Народ против...

время выхода в эфир — ср, 20:08

Народ против... Кто пришел, того и против. Боевое построение народа. Впереди - члены привилегированного клуба "Эхо Москвы"

Ведущие:: Нателла Болтянская ведущая "Эхо Москвы"

Обычная версия

эфир

07.12.2011 20:05

Народ против... : Действия власти на митингах и протестах в Москве

Гости:: Инна Святенко председатель комиссии МГД по безопасности

Алексей Нарышкин корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Дарья Пещикова корреспондент «Эхо Москвы»

Инесса Землер корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Тимур Олевский журналист

Александр Борзенко корреспондент "Эхо Москвы"

Ведущие:: Нателла Болтянская ведущая "Эхо Москвы"

Действия власти на митингах и протестах в Москве

код для блога

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте, вы нас слушаете в эфире «Эхо Москвы», смотрите эфир телеканала RTVi, программа «Народ против», ведет программу Нателла Болтянская. Наша гостья – Инна Святенко, председатель Московской городской думы по безопасности. Корреспонденты «Эхо Москвы» будут против – сильно против.

Понятно, что мы все живем событиями – в последние дни достаточно интересные события происходят в Москве. Скажите, знаете ли вы что-то про присутствие или отсутствие депутатов Мосгордумы на улицах Москвы?

И.СВЯТЕНКО: Вообще-то депутаты Мосгордумы, так же, как и остальные москвичи, бывают на улицах, ездят на метро, ездят на транспорте – на личном, на служебном, - это бывает. Более того, дума находится на Петровке, 22, то есть, в самом центре города.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Это я поняла. Ноя говорю о событиях, которые собирают сейчас в Москве достаточно большое количество народа – кто-то посещал - конкретно из московских парламентариев?

И.СВЯТЕНКО: Например, я знаю, что вчера собирались представители молодежи, и там были депутаты Мосгордумы, это днем проходило мероприятие. Позавчера лично я участвовала в митинге «Единой России», который проходил на площади Революции. Поэтому очевидно, что депутаты участвуют в различного рода партийных мероприятиях, общественных.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А на мероприятиях собирающих большое количество народа – я говорю о Чистых прудах и Триумфальной?

И.СВЯТЕНКО: Я могу говорить за себя – я там не была – ни на Триумфальной, ни на Чистых прудах.

И.ЗЕМЛЕР: Почему вы не побывали в тех местах, где мы видели, что происходит с людьми, которые пришли туда после работы, где мы видим, как ОМОН и полиция винтит людей, иногда даже случайно проходящих – вы все-таки представительная власть.

И.СВЯТЕНКО: Было бы странно, если бы я была на всех митингах и на всех мероприятиях, которые проводят различного рода организации. Наверное, меня упрекать в том, что я не была на митинге КПРФ и ЛДПР, или анархо-синдикалистов, и так далее, было бы очень странно. А вообще депутаты занимаются законотворческой деятельностью, и есть специальные структуры, которые занимаются подготовкой митингов и шествий, существует на территории Москвы департамент региональной безопасности, который согласовывает шествия и митинги, а также есть правоохранительные органы, которые как раз и должны следить за порядком. А депутат. Который появлялся бы там, где толпа, или появлялся бы всегда в тех местах, где существует толпа, это бы напоминало, наверное, больше какой-то элемент любопытства, чем необходимости присутствия депутата.

И.ЗЕМЛЕР: Мы сейчас говорим не о вашем участии в этом митинге, а о наблюдении за тем, что происходит как представитель представительной власти. Тем более, что вы избирались от Центра. Помимо всего прочего, среди тех, кого задерживали, увозили в автозаках неизвестно, куда, был и ваш коллега Сергей Митрохин – вы его знаете лично.

И.СВЯТЕНКО: Да, очень хорошо его знаю.

И.ЗЕМЛЕР: Так почему нет ни поручительства, ни просьбы – ничего такого?

И.СВЯТЕНКО: Если происходит какое-либо мероприятие, на котором кто-либо, - будь то мой бывший коллега, будь то мой настоящий коллега, или кто-то из моих просто личных знакомых, совершенно очевидно, что закон един для всех, даже для бывших депутатов. И если человек нарушает закон, то явно должны в этом разбираться правоохранительные органы. И депутат в этой роли может выглядеть просто как какой-то зевака, а не человек, который действительно хочет изменить какую-то ситуацию, которая нездорова в городе, или ненормальна на данном этапе. И когда проводится мероприятие, и в случае, если нарушается порядок, извините, самое главное это спокойствие москвичей, которые не присутствуют на этом митинге. И я видела раздражение людей, которые сегодня я звонили ко мне в приемную и говорили о том, что, допустим, они не могут пройти вечером с работы, их раздражает оцепление, которое охраняет, в том числе, и митингующих. Потому что может возникнуть, мягко говоря, дискуссия, и она совершенно ни к чему. Все-таки каждый митинг должен проводиться совершенно обособленно. Это равносильно тому, что завтра на Чистых прудах собрались бы 5-6 противоборствующих движений политических, а вы говорили, почему еще депутатов там нет.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Как раз по поводу законности и противоборствующих движений, которые собрались бы вчера на Триумфальной площади. По каким-то непонятным причинам собралось несколько тысяч прокремлевских движений, они это сделали в том же месте, куда вышли оппозиционеры, их было значительно больше, эти люди были с флагами движения «Сталь», «Молодая гвардия», барабанили в барабаны, громко кричали, мешали людям проходить - как законодательная власть к этому относится, и как это соотносится с законностью? Кстати, может быть, вы знаете, на каком основании они там были?

