'Вопросы к интервью
07 июля 2010
Разворот Все выпуски

Вышлют ли Игоря Сутягина в Великобританию


Время выхода в эфир: 07 июля 2010, 16:05

Т.ДЗЯДКО: 16 часов 5 минут в Москве, начинаем наш разговор с Анной Ставицкой, адвокатом Игоря Сутягина, которая здесь в студии. Добрый день.

А.СТАВИЦКАЯ: Здравствуйте.



Э.ГЕВОРКЯН: Добрый день. Я напомню, на сайте «Эха Москвы» идет прямая вебтрансляция – можете не только нас слушать, но и смотреть.

Т.ДЗЯДКО: Да. И напомню, что по номеру +7 985 970-45-45 вы можете задавать все свои вопросы, работает как и всегда интернет, через который тоже вопросы можно задавать. Ну что? Это главная новость сегодняшнего дня: Игоря Сутягина, возможно, вышлют в Великобританию. Какова ситуация на данный момент? Действительно ли этот обмен неожиданный состоится?

А.СТАВИЦКАЯ: Насколько я сейчас знаю от Игоря Сутягина, это именно так. Я могу просто рассказать, как развивались события, для того чтобы стало понятно. Позавчера Игоря очень спешно забрали из того места, где он сейчас отбывает наказание, это в Холмогорах, там есть колония строгого режима.

Т.ДЗЯДКО: Это Архангельская область?

А.СТАВИЦКАЯ: Да, Архангельская область. Очень быстро его собрали, он собрал свои вещи и его на отдельной машине вывезли в неизвестном направлении. И вчера я потратила полдня с тем, чтобы добиться от сотрудников этой колонии какой-либо информации о том, куда, в связи с чем, почему его увезли? Но меня переключали от одного человека к другому, и, в принципе, мне удалось добиться только одного – что его отвезли по какой-то разнарядке в Москву для того, чтобы определить, где он дальше будет отбывать наказание. Ну, в принципе, показания их разнились, потому что с утра они брату Игоря сказали о том, что его увезли в Москву с тем, чтобы он давал показания в качестве свидетеля. Для нас это было странно, потому что непонятно, в качестве какого дела, по какому делу и вообще в связи с чем. Ну, в общем, было все крайне непонятно. И где-то только часа в 3 стало известно, что он находится в Лефортово, потому что сотрудники Лефортово позвонили его жене и сказали, что «вот, он у нас, и вы можете на следующий день прийти к нему на свидание». Меня это, честно сказать, насторожило, потому как я не помню такого, чтобы сотрудники Лефортово, то есть люди, которые опосредованно имеют отношение к ФСБ так были благодушно настроены к родственникам человека, которого обвиняют в шпионаже. И сами позвонили и предложили прийти на свидание, потому как обычно как раз никто никого не приглашает никуда, а, скорее всего, наоборот, это свидание не дает. В связи с чем было много вопросов и мы не понимали, что такое. И, кстати, я очень много эту тему обсуждала со своими знакомыми, в том числе и с Зоей Световой, которая, в принципе, даже выдвинула такое предположение, что это очень похоже на советское время, когда диссидентов обменивали.

Т.ДЗЯДКО: Обменяли хулигана на Луиса Корвалана.

А.СТАВИЦКАЯ: Да-да-да. Нам почему-то сразу начала говорить об этом. И мы, вот, с ней эту тему обсуждали. И очень ждали сегодняшнего дня, потому что сегодня с утра родители должны были пойти на свидание с Игорем. И когда они вышли, они мне тут же позвонили и прямо таким, дрожащим голосом сказали о том, что «вот, Игорь сказал, что его обменивают на тех людей, которые там обвиняются в Америке в шпионаже». А я очень быстро приехала в Лефортово, я тоже хотела попасть к нему на свидание, но уже было такое время, когда начинался обед. А в Лефортово обед – это святое. Там обед – все, никого не пускать, не выпускать, все сидят обедают, а остальные сидят на своих местах.

