но еще раз повторяю: что-то заставить делать, надо иметь очень мощные рычаги. Поэтому, когда государственные медиа вынуждены это делать… Понятно, учредители, хотя они не имеют права вмешиваться в редакционную политику. И в Германии также. Вы посмотрите, мы видим какой-то прием: Меркель, тот же Вульф, главные редактора, издатели газет, о которых мы даже не слышали, потому что там понимают, что пресса – штука очень острая. Тонкая и острая. И чтоб дойти до избирателя, в любом случае ты пойдешь через прессу. В любом случае! ты не можешь, как в 19 веке объезжать каждый шахтерский поселок и пожимать руки. Просто невозможно. Поэтому стараются иметь отношения. Мы стараемся иметь отношения, чтобы получать для слушателей эксклюзивную информацию или эксклюзивное мнение, что мы и получаем. И сегодняшний приход… Грубо говоря, Чуров был позван на приеме в Кремле. Вот так, чтобы было понятно. Просто он сам подошел и сказал, что давно у нас не был. Я сказал: действительно, закрутились, замотались, но и вы были заняты. Вот это тоже работа. Причем никаких ограничений по вопросам, чтобы было понятно, я не принимаю. Может, кто-то принимает. Я – не принимаю. Это всегда борьба ведущего и пришедшего гостя. Всегда! Гость навязывает повестку. Ведущий тоже навязывает повестку.

Е. БУНТМАН: насчет формата встречи. Для вас, может быть, как для главного редактора, нет разницы, звонит вам сюда тот или иной чиновник или разговаривает в Кремле.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Конечно!

Е. БУНТМАН: Но, с другой стороны, звонок в редакцию, как таковой…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Звонок не в редакцию ведь на первом этапе было известно, что когда Владимир Гусинский стал акционером, он позвонил в редакцию. Попросил соединить его с информационной службой. А у нас еще стажерка сидела, которая не знала. Это 1996 год. Его соединили, и он попал на Владимира Викторовича Варфоломеева. Владимир Викторович выслушал тираду Гусинского о том, что, типа, «погода не та», или «вы слова не так ставите», и сказал: «Вам подбросить телефончик Алексея Алексеевича или у вас есть?». И больше Владимир Александрович Гусинский не звонил ни разу по поводу содержания. Не только туда. Мы люди нежные, у нас учредители как чиновники. Кстати, у нас же нет прямого телефона службы информации, все идет через фильтр, через девочек еще была замечательная история, как звонил Путин Зорькину, только свежепереизбранному. А Зорькин был у нас в эфире. А у нас, к сожалению, рядом Министерство обороны. И когда идет совещание, все мобильники гасятся. И вот прикрепленный к Зорькину человек говорит: вам звонит президент Путин, а соединения нет. Я говорю: пусть по городу позвонит, первая приемная, мы переключим. Ну, по городу и по городу. Проходит 5 минут, 7 минут. Баглай был, а не Зорькин! Потом звонок: вас первая приемная. Я выхожу, Баглай потом мне рассказывает. Они звонят нашим девочкам и говорят:
- Первая приемная, президент хочет поговорить с Баглаем.
- Да бросьте шутить, - говорят девочки и вешают трубку.
Они набирают:
- Первая приемная, президент хочет поговорить с Баглаем.
- Да хватит шутить, - и вешают трубку.
Пока те не догадались сказать «Венедиктова нам быстро». Вот такая история. Поэтому прозвониться к вам, извините, impossible – невозможно. Только через фильтр сначала секретариата, а потом главного редактора.

Е. БУНТМАН: Да, так что у нас значительно больше проблем.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это у них будет значительно больше проблем.

Е. БУНТМАН: У них будет больше проблем, чем у Кристиана Вульфа, когда будут звонить. Хотя бы из-за того, что и послать могут.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я вот думаю: а не писать ли нам все входящие звонки тоже, на всякий случай?

О. ЧИЖ: Автоответчик!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Просто поставить под запись – и все.

Е. БУНТМАН: Какие-то запретительные меры, если так уже доходить до абсурда. Запретительные меры, например для чиновников, запретить кому-то из высших чиновников звонить в редакцию и расценивать это как давление на журналистов…

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я могу тебе сказать, что один из моих любимых фильмов «Берегись автомобиля». Мы его недавно пересматривали с младшим. Там же есть «я убегаю – ты догоняешь». У них такая работа. К этому надо относиться со скукой. У них такая работа.

Е. БУНТМАН: Снисходительно.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Снисходительно, да. Иногда они ловят правильно. Я напомню историю, что во время Беслана прошла информация, не верифицированная у нас, что захватчики – люди определенной национальности. Мне немедленно позвонил Сурков. Немедленно! В ту же секунду прошла! А я не слышал, я у себя в кабинете сидел. 20 секунд прошло! Он говорит: «Одна просьба! Вот у тебя сейчас прошло, что вот они оттуда! Я тебя прошу: вот когда все кончится». И это законная просьба.

