Поддержали: xx
Минутку...
ПОИСК
Обычная версия
передача
Все передачи

Особое мнение

время выхода в эфир — пн-пт, 17:08 и 19:08
Известные политические журналисты - постоянные участники программы - отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, на интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.
Обычная версия
эфир
15.02.2013 19:08
Особое мнение
Гости:
Ведущие:
Эвелина Геворкян журналист "Эха Москвы"
код для блога

(Голосование закончено в 19:43)

Э.ГЕВОРКЯН: Приветствую всех слушателей «Эха Москвы», зрителей RTVi. Это, действительно, программа «Особое мнение». Сегодня со своим особым мнением у нас выступает Станислав Белковский, политолог, президент Института Национальной стратегии. Здравствуйте.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Здравствуйте, Эвелина.

Э.ГЕВОРКЯН: Я – Эвелина Геворкян. Вы можете присылать свои сообщения к нам на SMS-портал +7 985 970-45-45. Также голосовать за или против высказывания нашего гостя на сайте «Эха Москвы» в кардиограмме эфира. Ну а мы переходим к основным темам. Как-то все вокруг политики, оппозиция, Путин и так далее. А тут раз и метеорит. И на мой взгляд, наиболее любопытная деталь и новость сегодня обсуждаемая заключалась в том, что жители в этих областях пострадавших многие сами разбивают себе окна, дабы получить компенсацию. Как можно прокомментировать такое явление на фоне произошедшего?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Его можно прокомментировать двояко. Во-первых, метеорит всегда падает в России перед революционной ситуацией. Тунгусский метеорит упал в 1908 году, то есть незадолго до Первой мировой войны и революции. А поскольку время спрессовалось и сегодня ход времени значительно убыстрился, то это значит, что, безусловно, падение метеорита на Челябинск – это знамение больших перемен. Во-вторых, требование компенсации говорит, еще раз подтверждает знаменитый тезис о том, что природа России женская, а женщине в значительной степени присущ мазохизм, поэтому чем хуже, тем лучше. Тезис Владимира Ильича Ленина – он абсолютно подходит вообще к описанию психологии, психотипа русского человека.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну да. Все, что вы сказали, меня сейчас настолько шокировало, что, по-моему... Ну, как-то вот вы так, с серьезным видом. Не знаю, насколько серьезно все это про женскую природу и мазохизм, и так далее. Ну а вот версия Владимира Жириновского? Он же первый предположил, что это космическое оружие испытывают американцы, конечно же.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Ну, Владимир Жириновский – известный мастер прикола. К тому же как гей он, наверное, очень сильно фрустрирован гомофобским законом, поэтому чего он только не скажет в этой ситуации.

Э.ГЕВОРКЯН: В связи с такой реакцией людей, может быть (я не знаю, насколько адекватной или не адекватной), насколько вы можете обвинить или предположить, что в этом есть какая-то ответственность властей? Потому что сегодня и это тоже...

С.БЕЛКОВСКИЙ: В падении метеорита?

Э.ГЕВОРКЯН: Да, в падении метеорита...

С.БЕЛКОВСКИЙ: (смеется)

Э.ГЕВОРКЯН: ...в том, что не предупредили людей.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет-нет...

Э.ГЕВОРКЯН: Никак не защитили людей.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, ну, я могу только то, что власти прогневили бога. Другой ответственности я не вижу. Честно. При том, что, как вы знаете, я никогда не был большим сторонником действующей власти в РФ.

Э.ГЕВОРКЯН: Слушатели заранее прислали к нам вопросы для вас на наш сайт «Эха Москвы». Вот есть вопрос от слушателя Радио (такой у него ник): «Выступление Путина на коллегии ФСБ – это что? Такая неуклюжая попытка власти сохранить хорошую мину при плохой игре? На чьей стороне сейчас мяч, на стороне оппозиции или власти? Как вам лично кажется?»

С.БЕЛКОВСКИЙ: Мяч всегда на стороне власти, потому что оппозиция не в состоянии сформулировать свою повестку. Но это проблема оппозиции, а не власти. А выступление Путина на коллегии ФСБ – это что сегодня в молодежной интернет-тусовке называется «троллинг». Потому что Путин глубоко чужд системе госбезопасности. Он в свое время был уволен из органов ФСБ в 1991 году за ряд ошибок, которые он совершил, работая в Дрездене директором дома советской культуры. В частности, за то, что он слишком много пива выпил с агентом германской разведки Клаусом Цухольдом, агентом БНД и рассказал ему чуть больше, чем следовало бы по советским меркам. И поэтому он прямо из империи КГБ СССР упал в объятия Анатолия Александровича Собчака, который и сделал его человеком в политическом смысле.

