Народ против...

время выхода в эфир — ср, 20:08

Народ против... Кто пришел, того и против. Боевое построение народа. Впереди - члены привилегированного клуба "Эхо Москвы"

Ведущие:: Нателла Болтянская ведущая "Эхо Москвы"

Обычная версия

эфир

12.10.2011 20:07

Народ против...

Гости:: Антон Кульбачевский руководитель Департамента природопользования и охраны окружающей среды города Москвы

Оксана Чиж корреспондент "Эхо Москвы"

Тимур Олевский журналист

Евгений Бунтман журналист радиостанции "Эхо Москвы"

Дарья Полыгаева корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Алексей Нарышкин корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Алексей Соломин корреспондент "Эхо Москвы"

Андрей Позняков корреспондент радиостанции "Эхо Москвы"

Ведущие:: Нателла Болтянская ведущая "Эхо Москвы"

код для блога

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Здравствуйте, вы нас слушаете в эфире «Эхо Москвы», смотрите эфир телеканала RTVi, программа «Народ против», я Нателла Болтянская, наш гость – Антон Кульбачевский, руководитель Департамента природопользования и охраны окружающей среды Москвы. Корреспонденты «Эхо Москвы», которые вас будут мучить и пытать.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: С удовольствием подвергнуть экзекуции, потому что, в общем-то, давно пора, давно я не общался с таким количеством прекрасных молодых людей.

Хочу рассказать про функции Департамента природопользования и охраны окружающей среды Москвы – это орган, который осуществляет природоохранные функции и естественно, функции по экологическому контролю и надзору. Есть у нас инспекторское подразделение, которое закрывает все статьи административного как российского кодекса, так и московского по экологическим правонарушениям. Еще раз говорю – не уголовным, а только административным правонарушениям, которые касаются сферы отходов, непосредственно водных отношений, зеленых насаждений, атмосферного воздуха, шумового воздействия – это основные части того законодательства, которое наши инспектора проверяют, штрафуют, выдают предписания, считают ущербы – это наша непосредственная функция.

Инспекторское подразделение у нас состоит из 90 человек, в каждом округе есть отделы, которые непосредственно выезжают по звонкам горячей линии, по вызовам, - если какие-то незаконные рубки, порча зеленых насаждений и по всем экологическим правонарушениям – если где-то происходит загрязнение водных объектов – жители жалуются, как правило, выезжает инспектор и за этим следует, как правило, неизбежное наказание.

Помимо инспекторской функции мы координируем все экологическое законодательство, даем рекомендации, методические указания, практически пересекаемся со всеми департаментами, всеми сферами городского хозяйства, с капитальным строительством, транспортом, везде торчат наши уши, везде мы согласовываем определенные документы и программы и все действия с экологической точки зрения подвергаются нашими специалистами пристальному вниманию.

В связи с этим часто путают функции - в связи с тем, что экология тесно переплетается с деятельностью ЖКХ, потому что основным фактором воздействия на окружающую среду крупного города является система ЖКХ. Зачастую путают: допустим, водные объекты стоят на балансе департамента ЖКХ, мы осуществляем только контроль и надзор, а реабилитация прудов, водоемов города, акватории Москва-реки находится в ведении Мосводостока, это ГУВ департамента ЖКХ.

Часто нашему департаменту приписывают функции обращения с бесхозными животными, бездомными животными, которые у нас в городе присутствуют – но это тоже не наша тема, это тема департамента ЖКХ. Часто думают. Что наш департамент отвечает за переработку мусора, утилизацию, за удаление из города отходов – это тоже не совсем так, - методологию, экологическую сторону вопроса мы отрабатываем, но финансирование и все мероприятия по санитарной очистке города от отходов различного класса и видов осуществляет департамент ЖКХ.