Е. БУНТМАН: Это правильно, да.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Но оценить эту историю, когда идет поток, невозможно. Поэтому как раз я соединяюсь всегда, когда звонят чиновники.

Е. БУНТМАН: Сурков, грубо говоря, в роли слушателя выступал, не более того?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Нет, нет. Когда тебе звонит тебе первый замглавы Администрации президента, извини меня…

О. ЧИЖ: Он не простой слушатель!

А. ВЕНЕДИКТОВ: Да, эта история такая. Эта история банальная. Еще раз хочу сказать: важно не как себя ведет чиновник – важно, как себя ведет главный редактор. Поэтому я не могу сказать «не звони мне». Да звони! Просто каждую твою просьбу мы будем отдельно обсуждать: в чем ее причина. Может, тебе эфир нужен? Вообще не вопрос. А если ты хочешь, чтобы я снял этот материал, чтобы он не появлялся, - объясни мне почему. Может, мы налажали где? М ожжет, мы накосячили? И это бывает. Разве не бывает? Бывает! Но все равно, дай опровержение, дай другой материал. Это вопрос сопротивляемости вот таким звонкам и от слушателей. Не только от госчиновников, но и от лидеров партий, от лидеров оппозиции. Все одинаковы. Все хотят быть белыми и пушистыми. И желательно, чтобы журналистов не было. Чтобы стояли микрофоны, и они бы в них вещали без остановки. А журналист между микрофоном и гостем есть помеха для него, белого и пушистого.

Е. БУНТМАН: Что бы вы сделали на месте главного редактора «Bild», когда у вас на автоответчике от президента вот такое: «вести войну», «перейти Рубикон»?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Я бы ему позвонил и сказал: аптека – даже у вас – за углом, господин президент!

Е. БУНТМАН: Без всяких последующих скандалов?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Без всяких последующих скандалов! Он президент. Вот сорвалось. У них бывает, нервы сдали.

Е. БУНТМАН: Но «Bild» правильно поступил, с их точки зрения?

А. ВЕНЕДИКТОВ: А что они сделали?

Е. БУНТМАН: В смысле, что этот скандал стал публичным?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Ну да. Если бы так…

Е. БУНТМАН: Во всяком случае, они сделали это так, что мы обсуждаем это в эфире. это публичный скандал?

А. ВЕНЕДИКТОВ: Это правда. Это хороший пример: каждый звонок такого плана делать публичным.

Е. БУНТМАН: Алексей Венедиктов, главный редактор, у нас рассказывал про будни главного редактора и общение с чиновниками.

комментировать

Рекомендую

код для блога

Другие эфиры

28 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема:

Ситуация вокруг Сирии

Гости:

Георгий Мирский политолог, профессор

28 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Единый кандидат от оппозиции

Ведущие:

Ирина Меркулова журналист радиостанции "Эхо Москвы"

Алексей Соломин - корреспондент "Эхо Москвы"

25 мая 2012, 16:05

Разворот

Тема: Новые горизонты российской науки: кто обеспечит прорыв?

Гости:

Сергей Шитов главный научный сотрудник лаборатории "Сверхпроводящие метаматериалы" НИТУ МИСиС

25 мая 2012, 15:35

Разворот

Ведущие:

Алексей Дурново корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Марина Максимова - ведущая новостей радиостанции "Эхо Москвы"

25 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Скандал с историческими памятниками в Москве

Гости:

Николай Переслегин советник главы департамента культурного наследия Москвы (по телефону)

Константин Михайлов - координатор общественного движения "Архнадзор" (по телефону)

24 мая 2012, 16:35

Разворот

Тема: Ограничения в искусстве

Ведущие:

Инесса Землер корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Евгений Бунтман - журналист радиостанции "Эхо Москвы"

24 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Выборы мэра Москвы

Ведущие:

Инесса Землер корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Евгений Бунтман - журналист радиостанции "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 16:35

Разворот

Тема: Инновации в учебном процессе: как вузы стремятся идти в ногу со временем, чтобы удовлетворять требованиям работодателя

Гости:

Константин Антипов ректор МГУП, доцент, доктор экономических наук, известный практик российской рекламы, эксперт в области медиа индустрии, член россйского отделения IAA (Международной рекламной ассоциации)

23 мая 2012, 16:08

Разворот

Тема: Каким Вы видите идеального президента?

Ведущие:

Алексей Осин обозреватель "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева - ведущая "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 15:35

Разворот

Тема: Открытие Гайд парка

Ведущие:

Алексей Осин обозреватель "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева - ведущая "Эхо Москвы"

23 мая 2012, 15:08

Разворот

Тема: Этническая преступность в школах

Ведущие:

Ольга Журавлева ведущая "Эхо Москвы"

Алексей Осин - обозреватель "Эхо Москвы"

22 мая 2012, 16:04

Разворот

Гости:

Сакен Аймурзаев корреспондент "Эхо Москвы" на Украине (по телефону)

Валерий Семененко - сопредседатель Объединения украинцев России (по телефону)
Александр Дикусаров - пресс-секретарь Министерства иностранных дел Украины (ожидается по телефону)