Э.ГЕВОРКЯН: Но так ли это случайно? По-моему, все же как раз Владимира Владимировича (ну, либеральная часть общества) обвиняют в том, что он, конечно же, выходец из КГБ.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, он ненавидит систему госбезопасности, я вас уверяю. Я сейчас заканчиваю книгу, которая выйдет в Германии этой весной, где это все досконально обосновано. И поэтому когда Путин приезжает на Лубянку, он, я думаю, наслаждается тем, как он троллит этих несчастных чекистов, рассказывая им о том, какой он тоже чекист. На самом деле, это ровно наоборот.

Э.ГЕВОРКЯН: На кого же он может опираться в таком случае?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Он опирается на либеральную среду как на Германа Грефа, на Алексея Кудрина, он опирается на всех, кто считает его меньшим злом. Он опирается на семью Бориса Николаевича Ельцина, которая выдвинула его в президенты, и в этом смысле он не совсем не прав. Он абсолютно прав – именно на этих людей он и должен опираться, потому что Владимир Путин – это безусловное порождение ельциновщины.

Э.ГЕВОРКЯН: И даже сегодня?

С.БЕЛКОВСКИЙ: И даже сегодня, конечно. Потому что, понимаете, латентные геи очень любят заниматься гомофобией. То есть он именно, так сказать, троллит тех, кто ему близок. И в этом смысле он им совершенно не опасен, потому что троллинг – это не опасное занятие. Опасное – это реальные репрессии, а к ним Путин не придет никогда. И люди, которые понимают Путина, это знают.

Э.ГЕВОРКЯН: А кто тут латентный гей? Я уже потеряла нить.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, я в общем виде сформулировал, что латентные геи любят заниматься гомофобией, так сказать, люди, которые употребляют наркотики, любят бороться с ними. Это про Владимира Владимировича Путина.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, собственно, видите, вам приходит сообщение от слушателя «Прокомментируйте закон о пропаганде гомосексуализма». То есть это все туда же?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Понимаете, это закон-то фиктивный. Потому что как можно отделить море от рек, как говорил Эзоп, да? Помните, когда Ксан его спросил «А вот как бы мне отказаться от пари, согласно которому я должен выпить море?» На что Эзоп ответил «Скажи, что надо отделить море от рек, которые в него впадают, и тогда я выпью море».

Понимаете, ну, ведь, пропаганда гомосексуализма идет по всем каналам центрального телевидения государственного каждый день ежеминутно. Например, Борис Моисеев выступает. Заслуженный артист РФ, член партии власти «Единая Россия». Вот, он выступает. Это пропаганда гомосексуализма? На мой взгляд, да. Но, видимо, власть так не считает. Поэтому все эти ограничительные меры – это чистая декорация, в них ничего нет, это чистый пиар. Точно так же, как запрет чиновникам иметь счета за границей. Какие счета за границей?

Э.ГЕВОРКЯН: Мы сейчас к этому вопросу перейдем. Небольшой перерыв на «Эхе». Через минуту продолжим знакомиться с особым мнением Станислава Белковского.

РЕКЛАМА

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжаем эфир. Станислав Белковский в студии «Эха Москвы» и RTVi. Вопрос, который нам прислал наш слушатель с ником Чаповас: «Как по-вашему, такие как Пехтин раскачивают лодку?»

С.БЕЛКОВСКИЙ: Такие как Пехтин идут на дно, они уже выпали с лодки. Потому что Пехтина должны были назначить губернатором Магаданской области, и отец и сын Гудковы его потопили. Они опубликовали информацию, которая не позволила Владимиру Владимировичу Путину назначить его губернатором Магаданской области. Дальше то, что делает Навальный, это уже вторая произвольная Гудковых. Поэтому про Пехтина в серьезной модальности говорить просто нельзя.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а вообще по каким критериям ФСБ будет различать оппозиционера, критикующего власть, и экстремиста, раскачивающего лодку?