Часто люди говорят о том, что департамент природопользования отвечает за все парки города – это тоже не так, потому что парк у на в городе имеет много разных значений – есть парк культуры и отдыха, есть сквер, есть парк районного значения, окружного.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А вы – за какие?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Мы отвечаем за особо охраняемые природные территории. Это так называемые бывшие городские леса, которые в конце 90-х приобрели статус особо охраняемых природных территорий. Это 17 тысяч гектаров непосредственных лесных массивов, где практически запрещена любая деятельность, в том числе и капитальное строительство – это наши московские лесопарки в основном.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Вы не рассчитываете, что корреспонденты отвернутся, и уйдет сейчас?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Нет, мне бы хотелось, чтобы вопросы звучали конкретные, в мой адрес. Я готов откомментировать любую программу с экологической точки зрения.

А.СОЛОМИН: Накануне мэр Москвы Собянин отправил на доработку программу, которую разрабатывали в вашем департаменте - программу окружающей среды на 2012-2016 гг. Полагаю, что его что-то не устроило, как и экологов различных экологических движений и организаций. Что не устроило, собственно?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Программа – это бюджетные обязательства перед налогоплательщиками, Сергей Семенович не сказал, что программа неполная, или что мероприятия, которые вошли в программу, не нужны, что они сформулированы в неполном объеме. Он отметил то, что есть определенные вызовы, изменения ситуации и обстановки, мы еще не можем привязаться к конкретным показателям и обещать москвичам какие-то показатели в сфере охраны атмосферного воздуха - с этой точки зрения, потому что еще не изменилось законодательство РФ. У нас многое зависит с точки зрения охраны воздуха от топлива, которым у нас заправляются автомобили, потому что автомобили составляют 90% всех вредных выбросов в атмосферу, автопарк – больше 3 млн автомобилей.

Если мы с вами переводим грубо с «евро-3», что является нормой в Москве на «евро-4», и все автомобили у нас так начинают заправляться, то выбросы в атмосферный воздух уменьшаются на 10%. Это колоссальный показатель, но мы не можем гарантировать сейчас этот переход, потому что не готова наша нефтеперерабатывающая промышленность, - РФ перенесла сроки. Мы должны были с 2012 г. перейти и рассчитывали свои показатели по атмосферному воздуху, в том числе, потому что за 5 лет мы в любом случае должны потратить деньги и получить улучшение атмосферного воздуха.

А.СОЛОМИН: Таких перспектив нет?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Есть, но программа переложена, потому что на определенные вызовы мы не можем еще ответить – нужно время. То же самое 40 тысяч гектаров защитного паркового пояса, которые присоединились к нам - было принять политическое решение, подписано соглашение с Рослесхозом 26-27 июля, и мы четко не знаем, с какими проблемами столкнемся, и уже не можем зарезервировать финансирование. Мы в эти леса зайдем в коцне этого года, весной следующего проведем исследования, поймем. Что необходимо с этими лесами сделать, поймем четко, какие территории к нам присоединяются, потому что этот вопрос тоже висит в воздухе, пока только теоретически на картах есть какие-то контуры. После того, как мы на баланс себе примем все эти участки, после этого у нас будет четкая программа действий и мы сможем четко обещать и объяснить, куда какие деньги идут. Пока есть определенная туманность. И только в связи этими вызовами мэр эту программу перенес.

Д.ПОЛЫГАЕВА: К вопросу о деньгах, известно, что бюджет этой программы 184 млрд рублей – будет он пересмотрен с некоторыми пунктами программы?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Бюджет, думаю, пересматриваться не будет, он может быть увеличен.

Д.ПОЛЫГАЕВА: Увеличен? Вы говорили, что он и так большой.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Не знаю, кто так говорил. Мы считаем, что бюджет нормальный, бюджет тратит 118 млрд за 5 лет, есть определенные показатели, которые необходимо достигнуть. Думаю, что если те мероприятия, которые в наших программах, они профинансированы и будут выполнены, то мы получим в любом случае улучшение экологической ситуации в городе. Это самое важное.

