О.ЖУРАВЛЕВА: В Москве 15 часов и 10 минут, это программа «Послужной список», ее представляет газета «Труд» и «Эхо Москвы». Яна Маргасова.

Я.МАРГАСОВА: Добрый день.

О.ЖУРАВЛЕВА: И Ольга Журавлева. Добрый день. Несмотря на то, что мы только что поиграли с вами в Литовскую игру и мы продолжаем принимать правильные ответы (боюсь, что они уже все пришли – их достаточно много), на SMS можно также присылать вопросы, пожелания, предложения и реплики по поводу нашей передачи.

Я.МАРГАСОВА: Можно и нужно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, можно и нужно. +7 985 970-45-45. Так вот. Тема у нас, как известно, это профессии. Буква у нас, опять-таки как известно, это «Ч», несмотря на всякие отступления. И сегодня мы говорим о профессии «часовщик».

Я.МАРГАСОВА: Или часовой мастер.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. У нас, знаешь, что ужасно? У нас нет заставки «Фокус труда». Я, вот, вдруг сейчас поняла, что ее нет.

Я.МАРГАСОВА: Ну, не страшно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, я сейчас тебе спою «Фокус труда» и ты расскажешь вкратце, что ты узнала о часовщиках.

ТРУДОВАЯ КНИЖКА

О.ЖУРАВЛЕВА: Нет. Это не совсем та заставка, о которой мы мечтали. Тем не менее. Расскажи, пожалуйста. Часовщики, насколько я понимаю, это не только те, кто ремонтирует часы, но и те, кто их, собственно, делает.

Я.МАРГАСОВА: Это мастера как по изготовлению, так и по ремонту настенных, наручных, карманных и прочих часов.

О.ЖУРАВЛЕВА: Башенных.

Я.МАРГАСОВА: Также, причем, часовщиками называют вообще всех, кто относится к этой отрасли, к этому бизнесу, к этой профессии в целом. Не секрет, что профессия часовщика (и наши слушатели писали нам на сайт как раз), что им кажется, что профессия умирает. Ну, умирать, конечно, не умирает, но переживает довольно трудные времена.

Вот есть такая общая открытая статистика, например, в Советском Союзе выпускалось около 50 миллионов часов в год, треть из них шла на экспорт. Для сравнения вот такие страны как Канада, Италия, Испания, Великобритания – они вообще никогда не имели часового производства у себя.

О.ЖУРАВЛЕВА: О наших часах чуть позже нам скажет специалист.

Я.МАРГАСОВА: Да. Нам очень много сегодня расскажут. Но тем не менее, советский секрет также состоял в том, что станки часовых заводов, как правило, имели двойное назначение, и в случае войны они были тут же готовы к использованию для нужд военной промышленности.

О.ЖУРАВЛЕВА: То есть это были военные заводы.

Я.МАРГАСОВА: Дальше – хуже. 90-е годы разрушили советскую часовую индустрию, не побоюсь этого слова, и закрепил этот плохой результат еще и поток дешевых китайских часов, которые, в общем-то, хлынули как раз в это бедное время в Россию. Третья волна...

О.ЖУРАВЛЕВА: Яна, я тебя разочарую.

Я.МАРГАСОВА: Нет, я, все-таки, договорю.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да.

Я.МАРГАСОВА: Как мне кажется, это мобильные телефоны, которые, действительно, многим, так вот, широким массам, скажем, заменили наручные часы. Много заводов в России закрылось – об этом мы тоже поговорим попозже, но, тем не менее, вот именно сейчас и, может быть, еще несколько лет назад попытки какие-то возобновления и возрождения, и продолжения каких-то оставшихся традиций – они наблюдаются, и, может быть, что-то восстановится.

О.ЖУРАВЛЕВА: Яна, я хочу тебе сказать, что если речь идет о производстве часов, то, естественно, ты абсолютно права, с производством часов у нас некоторые трудности в стране. Но то, что часы привозятся из-за границы или покупаются иностранные здесь в большом количестве, несмотря ни на какие мобильные телефоны, это тоже правда.

Я.МАРГАСОВА: Говорим же не только о Москве и крупных городах, все-таки?

О.ЖУРАВЛЕВА: Нет, разумеется. В нашем случае сегодня... Ну, я обратила внимание, что часовщиков анкет вала не было. Одна анкета пришла из США, из Огайо, одна из города Котбуса в Германии – Борис Ильич Фельдман прислал свою анкету. К сожалению, не смогла с ним связаться – там что-то я с кодами напутала. Но зато у нас есть отечественный мастер, причем, тот самый часовых дел мастер, с которым мы, скорее, столкнемся в жизни, то есть человек, который ремонтирует наручные часы – не башенные, не огромные какие-то специальные городские или Спасской башни, а вот те самые наручные часы. И, кстати говоря, зовут его Савкин Андрей Петрович, он из города Чебоксары. Когда я сказала «часовщик из Чебоксар», все стали сразу надо мной глумиться и говорить, что это скороговорка. Но тем не менее, из песни слова не выкинешь, и сейчас Андрей Петрович представит свою трудовую книжку, как и почему он стал часовщиком.

А.САВКИН: Ну, в общем, с детства хотел делать что-нибудь полезное руками, при этом спать спокойно, не напрягая сильно голову, и вначале пошел на завод. Окончил ПТУ, среднее специальное образование получил, пошел в ПТУ, проработал 1,5 года на очень большом заводе, на тракторном (фрезеровщиком). Мне не понравилось, понял: «Не мое», стал думать о более творческой какой-нибудь работе. Ну и тут вот увидел объявление о наборе на курсы при Министерстве бытового обслуживания. У нас республиканское Рембыттехника, ну такое большое объединение (это во всех городах в Советском Союзе было), и годичные курсы, кои я и закончил с красным дипломом через год и начал работать вот в этой самой Рембыттехнике.

Потом, значит, год я где-то там работал, с переменным успехом занимая разные должности. Потому что профессия часовщика оказалась не так однозначна – там есть масса всяких ответвлений. А когда началась уже такая перестройка, стала появляться возможность на вольные хлеба уйти, ну, тогда оформили патент. Вернее, патент оформил мой товарищ, но один стал не справляться (место очень хорошее оказалось, где он сел), вот он меня пригласил на работу и, вот, мы уже 22 года работаем вместе в одном и том же месте.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот такая вот вполне светлая история, несмотря на тот страшный кризис, который ты нам только что обрисовала.