С.БЕЛКОВСКИЙ: ФСБ вообще ничего не различает. Там наступила ситуация полного неразличения. ФСБ является организацией по обслуживанию коммерческих интересов. Но кроме того если ей дают какие-то конкретные указания, она их выполняет.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, смотрите-ка, сейчас возникает разговор о том, что та среда, которая наиболее пока что неконтролируема со стороны власти, - это интернет. И конечно же, туда нужно тоже внедрять своих троллей, агентов, соответственно просто на государственном уровне спонсируются и заказываются программы, контролирующие общественное мнение в интернете. Насколько это все серьезно, насколько, как вам кажется, государство может это взять под контроль?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Понимаете, если речь идет о внедрении троллей в интернет, то это все уже несерьезно по определению, потому что серьезно – это в Китае, когда нет доступа в интернет и когда вместо поисковика Google вводится местный поисковик. А если речь идет о том, что какие-то агенты Кремля будут чего-то там делать в интернете, то всё, это уже поражение, потому что агенты Кремля никогда не справятся с агентами Антикремля, ибо последних значительно больше и они значительно талантливее.

Э.ГЕВОРКЯН: Но если это существенная государственная программа, которая специально отслеживает...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Это чистый распил бабла так называемого, то есть денег, извините, пожалуйста.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. В таком случае насколько серьезно вот эта возможность оппозиции, интернет-сообщества для сегодняшней власти? Насколько можно всерьез смотреть на то, что как-то инакомыслящие могут раскачать политическую ситуацию в стране, используя только интернет?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да, конечно. Потому что всё решает активное творческое меньшинство, которое составляет от 2 до 3 процентов населения.

Э.ГЕВОРКЯН: Но что ж сегодня оно в таком упадке тогда?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Оно совершенно не в упадке, оно формирует мейнстрим, интеллектуальный мейнстрим, моральный мейнстрим. И то, что мы с вами здесь сегодня сидим и это обсуждаем... Мы с вами, Эвелина, ведь, не являемся сторонниками действующей власти – мы принадлежим к этому самому меньшинству. И то, что мы так думаем, это есть доказательство моего тезиса.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну вот видите? Вы так «мы» обобщили и все это выдали как только что в рекламе, которую вы слушали в перерыве, когда «Хотите ли вы недвижимость в Болгарии?» утверждается как факт.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Я совершенно не хочу недвижимость в Болгарии.

Э.ГЕВОРКЯН: Да. Ну вот поэтому давайте будем обсуждать сегодня ваше особое мнение.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Ну, конечно, поскольку это особое мнение. Но мне кажется, я не так уж не прав.

Э.ГЕВОРКЯН: Скандалы с доходами чиновников, похоже, будут только нарастать, несмотря на все усилия режима. Как вы думаете, дойдет ли, в конце концов, хотя бы до увольнений?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да уже дошло. Простите, Анатолия Сердюкова уже уволили – это был ключевой член путинской команды. Уже дошло. Другое дело, что эта борьба с коррупцией – она смертельна для власти самой, потому что, как говорил Сомерсет Моэм, никогда не делай пауз, но если уже сделал паузу, держи ее до конца. Если бы Путин абсолютно соблюдал круговую поруку, то сама тема коррупции не была бы столь актуализирована для российского общества. А Путин дал понять, что он борется с коррупцией, он увольняет своих. А своих дофига. И вот с этого все началось, но этим все не закончится. Именно так происходила горбачевская перестройка – путем самодискредитации власти. И Путин идет этим путем. Он не хочет идти этим путем, он не видит другого выхода. Он идет этим путем только потому, что он не может найти выбор между желанием уйти и необходимостью остаться. Если бы он ушел в 2008 году, все было бы хорошо. Но он этой возможностью не воспользовался, поэтому сегодня он истерически мечется между двумя нереализуемыми стратегиями.

Э.ГЕВОРКЯН: Какими? Просто чуть подробнее.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Невозможностью уйти и необходимостью остаться.

Э.ГЕВОРКЯН: И на ваш взгляд, какой-то у вас есть прогноз или ощущение, какая из этих стратегий победит, все-таки?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Я считаю, что с точки зрения объективных интересов как страны, так и Путина он должен уйти, к 2018 году кардинально реформировав политическую систему управления парламентской республики, потому что сам по себе проект «Преемник» не состоялся. Ясно, что у Путина не может быть преемника, потому что он абсолютно одинок. У человека абсолютно одинокого не может быть преемников никаких. Он должен поэтому перейти к парламентской республике. И 4-х лет, которые у него есть для этого до ближайших думских выборов, вполне достаточно, чтобы реализовать эту стратегию. Но если он выберет самоубийственную стратегию, то он будет по-прежнему настаивать на своем и в 2018 году снова пойдет в президенты, что приведет к тотальному отчуждению активной части общества, активного творческого меньшинства от него. Надеюсь, что Владимир Владимирович достаточно мудр и умен, чтобы воспользоваться лучшим, а не худшим из предлагаемых ему историей вариантов.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну вот сейчас, когда мы входили в эту студию, в новостях там было сообщение с пометкой «Срочно» о том, что, наконец-то, перед телекамерами появился Уго Чавес в окружении своих дочерей. То есть, вот, есть же перед глазами и такие примеры, когда человек до последнего остается у власти, хотя уже здоровье, ну, совсем никак не позволяет.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Уго Чавес как раз не является слишком характеристическим примером этого дела, потому что он еще 2 месяца назад представил своего преемника Николаса Мадуро и призвал голосовать за него в том случае, если он умрет (вице-президента Венесуэлы). Но Уго Чавес понимает, что он может уйти из президентского дворца только мертвым.

