Полицейский участок (совместный проект с группой «Закон TB»)

время выхода в эфир — сб, 21:05

Совместный проект с группой «Закон TB»

Ведущие:: Лев Гулько ведущий эфира

Обычная версия

эфир

25.09.2010 21:06

Полицейский участок (совместный проект с группой «Закон TB»)

Гости:: Владимир Жириновский лидер ЛДПР

Ведущие:: Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, у микрофона Матвей Ганапольский. Вот уж не думал, что придется мне вести эту передачу. Но, вот, Венедиктов, значит, быстро убежал, а мне ее поручил вести. Но в каждой такой легкой неприятности есть своя прелесть, потому что я давно не видел Владимира Вольфовича Жириновского. Здравствуйте, Владимир Вольфович.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Добрый вечер.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как поживаете, мой дорогой?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я хорошо поживаю, но вы специально меня приглашаете, и «Эхо Москвы», и вы лично.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть как это понять?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Так что вы так говорите, что давно не виделись, можно подумать, что я не хотел приходить. Вот, пригласили – и я пришел.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так, так оно и есть. Пригласили – и вы пришли.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, а так-то боятся. Редко.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, меня не было просто. Извините, вы себе ездите там где-то, великий политик. А я тоже там путешествую. А вот сегодня, сейчас мы вместе.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, хорошо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как хорошо, что вместе сегодня собрались.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пока я тут разбираю бумаги, у нас передача, дорогие друзья, вместе с телекомпанией «Закон ТВ». И, конечно, мы будем говорить об истории с реформой милиции-полиции, уже можно так говорить и даже точно трудно сказать, на каком названии стоит останавливаться. Но я просто для начала хочу спросить, потому что я давно не задавал этот вопрос. Вы путинец или медведевец?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я вот это хочу пресечь раз и навсегда. Вот, есть их сторонники, их партия. Мы – отдельная партия совершенно. Но если исходить как просто гражданин, допустим, то глава государства – Медведев, все. Значит, вы должны уважать этого человека, этот пост. А глава правительства – Путин. Поэтому здесь не надо, я вообще противник этого понятия «тандем». Кто придумал это все? Мы все какую-то черемуху пытаемся в России.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не, ну как? Черемуха – это другое. Я просто... Что значит «кто придумал»? Жизнь придумала. Потому что они двое руководят этим государством.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Правильно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, так чего «правильно»?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Но они отдельные совершенно люди и отдельные должности, отдельные функции. А мы пытаемся подвести, что они, как бы, работают в таком, чуть ли не в дуэте, в семейном дуэте. Они совершенно разные по полномочиям. Глава государства – Медведев.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну как: а разве они на берегу-то не договорились, как им полномочия распределять?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Не, мы этого не знаем и мы должны исходить из Конституции. Поэтому давайте исходить из того, что есть президент. Все. Глава государства – он, Медведев Дмитрий Анатольевич. Все остальное – черемуха. Хорошие отношения у кого-то с кем-то, плохие.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А почему вы говорите «Черемуха»? Вы газ имеете в виду?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, я имею в виду «черемуха» с точки зрения лирика.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, лирика, да. Ага.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Лирика. Что, вот, как они там друг с другом ладят, не ладят, договорились, тандем укрепляется или он трещит – это не должно быть предметом обсуждения.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Суровый вы, слушайте.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Тут вот еще такой вопрос.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Жестко, сухо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Жестко, сухо». А скажите мне, пожалуйста, вот, еще такой вопрос, как бы, не по теме, просто интересно. Вы было сказали, что Лужков сбежал и не вернется. Вы так сказали.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, он не вернулся пока, поэтому не будем...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вообще, сегодня воскресенье.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну и вот, и на завтра посмотрим.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Потому что радиослушатель один сказал, что если он завтра вернется, вернее, не завтра, а в понедельник, вам придется извиняться.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Почему извиняться?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Потому что вы очень сурово подошли.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ни за что извиняться не буду. С какой стати извиняться?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но вы сказали «Он сбежал. Больше не вернется».

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я считаю, что это побег.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Побег? В отпуск, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Страна вся работает, а человек: «Да я поехал в Австрию, отдохну, так сказать, в доме отдыха».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А у вас отпуска нет, что ли?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Слушайте, какой отпуск уже? Сколько можно в отпуске гулять? Он и в августе был в отпуске, и сейчас в отпуске. Когда хочет, тогда и гуляет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так, может, если б была жена Батурина, так вы быстро в отпуск побежали бы.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: У него вообще не должно быть жены Батуриной.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: (смеется)

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Он должен выбирать: или город, или жена. У нас уже был вариант. Николай II – жена, Горбачев – жена, Ельцин – дочь. Везде эти женские следы, везде всё кончается плохо. Всё кончается плохо. И он потерял работу навсегда и позор приобрел на всю оставшуюся жизнь.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, это по вашему мнению?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это история показывает. Там, где женщина, там все кончается.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Но если он, все-таки, вернется, будете извиняться?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ни в коем случае. А почему извиняться-то? За что извиняться? Я считаю, что он убыл за границу. Для меня это его отъезд навсегда.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вы еще в интервью сказали такую вещь, которая меня поразила, и я даже вам дозванивался по этому поводу, но ваш пресс-секретарь сказал «Нет, не будет разговора».

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну. А почему? Всегда пожалуйста.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, не знаю. Вот, такая была история. Вы сказали, что он виновен, что на нем смерть москвичей лежит.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да. Конечно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это, вот, просто коротко поясните.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это, представляете, я еще должен извиняться! 11 тысяч москвичей в этом году досрочно ушли из жизни. Досрочно!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Досрочно – это как?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: То есть умерли в июле-августе, задохнулись. Задохнулись как в газовой камере.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это он поджег?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Он не принял меры к тому, чтобы хотя бы предупредить москвичей. Ведь, смог стоял почти 1,5 месяца. Ведь, можно предупреждать «Идет смог»? Он же не внезапно – раз, и смог на весь город. Это же огромный город! Надо было предупреждать, надо было вывозить людей, эвакуировать людей.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это я не понял. Поясните, как? Город эвакуировать?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да, да, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: 12 миллионов человек?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Так, думаете, все будут, что ли? У всех машины, у многих машины. 3 миллиона машин. В каждой 3 человека, вот, 9 миллионов своим ходом уехали бы. Только укажите направление, куда? Тверь, Калуга, Волоколамск? Куда?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так вы же не идете в отпуск-то, говорите, что вы вечно заняты. Людям работать надо.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Почему? Это как раз был отпускной период, июль-август. Но в любом случае нужно было предупреждать, говорить. Завести в город хотя бы больше кондиционеров, вентиляторов. И как-то информировать людей.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это Лужков должен был сделать?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Конечно! Он же начальник, это его работа как раз. Как обеспечить безопасность жителей. Если бы нашествие преступников было бы, милиция, ФСБ, прокуратура. Это обстановка в городе – чем дышать, чем питаться, куда обращаться. В чистом виде городское управление, которое не было осуществлено. Они говорят, что они все находились на местах. Слушай, ну что на местах находиться? Вы меры принимайте. Принимайте меры. Люди задыхаются и умирают.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, понятно.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Поэтому не я должен извиняться, а даже его извинения не годятся для москвичей. Он совершил преступление.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Уголовный кодекс, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, Уголовный кодекс.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, хорошо. Я включил видео, дорогие друзья, потому что я, вот, не знал, на какую кнопку тут нажимать. Но, вот, как-то получилось у меня и здесь, знаете что?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Что?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мне прислали какое сообщение замечательное. «Дайте посмотреть на цвет нации, включите видео!»