Я.МАРГАСОВА: Потому что правильной дорогой пошел.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, правильной дорогой пошел Андрей Петрович из Чебоксар. 22 года он на одном и том же месте занимается починкой самых разных индивидуальных часов, тех, которые ему приносят клиенты. Ну, вот вы слышали в этой пленке, что Андрей Петрович сказал, что ему на заводе показалось неинтересным. Работать руками он хотел, но, вот, фрезеровщиком на заводе ему показалось неинтересным. Я думаю: ну а здесь что? То же самое, только помельче, тоже руками. Казалось бы. Естественно, я задала идиотский вопрос: а что, собственно, интересного в этой работе?

А.САВКИН: Во-первых, механизмы разные. Кстати, разница между советским временем и нынешним в этом смысле очень сильно отличается. Потому что в советское время мы работали, у нас номенклатура тех же самых механизмов была очень маленькая, ну там, на пальцах двух-трех, может быть, четырех рук можно было пересчитать. То сейчас, конечно, свобода, действительно. Каждый день чего-нибудь новенькое приносят, постоянно все меняется, со всего мира везут. А особенно город у нас такой, довольно живой, интересный, люди тоже и много очень путешествует народу, благосостояние явно выросло. И, в общем, часы везут очень интересные. Ну, так или иначе они все ломаются. Приносят, показывают, делаем. Нет, очень интересно.

Это во-первых. А во-вторых, работа в цеху не предполагает наличия новых лиц. То есть, в принципе, можно всю жизнь проработать в одной и той же бригаде, ну, там вокруг тебя будут 10-15 лиц. А тут в день, вот, я обслуживаю, в среднем, где-то 30-35 человек. Из них, конечно, бывает, что... Сейчас вот у меня за много лет уже своя клиентура составилась. Другое дело, что она очень многочисленная – они приходят не так часто (все-таки, такая работа не предполагает постоянного общения, от случая к случаю), но тем не менее, лица все равно узнаваемые. Ну и другие люди тоже подходят. То есть тут уже даже интерес не в работе с механизмами, а в работе с людьми. Работа с людьми очень интересна.

О.ЖУРАВЛЕВА: Работать с людьми интересно, Яна. Вот, что удивительно. Вот, чего я совсем не думала об этой профессии, что как раз ремонтировать часы я думала идут люди, которые любят механизмы, вот, страсть к шестеренкам.

Я.МАРГАСОВА: Я, честно говоря, тоже так думала.

О.ЖУРАВЛЕВА: А оказывается, здесь еще очень важно работать с людьми. Вот это для меня было абсолютное открытие. Ну и если можно, да.

Я.МАРГАСОВА: Я продолжу свою грусть.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, продолжи.

Я.МАРГАСОВА: Дело в том, что с обучением у нас в стране все тоже очень плохо.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, вот, годичные курсы заканчивал наш персонаж.

Я.МАРГАСОВА: Есть курсы, но нет как такового нормального полного цикла системы образования. Сейчас остался из таких, из полноценно работающих заводов – это Чистопольский часовой завод, который «Восток» делает. И возобновилась петродворцовая школа часовщика, «Ракета» та самая знаменитая, вот буквально 2 года назад. А такие техникумы, которые были известны, в общем-то, на всю страну, Московский колледж предпринимательства и Строительный техникум – они как раз свернули вот это свое обучение этому мастерству. А, вот, Строительный колледж перевел это направление в центр повышения квалификации при своем же училище. Но сообщают о том, что пока желающих особо записаться в эти группы нет.

Дело в том, что, не считая вот таких частных и очень умелых мастеров, которые работают на себя, может быть, или при каких-то авторизованных центрах, в основном, больше никто и не идет работать ни на заводы, ни в какие-то мелкие мастерские, потому что очень низкооплачиваемая (об этом мы позже скажем) и совсем-совсем не престижная.

Но есть совет. Если, все-таки, вы хотите стать тем самым эксклюзивным мастером, которому будут доверять самые дорогие, самые сложные часы.

О.ЖУРАВЛЕВА: И дорогие сердцу часы.

Я.МАРГАСОВА: И дорогие сердцу, и по оплате дорогие за эту работу, то лучше вам устроиться работать подмастерьем и перенимать у мастера. Потому что ни один секрет вам не передадут, как сказать, на курсах и где-либо. То есть это надо будет вникать, сидеть рядом и помогать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, в общем, нужно очень страстное желание, чтобы найти сейчас возможность получить такого рода образование.

Я.МАРГАСОВА: Ну, вот, подмастерье – самый верный пока что получается.

О.ЖУРАВЛЕВА: То, что Строительный техникум имеет отношение к ремонту и производству часов, для меня тоже абсолютный шок. Я-то, наивная как обычно, я считала, что это какая-то, ну как обычно: здесь же ремонт ювелирных украшений, и тут же часов, и тут же еще.

Я.МАРГАСОВА: Да, там драгоценные металлы, да, драгметаллы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, да. Золото и все такое. Так вот по поводу ювелирной работы я как-то заикнулась Андрею Петровичу. Он меня практически сразу развернул в другую тематику, но о некоторых тонкостях, все-таки, рассказал.