А.СОЛОМИН: Эксперты сравнивают с аналогичными бюджетами других городов – Нью-Йорка, Парижа, говорят, что это несопоставимые цифры.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Я не знаю бюджет Парижа и Нью-Йорка, сомневаюсь в том. Что говорят эксперты – мне кажется, что Нью-Йорк тратит на экологию намного больше, чем Москва. Просто этих данных нет, они нигде не опубликованы. Давайте вместе посмотрим и сравним, но мне кажется, что это не так.

О.ЧИЖ: Чтобы достать этот проект нужно достаточно серьезно потрудиться – вы не выложили его на сайте, а это проблема, которая касается миллионов людей. Может, устроить какое-то широкое обсуждение? Это целая масса проблем, самых разносторонних.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: У нас на сайте вывешена презентация, где основные направления показаны, просто экологическая программа это финансовый, экономический документ, это, прежде всего, резервация бюджетных средств по определенным направлениям, она в любом случае укрупнена. В презентации все основные мероприятия и цели заданы, а программа это 300 листов, наверное. Не каждый человек, неспециалист, способен ее переварить, оценить и прочитать. Надо на это потратить время, понять, потому что в ней много экологических терминов. Эксперты, которые работали по тексту, стали давать более конкретные замечания давать.

А.СОЛОМИН: Есть специалисты в тех же «Гринпис», «Всемирном фонде дикой природы», которые тоже не могут получить полный вариант программами, это специалисты, которые готовы изучать и критиковать эту программу.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Все специалисты получили текст. Не знаю, хватило ли им терпения их прочитать, или они пробежались поверхностно и начали неконкретные замечания давать. Потому что конкретики во всех замечаниях экспертов, можете называть их как угодно – экспертами, экологами, - я их тоже так называю, это мои коллеги, ни в коем случае на них не обижаюсь и учитываю любое мнение, и всегда принимаю любую позицию любого эколога. Просто надо понять, что наш Общественный совет – это 50 специалистов, узко направленных. Один академик, занимается всю жизнь климатом, другой всю жизнь занимается атмосферным воздухом, третий - водными объектами, четвертый - узко, специально занимается ботаникой – растениями и насекомыми.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Конкретные замечания есть?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Конечно, есть. Но каждый человек в любом случае, эксперт, рассматривает программу со своей точки зрения, а население Москвы, 12 млн человек, у которых мы ежемесячно проводим опросы, людей интересуют в основном локальные проблемы. Живешь ты около Бутовского лесопарка, проблема, почему там нет лавочек или скамеечек, почему там бомжы и грязно. Почему там нет освещения и вечером там боятся гулять с детьми. То есть, всего 5% населения города могут экспертно прочитать и оценить. И в любом случае, это надо обобщить и понять, что вся экологическая проблема может рассматриваться только в общем, там нет частностей.

Если мы с вами очистим атмосферный воздух, но не очистим воду, грош нам цена. Нам надо делать экологическую ситуацию, повышать в общем комплексе.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Может быть, все-таки выложить программу – мы почитаем, вопросы зададим. Понятно, что она требует изучения.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Мы – кто?

Т.ОЛЕВСКИЙ: Журналисты, москвичи, среди которых найдется 5-10% людей, которым это интересно.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Программа будет выложена, ее окончательный текст, для обсуждения – время у нас есть. Думаю, что все желающие с ней ознакомятся, смогу высказать свои пожелания.