А.БОРЗЕНКО: А в интернете огромное количество фотографий о том, что по всем улицам эти барабаны раскиданы, все помойки ими переполнены - простые москвичи очень недовольны. Но никаких оцеплений, задержаний среди них не было. Это не мешало простым москвичам?

И.СВЯТЕНКО: Барабаны на помойках?

Т.ОЛЕВСКИЙ: Барабаны, которые стучат, а потом на помойках.

И.СВЯТЕНКО: Когда производятся различного рода шествия, соответственно, мы можем также говорить и о футбольных болельщиках, которые также раздражают своими свистелками, кричалками, речевками и большим скоплением людей.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Они были организованы, их никто не трогал, они выстроились в шеренгу, их охраняла полиция.

И.СВЯТЕНКО: Совершенно неубедительны ваши страхи и ужасы, о которых вы рассказываете, потому что после футбольного матча, там, где происходит огромное скопление людей, на самом деле тоже бывает достаточно мусора и символик болельщиков. Если вы говорите о барабанах – значит, они не нужны тем, кто их повыбрасывал. И, слава богу, у нас есть ЖКХ-ИБ, которое их уберет.

Т.ОЛЕВСКИЙ: А кому могло придти в голову собрать на одной площадью, куда придут оппозиционеры людей, которые наверняка придерживаются противоположной политической точки зрения?

И.СВЯТЕНКО: Для меня тоже странный вопрос. Потому что я думаю, что ни один нормальный человек не придумал бы такого. И второе – мы говорим о том, что там собрались силы. Надо не забывать, что шествие и митинг это не закрытая вечеринка. И если какая-то из сторон попытается пройти на митинг, то здесь уже вопрос правоохранительных органов. У вас тоже в вопросе звучало, что охраняла полиция – и правильно делала. Потому что это действительно необходимо, и согласно тому, что проходит на митингах и шествиях, обязательно для обеспечения порядка должно быть большое количество милиции.

А.БОРЗЕНКО: Что значит - москвичи жалуются, не могут пройти? У нас Конституцией гарантирована свобода собраний. Вам не кажется, что в этом случае необходим компромисс и желательно без подобного применения силы.

И.СВЯТЕНКО: Если у вас есть факты применения силы, как вы говорите, а не задержания нарушителей порядка и составления административных протоколов, то, пожалуйста, вы их можете обсуждать с руководителями правоохранительных органов, но никак не с депутатом Мосгордумы. И второе - если вы говорите о свободе передвижения, извините - я иду, допустим, простой гражданин, который идет с работы. Ему абсолютно все равно, кто там собрался – молодые, пожилые, партия пенсионеров, еще кто-то, и волеизъявляется, ион хочет в этот момент домой. И если перегорожено движение, это на самом деле раздражает значительно больше жителей, чем то, о чем вы говорили. И надо не забывать, что вы, возможно, вчера находились в ситуации митингующих. А давайте подумаем, какой процент проживающих в Москве проживающих жителей и какой процент вчера митинговал?

И.ЗЕМЛЕР: Вы уверены, что вам сегодня москвичи жаловались на оппозицию, а не на барабанщиков?

И.СВЯТЕНКО: Я сейчас говорю о митингующих.

И.ЗЕМЛЕР: Жаловались на что? На то, что люди тихо идут, или на то, что стоят и барабанят? Барабанный гул никому не помешал из ваших избирателей?

И.СВЯТЕНКО: Дело в том, что и барабаны и шествия проходили не в жилом секторе. Это было не во дворах домов.

И.ЗЕМЛЕР: Тогда кто жаловался?

И.СВЯТЕНКО: А жаловались те, кому помешало погулять на Чистых прудах вечером, посидеть на лавочке. Жаловались те, кого раздражают огромные толпы людей.

А.БОРЗЕНКО: А те, кто считают, что их обманули на выборах, должны сидеть и молчать в тряпочку?

И.СВЯТЕНКО: Ни в коем случае.

А.БОРЗЕНКО: А что делать?

И.СВЯТЕНКО: Есть возможность заявить.

А.БОРЗЕНКО: Какая возможность?

И.СВЯТЕНКО: Есть возможность заявить свое желание согласно закону о митингах и шествиях, написать заявку и митинговать, но в том месте, на которое действительно получено разрешение. И если вы говорите, что кто-то пришел из противоборствующих сторон или оппозиции, основная задача как раз правоохранительных органов не допустить беспорядков в случае, если кто-то пришел на чужой митинг. Они, прежде всего, охраняют митингующих и обеспечивают поддержку порядка.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Я бы попробовала ввести в нашу историю третьего персонажа. Есть люди, которым митинг мешает пройти в метро. Есть люди, о которых говорят журналисты, а есть третьи - я вышла из метро и вижу, что там что-то происходит. Нормальное человеческое желание посмотреть, что там творится. Как вы считаете, если я получаю дубинкой по башке – как мне быть в этой ситуации? Мне было просто любопытно – что они там собрались?