Владимир Путин, на мой взгляд, может уйти из президентской резиденции живым. В этом его колоссальное преимущество перед Уго Чавесом. Я молюсь за то, чтобы он как можно быстрее это осознал.

Э.ГЕВОРКЯН: Вот, когда вы говорили об уже осуществившейся отставке Сердюкова, разве можно говорить о том, что власть, пусть даже уже со вскрывшимися такими, совсем обнаглевшими случаями воровства, действительно, борется, если, в конце концов, мы не видим, чтобы людей забирали в тюрьму, чтобы какие-то существенные были действия с их стороны?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, а людей забирают в тюрьму. Ведь, забирают, собственно, пресловутых амазонок Сердюкова. Там, Екатерину Сметанову, например, посадили. Сейчас ее выпустили под домашний арест и так далее.

Ведь, оппозиционеров тоже не сажают, хотя, я думаю, что Алексея Навального посадят. Скажем так, я полгода назад оценивал вероятность его ареста в 30%, сегодня – в 60%. Ну, потому что надо меньше трындеть. И ясно, что квартира Александра Бастрыкина в Чехии, которая стоит не больше, чем квартира Алексея Навального в Марьино, не является основанием троллить так уж сильно председателя Следственного комитета. Тем более, эта квартира принадлежит бывшей жене Бастрыкина. Но каждый знает, на что идет, и каждый должен нести ответственность за то, что он говорит. Это один из принципов политики. В этом смысле я разделяю эмоции власти скорее, чем оппозиции.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть, на ваш взгляд, когда он, выступая как блогер (это его ниша), всякий раз публикуя какие-то разоблачения, при этом должен быть аккуратен в эмоциональных оценках?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Любой человек должен быть аккуратен в том, что он говорит. Если ты что-то говоришь, отвечай за то, что ты говоришь. Не важно, кто ты – президент РФ или блогер.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну а если говорить не о конкретных каких-то эмоциональных высказываниях, а в целом, по существу вопроса, он как наиболее яркий представитель оппозиции действует, на ваш взгляд, верно? Вот, когда вы говорите о том, что Путин, к примеру, к 2018 году вынужден будет уйти, он одинок, преемника нет...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Ну, не вынужден, но это было бы для него правильнее – я вот это сказал.

Э.ГЕВОРКЯН: Есть ли шансы вписаться в политическую такую реальность сегодняшней оппозиции, имеется в виду прийти к власти?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Конечно, конечно. Только для этого нужно сформулировать программу, и она абсолютно ясна как божий день. Другое дело, что оппозиция как и власть никак не может сформулировать эту программу.

Э.ГЕВОРКЯН: Что значит «ясна как божий день»? Если бы это было так, наверное бы все уже давно договорились и действовали.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет-нет-нет, никто бы не договорился, потому что, понимаете, с приходом Путина возникла мания социологических опросов. Всякая истина проверялась инструментами социологии, что неверно.

Э.ГЕВОРКЯН: А почему так случилось?

С.БЕЛКОВСКИЙ: В силу колоссальной неуверенности власти в себе – ей нужно было проверить, а правильно ли мы делаем, устраивает ли то, что мы делаем, большинство? А это не логика власти. Если бы Наполеон перед битвой под Аустерлицем спрашивал, надо ли ему побеждать под Аустерлицем, то, возможно, он бы получил от общества негативный ответ на этот вопрос. Но он победил под Аустерлицем, вошел во дворец и в тот же день с императором Францем пошел в Венскую оперу, показав тем самым, насколько он великодушен, что он не убивает побежденного, а идет с ним в оперу. И в этом отличие Наполеона от политического класса наших времен.

Программа оппозиции ясна. Я могу ее сформулировать сейчас, если у нас нет рекламной паузы. А если она есть, то я...