А вечером просто уже должна была прийти его жена, и поэтому, в общем, посчитали бессмысленными мы эти ожидания, тем более, что возникла такая информация, которую необходимо было срочно обнародовать. В частности, Игорь своим родственникам рассказал всю эту ситуацию и пояснил следующее. Что когда его привезли в Лефортово, то с ним встретились какие-то представители Америки и какой-то человек из России, и Игорь предположил, что это сотрудник СВР. Американцы особенно с ним не разговаривали, и он понял, что они как-то здесь какого-то решающего значения не имеют, и всю беседу он вел исключительно с этим представителем СВР, который сказал о том, что «вот, мы хотим вас обменять на тех людей, которые обвиняются в США в шпионаже. Дело в том, что завтра как раз истекает то время, когда должно быть предъявлено либо обвинение этим людям, либо как-то по-другому решен вопрос. И, видимо, на высоком уровне договорились этот вопрос каким-то образом урегулировать и обменять те 11 людей, которые находятся в Америке, на 11 людей с нашей стороны, которые, видимо, каким-то образом американцам подходят. И, вот, в этот список вошел Сутягин.

Как Игорь сказал, ему пояснили, что этот список из 11 человек составили именно американцы. И Игорь вынужден был подписать какие-то бумаги,

Т.ДЗЯДКО: А что из себя представляет вот это «соглашение»?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, дело в том, что он находится сейчас в таком шоковом состоянии, родители сказали, что они вообще его никогда таким не видели. Обычно это человек, ну, действительно, это единственный мой подзащитный, который никогда в жизни мне не жаловался, то есть он все время был такой человек, настроенный на борьбу, в приподнятом расположении духа, всегда пытался каким-то образом действовать, а не бездействовать и не ныть. А здесь он был очень подавлен и очень худой – они никогда его таким не видели. Они сказали, что он за 2 дня вот эти похудел очень сильно.

И поэтому он был в такой стрессовой ситуации, и многие какие-то подробности, несмотря на то, что он человек очень внимательный, он прямо четко пояснить не может. Но он сказал, что ему дали какую-то бумагу, которую он подписал, и предложение было таково, он сказал, что «для меня было совершенно понятно, что это предложение я не могу не принять». Ну, я говорю, он никогда не жалуется, но я так предполагаю и, в принципе, это из того, что говорили родственники, стало понятно, почему он не мог отказаться? Потому что либо так, либо ему создадут такую жизнь, что это будет ад. Поэтому он, все-таки, думает и о своих родственниках, о своих детях – у него 2 дочки. И поэтому он это предложение принял.

Более того, ему сказали, что если один из этих 11-ти откажется, то эта вся операция срывается. И он родственникам еще так пояснил, что «я как человек, который просидел практически 11 лет, я не хочу, чтобы эти люди тоже сидели, потому что я знаю, что это такое. Поэтому если вот таким образом хотя бы можно спасти, то я спасу».

Единственное, что его сейчас очень сильно, я бы так сказала, напрягает и его очень беспокоит, то, что в той бумаге был один из пунктов, что он признает свою вину. И именно он попросил, чтобы мы донесли до журналистов, что несмотря на то, что он эту бумагу подписал, он хотел бы всем заявить, что он никогда не признавал себя виновным, он не считает тот приговор, который в отношении него вынесли, законным и он однозначно может сказать, что он никогда не был шпионом и не совершал тех действий, в которых его обвиняют. А эту бумагу он подписал вынужденно, потому что никакого другого выбора у него не было – либо так, либо никак. И вот это он неоднократно подчеркивал, и это его больше всего и беспокоит, потому что он очень переживает за то, что сейчас в головах людей может сложиться такая мысль, что раз его обменивают на шпионов, значит, и он сам тоже шпион. А для него это просто невозможно жить с такой мыслью. Ну, я его знаю, я читала материалы уголовного дела, я знаю, что он не виноват. А то, что его признали виновным, ну, в нашей стране, когда суд признает человека виновным, это, все-таки, я могу однозначно сказать, так как я являюсь практикующим адвокатом, это вовсе не означает, что он, действительно, виновен.