И.СВЯТЕНКО: Начнем с того, что даже в учебниках по ОБЖ в связи с тем, что за последние 20 лет стали популярны различного рода шествия, митинги, демонстрации, которые происходят иногда стихийно, иногда по разным причинам – важно, чтобы каждый человек не поддавался психозу толпы, не проявлял ложного любопытства, совершенно понимая, что он может оказаться в середине толпы - это принципиально.

Т.ОЛЕВСКИЙ: А те люди, которые приходили к вам жаловаться…

И.СВЯТЕНКО: Они не приходили, а звонили.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Вы им не отвечали, что они экстремисты, потому что покушаются на конституционное право граждан выходить на митинги и шествия? Они фактически нарушают нашу конституцию - точнее, недовольны ею.

И.СВЯТЕНКО: Вы это сами сейчас придумали?

Т.ОЛЕВСКИЙ: Я прочитал конституцию.

И.СВЯТЕНКО: Я тоже прочитала. И там есть четкая статья.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Наверное, вы должны были им разъяснить – есть конституция, а вы живете в таком районе. Разве не так?

И.СВЯТЕНКО: Не так. Потому что каждый москвич, о чем уже упоминал другой корреспондент, имеет возможность свободно передвигаться. И если он вне политики, ему очень хочется, чтобы шествия и митинги были обособлены. Но, тем не менее, к сожалению, порой мы видим, что есть площадки, которые совершенно неудобоваримы для проведения митингов, либо когда приходит на них больше людей, чем заявлено в заявке – вот тогда действительно появляется совсем другая ситуация. Приведу пример: Болотная площадь – отличное место для митингов. Нет жилья рядом, есть возможность размещения, и самое главное, там практически никому не мешают – конечно, кроме отдыхающих в парках.

Д.ПЕЩИКОВА: А площадь революции чем-то мешает?

И.СВЯТЕНКО: Это тоже неплохая площадка. Именно поэтому там и получают согласование на проведение.

Д.ПЕЩИКОВА: Может быть, вы слышали, что там теперь будут вестись ремонтные работы и в связи этим возможности для проведения массовых мероприятий будут явно ограничены?

И.СВЯТЕНКО: Я пока такой информацией еще не обладала, потому что, как я сказала, в понедельник я была на площади Революции.

Д.ПЕЩИКОВА: Водоканал заявил о том, что там будут вестись работы.

И.СВЯТЕНКО: Посмотрим документы. Как только появится такой документ, тогда мы и будем обсуждать.

А.БОРЗЕНКО: Водоканал подтвердил нашей радиостанции о начале работа.

И.СВЯТЕНКО: Опять – радиостанция. Для меня неубедительно. Я пока распоряжения мэра не видела.

Т.ОЛЕВСКИЙ: По поводу передвижения во время митингов. Если бы вы вчера были на митинге на Триумфальной площади, вы бы увидели, что полиция действует своеобразным образом – она выстраивается в цепь, выдавливая всех прохожих, независимо от того, как они там оказались, с тротуаров в подворотни. И это технология разгона того, что они называют толпой, при том, что толпа там бывает и в час-пик. Может быть, законодательно ограничить способы применения силы к участникам митинга?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: То есть, ты говоришь о тех, кто случайно попадает под раздачу?

Т.ОЛЕВСКИЙ: И не случайных. Давка возникает ровно из-за того, что цепь полицейских выдавливает людей в одну сторону.

И.СВЯТЕНКО: На самом деле важный затронут вопрос. Не случайно вы очень правильно сформулировали то, как себя вести. Я призываю вех москвичей, которые не являются участниками того или иного шествия, митинга и демонстрации все-таки не пытаться туда встроиться. Потому что если митинг санкционирован и определено количество людей, которые там находятся, соответственно, определено то количество правоохранительных органов, которые обеспечивают безопасность этого митинга - столько людей там и должно находиться. Потому что остальное уже действительно опасно для жизни. Если вы говорите о выдавливании сотрудниками правоохранительных органов, то и в израильской полиции, и в американской есть целый ряд технологий по спасению жизней и по тому, чтобы толпа не раздавила людей, как было в Белоруссии, если вы помните – совершенно неожиданный был случай, когда в метрополитене погибло огромное количество людей. И на самом деле толпа - у психологов есть такой термин - и здесь очень опасно то, что человек, к сожалению, теряет некие свои индивидуальные позиции, когда он находится в толпе. Либо он встраивается в толпу, либо пытается из нее выбраться, что совершенно неправильно. Поэтому, если говорить о технологии полиции, то есть технология «расческа», когда, допустим, пропускают через одного милиционера, теперь полицейского, людей – для того, чтобы была более свободная возможность передвигаться. Есть технология отсечения группами, но это уже профессионалы рассказывают о том, каким образом сберегаются жизни, и толпа разрывается для того, чтобы никого не задавило. Но самое страшное в толпе давка, и здесь надо четко отдавать себе отчет, что и оппозиция и не-оппозиция, если они пришли на один митинг, то может быть не только потасовка, а обычная глупая человеческая давка, в которой погибнут и те люди, которые шли мимо и зеваки, которым очень хочется присоединиться к этому мероприятию.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Может, надо было подумать и барабанщиков послать на Болотную?

И.СВЯТЕНКО: Чем мешали барабанщики? Они что, создавали толпу? Ну, барабанили. Правда, я этого не слышала – не была там.

А.НАРЫШКИН: Вы не считаете, что вам, как депутату, надо как минимум из любопытства придти и посмотреть на эти акции?

И.СВЯТЕНКО: Нет, я так не считаю.