Э.ГЕВОРКЯН: Через 4 минуты будет рекламная пауза.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Ну, 4 минуты вполне достаточно. Первое. Парламентская республика – нужно перейти от президентской республики к парламентской, потому что иначе мы из этого замкнутого круга коррупции и закостенения не выйдем. Возможно, она должна быть завуалирована в форме конституционной монархии, потому что русский народ любит красивую и легитимную исторически власть.

Э.ГЕВОРКЯН: Ой, ну тут сразу же хочется выяснить, кто же будет личность-то?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Личностно будет принц Гарри, младший сын принца Уэльского Чарльза, потому что можно доказать и я берусь это доказать, что он является легитимным наследником династии Романовых.

Второе. Диверсификация экономики. Она должна быть не только сырьевой, но и транзитной – это достигается за несколько лет путем строительства высокоскоростной железнодорожной магистрали между Владивостоком и Роттердамом, что повысит долю России в транзите грузов между Азией и Европой в 100 раз с 0,2%, которые сейчас есть, до 20%.

Третье, амнистия. 500 тысяч человек должно выйти на свободу. Это активные люди, которые составляют абсолютную социальную базу новой власти.

И, наконец, главное, что должно произойти, - это ликвидация Русской Православной Церкви и Московского Патриархата как юридического лица, и трансформация ее в конфедерацию независимых приходов. Все это и есть программа оппозиции, которая будет поддержана миллионами. Другое дело, что, я еще раз повторяю, что оппозиция очень боится что-нибудь сказать, потому что, не дай бог, это кому-то не понравится. И вот этот страх парализует оппозицию абсолютно и толкает ее в объятия власти.

Э.ГЕВОРКЯН: Но это же, действительно, может понравиться очень большому... Вот, элементарно ваш последний пункт, учитывая исторические реалии в нашей стране и большое количество, все-таки, людей православных, когда вы говорите...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Каких православных? О чем вы говорите? Никто не катехизирован, никто не ходит к причастию. Никаких православных нет – их 3% населения. Я – православный, я, я хожу к причастию, я катехизирован. Никого там нет, храмы пусты. Абсолютно. Да. Поэтому вопрос стоит в кардинальной реформации церкви.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, то есть вы считаете, что если оппозиция выступит, в частности...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Если оппозиция изложит мою программу, она победит точно так же, как это было в 1990 году, когда Борис Ельцин шел с абсолютно неосуществимой программой рыночных реформ и он ее сделал. Можно относиться к этому положительно или отрицательно, но нельзя отрицать того, что Ельцин сделал то, что обещал. И это всегда в России работает, потому что Россия – страна женская, она – страна мазохизма и, вот, нужно вот так и больше никак.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, я еще раз промолчу по поводу вашей оригинальной точки зрения на женщин, в принципе, и, может быть, к каким-то женщинам это относится, но, наверное, не ко всем, вот это желание мазохизма...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да, конечно, не ко всем.

Э.ГЕВОРКЯН: Да. И вот то, что вы это приписываете России, для меня лично это выглядит странно. Но, тем не менее, это ваше особое мнение.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Конечно, мое.

Э.ГЕВОРКЯН: И так, может быть, у нас как раз есть одна минута до ухода на перерыв. Я напомню нашим слушателям номер телефона +7 985 970-45-45, присылайте свои вопросы и комментарии нашему гостю. Вот я смотрю, что здесь реакция на ваши высказывания достаточно яркая, эмоциональная, она есть. Обратимся к вопросам...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Ну, в этом моя задача и стоит – вызвать яркую эмоциональную реакцию.

Э.ГЕВОРКЯН: Обратимся к ним уже после перерыва. Через 3 минуты мы вернемся в студию «Эха Москвы» и продолжим знакомиться с особым мнением Станислава Белковского.

НОВОСТИ

Э.ГЕВОРКЯН: Продолжаем программу. У микрофона – Эвелина Геворкян, и сегодня наш гость – Станислав Белковский, политолог, президент Института Национальной стратегии. Ну вот вам как человеку такому, стратегически мыслящему, много вопросов приходит. Попробуем в режиме блица. Росфинагентство – хотят разворовать Стабилизационный фонд России по полной программе?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да. Ну, если в режиме блица.

Э.ГЕВОРКЯН: Нет, ну, не до такой степени, все-таки.

С.БЕЛКОВСКИЙ: (смеется)

Э.ГЕВОРКЯН: У нас есть достаточно времени, чтобы как-то тезисно развернуть ответ.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, мы живем в режиме клептократии, когда воровство является основным мотивом прихода к власти. Конечно, Росфинагентство осознанно...