Т.ДЗЯДКО: Правильно ли я понимаю, что не так давно, по-моему, полгода назад, когда состоялось рассмотрение прошения о предоставлении УДО, как раз своей вины он не признавал?

А.СТАВИЦКАЯ: Да. Ему как раз тоже говорили, что, в принципе, «признайся и все будет нормально». А он всегда настаивал на том, что он не виноват. И вот то, что он подписал эту бумагу, как я уже сказала, это была вынужденная мера. И вот таким образом он пытался как-то изменить эту ситуацию. Он сказал также еще то, что как-то документально это будет оформлено, ну, насколько ему сказали, это будет помилование, то есть он будет помилован и дальше он будет отправлен сначала в Австрию, потом в Англию. И также ему сказали, что он может возвращаться в Россию через какое-то время.

Т.ДЗЯДКО: А через какое время, не указано?

А.СТАВИЦКАЯ: Нет, это ничего не говорили. Но, в принципе, сказали, что возвращаться в Россию он может, то есть никаких препятствий для возвращения в Россию нет. И ему даже предложили, чтобы с ним завтра поехал какой-либо из его родственников. Но так как у родственников ни у кого нет загранпаспорта, к сожалению, то, вот, они не могут с ним поехать. И, ну, вот такая ситуация. И еще тоже вот такое интересно отметили родственники, что он уже 2 дня не брит, хотя он все время гладко выбривается. И ему не дают никакой бритвы. То есть, видимо, боятся, что он покончит жизнь самоубийством и, в общем, не дают ему даже возможности побриться. И, вот, он даже на загранпаспорт был сфотографирован небритым. Ему только дали какую-то белую рубашку и галстук, чтобы сфотографироваться на этот загранпаспорт.

Т.ДЗЯДКО: То есть уже сейчас ему сделали загранпаспорт, чтобы он смог выехать?

А.СТАВИЦКАЯ: Да-да-да.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, простите. Я вот просто уже уточню тогда. Это психологическое состояние его – оно непонятно родственникам? Просто какое-то странное вы описываете.

А.СТАВИЦКАЯ: Психологическое состояние у него, как они сказали, крайне подавленное. Потому что, вообще-то, он не хочет получать свободу таким образом.

Э.ГЕВОРКЯН: Может быть, я то-то не так понимаю: если человеку грозит еще сколько-то лет в колонии строгого режима и жизнь заграницей, то у меня есть такое предположение, что, ну, наверное, всем нам легче было бы оказаться за границей. И тогда чем объяснить вот это шоковое состояние?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, я-то, например, тоже считаю так, что это было бы лучше. Но он, понимаете, он такой человек, который... Ну, это, наверное, конечно, никому не пожелаешь, но нужно оказаться в его ситуации для того, чтобы понять его и просто понять его подавленность, еще понимая его психотип и вообще его как человека. Для него обвинение именно в шпионаже – это ужасное обвинение, потому что он себя считает патриотом и всегда как-то пытался работать на благо родины, потому что он ее всегда очень любил. И поэтому для него вот то обстоятельство, что, во-первых, его вынудили подписать, что он виноват и что его никто не собирается оправдывать и реабилитировать, а отправляет в Англию и еще именно при такой ситуации, для него это травма, несмотря на то, что он получает свободу, что для обычного человека это было бы благо.

Э.ГЕВОРКЯН: А сколько лет ему еще оставалось бы сидеть там?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, вот, в октябре этого года было бы 11 лет, как он уже отбывает наказание, из 15-ти.

Т.ДЗЯДКО: Здесь есть некоторое количество вопросов на сайте. Я напомню номер для ваших вопросов по SMS +7 985 970-45-45. Просят уточнить правовые основания обмена. То есть это идет как помилование, а дальше там уже какая-то сделка с США.

А.СТАВИЦКАЯ: Ну вот, с точки зрения правовой основы подобных действий, я вам ничего не могу пояснить, потому что в законе таких возможностей нет. И, вот, как я полагаю, чисто формально чтобы хоть как-то это выглядело с точки зрения закона удобоваримо, поэтому и предлагается вот это помилование. А дальше, типа, помилованный человек уже может ездить где хочешь и в том числе и по Венам и Англии.