А.НАРЫШКИН: То есть, вас не интер6сует, что происходит в городе? Свозятся войска в центр города, усиление, внутренние войска МВД.

И.СВЯТЕНКО: Правильно.

А.НАРЫШКИН: То есть, есть более важное мероприятие – партийные мероприятия «Единой России», добрые студенты и школьная молодежь, которая кричит «Медведев, Путин». Вы не считаете, что хотя бы надо посмотреть?

И.СВЯТЕНКО: Что вы меня все на улицу гоните, не понимаю, какая необходимость?

А.НАРЫШКИН: Вам неинтересно, что происходит, чтобы иметь ясную картину?

И.СВЯТЕНКО: Я в курсе того, что происходит.

А.НАРЫШКИН: Вы говорите о том, что людям мешают ходить по улице и не думаете о том, что люди, которые имеют право по конституции собираться, их спокойно винтят.

И.СВЯТЕНКО: Опять - винтят. Если у вас есть какие-то факты, что кого-то свинтили…

А.БОРЗЕНКО: Меня свинтили.

И.СВЯТЕНКО: Почему-то вы сидите здесь и улыбаетесь. Если бы вас свинтили, то вас бы здесь не было. Мне странна ваша позиция – вас не раздражает, когда чиновники приезжают в те места, где им на самом деле быть не надо.

А.НАРЫШКИН: А мне кажется, что чиновник должен посмотреть, что происходит.

И.СВЯТЕНКО: Значит, у нас с вами разное мнение о том, что нужно. Потому что я не считаю необходимым, чтобы все чиновники рванули и были на митинге ЛДПР, коммунистов из любопытства, правых, левых, голубых и зеленых.

А.БОРЗЕНКО: Мне кажется, вы передергиваете.

И.СВЯТЕНКО: Это вы передергиваете.

А.БОРЗЕНКО: Это не просто митинг – такого не было. Я не помню за последнее время такой массовой акции.

И.СВЯТЕНКО: Конечно. Жизнь меняется.

А.БОРЗЕНКО: Жизнь меняется и задержанных становится все больше.

И.СВЯТЕНКО: Почему людей задерживают? – потому что они нарушают общественный порядок.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Потом что они рядом проходили, потому что они пытались пройти в метро, но их не пустили, потому что они стояли там, где показалось полицейскому, что не надо стоять. Дело в том, что мы это видим, поэтому нам и хотелось, чтобы вы там побывали.

И.СВЯТЕНКО: А вы знаете, что необходимо в целях безопасности проверить документы? И если полицейскому показалось, что этот человек может быть в данную минуту опасным…

А.БОРЗЕНКО: Если полицейскому предъявляется журналистское удостоверение, а он говорит, что для него это не имеет никакого значения?

И.СВЯТЕНКО: Вам тогда необходимо написать в Управление собственной безопасности ГУВД претензию о том, что лично вас, когда вы из любопытства пришли на митинг и вам очень хотелось показать полицейскому свое удостоверение, вы были задержаны на какое-то время, - обязательно нужно разбираться.

А.БОРЗЕНКО: То есть, схема такая: задерживают людей, которые там проходят, журналистов, которые предъявили журналистское удостоверение, которые там работали на свои агентства, а потом – журналисты, люди, которых провезли по нескольким ОВД, - пожалуйста, строчите жалобы. Так будет?

И.СВЯТЕНКО: Если вы оказались на месте убийства человека, к примеру.

А.БОРЗЕНКО: Я говорю не про убийство.

И.СВЯТЕНКО: Подождите. Я говорю о той ситуации. Которая может произойти с каждым. И потом вы говорите - вы размахивали в этот момент руками, есть свидетели, которые показывают, что вы вели себя неадекватно, вас задерживают, потом понимают, что вы ни в чем не виноваты, просто у вас такие манеры – вы машите так руками странно, ходя по улице – вас отпускают. Вы будете строчить жалобы, или вы будете предъявлять претензии и говорить, что вас свинтили, завинтили? А если вы окажетесь преступником? Ведь надо понимать, что с другой стороны есть люди, которые не хотят участвовать в митингах, и если они попали из любопытства, о чем и я предупреждаю, то проходите мимо, если вы не участник этого митинга. Но только не занимайтесь ерундой.

А.НАРЫШКИН: Я правильно вас понял, что на таких акциях надо задерживать ради профилактики?

И.СВЯТЕНКО: Профилактика это несколько иные меры.

А.НАРЫШКИН: Мы задержим, проверим документы, и если все хорошо, - пожалуйста, идите.

И.СВЯТЕНКО: Профилактика это предупреждение правонарушений или преступлений. И здесь нужно разделять эти понятия. Но если вы осознанно оказались на этом митинге, любой полицейский вправе понять, что вы участник этого митинга. И если вы что-то сделали для него подозрительное – он вправе это сделать. Все написано в законе.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Прервемся на выпуск новостей и вернемся в студию.

НОВОСТИ

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Продолжаем программу.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Мы начали об этом уже говорить. Вы – москвичка, я - москвич. Скажите, пожалуйста, почему в Москву приезжают не-москвичи в таких количествах, и барабанят?

И.СВЯТЕНКО: И я хотела вам задать этот вопрос. Я про барабанщиков ничего не знаю, и тем более их регистрацию не спрашивала.