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Товарищи, я включил видео.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Голос-интеллект, интеллект нации.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: (смеется) Хорошо.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Другого нет ничего. Все остальное – или коммунисты, или демократы, и все банкроты. Все банкроты, ничего ни у кого не получилось, ни у коммунистов, ни у демократов.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А у вас?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А у нас все получилось.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что у вас получилось, слушайте, я не понимаю?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А как все получилось.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что получилось?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Мы обо всем предупреждали 20 лет назад еще.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы все время хотели стать президентом.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не стали.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: 4 раза. И что, в стране стало лучше, если я не стал президентом?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я не об этом говорю.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Спросите у них сейчас.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что вы говорите, что у вас все получилось? Ну, что получилось?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Все наши прогнозы оправданы, так сказать, они сбылись, так сказать. И вся наша критика соответствует действительности.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ой, боже мой. Если так, то я лучший политик, потому что я тоже могу говорить прогнозы.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это другое дело. Вы сидите как журналист.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Я еще не сижу.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вы – ученый.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я тут на рабочем...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я имею в виду, на рабочем месте. Это другие вещи, так сказать, понимаете? Я говорю о политической деятельности о реальной. Вот, я про Лужкова сказал все, что думает наш народ о нем. А все остальные сбоку-припеку. Коммунисты-то молчат. Молчат-молчат коммунисты. На этом они себя изобличили...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, мой дорогой.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: ...что их совершенно не интересует борьба с коррупцией, с безобразиями.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я, вот, знаете, выяснил какие-то важные для себя вещи, уважаемые радиослушатели, а теперь, вот, собственно, перейдем к милиции, полиции и так далее. Значит, вот, скажите, надо переименовывать милицию в полицию? Потому что я прочитал, что у вас было другое, в принципе, предложение, по-другому называть.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, я имел в виду, что это новая русская полиция – в этом смысле.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так и называть?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Так и называть: «Новая русская полиция». «Где служишь?» - «В новой русской полиции». Для чего? Просто «полиция» люди не понимают, все-таки. Полиция везде есть. А, вот, как-то вдохновение чтобы было, чтобы как-то люди поняли, что, действительно, будет новое что-то. Назвать ее, что она «Новая»...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть НРП.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: ...и что она русская, и что это полиция. И забыть слово «милиция». Все. Вы посмотрите, что сегодня происходит. Сегодня милиция празднует день создания 10 ноября. Получается, до 10 ноября 1917 года у нас вообще не было полицейской службы. Все же было. Но советской власти уже нету. Значит, есть день создания советской милиции, но советской милиции нету. А они празднуют 10 ноября уже 20 лет. Зачем? Это даже в этом смысле нету логики никакой. Должен быть день полиции на все времена один – когда при Иване Грозном была создана, Петр I и так далее. А нельзя вот это брать, 1917-й год.

То же самое ЧК – они празднуют 20 декабря. То же самое армия – 23 февраля. Слушайте, а разве до 1917-1918 года не было у нас полиции, армии и службы безопасности? Вот это вот проблема. Поэтому вернуть название старое – «полиция», но чтобы все поняли, что это, действительно, новая полиция. И «русская полиция» - как бы, обозначение к государству, что это наша полиция, нашего российского государства.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но оно громоздко немножко. «Знаешь, Клава, я позвонил сегодня... Когда я услышал этот подозрительный шум, я позвонил в НРП».

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Новую русскую полицию.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Глаша, а что это такое?» - «Это Новая русская полиция, я туда и позвонил. Правда, не приехали они...»

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А чего? А раньше говорили «советская милиция», «народная милиция».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но народ-то это не говорил. Не говорили же «советская милиция»?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, хорошо-хорошо. Это же не будет обязательно, чтобы говорить об этом.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но вы, в принципе, согласны? В принципе, с «полицией» согласны, со словом?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Согласен, да, обязательно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вы знаете, что, вот, реформа вот эта полицейская, она обойдется... Я, вот, 2 раза подумал, что это шутка, потом думал, что ошибка. 327 миллиардов рублей обойдется эта реформа.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы – человек, умеющий считать деньги, даже внутри своей партии. Ну что, согласны потратить такое бабло?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вы поймите, это же связано с восстановлением традиции и связано с государством, с нашим.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А сколько потратили денег при советской власти на все эти переименования? Мы же не выдумываем что-то новое еще, мы восстанавливаем старое название, традиционное. И это международный стандарт, и тут нет никаких денег. Это считаются общие расходы. Ведь, Государственная Дума тоже в год обходится 5 миллиардов. Мы тратим каждый год деньги. И эти деньги тоже потратили бы на содержание милиции. А того, что старые бланки милиции будут уже не годные для использования, а новые будут заказывать – дадут новый образец, будет написано не «Отделение милиции», а «Отделение полиции». Поэтому никаких прямых лишних расходов не будет, ибо это все будет происходит постепенно, каждый год.