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, хоть что-то же святое должно остаться в стране? Ну, как-то странно было бы думать, что любой...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Но только не Росфинагентство, знаете? Сакрализация Росфинагентства как-то меня как христианина не очень устраивает. Давайте, все-таки, что-нибудь... Святое останется, конечно, но только не Росфинагентство.

Э.ГЕВОРКЯН: Присутствие на съезде так называемого Всероссийского Родительского сопротивления, возглавляемого Кургиняном, Путина и Иванова говорит о том, что они поддерживают тезисы Кургиняна, изложенные в его речи, и задачи этой организации?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Сергей Кургинян – глубоко психически больной человек. Поэтому...

Э.ГЕВОРКЯН: Тем не менее...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да. Поэтому Владимир Путин и Сергей Иванов, будучи людьми неоднозначными, но психически здоровыми, на мой взгляд, не могут поддерживать его тезисы. Просто это пиар-проект администрации, который курирует Вячеслав Володин, первый заместитель и руководитель, и они прибыли, чтобы поддержать несчастного Кургиняна, чтобы он не так терзался.

Знаете, ведь, Сергей Кургинян, он был режиссером в молодости. Я смотрел несколько его спектаклей в его Театре на досках во Вспольном переулке. Помещение во Вспольном переулке он получил от первого секретаря Московского Горкома партии Игоря Прокофьева, потому что он обслуживал Московский Горком партии как политтехнолог еще в конце 80-х годов. Вы знаете, я как человек, который смотрел лучшие спектакли русского театра Георгия Товстоногова, Анатолия Эфроса, Юрия Любимова, могу сказать, что то, что делал Кургинян, это вообще никуда, это не театр, это черт знает что. И, вот, черт знает что – оно и продолжается.

Но поскольку Кремль вообще сейчас востребует черт знает что, ну, вот, черт знает что – оно и Кургинян. Поэтому... Нельзя сказать, что Кремль его поддерживает. Кургинян – это очередной клоун в том цирке, который устраивает сегодня главное управление внутренней политики администрации президента.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, то есть таких вот зажигательных эпатажных личностей как Жириновский на нашей сцене политической недостаточно и дальше у нас вводятся новые и новые персонажи. Так? Я правильно это понимаю?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет. Ну, понимаете, все-таки, Жириновский – человек очень талантливый, несмотря на то, что он человек не искренний, он лживый, не верит в то, что говорит, но он крайне талантлив. А Кургинян бездарен. Это разные вещи.

Э.ГЕВОРКЯН: О’кей. Если как-то абстрагироваться от личности Сергея Кургиняна, а поговорить о сути. Почему вдруг собирается вот это самое Всероссийское Родительское сопротивление? То есть эта тема насколько актуальна в обществе? Нужно ли защищать эти самые семейные ценности, традиционную семью?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Она абсолютно не актуальна, понимаете, потому что если бы все эти орлы (я имею в виду Владимира Путина, Дмитрия Медведева и Сергея Иванова, и прочих упомянутых сами) читали бы русских мыслителей, например, Константина Леонтьева, они бы узнали, что русский народ вообще не семейный, фамилизм ему чужд. Как правильно сказал Константин Леонтьев со ссылкой на Бабарыкина, правда, что кардинальное отличие западной женщины от русской женщины состоит в следующем. Если западная женщина, узнав о легализации публичных домов, приложит все силы к запрету этих публичных домов, то русская женщина приложит все силы к тому, чтобы пойти в них наравне с мужем. Поэтому фамилизм чужд абсолютно русскому народу и вся эта тема с сиротами – она нужна только для одного: чтобы оправдать запрет на американское усыновление. Абсолютно абсурдный запрет, потому что он ничего не дает. С одной стороны, десятки всего лишь детей усыновлялись американцами, то есть это не влияет никак кардинально...

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, порядка тысячи в год, все-таки.

С.БЕЛКОВСКИЙ: ...кардинально никак не влияет на ситуацию. С другой стороны, это вредит нашим детям, а не кому-то еще. Это вредит нашим несчастным сиротам. А Америке не вредит никак. И поэтому этот безумный Кургинян, которого давным-давно уже нужно поместить в лечебницу психиатрическую имени Кащенко, сейчас она называется «имени Алексеева» или институт имени Сербского, он вот... А кто еще займется, собственно, пропагандой этого вопроса? Потому что ни один порядочный человек и ни один вменяемый человек никогда не сможет агитировать за закон Димы Яковлева – это совершенно очевидно.