А.САВКИН: Вообще вот эта профессия, вот я просто работал со швейцарской фирмой, даже ездил на тестирование в Москву (там очень серьезная такая фирма). Так вот, на Западе профессия часовщика – она, скорее, связана с оптиком, но никак не с ювелиром. Ювелир – вообще другая профессия. Потому что у меня друзья – ювелиры, и то, что делают они и то, что я, у нас практически совпадений нет. Ну, какие совсем минимальные совпадения. То есть это совсем другая работа. Нет, вот однозначно. Знаете, тут с алкоголем уже не подружишься – это точно, это я вам серьезно говорю, потому что руки не те, поэтому у нас пьющих нету. Люди, которые пьют, они довольно быстро превращаются или в ковыряльщиков так называемых, как у нас говорят. Ну, это люди, которые берутся только за очень легкую работу, которую может сделать школьник, в принципе, старшеклассник после 5-7 дней тренировок. Ну, такую, оплачиваемую – ну, там батарейку поставить, как-то чего-то где-то поправить немножко, ушко, ремешок – вот такие вещи. А за серьезную работу они или вообще не берутся, или ломают, портят. То есть понимая это, иногда отказываются, иногда им попадает за это. Поэтому с алкоголем тут никак вот в этом смысле. А, вот, в смысле мелкоты... Не знаю, Рука набивается. Мне, вот, тоже говорят. Я потому что работаю на глазах у людей – не где-то там в глубинах, а тут же прямо рядом. Люди говорят, как быстро, как ловко. Ну, знаете, я говорю: «Это навык. Если бы вы в день по 20, по 30 штук их вскрывали, закрывали, вы бы тоже так делали – это не мой какой-то особенный талант, это, в принципе, навык, обычный навык». Самое интересное, что я сам – мастер, и когда я встречаю мастера в другой области какой-либо, мне очень приятно, я всегда ценю этот труд, потому что я сам понимаю, как это, в общем-то, и сложно, и необычно, и интересно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот такая вот удивительная история, но к ювелирному мастерству она практически не относится.

А.САВКИН: Ну вот эту работу часто сравнивают с работой снайпера и еще хирурга, поскольку необходимо острое зрение и очень твердая, точная рука, которая, в общем-то, не дрогнет ни при каких условиях.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну еще вот по поводу творческого подхода и по поводу того, что иногда по полгода делаются часы именно из-за того, что люди не могут найти ход как решить вот эту конкретную проблему. Вот, пишет нам Владимир Гришин из Тулы на SMS: «Как ни обратишься (правда, это было 10 лет назад), сделают ненадолго, то запчастей нет, то комплектующие не того качества. Отдавал в ремонт «Славу» с автозаводом. Часовщик украл из часов автозавод. Из-за отсутствия нормальных часовщиков пришлось лишить себя радости носить часы». Душераздирающая история.

А.САВКИН: Да. И вот те самые мастера с большой буквы «М», смысл их работы не только в том, чтобы заменить запчасть, но часто им приходится вытачивать те или иные частички, чтобы собрать нужный механизм. И, конечно, также они должны уметь разбирать часы и собирать их, чтобы не оставалось ни одной лишней детали.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, это-то само собой.

Я.МАРГАСОВА: И, вот, у меня есть циферки просто, как раз такие собранные часы или механизмы, когда их проверяют на точность и выносливость после работы, то, как правило, их тестируют 16 дней, в среднем. То есть как они идут, точность хода и так далее.

О.ЖУРАВЛЕВА: Дмитрий из Екатеринбурга пишет: «Часовщик должен обладать хорошим зрением и терпением». Дмитрий, совершенно верно. И, вот, по поводу алкоголя только что было сказано, что если человек выпивает, то он вообще не может качественно в этой области работать – максимум делать ковыряние какое-то. «Мой друг, инвалид без одной руки сам освоил ремонт часов и работает», - пишет автор без подписи. По поводу Челентано написано, Лиза написала: «У замечательного Челентано хобби: скупать старые часы и чинить их».

Я.МАРГАСОВА: Я скажу больше. Я читала его биографию. Он освоил профессию часовщика, потому что его дядя был довольно известным часовщиком. А певцом-то он, собственно, стал случайно – его заметили в одном из водевилей.

О.ЖУРАВЛЕВА: Так бы сидел прекрасно бы, занимался... Кстати, прекрасная работа. Вот по поводу Владимира Гришина, у которого украли из часов автозавод, как он полагает... Ну, вот, я не знаю: за что купила, за то и продаю.

Я.МАРГАСОВА: Автозавод – это звучит. (смеется)

О.ЖУРАВЛЕВА: Целый завод еще. Нет. Возможно. Всякое случается – никто не знает, что это был за часовщик. Но по поводу клиентов я, все-таки, задала вопрос, с кем сложнее работать – кто делает вид, что он много чего-то понимает или кто полностью доверяет мастеру, или там кто, действительно, что-то понимает – мужчины, женщины, старики, дети? Ну, в общем, некоторые особенности клиентов Андрей Петрович нам сейчас представит.

А.САВКИН: Вообще, если честно, работать легче с женщинами. Но более не то, что вменяемые, а убедить проще мужчину. В плане оплаты. Ну, кстати, женщина спросит, почему так дорого или почему такая цена, а не такая (конечно, спрашивают), но значительно реже, чем мужчина. Мужчина как-то меньше заморачивается на эти вопросы, если в плане оплаты, допустим.

В плане оплаты труда с женщиной легче договориться однозначно. Ну, там, собственно... Нет, я сейчас уже не договариваюсь, потому что у меня есть определенная репутация. Люди просто идут. Один раз когда человеку сделаешь хорошо, то там он уже понимает, что это стоит того и вопрос, допустим, об оплате не возникает. Ну, просто уже идут как к своему парикмахеру ходят. Там же, вот говорю, ходите, вы же не спрашиваете, сколько это будет стоить, почему, вернее, это будет стоить столько-то. Правильно? Нет, тут ни половой нету принадлежности в этом смысле какой-то прямо особенной. Люди разные. И по возрастам по-разному очень бывает. С пожилыми очень тяжело, конечно. Хотя, с другой стороны, если, допустим, пожилой человек остался доволен этой работой, то благодарность его куда выше, чем, допустим, человека молодого. Молодой считает, что так и должно быть, а пожилой считает, что ему сделали как-то особенно, выделили его.

О.ЖУРАВЛЕВА: Я думаю, это от жизненного опыта происходит.

Я.МАРГАСОВА: Абсолютно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Благодарность за хорошо сделанную работу приходит после многочисленных столкновений с плохо сделанной работой. Ну вот по поводу оплаты. Андрей Петрович говорит, что он очень доволен тем, что он может заработать. Тем более, что он установил себе такой... Клиенты у него всегда есть, тем более есть постоянные клиенты, работает он в большом салоне, где часов много и где вообще крутятся люди, которые этим интересуются так или иначе. Никакие кризисы особо на нем не отразились, кроме Павловской реформы, когда просто чуть меньше было клиентов. И мобильные тоже никак не отразились. То есть те люди, которые любят и ценят часы, они все равно их любят, ценят и ремонтируют.