Э.ГЕВОРКЯН: Вот, вы свой рассказ начали с того, что как только до вас эта информация дошла, все, конечно же, были удивлены, первое, что вы посчитали, что обязательно нужно оповестить общественность. Вот, поясните, неужели, встречаясь с этими тайными агентами и людьми там не было никаких предупреждений о том, что это не должно быть предано...

А.СТАВИЦКАЯ: Вы знаете, родителей не предупреждали об этом.

Т.ДЗЯДКО: Даже есть сообщение у нас, что создается ощущение, что пресс-конференцию проводили недоброжелатели Игоря Сутягина и, видимо, имеется в виду, что вот эта вот, по сути, тайная сделка выносится на всеобщее обсуждение.

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, во-первых, никто не запрещал это делать. А во-вторых, это было желание Сутягина. Он очень боялся, что в том случае, если мы не опередим власти, то власть просто его обольет грязью, сказав, что, вот он шпион и его обменяли на таких же шпионов как и он. А он не хочет быть шпионом, потому что он не шпион. И поэтому он посчитал для себя необходимым донести всю эту ситуацию. И тот, кто говорит о том, что это недоброжелатели, ну, пусть он тогда просто почитает побольше о Сутягине и о нем как о человеке, в том числе и его книги. И тогда он поймет, что к нему не нужно подходить с его вот этого человека точки зрения о том, что это для него благо и поэтому, вот, он должен сидеть и помалкивать. Он и так сидел и помалкивал до определенного времени. И сейчас он уже согласился с этим, уже, как бы, назад пути нет. Но он не хочет, чтобы его имя связывали с тем, что он шпион. И поэтому он и сделал такой шаг. И я считаю, что он это сделал правильно. Это еще раз говорит о том, что это благороднейший, умнейший человек и я вообще благодарна судьбе, что я его защищала.

Т.ДЗЯДКО: Здесь Андрей из Москвы уже несколько раз прислал свой вопрос: «Если Сутягин не шпион, то зачем же он англичанам?»

А.СТАВИЦКАЯ: Это вы спросите у нашего СВР, ФСБ и у англичан. И тем более, причем здесь англичане, если сейчас я неоднократно говорила о том, что это обмен с американцами. Почему его везут в Англию, я понятия не имею, потому что ФСБ нам в кулуарах ничего не рассказывает, и по пунктам свои действия не расписывает. Что касается, почему американцы его могли включить, то у меня здесь есть большие предположения. Дело в том, что в Америке очень многие люди, в том числе очень большое сообщество ученых неоднократно обращалось и к нашему президенту, и тогда к президенту Бушу с тем, что возникла совершенно непонятная ситуация, когда невиновного человека, ученого держат в тюрьме по непонятному обвинению. И неоднократно обращались с тем, что его либо помиловали, либо оправдали. Ну, как-либо прекратили это преследование. И таких писем было очень много. И я могу сделать только такое предположение, что американцы, раз уж возникла такая ситуация, просто решили этого человека спасти, я имею в виду Сутягина. Понимаете, думать о том, что американцы предложат Сутягину шпионить и вести какую-то подрывную деятельность против России, это наиглупейшее предположение, потому что это не такой человек. Он это делать не будет – он лучше умрет, я вот так скажу, чем начнет это делать. Это я могу сказать совершенно однозначно, потому что я его лично знаю и знаю его уже на протяжении 10 лет. Это кристально честный человек и это обвинение, как я уже сказала, для него ужасно именно потому, что он этого не совершал.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну да, получается, что вот так навскидку никакие другие мотивы предположить со стороны американцев мы не можем кроме этого такого наиблагороднейшего шага.

А.СТАВИЦКАЯ: Да, но я больше не вижу никаких возможностей. Но я просто думаю, что если они сделали такой шаг, то, соответственно, там, все-таки, тоже неглупые люди сидят и они, наверняка, всю эту ситуацию прекрасно знают и понимают, что выходить к нему с предложением, чтобы он шпионил, это было бы очень странно.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, как минимум он может быть полезен просто как ученый.