Э.ГЕВОРКЯН: Не, подождите-подождите. Мы сейчас даже не столько говорим про закон Димы Яковлева. Мне, например, кажется немножко обидным и странным, что, действительно, с каким-то пренебрежением говорится о родительских движениях, которые стараются как-то отвоевывать...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да какие родительские движения? Никаких родительских движений нет.

Э.ГЕВОРКЯН: У нас нет вообще никаких гражданских инициатив снизу, на ваш взгляд, и там движений, в том числе...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Есть гражданские инициативы, есть. 13-го января вышло 50 тысяч человек протестовать против закона Димы Яковлева, и я там тоже был. Вот это гражданская инициатива. А Кургинян – это не гражданская инициатива, это черт знает что такое. И наша с вами ошибка, Эвелина, состоит в том, что мы пиарим эту всю историю. Мы пиарим сумасшедшего.

Э.ГЕВОРКЯН: Хорошо. «Как вы прокомментируете то, - спрашивает вас Рашид Кадыров, - что акция Фемен в Нотрдаме вызвало резкую критику во Франции, хотя аналогичная выходка «Пусек» в Храме Христа Спасителя, наоборот, вызвало восторг западной прессы? Если это не политика двойных стандартов, то что это?»

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, это политика двойных стандартов. Это то, о чем я только что говорил, что самая антифеминистское и вообще, на самом деле, самое радикальное в этом смысле общество – это русское, наше общество. Оно очень хочет свободы, оно очень хочет раскрепощения. Просто оно не ждет этого от государства.

Во Франции и так все раскрепощено – делай все, что угодно. Именно поэтому во Франции является легитимной критика подобного рода поступков.

Э.ГЕВОРКЯН: Ну, да, как-то, в общем и целом странно, что в нашем, якобы таком, не очень свободном обществе...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да наше общество свободно как никакое другое, потому что можно все, что угодно. И Владимир Владимирович Путин дал такую бытовую свободу, которой не было в русской истории вообще. Делай все, что угодно. Все эти ограничения, которые вводятся, это декоративные ограничения.

Ну, вот, например, сейчас вводится ограничение на счета для чиновников, да? А мы прекрасно понимаем, что чиновники никогда не ведут счета на свое имя. Это все оффшорные компании, которые зарегистрированы в пользу третьих лиц, поэтому этот закон не имеет никакого практического значения. Вся эта законодательная ширма существует только для того, чтобы легализовать то, что реально есть.

Э.ГЕВОРКЯН: Правильно ли я тогда понимаю, что все эти новоиспеченные законы создаются ровно для того, чтобы многие сферы жизни, которые у нас есть, увести как раз таки в тень?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да. Не увести в тень, а, наоборот, легализовать. Ну, понимаете, ну, вот, сказано, что чиновник не может иметь счета за границей. А он их и не имеет. Он их и не имеет. Поэтому когда придет ФСБ или МВД к этому чиновнику и скажет «Чиновник, дорогой, а где у тебя счета за границей?», он скажет «А нет никаких счетов» и останется на своем месте, потому что все российские чиновники всегда держат счета на оффшорные компании, конечными бенефициарами которых является не сам чиновник, а являются какие-нибудь его друзья, родственники и пятые, и двадцатые.

Поэтому эта законодательная рамка вводится сегодня только для того, чтобы легализовать преступность среди бюрократии. Легализовать, а не запретить.

Э.ГЕВОРКЯН: Тогда, кстати, вопрос от Светланы: «В интервью газете Die Welt вы назвали Путина крупным бизнесменом с капиталом в 40 миллиардов долларов, владельцем акций компаний Сургутнефтегаз, Газпром и так далее. Произошли ли изменения на сегодняшний день? И где Путин держит свои капиталы?» - спрашивает она вас.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да, изменения произошли, потому что изменилась капитализация Газпрома, Сургутнефтегаза и Роснефти. Я сегодня оцениваю состояние Путина примерно в 100 миллиардов долларов, а не в 40, в которые оценивал в 2007 году, да простит меня Алексей Алексеевич Венедиктов и ОАО «Газпром», которое является держателем контрольного пакета акций радиостанции «Эхо Москвы». Он держит их в акциях.

Э.ГЕВОРКЯН: А зачем ему это? И так же у человека все есть – и статус, и власть, и возможность пользоваться всеми благами, которые есть?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Если у вас есть мобильный телефон Владимира Владимировича Путина, вы можете ему позвонить и задать этот вопрос.

Э.ГЕВОРКЯН: Но вы же некоторые вещи утверждаете...