То же самое, обмундирование. Завтра не выдадут всем новую полицейскую форму – будет идти постепенно все. Поэтому это расходы на год. Но минимальные, может быть, конечно, есть чуть больше, чем нам бы с вами хотелось. Но это безопасность наша. Раз мы, в целом, проводим реформу, то здесь не надо так вот считать деньги, я думаю, что нормально.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я, вот, хочу пройтись по пунктам, которые предлагает Медведев и которые такие, ну, наиболее яркие. Ну, например, задержанные россияне могут получить право на телефонный звонок. Прямо как в голливудских фильмах. Вот, вы поддерживаете такую историю?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Обязательно, обязательно. Потому что волнуется человек, которого задержали. Особенно когда первый раз. Волнуются его близкие, родители. Это сколько сразу, ну таких, болезненных моментов. Информацию – обязательно он должен проинформировать. У него свой мобильный есть, он должен получить право. Он может попросить, чтобы ему набрали этот номер, куда он хочет позвонить, и ему дадут возможность обязательно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, вот, скажите, а мобильник надо забирать? Ведь, разговор идет про один телефонный звонок.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, один.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Просто как вам кажется?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это зависит от обстоятельств задержания. Если, допустим, задержали во время какого-то нарушения общественного порядка, надо оставить мобильник. Когда это связано с уголовным преступлением, надо забрать, поскольку он может своим сообщникам сообщить информацию, которая будет мешать потом их тоже арестовать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так, все же говорят, что этот один телефонный звонок – это сигнал «Ребята, меня взяли, а вы давайте делайте, как мы запланировали». И идет череда преступлений.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, ведь, имеется в виду, что звонок дается впервые задержанному человеку. Если шла облава на преступников, их захватили, их сразу направляют далеко, в тюрьму. Здесь имеется в виду в отделении полиции когда приведут. Вот, митинг задержали, допустим, Триумфальная площадь. Где-то там документы проверяли у человека, привели в отделение полиции. Вот, в этом смысле простые задержания, первичные. Там, где преступники, их в отделения полиции не повезут – их повезут в СИЗО. А там уже никаких ни звонков, ничего и так далее. Это задержали преступников на месте преступления.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Секунду. Нет, ну, как-то должны определить, что это преступник. То есть вы имеете в виду, что если...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: В отделении полиции – звонить, тебя впервые привезли.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А в СИЗО не имеешь права?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А в СИЗО в тюрьму, я думаю, что здесь уже нельзя.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, в СИЗО – не в тюрьме.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, в СИЗО.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нельзя?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я думаю, нельзя. Вот тогда получится то, о чем вы говорите. Он может набрать номер не мамы, а главаря банды и сказать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А если мамы хочет набрать, как определить? Может, все-таки, один закон сделать?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Значит, в законе написано, что если полиция видит, что это нормальный звонок – она может проверить быстро, домашний телефон, действительно, его мама – пожалуйста, ему дают возможность позвонить. А если они увидят, что этот телефон никак не связан с родственниками, и даже в базе данных у них это, как бы, какая-то воровская малина, они могут запретить в интересах следствия.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я, вот, еще хочу пойти по пунктам, которые предложил Медведев, потому что не все просто. Вот, например, смотрите, президент предложил ввести единый бесплатный номер для жалоб на полицию. Но дело в том, что, на самом деле, этот номер есть. Дело в том, что по номеру «02», традиционному сейчас номеру можно сообщить не только о преступлении, но и, кстати, я хочу это сказать радиослушателям и телезрителям, «02» - уже существующий номер, где фиксируются абсолютно все телефонные звонки, где они потом разбираются и вы можете сообщить вашу жалобу на работника милиции. Кроме того, этот номер бесплатный. Так вот, я не понимаю, зачем делать масло масляное?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это имеется в виду совсем нейтральный номер телефона. Это «02» - это милиция, это, все-таки, ведомство. Там, все-таки, могут как-то что-то скрыть или не доложить, или как-то забыть про что-то. А это имеется в виду совершенно нейтральный, там, где и президент может войти на этот сайт и посмотреть: «Слушай, вот о чем сообщают. А ну-ка, министр внутренних дел, сообщите, что по этому вопросу сделано?» То есть чтобы был общий доступ к этому номеру.

Вы к базе данных «02» не сможете подобраться. Кто звонил, о чем звонил. А это, видимо, будет общедоступный номер. В интернете все могут посмотреть, кто о чем звонил сегодня. И какие меры приняты. То есть он не должен быть связан с ведомством, вне ведомства.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть вы и это поддерживаете?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: И это поддерживаем, конечно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как же вы все поддерживаете.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Чтобы граждане чувствовали себя более спокойно, чтобы не боялись, что их там изобьют, а то и даже убьют. Пусть будут спокойны.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, а вот смотрите, еще пункт. На базе СКП будет создано русское ФБР, единый Следственный комитет, который, как мы понимаем, будет отдельной структурой и в этом смысле это идея Медведева и, так сказать, все будет отдельно, никак не связано с самим Министерством внутренних дел. Это хорошо?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это очень хорошо. Потому что смотрите, следователь при прокуратуре – он в прокуратуре следователь и там же рядом в коридоре отдел по надзору за следствием. Ну, вы понимаете, мы в буфете в одном пьем чай, да? Мы куда-то, может быть, вместе на экскурсию едем, в театр, отдыхаем в Доме отдыха прокуратуры. Ну, как мы будем друг над другом надзирать? Поэтому следствие должно быть выведено из всех служб – ФСБ, прокуратура, милиция – все там. Оборот за наркотиками. Единый мощный Следственный комитет, и они только этим занимаются. Они расследовали и передали по назначению в суд или, допустим, у них может запросить прокурорский орган это дело. Но они – следователи высочайшей квалификации, и только они работают в этом никому не подчиняющемся... Вот, понимаете, убрать ведомственность. Президенту напрямую подчиняется он. То есть он будет знать, что это расследуется преступление. И он только если сам как-то захочет что-то там не очень публично, это он уже будет отвечать, глава государства.

А сейчас ведомственный подход, они все закрывают, прикрывают. Им же нужно статистику дать хорошую. А здесь СКП будет другая статистика – раскрытия. Если милиции нужно скрыть преступления и заявления, и план, показать хороший план, то здесь, наоборот, все будет приниматься к исполнению и расследование проводиться будет все без всякого влияния – никто не имеет права влиять, никто и знать не будет, где сидит этот главный следователь страны.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, видите, дорогие друзья, Владимир Вольфович Жириновский, ему все нравится. Я хочу вам сказать, что мы здесь раздобыли документы, можно так сказать, мягко сказать, со стола Медведева. Потому что сам-то текст уже утвержденный никто не читал, а мы достали. Вот бумажки. Я вам сейчас прочитаю фрагменты и вы скажите, нравится медведевский вариант или нет.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Пожалуйста.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, статья 2-я Задачи полиции: «Обеспечение личной безопасности граждан, предупреждение и пресечение преступлений, административных правонарушений, охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности, оказание помощи в пределах установленных настоящим законом гражданам, должностным лицам, предприятиям, учреждениям, организациям, общественным объединениям в осуществлении законных прав и интересов. Иные задачи на полицию могут быть возложены только законом». Хорошо написано, четко? По-моему, нормально, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, более или менее, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дальше, еще, вот, я. Вот смотрите. «Деятельность полиции строится в соответствии с принципами законности, гуманизма, уважения прав человека, гласности. Полиция решает стоящие перед ней задачи во взаимодействии с другими государственными органами, общественными объединениями, трудовыми коллективами и гражданами». Еще маленький фрагмент. Мне просто нравится все, что написано. «Правовую основу деятельности полиции составляют Конституция РСФСР».

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Не может быть «РСФСР». РФ.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ой, простите. Извините. «Конституция РФ».