Есть еще, конечно, один такой момент, что когда очень дорогие часы, то человек скорее их пойдет чинить, чем если они стоят 3 копейки и просто никто не сунется. Ну, во всяком случае, Андрей Петрович работает 15 дней в месяц и 15 дней отдыхает, посвящает все свободное время хобби и чувствует себя просто кум королю. О суммах конкретных я не говорила, о конкретных сейчас поговорим с Яной.

ПЛАТЕЖНАЯ ВЕДОМОСТЬ

О.ЖУРАВЛЕВА: Так. Расскажи-ка, что ты знаешь.

Я.МАРГАСОВА: Ну что же, я сначала о заводах. На заводской сборке работают, в основном, старые мастера от 40 до 70 лет возрастом. И хотя это квалифицированные рабочие, их зарплата варьируется от 9 до 13 тысяч рублей. Начинающие часовщики будут получать 5-8 тысяч рублей.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, лучше, чем хирург дипломированный, я тебе скажу.

Я.МАРГАСОВА: Ну, пожалуй... Кстати, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Если уж об этом речь зашла.

Я.МАРГАСОВА: Если сравнивать с интерном, то, конечно, да.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да.

Я.МАРГАСОВА: И что еще хотела сказать? Часовщики, которые работают при авторизованных центрах или при сетевых магазинах, которые продают...

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, они за каждый заказ получают, видимо.

Я.МАРГАСОВА: Да. В среднем это выходит порядка 1000 долларов их оплата. А, вот, конечно, частным образом работающие мастера – их зарплата...

О.ЖУРАВЛЕВА: Индивидуальные предприниматели.

Я.МАРГАСОВА: ...неведома, но, конечно, гораздо больше.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну и все зависит: как поработаешь, столько и получишь. И если человек платит 12 тысяч долларов за часы, то он за 1000 рублей вполне в состоянии им что-то заменить или что-то сделать, и не лень.

Сразу пишут нам на SMS +7 985 970-45-45: «Механические часы использовать по прямому назначению неудобно. Точность хода несравнима с электронными. Так, элемент декора, не более», - пишет Митек. Если вам нужна атомная точность, вы работаете в космонавтике, то, наверное. В нашем случае, например, на радио все часы синхронизированы, потому что нам нужно, чтобы во всех комнатах время было одинаковое, чтобы все приходили в студию в одно и то же время. В быту плюс-минус не для всех так принципиально важно.

У меня Алексей спрашивал, какой марки у меня часы. На трансляции Сетевизозра можно посмотреть: никакой у меня нет ни на правой, ни на левой, ни на шее часов у меня нет. Я, действительно, пользуюсь... В редакции они в каждой комнате, а во всех остальных случаях у меня есть мобильный, синхронизированный с редакцией, чтобы уже совсем было все понятно.

Но это как раз потому, что они мне... Ну, вот, для дизайна я не чувствую необходимости. Потому что я столько не могу купить часов, чтобы они подходили к каждым туфлям.

Я.МАРГАСОВА: О, женщины.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. А одни часы на все случаи жизни – они очень часто к чему-то не подходят, и это меня очень травмирует. Ну вот Светлана Ростовцева, наш звукорежиссер, она понимает мои чувства. Хотя, многие пишут о прекрасных часах и о прекрасном мы поговорим обязательно. Это программа «Послужной список». Не забудьте, что у нас сразу после новостей еще и итоги Литовской игры.

НОВОСТИ

О.ЖУРАВЛЕВА: В Москве 15 часов и 37 минут, продолжается «Послужной список». У нас буква «Ч», профессия часовщик, человек, который делает часы, но как мы выяснили, в нашей стране сейчас это не самая топовая специальность. Но человек, который ремонтирует часы, вот, я думаю, что в ближайшее время этот человек, если он хорошо это делает, он при деле все равно останется. С образованием проблемы, с нечистыми на руку тоже, наверняка, есть проблемы.

Я.МАРГАСОВА: Оттого и востребованность высокая.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ковыряльщики, про которых говорил наш герой Андрей Петрович, есть люди, которые способны выполнять только нехитрую работу, которую в состоянии освоить школьник после 3-х недель упражнений. Они, конечно, в такое, высокое сообщество часовщиков не попадают. А сами часовщики, знакомые между собой, они, кстати говоря, иногда при помощи мозгового штурма решают какие-то конкретные задачи, когда сложный какой-то процесс, и вплоть до того, что, действительно, прямо как во сне приходит, осенило. Действительно, бывает, что месяцами человек не может решить проблему, все, вроде, есть, а включаешь – не работает. Это классический случай. И либо путем каких-то консультаций, либо просто творческим озарением вдруг: «А! Нужно вот так-то». То есть это, действительно, творческая профессия, опять-таки, если любую профессию делать хорошо, если любое дело делать с любовью и хорошо, все будет в порядке.

Я.МАРГАСОВА: Творческая она невольно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. Павел из Екатеринбурга пишет: «Часы на руке – это сигнал о наличии пунктуальности и ответственности их хозяина». Павел, не во всем с вами соглашусь. Потому что, вот, я давно-давно, много лет не ношу часов на руке. Но если я говорю «полторы минуты», я имею в виду полторы минуты и ничего другого.

Я.МАРГАСОВА: Часы на руке – это всегда очень разнообразные случаи.

О.ЖУРАВЛЕВА: Александр: «Журавлева, у вас часы на ноге – я видел». Это неправда, Александр. Я не видела, значит, нет. «Пока люди носят китайские часы, мы без работы не останемся», - пишет мастер Давид. Ну, как раз если они стоят 3,5 копейки, то можно их и не ремонтировать. А, вот, дорогие – да. «Нет часов на все наряды – это почти трагедия». Да. Вадим, видите ли, дело не в том, что нет часов на все. Я не вижу смысла под каждый наряд носить отдельные часы. Просто они не со всем сочетаются. Ну и как-то так само получилось. Летом в них мне было неуютно, зимой я их забывала надеть, а потом они перестали заводиться, потому что они просто устали со мной общаться. Может, они меня не полюбили.

Так. Илья пишет какие-то угрозы – я не поняла, о чем речь. «Три года назад за месяц 6 часов поменял по гарантии. В Вологде нормальных часов не купить, даже Чистопольские – и те только под заказ», - пишет Саша. Вот видите, какая профессия странная, да? Вот, она, вроде бы, очень востребованная и при этом днем с огнем. Вот, что анкеты у меня со всего мира 3 штуки пришли, что, вот, то, что пишут наши слушатели. Просто удивительно.