С.БЕЛКОВСКИЙ: Я утверждаю. Понимаете, это принцип действующей власти. Это принцип монетократии, власти денег, которая сегодня существует в современной России, что ты приходишь к власти ради денег. И если ты не заработал денег, то тебе незачем было приходить к власти.

Э.ГЕВОРКЯН: То есть это мерило успешности для политиков в современной России?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да, это мерило успеха. Если ты не заработал денег, незачем было приходить во власть.

Э.ГЕВОРКЯН: А вы тоже призываете к бойкоту Олимпиады, спрашивают вас?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Нет, я не призываю к бойкоту Олимпиады. Пусть она пройдет. То есть я согласен с Владимиром Путиным в том смысле, что да, все украли. Бюджет реальный 60 миллиардов долларов, из которых украли 30, всего лишь половину, хотя могли бы украсть и больше, потому что нормы откатов в рамках нынешней монетократической системы уже зашкаливают за 70%. Но уже это сделано и, так сказать, то, что Сочи станут лучше от этого, и то, что Россия приобретет от проведения Олимпиады, это безусловно. К тому же очень порадуется человек, который сыграл ключевую и решающую роль в лоббировании этого проекта, принц Монако Альбер, который охотился вместе с Владимиром Владимировичем Путиным в Тыве. И вы помните эту эротическую фотосессию.

Поэтому я считаю, что в нынешней ситуации Олимпиаду, конечно, надо проводить, не бойкотировать.

Э.ГЕВОРКЯН: Выступление господина Волина перед журналистами. Вот, на ваш взгляд, это такая правдивая, искренняя речь? Или, все-таки, провокация, которую вам сложно одобрить?

С.БЕЛКОВСКИЙ: Это правдивая искренняя речь. Я думаю, что, может быть, господин Волин слегка выпил перед выступлением и это развязало ему язык.

Э.ГЕВОРКЯН: Оттого был излишне искренен.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Да. Но он сказал то, что думает на самом деле. И я – сторонник этого, ведь, никаких политических последствий это не имеет, поскольку политически это реализуется и так каждый день. То есть если радиостанция «Эхо Москвы» не подчиняется собственнику, это не значит, что ему не подчиняются остальные СМИ. Они ему подчиняются. И я очень рад, что это случилось, потому что тем самым была раскрыта искренняя позиция не Кремля, поскольку Волин не представляет Кремль – была раскрыта позиция правящих элит. И это гораздо важнее. Тем самым уже никто не может утверждать, что Кремль есть нечто отдельное, а элиты – нечто отдельное, да? Что вот все за свободу слова, а Кремль – против. Нет, все против свободы слова. Все. И проблема свободы слова сегодня состоит в том, что никто не хочет слышать это слово про себя. И Алексей Волин это и сказал.

Э.ГЕВОРКЯН: Это было особое мнение Станислава Белковского. Спасибо вам за участие в эфире.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Спасибо большое. Спасибо вам, Эвелина.

Э.ГЕВОРКЯН: До свидания.

С.БЕЛКОВСКИЙ: Всего доброго.
Другие эфиры
10 апреля 2014, 17:08
Особое мнение
Гости:
Михаил Касьянов сопредседатель РПР-ПАРНАС, председатель правительства РФ с 2000 по 2004 г.
09 апреля 2014, 17:08
Особое мнение
Гости:
Андрей Фефелов главный редактор интернет-канала "День"
Станьте
членом клуба
и получите дополнительные преимущества на сайте
Дежурный по сайту
Эфирный телефон: (495) 363-36-59
sms в эфир: +7 (985) 970 45 45
tweet в эфир: @vyzvon
Поддержка - problem@echo.msk.ru
1164722

1133040

«Абсурд сегодняшнего дня – это то, в какие отношения мы вступили с Украиной»

Писатель Даниил Гранин дал большое интервью Ксении Собчак. Обсудили ситуацию в Украине, почему Россия «плетется в хвосте» и почему нам необходимо «искупление»



1090015
1066304

876074
1106900
795394
681013
681012
743643

Леонид Бершидский: Телеграмма Путину из 1946 года

Чтобы понять, как далеко Россия вернулась в прошлое, полезно перечитать знаменитый документ — «Длинную телеграмму» американского дипломата Джорджа Кеннана
Сказано на свободе
Не один десяток сотрудников российского ГРУ задержан. Или они сложат оружие, или мы вынуждены будем давать приказ стрелять на поражение. Это террористы.

  • coe.ru/
    Информационный центр Совета Европы