А.СТАВИЦКАЯ: Ну вот, в том-то и дело. Наше государство – оно его посадило на 10 лет, а американцы его приберут к рукам как ученого. Потому что он просто гениальный аналитик.

Т.ДЗЯДКО: Напомню, у нас в эфире Анна Ставицкая, адвокат Игоря Сутягина. Говорим мы о такой интересной новой форме оправления правосудия у нас в России, а именно обмене наших разведчиков, которых там называют нашими шпионами, на, в частности, Игоря Сутягина и еще 10 человек, которые находятся в местах заключения здесь, в России. Присылайте свои вопросы +7 985 970-45-45 – номер для ваших сообщений SMS. На сайте продолжается видеотрансляция, вы можете видеть все то, что происходит в студии.

Здесь один из вопросов задавал переводчик, фрилансер, который пишет, что очень его волнует судьба Игоря. «Я не посторонний ему человек, переписываюсь с ним уже 10 лет». Вопрос был о юридическом статусе обмена – об этом мы уже поговорили. Есть еще вопросы, которые касаются гражданства. Насколько я понимаю, никто гражданства его не лишает?

А.СТАВИЦКАЯ: Нам сказали, что он не будет лишен российского гражданства, и сделали именно российский загранпаспорт.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну вот здесь есть такие восклицания среди сообщений: «Может, и Ходорковского так обменяют?» Ну, то есть, по-моему, задавали вопрос, что помнил ли он какие-то или видел ли в этом списке какие-то известные фамилии.

Т.ДЗЯДКО: Потому что пока прозвучала фамилия человека Скрибаль, если мне не изменяет память.

А.СТАВИЦКАЯ: Он сказал так, что ему пояснили, что это будет 11 человек, которые будут обмениваться на 11 человек, которые находятся в США. Ему назвали где-то 3-4 фамилии, которые он не запомнил. И единственная, какую он запомнил, это вот эта Скрипаль или Скрибаль, я не знаю, как точно. Вот, люди, которые такое пишут, «Сутягина к стенке», вот, вы, вообще, себе отдаете отчет, что вы пишете? Вы сначала хотя бы поразмыслите над его судьбой и прочитайте что-нибудь о нем, прежде чем такое писать.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну что же, да. Вы, наверное, как человек непосвященный не обращаете столь сильное внимание на все сообщения.

А.СТАВИЦКАЯ: Нет, я просто смотрю и, честно говоря, у меня волосы прямо шевелятся от того, что я вижу. Ну, некоторые пишут, нормальные люди совершенно нормальные сообщения, в принципе, добрые, как и должно быть, мне кажется. А вот такие вещи я вообще не понимаю.

Т.ДЗЯДКО: Закройте, не смотрите.

А.СТАВИЦКАЯ: Не могу.

Т.ДЗЯДКО: Еще меня интересует вопрос, насколько, может быть, об этом успели с ним поговорить его родственники? Или у вас есть какие-то другие сведения на этот счет относительно того, чем он планирует там заниматься? Или вообще этого вопроса пока даже и не стоит?

А.СТАВИЦКАЯ: Не, вопрос такой вообще не стоит. Просто что он будет вывезен сначала в Вену, потому в Англию, даже не уточняется, куда именно в Англию. Просто в Англию.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, опять же, родственники не в курсе? Вот, они смогут последовать за ним, как только такая возможность представится?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, в принципе, им об этом сказали, что да, они это могут сделать. Но как это будет в реальности, сказать сложно.

Т.ДЗЯДКО: А какой статус он там будет иметь, вы можете предположить?

А.СТАВИЦКАЯ: Нет, не знаю.

Т.ДЗЯДКО: Там, может, политическое убежище, не политическое убежище, вид на жительство?

А.СТАВИЦКАЯ: В принципе, какой-то статус ему должен быть определен. Но, наверняка, или то, или другое, что вы сказали.