Еще раз напомню: +7 985 970-45-45 – это наш SMS. Больше не нужно отвечать на вопрос Литовской игры, потому что уже есть победитель. Можно писать про часовщиков ваши личные истории – есть ли у вас свой, может быть, вы любите часы, может быть, вы их коллекционируете и так далее. Пишите, с удовольствием прочитаем. Если назовете имена каких-то часовщиков, мы с удовольствием их огласим – нам это ничего не стоит. А компания Сетевизор поведет трансляцию нашего эфира, так что как всегда на сайте можно с нами вместе посидеть, скажем так. Яна Маргасова, Ольга Журавлева и мы продолжаем.

Хорошие часовщики – это всегда на вес золота, это мы поняли. Хотя, вот ты говорила о том, что зарплаты не во всем отражают. Герман пишет: «Какой сложный вопрос! Часы внутри все же одинаковые». Герман!

Я.МАРГАСОВА: (смеется)

О.ЖУРАВЛЕВА: Я вас уверяю, что это не совсем так. Прямо скажем.

Я.МАРГАСОВА: Сейчас Швейцария встала и ушла.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, Швейцария просто прямо плюнула и развернулась. Но, тем не менее, всех людей, которые, действительно, качественно и здорово это делают, мы помещаем на нашу доску.

ДОСКА ПОЧЕТА

О.ЖУРАВЛЕВА: Я еще раз представляю Андрея Петровича Савкина, который живет в городе Чебоксары. 22 года уже ремонтирует вместе с друзьями и товарищами часы, имеет постоянный круг клиентов. Я ни разу не видела, как он это делает, но, судя по тому, как он это рассказывает, у него все в порядке.

Я.МАРГАСОВА: И с удовольствием, ведь, делает.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. Потому что если человек вот так об этом рассказывает, значит, у него все должно получаться. Но, вот, особенные качества, да? Он говорил, что «это не моя особенность», когда он говорил о том, что говорят «Ах, как вы ловко это делаете». Ну, опыт – 20 лет человек это делает и у него, естественно, появился навык. Но, все-таки, особенные качества есть, и в процессе нашего разговора Андрей Петрович обнаружил одно из таких качеств. И, кстати, о любви к точности и о механических часах то, что нам писали, тоже несколько слов сказал.

А.САВКИН: Есть такая способность: я никогда ничего не ломал. Вот, что удивительно. Все игрушки, которые мне покупали, все в сохранности, став уже подростком, я отнес в школу, там в школьный лагерь, отдал детям и они буквально через 2 дня их все раздраконили, что мне было обидно до слез. А у меня все целое было. А вот сын у меня сейчас маленький, он как раз наоборот – у него все горит, ломает в 2 секунды буквально. Мне на 5 секунд, чтобы сделать, ему 2 – чтобы сломать.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, получается, что это, все-таки, ваша индивидуальная особенность, что у вас вещи не ломаются.

А.САВКИН: Да-да-да. Это, вот, кстати, да. Это, может быть, даже призвание мое так получилось. Потому что есть у меня, действительно, какая-то склонность созидать вот так вот. Вот, мне нравится, когда все работает, все крутится, все на своих местах. Да-да-да.

О.ЖУРАВЛЕВА: А вас, например, раздражает, когда часы в доме идут по-разному?

А.САВКИН: Да меня – нет. Домашних раздражает. Мне всегда за это попадает. Потому что у меня дома очень много часов, как ни странно, у меня по двое в комнате, ну, то есть много – на каждой стене. Так стараюсь часы развесить, чтобы куда бы взгляд ни упал, там везде были часы, чтобы не напрягаться, не крутить головой. Но они все по-разному показывают, абсолютно точно, да.

Нет, те, которые часы у меня на столе, по которым я выставляю часы клиентам, они у меня идеально точно ходят. А, вот, на руках, кстати, у меня, когда мне говорят, что «вот, я бы хотел, чтобы у меня часы, знаете, с погрешностью 2-3 секунды в сутки», я говорю: «Ну, во-первых, это нереально. Во-вторых, я не понимаю, для чего это. Верите? – я говорю. – Мне плюс-минус одна минута в день абсолютно не напрягает». Ну я, правда, их постоянно меняю, то есть у меня часов-то много. Выставлять все в ноль бессмысленно, потому что какие-то там есть механические, какие-то кварцевые. Меня, вот, нисколько это не напрягает.

Я.МАРГАСОВА: Ну, без фанатизма так.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот, мне понравилось, да? Аккуратность, но не доведенная до такого, полного уже кретинизма. Но, кстати, мне кажется, что настоящим специалистам, которым в работе требуется дозировка – вот, с химиками-технологами мы общались, вот мы общались с фармацевтами, еще с какими-то людьми. Они, все-таки, не превращаются в зануд. Вот это меня поражает, это здорово.

Я.МАРГАСОВА: И даже, да, химики-технологи там что-то на глазок делали, помнишь?

О.ЖУРАВЛЕВА: Да, да. На глазок. Но это не значит, что Андрей Петрович что-то делает на глазок на работе, но он не относится к этому как педант. Не знаю, мне кажется, что это хороший признак, то есть с человеком можно поговорить еще о многом – не только вот такое вот. «Мне девушка 3 раза приносила чинить часы, и я понял, что она хочет просто познакомиться. Сейчас часы не ломаются, но есть другие проблемы». Петр, вы бы развернули свой тезис – я не все поняла.

«Где найти хорошего часовщика? - интересуется Павел из Петербурга. – Боюсь отдавать хорошие часы ковыряльщикам». Павел, вы в Петербурге. Значит, если кто-то еще слышит в Петербурге, знает хорошего часовщика, назовите хотя бы там угол Литейного или еще что-нибудь, но чтобы, действительно, помочь человеку.

Я.МАРГАСОВА: Либо попробуйте найти дилерский центр.

О.ЖУРАВЛЕВА: А, авторизованный сервис?

Я.МАРГАСОВА: Да.

О.ЖУРАВЛЕВА: У нас очень многие не любят, даже автомобильные авторизованные сервисы.

Я.МАРГАСОВА: Ну, знаешь...