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Видите? Вы все еще в советском там формате.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я знаю, да-да. «Конституция РФ, настоящий закон и другие та-та-та», ну, в общем дальше. И вот еще. Хотя, это уже не важно. Вот, нравится вам вот такой посыл демократический, либеральный?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, здесь... Вы знаете, может быть, вы еще не дошли до этого.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, может не дошел. Сейчас-сейчас, мой дорогой...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Там есть посыл о том, что она, полиция, якобы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Владимир Вольфович, вот это сначала. Подождите, дойдем.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это пока нравится.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, нравится?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это нравится, это можно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это хорошо Медведев сформулировал?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это можно. Это все общие рассуждения.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, но это главное. То есть на какой, я бы так сказал, идеологической платформе стоит это, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да, да. Это хорошо. Ведь, раньше у нас все было более идеологизированное, когда рабоче-крестьянская милиция должна была защищать в первую очередь рабочих и крестьян, и бороться с деклассированными элементами или классовыми противниками, врагами. Это, вот, страшно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Раскрыть вам один важный секрет?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы знаете, что я вас обманул?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Что?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дело в том, что я вам, на самом деле, прочитал предыдущий закон о милиции.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А очень много схожего.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Безусловно.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Очень много.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не просто много схожего.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Поэтому и «РСФСР»-то у вас проскочило. РСФСР.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, проскочило, что делать?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: 1991-й год, да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Значит, я просто заменил слово «милиция» на «полиция», и прошло даже на Жириновском идеально. Я вас не ловил. Отсюда вопрос. Слушайте внимательно.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Так, а почему моя рука потянулась к самому проекту закона?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, что не к пистолету.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Она поэтому и потянулась, что я вам хочу зачитать то, что меня не устраивает.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Слушайте, сейчас подождите, дойдем. У нас большая передача.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Почему я сделал над вами такой жестокий эксперимент, который абсолютно простителен, потому что...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я не обязан знать полный текст.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не-не-не, и там разговор о гуманизме, и здесь разговор.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да. Тем более, 1991-й год, когда уже мы 5 лет говорили о гуманизме, с 1985-го.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Очень много критиков этой реформы говорят, что, вот, эта перемена названия, вот эти вот та-та-та-та-та – это все косметика. И они говорят, что старый закон был нормальным законом, только надо было его исполнять. Понимаете? И, вот, действительно. Помните, как Конституция в советские времена? Тоже идеальная, а был Советский Союз – совершенно чудовищное государство. Вот, в принципе, зачем надо было это курочить – я употреблю такое, нехорошее слово, антимедведевское – а не просто исполнять то, что написано? Это многие говорят.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, вы понимаете, что речь идет, все-таки, о реформе. В целом, это должны быть другие, все-таки, органы полиции. Все-таки, здесь нельзя сказать, что это почти та же самая милиция, мы только форму меняем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну как? Вот, Медведев говорит: «Будет форма, будет жетон». Это очень здорово, что жетон. Можно было ввести жетон. Ну, что? Ну, вот же написаны идеальные слова.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да есть где-то сегодня, по-моему, у ДПС или у гаишников, у них какой-то жетон тоже, уже сейчас есть. Вы понимаете, что здесь вводится, все-таки, что-то новое. Новое. То, что, допустим, централизация всех органов полиции. Это нельзя взять оттуда, сказать «Ну, давайте выполнять». Там другая норма заложена, там подчинение территориальным органам управления, а мы здесь в этом законе убираем. Это самое главное, потому что иначе это приводит к коррупции, когда милиция-полиция будет на подкормке у губернатора, у мэра, у какого-то другого органа. Поэтому в законе в отдельных статьях заложены совершенно другие принципы и другие формулировки, и другие термины, так сказать. Там есть понятие другого оружия, которое в обороте сегодня есть. В старом законе этого нету, поэтому нельзя сказать, что, вот, давайте тот закон выполнять и все хорошо.

Это реформа. Раз мы переходим к реформированию... То же самое Вооруженные силы. Зачем, вот, тоже устав иногда меняем, положение? Пусть будет закон. Он вводит, так сказать, какие-то новеллы. А то, что там преамбулы могут совпадать, какая-то терминология – это все может быть. Вы видите, звания здесь уже другие идут. Это же нужно заложить в законе.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, звание идет, зарплата 33 тысячи рублей. Я понимаю.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, это же все должно быть в законе. В новом.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, смотрите. Сейчас, дорогие друзья, вместе с Владимиром Вольфовичем Жириновским, и с телекомпанией «Закон ТВ», которые тут расставили камеры как в доброе старое время, когда RTVi тут начинало снимать все, мы будем переходить, как бы, к критике, потому что у нас Владимир Вольфович – человек прямой и он все говорит как есть.

Вот смотрите. Нам прислал человек, слушатель наш такое сообщение: «Я раньше работал в милиции, еще работал в суде, налоговой полиции. Пока не изменятся, внимание, жизненные ценности людей в погонах, а это мы...» Дальше прервалось, но мне понравилась вот эта фраза, мне кажется она справедлива: «Пока не изменятся жизненные ценности людей в погонах». Понимаете?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Вот, давайте я объясняю.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не только бабло зашибать.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот в этом-то весь смысл, понимаете? Что у нас не просто новый закон, новая полиция в России. А именно, ведь, другая теперь ситуация в стране. Не советская власть, не народное государство, не классовый какой-то подход. А милиция была в свое время создана как раз по классовому принципу. И, действительно, они оказались в очень тяжелом положении. Кого они охраняют последние 20 лет? Кому они должны служить? Это, вот, все в новом законе, как бы, прописано. Речь идет уже о том, что они не обязываются... Я поправку вношу в закон. Написано, что нельзя создавать партии в отделениях полиции или понуждать, начальник полиции не имеет права понуждать своих членов вступать в какую-то партию.

Я хочу еще добавить: и совершать действия в интересах какой-то партии. Они могут не входить в какую-то партию, но поддерживать нужную партию именно своими силовыми действиями. Поэтому нельзя тот старый закон оставлять. В том старом законе этого ничего не было.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Владимир Вольфович, а полицейский может быть членом какой-то политической партии?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет. Это все здесь заложено. Не имеет права быть членом никакой партии, не имеет права создавать какие-то отделения в своих структурах, не имеет права вообще каким-то образом касаться и политических партий, и общественных организаций, религиозных.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Страшную вещь вы говорите. То есть придется уйти из правящей партии всем начальникам полиции по всей России?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да, да. Вы понимаете, они же сегодня ей помогают во всем. Вот, весной были выборы, в марте, да? Значит, газету не нашу даже, а «Вечерняя Рязань», официальную газету города приезжает ОМОН и полностью арестовывает в типографии тираж. И не выпускает ее до выборов. Мы находим, наоборот, газету, которая выпущена незаконно, против нас чернуха, милиция ничего не делает. Вот, пожалуйста. Вот он ваш закон 1991 года. Там этого ничего нету. А здесь четко об этом записано уже. Но я хочу добавить еще одну фразу о том, что не только нельзя создавать, поощрять, но и любые действия совершать в интересах любой партии. И даже здесь есть ответственность уже.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так, еще раз. Что вы хотите добавить? Какой пункт?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот здесь вот я...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте-давайте, скажите точно.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Для новостей будет.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, я же... Понимаете, вот, вы берете преамбулу. Здесь в общих положениях вообще нет того, о чем вы сказали. «Полиция является составной частью единой централизованной системы федерального органа исполнительной власти».

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как сухо, некрасиво.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: А вы писали там «гуманизации», как вот в этом. Я почему хотел взять текст? Вот! Пожалуйста, раздел «Обязанности и права полиции», самое главное.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот пожалуйста. Статья 33-я. Полиция что делает она? Оказывает содействие избирательным комиссиям и всем другим при подготовке, проведении референдумов, противоречащей закону предвыборной агитации. Вот, они обязаны, видите?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, вот, смотрите, «оказывает содействие».