Т.ДЗЯДКО: +7 985 970-45-45 – это номер для ваших сообщений SMS. Смотрим также сообщения, которые приходят через интернет. Есть, вот, помимо тех сообщений, которые вы видели, есть: «В любом случае удачи вам обоим», потом интересное сравнение с Советским Союзом и с известными делами, которые в советские годы имели примерно такое же разрешение. Насколько все, вот то, что произошло сейчас, насколько все это следует в контексте того, как дело Сутягина шло, как шел суд, как шло его нахождение в колонии строгого режима, где, насколько я понимаю, он попадал и в карцер, и потом ему было отказано в условно-досрочном освобождении?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, я как-то не очень поняла.

Т.ДЗЯДКО: Ну, то есть насколько вы могли ожидать подобного развития событий?

Э.ГЕВОРКЯН: Насколько это логично, насколько в контексте?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, я не могла ожидать такого развития событий, потому что, во-первых, никто не знал, что в Америке обнаружат такое количество русских шпионов. И, в принципе, я ожидала, что когда-либо это дело закончится именно с точки зрения закона положительно. Потому что скоро, все-таки, должно быть решение Европейского суда по этому делу и на основании этого решения, в принципе, это преследование Сутягина должно было быть прекращено. Я на это рассчитывала и очень ждала решения Европейского суда. Поэтому, может быть, даже и такой ход наши власти решили сделать, чтобы не было какого-то дальше продолжения в случае решения Европейского суда.

Т.ДЗЯДКО: А какова будет судьба жалобы? Она останется по-прежнему?

А.СТАВИЦКАЯ: Да. Нет никаких препятствий для того, чтобы она была рассмотрена. Ну, просто здесь уже нечего будет рассматривать, только просто доброе имя его будет восстановлено.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть если я правильно понимаю, то в России все инстанции вы прошли?

А.СТАВИЦКАЯ: Да, уже давно пройдены.

Э.ГЕВОРКЯН: И когда должен был состояться суд в Страсбурге?

А.СТАВИЦКАЯ: Ну, вы знаете, это никому неизвестно, к сожалению. Но, наверное, надеюсь, что в этом году.

Т.ДЗЯДКО: Еще один вопрос, наверное, самый последний, поскольку у нас остается буквально 40 секунд. Будете ли вы в России, какая-то, может быть, предусмотрена процессуальная мера, чтобы теперь в том случае, если это проходит как помилование, так или иначе пытаться добиться снятия судимости, например?

А.СТАВИЦКАЯ: В случае, если будет вынесено решение Европейского суда, да, конечно, я буду этим заниматься. А вот эта ситуация – Игорь сказал, что невозможно никоим образом обжаловать и просил этим не заниматься.

Т.ДЗЯДКО: И последний вопрос, 15 секунд у нас. Число, дата обмена вам неизвестны?

А.СТАВИЦКАЯ: Завтра.

Т.ДЗЯДКО: Завтра?

А.СТАВИЦКАЯ: Да. Во сколько и как – не знаю.

Т.ДЗЯДКО: Благодарю вас. Анна Ставицкая, адвокат Игоря Сутягина была у нас в эфире, говорили мы о том, что завтра Игоря Сутягина обменяют на наших разведчиков, пойманных в США. Спасибо вам.

А.СТАВИЦКАЯ: И вам спасибо.

Э.ГЕВОРКЯН: Спасибо.

Комментарии

105

Пожалуйста, авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставить комментарий.
>
Не заполнено
Не заполнено

Не заполнено
Не заполнено минимум 6 символов
Не заполнено

На вашу почту придет письмо со ссылкой на страницу восстановления пароля

Войти через соцсети:

X Q / 0
Зарегистрируйтесь

Если нет своего аккаунта

Авторизируйтесь

Если у вас уже есть аккаунт


rask 09 июля 2010 | 00:13


НАТАН, что же ВЫ?
Это в России могут оценивать кто больше или меньше чего там нанёс или принёс.США немножко иначе к этому подходят- гражданин самоценен.

Самое обсуждаемое

Популярное за неделю

Сегодня в эфире