А.НАРЫШКИН: Вы говорили про бензин - что пока не предусмотрена программа перехода на «евро-4» и «евро-5», все зависит от правительства, но может быть, есть какие-то конкретные сроки, когда Москва сможет субсидировать покупку топлива для общественного транспорта, чтобы минимизировать выбросы. Пусть не 90%, но какая-то часть.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Покупка топлива для общественного транспорта, наверное, проблема департамента транспорта, в программе такие мероприятия заложены. Что касается Москвы, она уже сейчас опережает РФ, у нас уже действует «евро-3», несмотря на то, что в РФ до сих пор действует «евро-2», и «евро-3» только с 2013 г. будет вводиться. Наш департамент контролирует качество моторного топлива на АЗС, мы проводи проверки - в этом году провели 80 плановых и столько же внеплановых по жалобам жителей. На самом деле мы нарушений выявляем не так много, нельзя сказать, что качество топлива на московских заправках низкое. Есть, конечно, недобросовестные АЗС, у нас есть так называемый «черный список», на сайте мы эту информацию в открытом режиме вывешиваем. Чтобы автолюбители могли четко понимать, кто, чем у нас торгует. Но переходить сейчас на «евро-4» - у нас в Москве есть поставщики и АЗС, которые реализуют такой бензин - конечно, он дороже на рубль, если брать АИ-95, тем не менее, те автолюбители, у которых автомобили, которые требуют качественного бензина, есть АЗС, которые этот бензин реализуют. Думаю, в этом смысле все предпочтения граждан учтены.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Москва – огромный рынок, в том числе и для топливно-энергетического комплекса. Может быть, вы можете диктовать свои условия производителям, например, регулированием налогов, или другим способом - просто заставлять их привозить бензин более высокого качества – это касается не только «евро», но и присадок, которые в бензин добавляются.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Наверное, о добавках, потому что присадка повышает октановое число, и бензин уже является незаконным, с нормального нефтеперерабатывающего предприятия выходит бензин с тем октановым числом, которое заявлено. Чем выше класс «евро», тем меньше серы, меньше вредных металлов. Не совсем нам позволяет это делать закон о конкурентной политике. Навязывать мы не имеем права, к сожалению.

О.ЧИЖ: Звучало предложение заменить для автолюбителей транспортный налог на экологический. Для Москвы актуальная проблема – может быть, имеет смысл это сделать?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Что касается замены транспортного налога на экологический, транспортный налог итак является экологическим, - неважно, как он называется, - в любом случае он от объема двигателя исходит – чем выше объем двигателя, тем больше автомобиль выбрасывает вредных веществ в атмосферу, тем выше налог. Деньги поступают в бюджет, и наши экологические мероприятия финансируются из бюджета.

А.СОЛОМИН: Вопрос по борьбе с загрязнением воздуха. Судя по вашим словам, экологическое топливо в том виде, в котором его видят в Европе, нам пока ждать не стоит – не получается. Понятно, что и количество машин в Москве не сократим, и даже есть тенденция к увеличению. Как бороться, что вы можете сделать, и что будете делать?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А за что боремся? За качество воздуха?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: За чистоту атмосферного воздуха. Здесь как раз вопрос тонкий, я считаю, что правительство Москвы уже разработало ряд глобальных мер по улучшению атмосферного воздуха. Может быть, они не совсем связаны напрямую.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Например?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Например, решение транспортной проблемы. Есть деньги, колоссальные, выделенные на реконструкцию тех или иных автомагистралей. Там, где у нас большое скопление машин, пробки – там тоже выделен триллион рублей на решение транспортной проблемы. Косвенно, в любом случае, это повлечет за собой расшитие данных транспортных потоков, улучшение качества атмосферного воздуха. Второй аспект – общественный транспорт. Транспорт города, который сейчас будет переоснащаться, будут закупаться новые автобусы - я опять за Лямова начинаю говорить – это все проходит через его программу. Строительство метрополитена, развитие альтернативных экологически чистых видов общественного транспорта – все напрямую влияет на качество атмосферного воздуха.

Д.ПОЛЫГАЕВА: К вопросу об увеличении парковок - многие слушатели, в том числе, на нашем сайте, жалуются, что из-за того, что увеличивают количество парковочных мест, во дворах за счет газонов появляются парковки. Ваше ведомство может с этим что-то сделать?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Не можем. Мы не отвечаем за газоны, особенно за газоны во дворах и непосредственно вблизи автотрасс – эти газоны у нас никак не учтены.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А куда обращаться людям, которым это мешает?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: В любом случае в каждом округе, районе есть управляющая организация, которая отвечает за содержание той территории, на которой проживают жители. Поэтому надо обращаться в управу или в организацию, которая непосредственно выполняет эти работы. И вообще, в принципе, является координатором всех действий во дворах и на территориях.