Т.ОЛЕВСКИЙ: А я вам расскажу – приезжали люди на площадь революции, это было после выборов – у них был митинг, и многие из них приехали не из Москвы, их приве0ли на автобусах. В Москве было массовое мероприятие, которое затруднило передвижение москвичей. Приехало очень много молодых людей из регионов, они заняли целую площадь. Как вы к этому относитесь?

И.СВЯТЕНКО: Уже неоднократно проходят различные шествия и митинги, в которых уже после задержания выясняется, что действительно, участвую иногородние люди, которые приезжают разными командами в Москву.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Целенаправленно.

И.СВЯТЕНКО: Да, скорее всего, целенаправленно, не из праздного любопытства. Для того, чтобы как-то волеизъявиться таким образом. И за ними, конечно же, стоят какие-то организации.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Движение «Наши», например.

И.СВЯТЕНКО: Давайте вспомним, что происходило на Дорогомилово, торговый центр.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Европейский.

И.СВЯТЕНКО: Европейский. Когда через социальные сети были приглашены различного рода «ультра», «не ультра», левые, правые, и помните, каких усилий, на самом деле очень серьезных усилий – для того, чтобы там не было ни драк, ничего, - когда люди приходили с битами, молодежь.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Запретим всем иногородним участвовать в митингах в Москве?

И.СВЯТЕНКО: Нет, так нельзя.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Почему?

И.СВЯТЕНКО: И, слава богу, что благодаря правильным действиям правоохранительных органов, которые на самом деле потихонечку забирали людей, брали у них объяснения, что они делают, проверяли документы, интересовались тем, что они с собой несут, и, конечно же, собрали огромное количество металлолома. И эта акция со стороны правоохранительных органов спасла жизни москвичей. Если говорить об иногородних, которые приезжают, то, конечно же, опять-таки, вспоминая конституцию, мы не можем запретить свободу передвижения людям. И в то же время совершенно очевидно, что самая интересная площадка для самовыражения - это всегда была столица Москвы. Почему я и делаю акцент на работе правоохранительных органов, которые стараются, несмотря на то, что они несут еще и груз ответственности столичных функций, сохранить порядок на территории Москвы.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Почему же депутат Святенко не хочет ратовать за то, чтобы разрешить все акции, в том числе и оппозиции – ровно для того, чтобы рамками ограничивать число участников, не пускать тех, кто подал заявку и превышает это количество – почему вы не согласовываете акции, и ничего с этим не делаете? Не согласовываете акции, а потом говорите, что задерживаете, - вы их не разрешаете. Вы их разрешите разок, и поставьте рамки.

И.СВЯТЕНКО: Опять это ваше незнание законодательства.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Я понимаю, что этим не вы занимаетесь.

И.СВЯТЕНКО: Если заявка оформлена должным образом и совершенно понятно для властей, что это безопасно для москвичей, вы знаете, что прошли различного рода разрешенные митинги и шествия и оппозиции…

Н.БОЛТЯНСКАЯ: И позиции.

И.СВЯТЕНКО: И позиции. И они прошли на территории Москвы. Так я не понимаю, что вы еще хотите, если разрешены мероприятия, они проводятся. Но если там происходят какого-то рода мероприятия, которые нарушают общественный порядок, если происходят потасовки, ругань…

Т.ОЛЕВСКИЙ: Лозунг «Требуем честные выборы» - это общественно-опасное мероприятие?

И.СВЯТЕНКО: Я не могу его оценивать, я не эксперт. По-моему, совершенно нормальный.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Каждый вторник до выборов проводилось мероприятие, на которое собиралось 20-30 человек, максимум - 50. Они приходили с лозунгом «Мы требуем честные выборы», конечно, там никакого мата не было, там вообще дети, как говорят, были – почему это никогда не согласовывали, как вы думает?

И.СВЯТЕНКО: А вы уверены, что они подавали заявку.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Да, я уверен.

И.СВЯТЕНКО: А у меня есть сомнения, что заявка была оформлена в том виде, чтобы им разрешили. Потому что я не вижу… ну, слава богу, значит, что-то не так.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А ты заявку видел?

И.СВЯТЕНКО: Я уверяю вас, что заявок от них не было. Потому что очень приятно оппозиции создать вокруг себя шумиху и придти на митинг. Вы что, каждый вторник были на Манежной площади.

А.БОРЗЕНКО: При чем тут Манежная площадь?

И.СВЯТЕНКО: И вы митинговали там?

Т.ОЛЕВСКИЙ: Ни в коем случае. Только работал.

А.БОРЗЕНКО: Мы достаточно часто бываем на акциях, - ситуация очевидно. И просто по статистике видно, какие акции разрешают, а какие не разрешают. Это касается и того, о чем говорил Тимур – про то, что внезапно в одном месте оказывается многочисленная акция «Наших». Если посмотреть статью об акции «Марш Несогласных» в Википедии, там есть такое понятие «контракция», то есть, внезапно там оказывались представители прокремлевских движений, у которых внезапно было желание провести многотысячную акцию в поддержку чего-либо. Вы считаете, что люди слепые?

И.СВЯТЕНКО: Я только не понимаю, какие претензии к кому-то. Ну, проводите акции, только в рамках действующего законодательства. Самое главное, чтобы проведение этих акций – давайте опять о процентном соотношении – у нас многомиллионный город и надо совершенно четко понимать, что власти всегда стоят на защите именно вопросов безопасности. Знаете, было бы странно, если бы власти разрешили в День десантника провести гей-парад. Вы как считаете, это было бы нормально? А вы скажете – подумаешь, давайте их на одну площадь.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Между Днем десантника и Днем пограничника можно провести гей-парад?