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, избиркомам. В чем?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: В чем?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: В чем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Там же не написано.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, написано в чем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вы читайте.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: В проведении. При подготовке и проведении референдумов, кампаний любых, противоречащие закону о предвыборной агитации. Вот, когда против ЛДПР выбрасывали чернуху, они обязаны пресекать теперь. Вот, у них есть статья 33-я. «Информировать избирательные комиссии о фактах выявленных нарушений и принятых в связи с этим мерах. И предоставлять по запросам избиркомов все данные о наличии неснятой или непогашенной судимости у лиц, являющихся кандидатами любого уровня». Так вот что происходит, смотрите.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сейчас. Извините, ради бога, на секунду остановитесь. Есть ли у нас новости в этом часе?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Какие новости? Давайте, вот...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я знаю, что лучший мой подарочек – это вы. И вы – главная новость. Тем не менее, это радиостанция, черт побери.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Суббота, все дома, все пьют чай.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте так. Все-таки, выпуск новостей будет следующий. Товарищи, к нам пришел Владимир Жириновский.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Заслуженный юрист России. И человек, предлагавший себя на место министра...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Папа же юрист.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет, отец мой – агроном-экономист, его брат – юрист. А в 1999 году я предлагал, когда Ерина отстраняли от должности, я предлагал свою кандидатуру.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну и как?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, не прошла. Видите? Ельцин назначил тогда Куликова. Ну и чего хорошего?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А, в принципе, вы хотели бы работать в этой системе?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Так, я предлагал.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет. Предлагал в 1991-м, еще в 1800-м...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: В 1995-м, 15 лет назад.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не важно. Вот, сейчас вы бы хотели это сделать?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Я готов. Потому что тому, кого они назначат, ему трудно будет что-либо сделать, ибо он прошел весь этап советской милиции. А им нужно гражданского назначить как министр обороны. Могут совершенно гражданского назначить, тогда, конечно, это будет другое.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но вы очень резкий человек, вы не сможете эту структуру...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Сможем-сможем-сможем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Сможем. Порядок будет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У вас будет палочная система.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет. Когда новая русская полиция будет выходить на улицу, граждане будут смотреть на нее с большим уважением.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это если вы ею будете рулить, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да-да-да. Тогда все будут знать, что, действительно, полиция, которая будет вас защищать всех от преступников. Вот, я сюда хочу добавить, чтобы и нам по запросам политических партий давали информацию о судимостях. Мы сегодня не можем получить. Вот, закон вы говорите сохранить. Закон о милиции, статья 60-я, они не имеют права нам сообщать. Была у человека судимость погашенная, не погашенная или не снятая. А только избиркомам. И когда мы уже список утвердили, избирком начинает говорить: «Вот, в ЛДПР есть лица с судимостью». Слушайте, мы их сами выкинем из списка. Но вы дайте нам информацию. Вот, я прошу здесь поправку внести, что не только по запросам избиркомов, но и политических партий. Но еще какое нарушение? Допустим, речь должна идти только о неснятой, а не погашенной. Ибо снятые и погашенные – никто не имеет права вообще говорить, что она была. А сегодня что делают? Объявляют: «Вот, у них был человек когда-то судим». Слушайте, погашенная судимость – человек уже не судим.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Снятая – уже не судим.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте. Вот смотрите, давайте вот о чем поговорим. Давайте поговорим о том, что плохо. Вот, очень многие критики говорят, что практически каждый пункт этого нового закона можно добавлять, уточнять, менять и так далее, и общее мнение такое: «К сожалению, это очень сырой закон». И главный разговор, который, например, у меня шел с Венедиктовым, вообще идет так, да? Он, например, в предыдущей передаче, которую я вел, рассказал мне, что во Франции история с тем, где ходить женщинам в хиджабах решался год. То есть год обсуждали, чтобы решить: а вот здесь можно? а вот тут можно? Грандиозный закон, который имеет бешеные последствия абсолютно для страны, может быть, позитивные, может быть негативные, решается вот так: «Давайте быстрее вводить». А тут сидит Жириновский, который на бумажечке пишет поправки. Так, все-таки, надо его вводить с 1 января?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Обязательно.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Или не надо? Или, может быть, тщательнéе надо, как говорит Жириновский?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Надо. У нас выборы в 2011 году.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну и что?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: И в Думу, и в президента. Если будет старый закон у нас действовать, значит, будут те самые нарушения, которые были во время всех избирательных кампаний. Когда милиция стоит...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. А если будет сырой закон исполняться и будет вообще бардак в стране. Я не знаю, какой.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Не будет. Не будет бардака. Бардак – это, ведь, не от того, что какой-то закон сыроват или нет. Вы понимаете, нельзя закон отутюжить и дать все варианты действий полицейских. Нужно такой закон сделать, что полиция ничего не будет делать. Везде она должна согласовывать, она должна спрашивать, она будет бояться что-либо делать. Тут 2 крайности. Либо мы его сделаем очень демократическим. Но тогда как бороться с преступностью? Ведь те, кого задерживали в милиции нашей, они за то, чтобы сделать его более демократическим. А те, у кого родственники, они сами пострадали от преступников, им нужна сильная полиция. Вот, есть 2 точки зрения – чтобы были защищены свободы всех наших граждан, в то же время, чтобы полиция действовала. Вот смотрите, мы тут ограничиваем, куда нельзя бить человека. По голове, в область груди, где сердце, половые органы, там не знаю, еще где-то. А куда он будет бить тогда его? Вот, дурацкое положение.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Получается серьезная задача.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, как он будет бить? Он же будет вспоминать «Ага, сюда нельзя, сюда нельзя». Так уже сбежит от него...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это тут написано, в новом законе, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да-да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну вот видите? Я же говорю, сырой.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, в пользу демократии сделано.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А куда, кстати, по вашему мнению, можно разрешить бить?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, надо конкретно указать «Бить только по спине и ниже спины». Все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: По попе, что ли?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, по попе. Все. Голова – это мозг, грудь – это сердце и легкие здесь, пищеварение, желудок. Спина – самое такое место.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Может быть, вообще не бить?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Идеальный вариант. Но о чем идет речь?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я, правда, страшную мысль высказал.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Но, понимаете, речь идет о том. Когда это угрожает, опасность. Допустим, бить не будут. А они начнут громить витрины, поджигать машины и избивать граждан. Те, кого они останавливают. Так, что это за полиция? Чего она нас не защищает? Имеется в виду начать применять физическую силу, если есть угроза жизни другим гражданам. Вот, допустим, со стадиона идет толпа фанатов и все на своем пути крушат. И чего полиция будет? Стоять? А другие граждане скажут: «Для чего нам нужна такая полиция?»