О.ЖУРАВЛЕВА: Потому что это всегда дорого. Но с другой стороны, у них есть описание всего на свете и у них есть запчасти, поэтому если хотите...

Я.МАРГАСОВА: Либо так, только по знакомым.

О.ЖУРАВЛЕВА: Нина спрашивает: «Есть ли у ребенка часы? Он, ведь, школьник». Она – школьник, она даже, я побоюсь этого слова, отличник и у нее есть такие часы смешные какие-то пластмассовые, она ими пользуется, да, действительно. Хотя, в основном, тоже, конечно, мобильником, но в школе это здорово, когда мобильник доставать нельзя, а на уроке сидишь там до последнего считаешь. Вот, в школе были да, актуальны часы.

«Часы стали аксессуаром? Смотрю, в основном, время узнают по таймеру в сотовом. Заменят часы чем-нибудь в будущем? Не отойдут ли они в историю?» Дмитрий, может быть. Но вот сейчас даже песочные часы периодически нужны. Хотя, казалось бы уже, сколько можно.

Я.МАРГАСОВА: Ну, песочные используются много где.

О.ЖУРАВЛЕВА: А иногда цветочные или солнечные. «Чтобы стать супермастером, должны пройти годы. А стоит ли это того? Может, лучше продавцом?» - спрашивает Гера. Гера, на вкус и цвет.

Я.МАРГАСОВА: А это к чему душа лежит.

О.ЖУРАВЛЕВА: На вкус и цвет.

Я.МАРГАСОВА: Конечно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Илья из Тулы пишет: «А я все игрушки в детстве разбирал». А, может быть, вы в Туле работаете на каком-нибудь специальном заводе и вам пригодился этот опыт? «Материалы-то, может быть, и разные, но механизм внутри одинаков у всех часов», - пишет Герман. Герман, подумайте, стоит ли настаивать? Если мастер говорит, что часы все разные, то, наверное, стоит ему доверять.

Да! И, вот кстати, один из примеров того. Я задала, может быть, смешной вопрос, но, в целом, мы его так обозначили: встреча с прекрасным.

О.ЖУРАВЛЕВА: Бывает такое, что «ох, как это красиво»?

А.САВКИН: Ой, постоянно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот, прямо восхищаетесь, да?

А.САВКИН: Ой, иногда прямо из рук выпускать не хочется. Но я, кстати, просто... Ну, это, как правило, очень дорогие часы, конечно. Потому что иногда даже прошу и фотографирую. И у меня такая, ну, не коллекция, но набор фотографий есть своих редких часов, которые у меня бывали в руках. Ну, человеку приятно всегда. Я всегда клиентам говорю об этом: «Какие классные, как здорово, восхищения мои как мастера». И человек расплывается, тает. Это понятно: я бы тоже, наверное.

О.ЖУРАВЛЕВА: Мне казалось, что хорошо сделанные часы, тем более дорогие, они должны работать вечно.

А.САВКИН: Нет-нет. Вот это глубочайшее заблуждение. Когда меня об этом спрашивают, они стоят, допустим, 12 тысяч долларов, а сломались через год. Я говорю: «Почему?» - «Ну вот я их уронил». Я говорю: «Ну, вы уронили – сломались. А что тут особенного?» - «Но они же за такую цену не должны ломаться». Я говорю: «Ну давайте Мерседес разгоним, ударим об столб. Результат какой будет?» Цена часов не говорит об их крепости какой-то особенной. Цена часов говорит об их эксклюзивности, отделке. Потому что там есть ручная отделка. Вот, мануфактуры швейцарские как раз занимаются тем, что там каждая деталь, там буквально сидит 4 мастера и 4 мастера полгода делают одни часы, допустим, поэтому и цена идет. Каждое колесико точится, циферблат гильошируется – это специальная такая нарезочка красивая очень. Все это вручную, мосты, все, гравировка, позолоты – в общем, все это супер. Ну, как правило, это, конечно, люди покупают не на последние деньги. Потому что это, во-первых, очень дорого, ну и, в общем-то, бессмысленно. Потому что если человеку это очень нравится, тогда да. А применительно к практике это никаких преференций не несет. Во всяком случае, часы от этого ни точнее, ни крепче не становятся.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот удивительное.

Я.МАРГАСОВА: А говорите, механизм один и тот же. Мануфактуры целые изобретают особые механизмы.

О.ЖУРАВЛЕВА: Человек открывает крышечку и говорит: «Какая прелесть!»

Я.МАРГАСОВА: И потом, бывают просто часы, бывают хронографы, бывают с большой датой, бывают с турбийоном.

О.ЖУРАВЛЕВА: Бывают, в конце концов, кварцевые, бывают всякие разные. И, вот, тоже еще интересное сообщение от Сергея: «Несколько лет коллекционировал наручные часы. Потом жена подарила Omega-7, я коллекционировать перестал. А часовщики хорошие встречаются. У меня родители как-то нашли мастера, который отремонтировал им 200-летние настенные часы».

Кстати, здесь же хочу сказать, о чем мы с Андреем Петровичем тоже говорили. Специалист по наручным часам, например, он не занимается вот этими вот курантами и настенными.

Я.МАРГАСОВА: Точнее, может не заниматься.

О.ЖУРАВЛЕВА: Да. То есть, есть специалисты по будильникам, грубо говоря, есть специалисты по наручным часам. И чем он уже, я думаю, тем, наверное, выше класс. Потому что таких, вот, супермастеров – их, наверное, вообще единицы.

Так. «Унаследовала часы XIX века. Швейцарские, серебряные, карманные, каретные, напольные. Все рабочие. Боюсь обращаться к незнакомым специалистам по вопросам реставрации. Посоветуйте, пожалуйста». Вы знаете, Света, я думаю, что надо искать в интернете на форумах и на форумах спецжурналов часовщиков (кстати, их существует огромное количество в России). В специальных сообществах надо искать (вот, что я вам скажу) и там задавать этот вопрос.

Ну и самый роковой вопрос по поводу того, что дорогие часы могут быть некрепкими, это нам уже наш специалист осветил. Ну, вот, совсем тупейший вопрос: чем дороже, тем они точнее должны идти?»