И.СВЯТЕНКО: Это не ко мне вопрос. Это к тем, кто согласовывает такого рода мероприятие.

Т.ОЛЕВСКИЙ: никто не согласовывает. Может быть, нужно какое-то толерантное законодательство в Москве?

И.СВЯТЕНКО: Я сегодня выступаю как председатель комиссии по безопасности. И основная задача комиссии, чтобы безопасный город, программа городская, она действительно была воплощена. Основные задачи какие – чтобы жители и гости столицы чувствовали себя в безопасности. У меня большое сомнение, что гей-парад, проведенный в день десантника будет небезопасным. В том числе и для проходящих мимо москвичей, или гостей столицы, или интересующихся.

А.НАРЫШКИН: Гей-парад в Москве опасен в любой день, он в любой день угрожает безопасности москвичей?

И.СВЯТЕНКО: Слава богу, вы ушли в своих разговорах от выборов, хоть о чем-то земном поговорим.

А.НАРЫШКИН: Вы не дали ответа.

И.СВЯТЕНКО: Еще раз, а то я отвлеклась, обрадовалась, от того, что наш разговор ушел от выборов.

А.НАРЫШКИН: Гей-парадов любой день угрожает безопасности москвичей?

И.СВЯТЕНКО: Насколько я понимаю, тот гей-парад, в котором вы мечтаете участвовать широкомасштабно, он еще в городе не проходил. Поэтому сначала нужно проанализировать с точки зрения безопасности для горожан такого рода шествия, и только тогда принимать решение, нужен этот гей-парад в том количестве, в котором я вижу, что здесь журналисты хотят участвовать.

А.БОРЗЕНКО: Вы себе противоречите, говорите, что нужно посмотреть и проанализировать, но как смотреть и анализировать, если не разрешать гей-парад?

И.СВЯТЕНКО: Потому что необходимо изучить опыт других стран.

А.БОРЗЕНКО: В Берлине и Нью-Йорке проходят многотысячные гей-парады, огромные, - вы изучали этот опыт?

И.СВЯТЕНКО: Слава богу, нет. Потому что пока не возникало необходимости.

А.БОРЗЕНКО: Почему? Заявки были. Представители Гей-сообщества в Москве, как бы вы к ним ни относились, хотят в рамках своих конституционных прав провести такое шествие. Почему вы считаете лишним изучить опыт зарубежных стран, проанализировать ситуацию, и разрешить или всерьез обосновать свой отказ?

И.СВЯТЕНКО: Мы сейчас с вами в разговоре напоминаем жильцов одного подъезда, которые у одного из них есть автомобиль, а у другого есть маленький ребенок. И дискуссия она никогда не придет ни к какому логическому завершению, потому что одному нужна детская площадка во дворе, а другому парковочное место. И тот же ваш вопрос по поводу проведения гей-парада, - если от москвичей будет такой заказ, то конечно же, необходимо будет исследовать этот вопрос. И потом не забывайте про департамент региональной безопасности, который занимается согласованием шествий и митингов. Скорее всего, если у вас возникло такое желание, провести это мероприятие, то обратитесь к ним.

Д.ПЕЩИКОВА: Тогда вернемся к вопросу безопасности в целом.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А мы только о земном заговорили.

Д.ПЕЩИКОВА: Вы говорите, что мероприятия, которые несут в себе угрозу, запрещаются. Если власти знают о том, что планируется какое-то несанкционированное мероприятие, даже если оно не заявлено, но власти знают, что оно будет проходить - зачем разрешаются контракции, которые явным образом могут повлечь за собой конфликты сторон?

И.СВЯТЕНКО: В этом вопросе я с вами не совсем согласна, потому что не уверена, что власти умышленно провоцируют какого-то рода мероприятия и столкновения. Поэтому принципиальный вопрос – это усиление. Да, то, что касается правоохранительных органов, когда есть какая-то информация о том, что возможно столкновение оппонентов политических на той или иной городской площадке, то происходит усиление для того, чтобы не произошло, не дай бог, каких-то противоправных действий, которые повлекут за собой гибель людей. И не случайно в городских программах и заложены средства на то, чтобы наш город стал более безопасным – не с точки зрения оплаты правоохранительных органов, а именно системы безопасности в городе.

И.ЗЕМЛЕР: Не могу понять – почему в одном и том же месте 50 условных «лимоновцев» представляют опасность для безопасности города, а 5 тысяч условных «нашистов» не представляют – при всех равных условиях Объясните, не могу понять.

И.СВЯТЕНКО: Я тоже не могу понять, поэтому даже не могу прокомментировать – ни тех, ни других не видел.

А.БОРЗЕНКО: Хорошо, мы поняли, что вы незнакомы с ситуацией вокруг метро площадь Революции, и не знаете, что назначаются контракции.

И.СВЯТЕНКО: На площади Революции я была в понедельник, и ничего там не происходило - был совершенно мирный митинг.

А.БОРЗЕНКО: Хорошо, неважно. Гипотетически. Дело в том, что в интернете, условно, совершенно воспринимаются прямолинейно некоторые события, которые предшествуют акциям санкционированным, что вдруг, внезапно, у Водоканала прорвало трубу. Внезапно «нашисты» решили провести там митинг в защиту черепашек, - неважно. Вам не кажется, что если гипотетически представить, что это делается умышленно - я не утверждаю, что это делается умышленно городскими властями, то это может только поспособствовать радикализации этих самых акций, настроений и усилить опасность?