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну так вот смотрите, это такое противоречие...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Они обязаны как-то их остановить.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Правильно. Но это какое-то противоречие тяжелое. Почему? Потому что если будет назначено какое-то одно место, например, попа, то я возьму куплю большую кастрюлю, закрою или...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Ради бога. И вам будет тяжело ходить, и вам легче...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Зато, пусть он бьет – ничего у него не получится.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, то же самое, например...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, вот еще раз, подождите. Шутка шуткой, но вопрос очень серьезный, на него нет ответа. Именно сырость этого закона. Вот, что вы ни читали сегодня, везде проблема – может так, а может так. Значит, вы, все-таки, как считаете? Надо вводить, а потом срастется?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, вы понимаете, что сейчас уже, ведь, сдали все замечания. И часть замечаний можно учесть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, минутку, 16 тысяч сдали. Но как они вставят?..

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да они дублируют друг друга.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не важно, пусть дублируют, пусть их будет даже, ну, сколько? Ну, я не знаю, 500-700. Вы хотите сказать, что все учтено и вставлено сюда?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это еще проект. Мы будем принимать его в конце года. Еще октябрь, ноябрь. Если сядет большая группа юристов, весь Минюст...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо, вопрос: как вы думаете над ним? Как Дума работает?..

В.ЖИРИНОВСКИЙ: У нас 2 правовых комитета и целая комиссия, и в Минюсте работают, и Государственное правовое управление администрации президента, и Правовой департамент аппарата правительства. И по всей стране у нас тысячи юристов. Поэтому та группа, которая занимается, они все это учтут, то, что подходит, внесут. В основном, все предложения будут отсеяны. Как Конституция. Помнишь, сколько было предложений? Но реально там подкорректировали некоторые, так сказать, фразы. Главное не убрали из Конституции 1977 года – право выхода из состава СССР. Тысячи были тоже предложений, а оставили главный минус, который позволил развалить страну. Так и здесь нужна...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, может быть, и вот такой минус оставлен здесь – право выхода милиционеров из зоны правосудия, понимаете? Это будет плохо, как мне кажется.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, я думаю, если человек сошел с ума, никакой закон ему уже ничего не даст. Если он выпил на работе и пьяный, он тоже ничего не будет соображать, какая статья закона. Надо готовить новую эту полицию. И в вузах МВД готовить, и чтобы они чувствовали.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, подождите. Вот теперь давайте разберемся в тех вещах, которые мне вообще непонятны, и где я уж, поверьте мне, вас шутливо не подкалываю и так далее. Значит, смотрите, было сказано, что все сотрудники МВД будут выведены за штат – и это хорошая история – потом будут снова набраны. И дальше там сказано – я не помню точно кто, может быть, вы мне подскажете – будет сидеть какое-то начальство милицейское, полицейское уже в данном случае, будут сидеть юристы, будут сидеть психологи. И вот давайте разберем реальную картину. Вот, входит лейтенант Петренко, которого вывели за штат, на котором пробы ставить негде. Он же Шмуклер, он же Иванов, Петров, Сидоров и так далее. Петренко – это просто классический образ, вы знаете, в анекдотах. Ну и вот смотрят они на него. Значит, образование. Ну, какое-то там образование. Что в нем хорошего? Что-то хорошее, вот замечания какие-то и так далее. Психолог смотрит на него, говорит: «Ну как?» Он говорит: «Двое детей у меня». Ну, обычно то, что они говорят, когда просят у водителя деньги. «Лейтенант Петренко, двое детей», даже анекдот такой есть. И, вот, должно приниматься решение. Вот, вы говорите «Не хватает народа». Какое будет принято решение, если он, вот, никакой?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, идеальный вариант – его не переводить в полицию, а пускай идет и устраивается на гражданскую службу. Поэтому сегодня у нас огромное количество юристов...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А ангелов хватит, которых набрать в полицию?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Хватит. У нас огромное количество выпускается юристов. Вот, давайте их призовем. Если мы будем давать лейтенанту 33 тысячи в 2012 году, по-моему, с 1 января, то я вас уверяю, будет очередь стоять из выпускников вузов и тех, кто сегодня работают не на юридической работе. Поэтому если мы создадим условия и немедленное обеспечение квартирой участкового полицейского, то будет очередь и мы наберем нормальных людей, которые понимают психологию...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Квартирой участкового полицейского?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Конечно. Чтобы он не был зависим от местной управы какой-то, от ДЭЗа, от ЖЭКа и так далее. Если нет жилья, он должен иметь. Иначе как он будет следить за своим участком?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А он 2 недели поработает, а потом уйдет.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Служебная, лет на 5, на 7. И там это будет уже положение определенное с переводом потом в его собственность. Это все социальные гарантии. И второй закон будет выдан. И пенсия хорошая, и медицинское обслуживание, и отдых, и жилье, и зарплата, и безопасность, и все остальное. Когда мы создадим вот такие хорошие условия, то вот такой перевод, я думаю, достаточно людей найдут. Тем более, что можно будет просто сокращать их. Сокращать и повышать зарплату. Если сегодня получают они по 15 тысяч, мы ему сегодня уже можем дать 30 тысяч в рамках действующего фонда зарплаты. Ну, вот, 2 лейтенанта, один из них похуже и образование, и характер, и имеет какие-то нарушения – его не переводят в полицию, а этого переводят, добавляют ему зарплату. Вот и все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но, вот, видите, у вас удивительное качество есть...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: И пошло сразу, 20% вообще уже сокращение может быть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: У вас удивительное качество есть, что вы как добрый сказочник. Жириновский – добрый сказочник, для него все возможно. А, вот, есть вещь, которая, например, мне кажется, абсолютно невозможная. Если помните, то Дмитрий Анатольевич Медведев предложил вот какую вещь. Те сотрудники полиции, которые будут работать с населением, ну, так сказать, я, может быть, неточные слова, общаться с гражданами, должны иметь высшее образование и офицерское звание.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Где я вам столько выпускников вузов найду?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот, я вам еще раз говорю, их огромное количество. У нас полно юридических факультетов, юридических вузов. Тысячами выпускаем!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но это же не адвокатами они будут работать, правда? Это они будут работать обычными полицейскими. С бляхой на груди.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да-да-да. И пойдут.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пойдут? За 30 тысяч?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Сегодня они ждут, нигде им никто ничего не предлагает. Они пойдут обязательно. Но сегодня они или безработные, или пошли не по специальности. Я, вот, был в Томске, у них Юридический институт. Весь выпуск 2 года назад нету работы.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть вы считаете, что они поступали в Юридический институт, чтобы, на самом деле, вроде бы, закончить полицейскую академию?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну и что? И будет хорошо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И пойти работать участковыми, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: И пойдут. Пойдут, пойдут. И участковыми, и во все другие подразделения полиции.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А как вы по поводу того считаете, должны ли граждане выбирать участковых? Была такая мысль.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Обязательно на последующем этапе, допустим, централизация имеется в виду всех структур. А, вот, непосредственно участок полицейский – там возможно разрешить выборы участкового полицейского, в перспективе и начальника местного райотдела милиции, полиции.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Полиции.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Райотдел полиции. А уже городское назначение президентом и даже все вышестоящие органы управления полицией. Поэтому обязательно. Но ни в коем случае не подчинять их местным территориальным органам, я имею в виду мэров и губернаторов.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А как вы считаете, вот, местные территориальные органы – они же с ума сойдут. Представляете? Полиция в городе им не подчиняется.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да. Вот, хорошо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я такого не могу себе представить. Это же можно, во-первых, гипертонию заработать.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ничего. Пусть.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: И, может быть, сахарный диабет сразу разовьется?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Пускай они работают, вот, именно исходя из того, что им ни прокуроры не подчиняются, ни ФСБ, ни милиция. Они – гражданские служащие, пускай выполняют законы. У нас почему трудно вести борьбу с коррупцией? сращение произошло на местах. Губернатор, его начальник милиции, сегодня пока еще милиции, его прокурор, его судья и его начальник местного ФСБ. Все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть вы полагаете...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: надо разорвать эту цепочку.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вы полагаете, что полицейский начальник, не знаю, полицейской структуры в городе может быть полностью независим от мэра?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да, да. И зарплата, и квартира, все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Владимир Вольфович, даже в американских фильмах мы с вами видели, как звонит мэр полицейскому...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Естественно, он будет звонить – имеет право.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: ...руководителю и говорит: «Слушайте, вы, все-таки... У меня выборы на носу, вы как-то, все-таки, решите вопрос с этим делом. Либо найдите этого преступника, либо закройте это дело, потому что я не пройду на следующих выборах». Это мы что? Круче Америки будем?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, в любом случае подчинения нету. По-товарищески, конечно, может начальник полиции, города пойти навстречу и в чем-то помочь мэру. У них же общие задачи. Общие задачи – порядок в городе. Поэтому они, конечно, на совещании присутствуют и говорят. Но прямой подчиненности...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет. У них не общая задача, порядок в городе.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, я имею в виду цели.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот здесь вот, знаете, что написал замечательный Валера? Он прислал. Я не знаю, правда это или нет, но суть такова. «В одном американском городе девиз полиции «Мы не должны целовать ваши задницы, мы должны их защищать». Защита граждан – у новой полиции, новой русской полиции, о которой вы говорите. А у мэра тоже. Что значит порядок в городе? Вы сейчас заговорили вдруг, блин, советским языком.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да нет. Но он должен, я имею в виду, что мэр тоже должен думать о благополучии граждан своих. Как я вам говорил, что мэр Москвы должен был заботиться о здоровье летом, когда такой был смог. То есть все службы, все должны работать, депутаты. И все службы спасения, все работает на гражданина.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Хорошо. Значит, дорогие друзья, у нас передача...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Но у полиции очень обширные функции, понимаете?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Понятно.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Где спасатели – там полиция, где врачи – там полиция, где выборы – там полиция. Полиция везде. Вот, понимаете, в чем сложность этой службы? Вот, они везде. Они уже со службы идут, они обязаны принять участие в пресечении какой-то противоправной деятельности. То есть это люди, такая работа, сумасшедшая просто. Везде они должны быть. Пьяный валяется – он должен принять меры. Кровь где-то протекла, он должен принять меры. Шум в подъезде. Очень сложная работа.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дорогие друзья, смотрите, у нас передача будет идти до 56 минут, и еще 11 минут я хочу посвятить вашим звонкам. 363-36-59, по-моему, если я не ошибаюсь. 363-36-59, можете набрать этот телефон. Я тут сейчас чего-то такое открою для того, чтобы видеть ваши телефонные звонки. Вот, это у нас такая программка. И вот у нас здесь какие-то всякие разные звонки, которые не могу сказать, что меня очень... Да, вот тут всякие разные звонки.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вот еще одно новшество есть, написано, поправка в законопроект. Что он не имеет права ударять дубинкой женщину. Это нельзя, надо убрать. Дискриминация по половому признаку не должна быть. Ведь, получается, женщине-преступнику он ничего не может делать. Она – женщина. Это уберем из закона. Нигде в мире такого нет. Опять вставили правозащитники. Представляете? Женщины еще более агрессивны бывают, чем мужчина. И более фанатична.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вам это не нравится? То есть вы...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да нельзя! Иначе он не сможет с женщиной-преступником ничего сделать. Мы его ограничиваем.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, за руки схватит. Ну как?.. Ну, дубинкой. Разговор идет о дубинке.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, он же дубинку применяет в одинаковой ситуации – когда ему оказывают сопротивление или опасность его жизни или других граждан.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Если человек подчиняется, никто никого не имеет права тронуть пальцем даже. Никто не имеет права.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Во! А я с вами не согласен. Мне кажется, это очень правильная вещь.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нигде в мире этого нету. Ну, женщины, у нас 200 тысяч женщин-преступников. Давайте их выпустим. Они убивают сегодня больше, чем мужчины.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А зачем? Что, есть предложение их выпустить, что ли, я не понимаю?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Сегодня 20% убийств совершают девушки.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: И что? И полиция ничего не сможет делать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, я не думаю, что надо их палкой за это колотить.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да это ж не имеется в виду палкой колотить. Но если она оказывает сопротивление, как остановить сопротивление?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, смотрите...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Тогда полицейский ничего не сможет сделать в отношении других.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Ну, хорошо. Давайте, вот, мы сейчас посмотрим, что нам говорят радиослушатели. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Как вас зовут? Пожалуйста, представьтесь.