А.САВКИН: Глубочайшее заблуждение, что цена часов влияет на их точность. Я всегда говорю, даже самые дешевые часы производства Китая стоимостью 1 доллар (кварцевые) точнее самых дорогих сертифицированных хронометров производства Швейцарии ценой 10 тысяч. Точность несопоставимая у кварцевых и механических. Поэтому если вам нужен престиж, ну, как я еще всегда говорю, что механические часы – они такие, живые, кварцевые немножко холоднее (хотя, у самого сейчас кварцевых очень много – я очень люблю, мне понравились, удобно). Но в плане практики, обычной бытовой жизни несравнимо, конечно. Кварцевые и механические часы – это 2 большие разницы, как говорят в Одессе.

О.ЖУРАВЛЕВА: Вот так вот. И еще один вопрос. Если они не самые точные, не самые прочные, зачем вообще тогда нужны дорогие часы? Вот, мы, простые люди, мы не понимаем, зачем это нужно.

А.САВКИН: Вот мне когда говорят «Ах, зачем такие часы вообще покупать? Я бы за эти деньги, да лучше я...» Я говорю: «А вот представьте себе ситуацию. Ты купил себе дом, квартиру, детей всем обеспечил, всем по машине, на Кипре, условно говоря, вилла, ну, все у тебя есть, а деньги еще остались. Почему бы их не вложить в предмет, который тебе нравится и который стоит больших денег?» Ну, то, что это вклад капитала, это неправда. Потому что вклад капитала – это только очень дорогие эксклюзивные часы. Потому что часы где-то по категории 10-15 тысяч долларов – это, в общем-то, не очень высокая цена за часы. Поэтому это, как правило, потеря наоборот. Как говорят, знаете? Купил часы, вышел и цена на 20% ниже.

О.ЖУРАВЛЕВА: Абсолютно автомобильная история, да?

Я.МАРГАСОВА: Очень похоже.

О.ЖУРАВЛЕВА: Точно так же, как прекрасным образом едет автомобиль системы Матиз или что-нибудь в этом роде, да? Он точно так же перевозит тебя на работу и обратно. Но кому-то надо, просто обязаны.

Я.МАРГАСОВА: Для статуса. Иногда это такая вещь, по которой как по одежке, в общем, встречают.

О.ЖУРАВЛЕВА: По поводу советов. Значит, сразу же. «Дом Быта на Суворовском. Хороший мастер», - пишет Эл из Петербурга. Кто из Петербурга кричал жалостным голосом, слушайте внимательно. Значит, из Курска пишет Юрий: «Жил в Курске часовщик золотые руки, Нарыков Николай Иванович». Вот здесь мы его отметим. «Самому смешно, - пишет Антон, – но было и такое, что выбирал цвет автомобиля под цвет часов – синий, Ulysse Nardin». «Хороший часовщик – метро Пионерская, магазин «Радиодетали». «Отдал мастеру часы, а он с ними исчез. Теперь я этим гадам не верю», - пишет Виктор. Виктор, ну что ж вы, на улице что ли просто, в метро подошли к человеку и отдали часы?

Я.МАРГАСОВА: И, вот, кстати: «Шпион без часов как без рук» - сообщение не лишено смысла. Потому что, вот, я знаю, где их делают, пишет Анна Чапман – на Первом часовом заводе, командирские. Дело в том, что именно этот часовой завод выпускает часовой механизм калибра 31,33 и именно этот калибр, часы с механизмом такого калибра – они у Джеймса Бонда на руке.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ух ты. То есть у него командирские просто. А мы не знали. (смеется) А мужики-то и не знают!

Я.МАРГАСОВА: Да. На самом деле, мы все знаем, какие у него часы, да?

О.ЖУРАВЛЕВА: Света из Москвы пишет: «Я не могу уже полгода подобрать стекло к бабушкиным золотым часам». Света, ну, вот, точно вам говорю, надо лезть на форумы специалистов.

Я.МАРГАСОВА: Подбирают, это точно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Они подбирают. Тем более, что у них, наверняка, есть система определения, то есть нужен там диаметр...

Я.МАРГАСОВА: Ну, они уже подбирают, как правило, сапфировое, просто нужную толщину, диаметр.

О.ЖУРАВЛЕВА: «Появился на «Славе» мастер элитных ручных часов мирового уровня. Найдите», - пишет Геннадий. Ну хорошо. «Где починить старинные часы настенные?» - Наташа пишет. Точно так же. Ну, вот, пишет мастер Давид, что хороший мастер ремонтирует любые часы. Ну, да, наверное. В принципе, да. Но если есть какая-то сложная система, то, все-таки, очевидно, что инструменты и запчасти, и какие-то особенные вещи в зависимости от того, что это за часы, должны быть немножко разные.

«Раньше был такой конструктор для детей «Настенные ходики «Маяк». В свое время (1981-й год) купил 2 набора за штуку в уцененном магазине. Ни одного камня и до сих пор ходят». Да... «Настольные часы, трофей отца с фронта. Мечтаю отремонтировать, но боюсь», - пишет Яков. Яков, ну, что я могу сказать? Надо спрашивать у знакомых. Вот, то же самое, что с портным, с парикмахером, с кем угодно, с врачом, желательно, надо искать. «Часы ремонтирую сам. Очень помогает быть внимательным и собранным. Появляется усидчивость», - пишет Геннадий. Это, действительно, здорово.

Но есть и в этой истории, вот, все, что пишут люди, как боятся, не могут найти и так далее, здесь много есть всяких подводных камней и печальных историй.

ВЫГОВОР С ЗАНЕСЕНИЕМ

О.ЖУРАВЛЕВА: Об одном из выговоров ты говорила в самом начале – о том, что у нас с часовой промышленностью какие-то удивительные вещи происходят, потому что мы были одной из немногих стран, которые вообще себе часовое производство могли позволить помимо швейцарцев.

Я.МАРГАСОВА: Вот я даже прямо, все-таки, пробегусь. У нас «Чайка» закрылся, «Полет», первый и второй часовые заводы объединились в компанию Мактайм (все-таки, действуют). Закрылся «Янтарь», закрылась «Молния» - там будет построен в Челябинске торгово-развлекательный центр. А, вот, например, Армения – она просто поражает. Ереванский часовой завод нашел инвестора в лице швейцарской компании Франк Мюллер, а это, между прочим, не фунт изюма. И там будут собираться часы Франка Мюллера теперь. И будем ездить в Ереван.