И.СВЯТЕНКО: Мы сейчас видим такое явное проявление уже воспаленной фантазии. Я объясню, почему.

А.БОРЗЕНКО: Гипотетически.

И.СВЯТЕНКО: Я поняла. Я о гипотетической фантазии и говорю. Потому что определенные шаги мы сегодня, сидя в этой студии, как раз прослушали новостийный блок, мэром города были сделаны. Он сказал – перевожу на ваш язык, - есть подозрения, что Мосводоканал ведет какие-то внеплановые работы, так они очень быстро закончатся.

А.БОРЗЕНКО: Закончатся до субботы, на который намечен митинг, на который должны придти тысячи людей.

И.СВЯТЕНКО: Я не могу вам ответить за Водоканал.

А.БОРЗЕНКО: Я не про Мосовдоканал. Вы слышали мой вопрос - я построил некую модель.

И.СВЯТЕНКО: В каждом случае эта модель не всегда удачна. Потому что, да – где-то проводятся раскопки и тоже вызывают подозрение, где-то проводится прорыв трубы. Дальше что?

А.БОРЗЕНКО: Эти подозрения не могут усилить радикализацию?

И.СВЯТЕНКО: Знаете, Москва такая большая, а сегодня в Мосгордуме мы проголосовали и одобрили присоединение еще территорий – неужели она ограничивается одной площадкой, площадью Революции, на которой сейчас ведутся работы, или еще? Я думаю, не могут. Потому что это глупо, Москва слишком большая и достаточно места и площадку можно поменять. Нет причин для беспокойства.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Есть причина для беспокойства в том, что школьники, участвуя в политических акциях, при том, что их туда свозят вместе с учителями классами – отменяя уроки, например, - такое произошло в школе 268, о чем сообщают в интернете многие пользователи. Скажите, вызнаете об этом. И как относитесь к таким участиям школьников и даже студентов в политических мероприятиях?

И.СВЯТЕНКО: То, что касается этого мероприятия, здесь, конечно, надо проверять. Потому что я из интернета об этом тоже узнала и была крайне удивлена таким мероприятием, тем более, что в рамках закона об образовании совершенно четко написано, что школа является вне политики.

И.ЗЕМЛЕР: А это вы будете проверять, или тоже это вам неинтересно?

И.СВЯТЕНКО: Я только не понимаю, почему вы меня по моим функциям… я не хочу подменять ничьих функций, иначе для чего тогда будут платить зарплату в департаменте образования и сотрудникам правоохранительных органов.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Пообещайте нам направить депутатский запрос.

И.СВЯТЕНКО: Я работаю с обращениями граждан. И поэтому, если хоть один гражданин, даже несовершеннолетний, напишет письмо, либо позвонит мне, я, в рамках существующего закона, обязательно буду…

Т.ОЛЕВСКИЙ: Я к вам обращаюсь с просьбой проверить этот сигнал.

И.СВЯТЕНКО: Вот если вы ко мне обратились - я обязательно проверю и вас проинформирую по поводу этой школы. Плохо говорить о любопытстве, я сегодня пыталась от него отойти просто категорически, но в этой ситуации действительно, даже и без вашего обращения, а с вашим так тем более, я обязательно поинтересуюсь, как это произошло, по чьей инициативе, и кто это сделал.

Д.ПЕЩИКОВА: Но вы же понимаете, что это не распоряжение самой школы.

И.СВЯТЕНКО: А давайте разбираться, как это могло случиться.

Д.ПЕЩИКОВА: То есть, вы готовы довести это дело до конца.

И.СВЯТЕНКО: есть принципиальный момент, связанный со школьным образованием.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: У вас сын – школьник, вы прекрасно это все понимаете.

И.СВЯТЕНКО: У меня дочь, и даже две дочери, одна из которых учится уже в университете, но, тем не менее, одна дочь – школьница. И я, как мать, когда отдаю детей в школу, я совершенно четко понимаю, что школа – и в законе по образованию это тоже написано, - на период, пока не закончились учебные занятия, она отвечает целиком за моего ребенка. И если кто-то позволил во время учебного процесса моего ребенка забирать из этой школы, - я уверена, что сейчас и родительская общественность тоже очень ярко отреагирует на вот этот вопиющий факт.

Д.ПЕЩИКОВА: Раз мы заговорили о несовершеннолетних – как вы относитесь к массовому участию, а в последнее время все чаще – люди, которым еще нет 18, появляются на площадях и потом оказываются задержанными. В принципе, их не имеют право держать то время, которые они держатся в итоге.

И.СВЯТЕНКО: Давайте разбираться в каждом случае. Сколько времени положено – ни на минуту обычно их не задерживают.

Д.ПЕЩИКОВА: Но были же случаи конкретных задержаний.

И.СВЯТЕНКО: Фамилии тех, кто задержал? Если были нарушения, и каковы были санкции применены к тем, кто задержал больше положенного срока.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Правильно ли я понимаю, что мы можем собрать заявления граждан, которых задержали больше, чем на три часа, за последние два дня, и обратиться к вам с просьбой разобраться?