СЛУШАТЕЛЬ: Галина, Москва.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Галина, если можно, Наташенька, чуть-чуть громче динамики сделай, потому что совсем ничего не слышно нам с Владимиром Вольфовичем. Скажите, пожалуйста. Только мы говорим о законе о милиции, вы понимаете, да?

СЛУШАТЕЛЬ: Да, конечно, да.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: О полиции.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: О полиции. Пожалуйста, ваши суждения, ваш вопрос.

СЛУШАТЕЛЬ: Вы знаете, вот, мое суждение относительно этого закона. Может быть, вам это не понравится. Но у меня такое впечатление, что меняется название, но суть вряд ли изменится.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А почему «вряд ли изменится»? Ведь, Владимир Вольфович долго и подробно рассказывал, как это все должно меняться.

СЛУШАТЕЛЬ: А, понимаете, вот, если бы Владимир Вольфович, было их много-много-много и они были бы, вот, на всех вот этих местах, да? Возможно, что это было бы по-другому. Вы знаете, я хочу... Вот, можете на минуточку? Я, на самом деле, никогда не была поклонницей Владимира Вольфовича, а сейчас, чем больше идет жизнь, я его больше и больше начинаю уважать. Потому что это единственный человек, который идет своей линией. Он никогда ни себя не предал, никого не предал. И идет, и он все время говорит одно и то же.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо вам большое. Вот, наверное, вы тайный член ЛДПР и специально как засланный казачок...