О.ЖУРАВЛЕВА: По поводу наших часов я задала вопрос Андрею Петровичу, благо у него опыт огромный и он начинал... В этом бизнесе с 1985 года. Хочу, соответственно, по поводу отечественных часов несколько слов от него.

А.САВКИН: Дело в том, что я работал при магазине, и в магазин поступает много разных часов, салон-магазин большой, красивый, хороший. Очень большой ассортимент, очень интересные часы (швейцарские, японские). Отечественных, к сожалению, нет – не умеют наши делать. Ну, вот, при том, что я патриот, но в этом плане тут надо отдать должное: не умеют. Хотя, на автомобиле езжу отечественном и очень, кстати, доволен. А, вот, с часами не удалось.

Вот, самое интересное, что на мой, на вкус мастера часы были одни по-настоящему хорошие – «Ракета» петродворцовая. Но завод закрылся очень быстро, как только началась эта экономика. Как раз самое лучшее почему-то кончилось, а ерунда всякая – вот, она осталась на плаву. Так просто сложилось. Не знаю, кстати. Историю вот этого не знаю.

Самое интересное, что я много литературы читаю профессиональной. Вначале мне казалось, что это субъективное ощущение, что материалы стали хуже в отечественных часах, а потом выяснилось, что, оказывается, ничего подобного – это совершенно объективная вещь. Есть масса журналов профессиональных, кстати, выпускаемых именно в России, очень хорошие, кстати, журналы. И, вот, там было написано, что, оказывается, металлы, из которых производятся вот эти колесные обода всевозможные – все это, действительно, стало или покупаться за границей, или делаться из материала неподходящего. Поэтому это все рыхлое, это все плохое, все это ломается очень быстро, изнашивается.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, тут вы понимаете, да? Когда вы пишете о часах, которым по 90 лет, в том числе и какого-то и отечественного производства и так далее, по 40 лет, по 50... Другие материалы. Поэтому вполне возможно, что да, стоит чинить те, которые память, которые красивые, которые были хорошо сделаны. Как искать? Вот, вы слышали, что есть много журналов, значит, есть много сообществ, значит, много есть форумов – нужно искать. Что касается старинных, я думаю, что вообще к реставраторам, к музейным специалистам стоит обращаться.

Я.МАРГАСОВА: Скорее, да. Вот, Виктор теряет часы с удовольствием, с покупкой новых начинает новую жизнь. И никогда не чинит.

О.ЖУРАВЛЕВА: Молодец. Я, кстати, тоже ни разу в жизни часы не чинила, даже когда они были. «В Москве мастера не подскажете?» Андрей, не подскажу, но Москва – город большой, мастера есть. «Все часовые заводы СССР были оборонными?» - пишет Сергей.

Я.МАРГАСОВА: Совершенно верно.

О.ЖУРАВЛЕВА: Сергей, мы об этом говорили еще в первой части. Так. «Ролексы за 50 евро из Испании – это хорошая подделка?» - спрашивает Олег. Ну, это подделка, вы же понимаете. А здесь самый важный момент о том, что, оказывается, даже нам нужно кое-что в часах понимать, владельцам, я имею в виду. Об уходе за часами памятка от Андрея Петровича.

А.САВКИН: Я, кстати, очень много с людьми разговариваю. Может быть, это моя особенность и мне об этом постоянно они говорят, что, вот, именно к вам ходим не только потому, что потом часы нормально работают, но и то, что вы все объясните, все покажете. Не бука я, нет.

У нас, к сожалению, опять же, культура ношения часов (есть и такая) – она очень слабая. Потому что я, вот, с иностранцами очень много общался, и я заметил, как они, вот, даже простенькие часы, допустим, 100-150 долларов стоящие, человек притом состоятельный, он, тем не менее, прежде чем помыть руки, обязательно снимает, кладет в карман, моет руки, достает, надевает. Нас же с часами лезет, чинит машину, я не знаю, копает землю. Дачные вот эти дела – это бесконечная история. То есть мне, например, приносят часы иногда... Вот у меня был случай очень смешной. Мне принесли часы, и там я, например, обнаружил муравья. И женщина это, кстати, была. Ну, она, правда, как раз сделала правильно, как я ей сказал – она их сняла и положила на стол обеденный в домике садовом. Но, видимо, там бегали муравьи, один из них залез. Ну, было интересно, да. Муравей не таракан – ничего там неприятного нету.

У нас почему-то часы воспринимаются не как прибор времени, а как, знаете... Вот, и среди женщин много, ну, среди мужчин вообще подавляющее большинство. Они берут, как они даже говорят, «мне такие, чтобы гвозди забивать». Опять же вот это злоупотребление алкоголем, вот эта бравада, там, подкладывание под грузовики, стакан с водкой, кипятить, бросить с 7-го этажа, ну и так далее. Там очень такой перечень большой.

Ну, вообще практически с рук не снимаются, часы не моются. То есть у нас есть такое понятие «помыть часы» (это внутри механизм), а снаружи-то их тоже мыть надо периодически. То есть часы практически не моются, приносят в таком, довольно страшном виде. Я им, опять же, объясняю, как мыть корпус, как вычищать это все дело. Я говорю: «Вам же самим, наверное, неприятно?» - «Ну, да-да-да».

О.ЖУРАВЛЕВА: «Привет и долгих лет жизни моему брату по отцу, часовщику, изготовившему башенные часы в городе Орске. Надеюсь увидеться. Владислав Андреевич Пустотин, Ульяновская область». А информация от Лены: «Стекла для часов вытачиваются на заказ на Лиговском где-то – это в Петербурге».

Ну вот, здесь мы и поделились кое-какой информацией. Огромное спасибо всем, кто принял участие. Обязательно следите за нашим сайтом, следующую профессию повесим анкетку, разместим. Неужели мы будем говорить про чучельника?

Я.МАРГАСОВА: Выберем.

О.ЖУРАВЛЕВА: Ну, думаю, что стоит, да. Ну, и чучельники тоже, будьте внимательны: таксидермисты – тоже очень редкая профессия. Это «Послужной список», Яна Маргасова, Ольга Журавлева, газета «Труд» и «Эхо Москвы».

Я.МАРГАСОВА: До новых встреч.

О.ЖУРАВЛЕВА: До свидания.