И.СВЯТЕНКО: Да, давайте.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Спасибо. Мы возьмемся за эту работу с удовольствием вместе.

И.СВЯТЕНКО: Давайте. Потому что это работа очень важная для того, чтобы у нас не было нарушений ни с той, ни стой стороны.

А.НАРЫШКИН: Можно я вас спрошу про акции, которые вашего внимания не заслуживают? Я говорю о том, что у нас в центральной части города происходит, на Триумфальной и на Чистопрудном бульваре, - вам не кажется, что при предыдущей Мэрии, при Лужкове, таких продолжительных мероприятий, которые как сейчас длятся три дня, их не было? Собянин. По вашему, хорошо справляется с такими акциями. Или это не их компетенция и платят другим абсолютно ведомствам?

И.СВЯТЕНКО: Нет, конечно же, мэр города отвечает за все, что происходит в городе.

А.НАРЫШКИН: При Лужкове было спокойнее? Вы возглавляете комитет безопасности - безопасность лучше?

И.СВЯТЕНКО: Понятен ваш вопрос. Здесь я бы не говорила, что при той или иной персоналии что-то происходит с безопасностью, она ухудшается или улучшается, - отнюдь нет. Но система безопасности, которая вырабатывается в городе сейчас, она действительно достойна внимания и интереса. Не только с точки зрения технических средств, и здесь, наверное, не вина предыдущего мэра, и ни в коей мере не ошибки нового мэра - в том, что собираются большие, огромные толпы людей, и что-то демонстрируют.

А.НАРЫШКИН: А почему не может мэр сейчас, - потому что, мне кажется, это вопиющая история, - происходящее три дня, - почему мэр не может, на ваш взгляд, обратиться к публике, которая выходит на эти акции, призвать к спокойствию, не бунтовать?

И.СВЯТЕНКО: Дело в том, что мы опять возвращаемся с вами к началу нашего разговора. Если есть санкционированный митинг, почему кто-то должен проявлять озабоченность?

А.НАРЫШКИН: То есть, Собянину должно быть все равно?

И.СВЯТЕНКО: Не должно быть. И мэру никогда не все равно, и Собянин очень заинтересован в том, чтобы были соблюдены в городе спокойствие, стабильность и безопасность.

А.НАРЫШКИН: Собянин сейчас должен себя проявить, на ваш взгляд? Я понимаю, что вы не отвечаете за мэра.

И.СВЯТЕНКО: Я не только не отвечаю за мэра, но хочу отметить, что мэр города делает все необходимое для того, чтобы в городе соблюдалась безопасность и спокойствие.

А.НАРЫШКИН: И чтобы количество задержанных росло в геометрической прогрессии.

И.СВЯТЕНКО: Нет. Просто ваш вопрос он наоборот, может даже спровоцировать беспорядки. И я объясню, почему.

А.НАРЫШКИН: Я – экстремист?

И.СВЯТЕНКО: Вы пока еще нет, я еще вас не заметила в экстремизме.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Пока.

И.СВЯТЕНКО: Но если вы говорите о том, что администрация города должна как-то себя проявить, пробежаться по всем митингам, заявить о чем-то.

А.НАРЫШКИН: Не надо пробегаться. Есть канал ТВЦ, Москва-24, благодаря которому можно обратиться к людям.

И.ЗЕМЛЕР: Есть радиостанция «Эхо Москвы», на худой конец.

И.СВЯТЕНКО: Как вы привлекли к себе внимание.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А как же иначе.

И.СВЯТЕНКО: Правильно. Но если мы говорим с вами об администрации, она как раз делает то, чтобы порядок в городе был соблюден. И давайте не забывать, что если у нас кто-то нарушает порядок, здесь должны обязательно вступиться именно правоохранительные органы, потому что мы с вами, как налогоплательщики, платим налоги, которые отчисляются им для того, чтобы они обеспечивали нашу с вами безопасность. И я скажу честно, искренне – мне не нравится, когда чиновники, политики лезут в те места, где на самом деле они совершенно не нужны. Я приведу пример.

А.НАРЫШКИН: То есть Собянину не надо лезть в эту ситуацию, чтобы что-то наладить?

И.СВЯТЕНКО: Мэр города управляет городом. И если он не делает публичных заявлений, это не значит…

А.НАРЫШКИН: А толпами несанкционированных акций управляет полиция.

И.СВЯТЕНКО: Не управляет. Еще раз, возвращаемся - мэр города управляет городом и делает все для того, чтобы в городе была сохранена безопасность. Это не значит, что надо находиться на телевидении, не значит, что нужно быть на «Эхо Москвы» в этот момент, а самое важное, чтобы в городе сохранялась стабильность и спокойствие.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Напоследок я бы попросила вернуться к договоренности с одним из наших журналистов.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Две договоренности. Я хочу повторить, первая договоренность – вы проверяете и рассказываете нам, а мы нашим слушателям, ситуацию про 268 школу, откуда пошли дети на митинг. И вторая договоренность – я соберу до понедельника все заявки, которые мне удастся собрать по людям, которые провели в ОВД больше времени, чем три часа, и мы будем их вместе с вами проверять, что там произошло.

И.СВЯТЕНКО: Я готова приступить к депутатскому расследованию по этим двум позициям вместе с вами, если вы мне будете помогать фактурой.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Конечно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Мне кажется, это достойное завершение программы. Я благодарю Инну Святенко и благодарю моих коллег. Спасибо.

комментировать