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Это голос народа. Народ слышит и видит.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это голос народа ЛДПР.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: И у нас очень много молодежи сегодня...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сейчас-сейчас. Хватит! Хватит – не та передача.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: ...которая будет работать хорошо.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: В 2012-м году будете пиарить.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет-нет, я имею в виду... Работать в полиции, вот.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот, она вас хвалит, но говорит, что все это разговоры. Слово в слово, тянется к слову, разговоры тихнут скоро, а любовь останется. Вот такая вот. Вот, будет любовь, будет старое как было.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Но если президент бросит все силы на создание этой новой полиции, тогда мы сможем бороться с коррупцией и с преступностью. Поэтому первична полиция. Если у нас не будет хорошей новой полиции, тогда у нас, действительно, все останется как было, как сказала вот эта радиослушательница Галина.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Давайте послушаем еще. Слушаем вас, добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, добрый день.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пожалуйста, радио сделайте тише и представьтесь, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Владимир, город Екатеринбург.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Очень приятно, Владимир. Давайте.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Урал.

СЛУШАТЕЛЬ: Знаете что? У меня 2 только замечания. Вот, я не представляю, что такое выборная должность участкового. Я понимаю, ну, если переходить на американский язык, на английский, то я понимаю, что шериф. И второе. Разделение полиции на муниципальную и федеральную. Это мне понятно. А, вот, все остальное – ну, как-то...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, так подождите. Вы за изменение или вы против изменения?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет, я за изменение!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: За изменение. Значит, я вам объясню. Можно я 2 слова скажу?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да.

СЛУШАТЕЛЬ: Значит, у нас был разговор, мы уже это обсуждали с Сергеем Бунтманом. Я тоже удивился вначале. Я не понял, как это можно участкового избирать. На что мне объяснили и, в общем, я принял такую аргументацию, что... Знаете, участковый как человек, который ближе всего к населению, он должен пользоваться особым каким-то доверием. Поэтому, вот, его предлагается... Ну, не то, чтобы предлагается, а есть такая мысль избирать. И как, вот? Бунтман пошутил, но в этом есть доля правды. Вот, например, есть Петров, да? Он бездетный, например. А, вот, у Сидорова двое детей. Вот, кого вы изберете? Кто, на ваш взгляд, более лучший участковый? Наверное, вот этот Сидоров, да? Причем, они подчиняются одному закону. Это не значит, что один будет защищать одних, а другой других. Поэтому вот такая вот штука, теоретически она может быть. Тут много звонков, давайте сейчас послушаем вот этот. Пожалуйста, представьтесь, кто вы, будьте добры?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Матвей, здравствуйте, Владимир Вольфович. Олег, Санкт-Петербург. Я думаю, что ничего не изменится. Почему? Потому что служил в Вооруженных силах, уволился и никаких нету изменений. Я хочу рассказать просто о том, что...

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Извините, просто время. Он говорит, что ничего не изменится.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, у нас в России у людей, действительно, всегда такое, ну, настроение мрачное, пессимистическое. Это есть. Но давайте надеяться, все-таки, на лучшее, что мы делаем ставку на молодое поколение. Они готовы, они хотят, чтобы была Россия мощная, сильная. А главное, этого хочет президент, глава государства – ему подчиняется новая полиция. Если он поставит хотя бы 10 нормальных генералов в полиции или хотя бы даже, вот, 30-40, изменения будут. Надо на это надеяться, потому что без этого мы не сможем двигаться дальше. Нам обязательно нужно обновить эти органы, потому что они связаны с народом, единственное. Армия – это на случай войны, пограничники – это граница, спасатели – стихийные бедствия. А полиция день и ночь с гражданами. Поэтому здесь нужно бросить все силы. Если повысим зарплату и подберем людей, я уверен, что изменения будут.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, давайте, наверное, последний звонок. Слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, пожалуйста. Кто вы, откуда?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, это Питер, Руслан меня звать.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, Руслан.

СЛУШАТЕЛЬ: Я хотел, Ганапольский, вам сказать следующее. Я давно слушаю, вот, насчет этих изменений. Вот, многие говорят, что изменений никаких не будет. Я тоже такого мнения, что никаких изменений не будет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но почему? Объясните. Почему не будет?

СЛУШАТЕЛЬ: Вот, почему – я объясняю вам. Один закон есть, единственный один закон, который если вы его примете, то вы решите все проблемы РФ. Если будет какой-нибудь коррупционер задержан в чем-то с поличным, с ним вместе надо уволить его начальника непосредственного. Вот тогда вы все вопросы решите всей РФ.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Интересная мысль. Кроме увольнения коррумпированного человека увольнять его начальника.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Тогда никто не пойдет в начальники. Потому что в подчинении начальника минимум 100 человек. Будем каждый месяц менять начальника? Начальник не может отвечать за него. Другое дело, если будет выяснено, что начальник тоже в этой коррупционной цепочке, то он не просто будет уволен, а тоже будет возбуждено уголовное дело и так далее. Ну, вот, он предлагает, Руслан, по-моему, звали?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Ну, для того, чтобы выявить коррупционеров, нам и нужна другая полиция. То есть мы будем все время вокруг и около ходить. Все, кто нам звонили, они правы, что, действительно, пока изменений к лучшему нету. Они недовольны, они пессимисты. Ну, вот, мы давайте надеяться, что, все-таки, если закон примем и в январе он уже вступит в силу, то летом следующего года, действительно, уже заработают отдельные подразделения новой русской полиции. Мы это увидим на выборах уже, как она будет работать. Будет ли она снова защищать какую-то партию или она будет объективно работать. И, действительно, начнется борьба с коррупцией. Вот, посмотрим как с мэром Москвы. Если он, так сказать, уходит, тогда это уже какой-то шаг вперед к борьбе с коррупцией. А если он сумеет остаться, значит, где-то проплачено, чтобы снова остался и так далее. Мы это тоже знаем все.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: А вы не хотите, чтобы он доработал до сентября, да?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да ему 10 лет назад нужно было уже уйти!

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет. Ну, мало ли что. Многие считают, что вам нужно уйти из политики.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Нет.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я же не читаю вам вот эти жуткие сообщения, которые тут приходят. Ну что вы, ей-богу?

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Имеется в виду исполнительная власть. И срок должен быть не более 15 лет. И возраст не более 70-ти. Он все превзошел. У него 20 лет стаж на одном посту и 74 года. Даже по этим признакам мы должны уже обновлять кадры.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вот смотрите, Петр из Ярославля пишет: «Я – бывший милиционер, имею 2 высших образования, работал честно. Через 5 лет уволился. Работа в милиции стала признаком личной несостоятельности, никчемности и позора. Высокая зарплата престижа не вернет, если начальники будут прежние.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Да, да, да. Абсолютно правильно. Поэтому менять, менять. Ведь, почему нужен именно новый закон?

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Извините, нам надо заканчивать.

В.ЖИРИНОВСКИЙ: Вывести за штат надо всю милицию и появятся новые начальники и новый состав появится. А по старому закону мы не можем их увольнять – нет оснований определенных.

М.ГАНАПОЛЬСКИЙ: Дорогие друзья, гостем программы «Полицейский участок», совместном проекте с телекомпанией «Закон ТВ» был Владимир Вольфович Жириновский, вел программу Матвей Ганапольский. До свидания.

комментировать