А.ПОЗНЯКОВ: Но проблема серьезная, и дело не только в газонах, но и в кустарниках, которые вырубают при строительстве новых домов. Понятно, появилась программа, теперь у нас пишут, сколько было деревьев, а сколько осталось, но это все влияет на экологическую ситуацию. Неужели это не вязано с тем, за что отвечает ваш департамент, неужели вы не можете скоординировать ваши действия с действиями других департаментов, чтобы разрешить эту ситуацию?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: У нас все действия между департаментами скоординированы. Просто когда мы говорим об увеличении парковочного пространства в городе, мы понимаем, что это делается в любом случае, мы отвечаем на вызов, которые сами москвичи нам дают. Люди хотят ездить на автомобилях и должны их где-то ставить. Здесь мы вступаем в противоречие – как только ты выходишь из машины, ты становишься пешеходом. Поставил машину на газон, и идешь в подъезд, и тут же психология твоя поменялась – тебе это не нравится, ты смотришь – чей это автомобиль на газоне? И когда инспектор тебя за это штрафует, ты возмущен и требуешь парковочное место.

А.ПОЗНЯКОВ: Но должны быть какие-то нормативы, у нас они есть - сколько зелени должно быть вокруг домов?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Таких нормативов у нас нет. У нас есть норматив, в каждом городе он разный, у нас есть фактическое состояние зеленых насаждений – у нас сейчас на каждого москвича приходится одно зеленое дерево.

А.ПОЗНЯКОВ: То есть, нет надежды, что в ближайшее время что-то изменится, и также будут вырубать?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: У нас есть законодательство, которое четко регламентирует все зеленые насаждения на всех территориях, неважно, это территории автомобильных трасс, либо дворовых. За каждое вырубленное дерево в результате градостроительной политики мы высаживаем два. Может быть, не на том месте, где уже ведется строительство, но это уже градостроительная политика совместно с нашим департаментом, Москомархитектуры определяет эти места и мы в любом случае зеленые насаждения восстанавливаем и высаживаем. В этом смысле москвичи могут быть спокойны: за каждое срубленное дерево высаживаются два.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: В вопросе Андрея важный момент по поводу взаимодействия различных департаментов - хотелось бы поподробнее. Поговорим об этом после перерыва.

НОВОСТИ

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Продолжаем программу.

Т.ОЛЕВСКИЙ: О наболевшем: я живу в старом районе Сокольники, у меня завелся такой человек, которого зовут «дендролог» - он ходит с порубочными билетами и вырубает деревья в моем дворе, утверждая, что они падают. Приезжает специальная бригада, которая все это спиливает под корень, а еще эта бригада вывозит почву, заменяя ее песком, и называет это благоустройством территории. Объясните, это такой способ потратить деньги из бюджета, чтобы мне улучшить жизнь, или это осмысленная программа, и что меня особенно интересует - когда я вижу, что рубят дерево и я считаю, что это неправильно - куда мне срочно обращаться. Или сразу привязывать себя к дереву?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Сразу не привязывать. Надо сразу обращаться в местное отделение полиции и на горячую линию нашего департамента, и мы мгновенно отреагируем, инспектор приедет в тот же день. У№ нас по незаконной порубке расследование и дознания проводят органы полиции, местные, участковые и ОВД.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Это не выглядит как незаконное - оформлены документы все правильно, На первый взгляд. Хочется понять количество, потому что в последнее время происходит количественное уничтожение деревьев во дворах – раньше такого не было. С чем это связано?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: У нас приоритет - когда создается благоустройство двора, либо парковочное пространство, деревья не должны вырубаться. Если они вырубаются, то это вопиющие случаи, скорее всего это подрядчик, который выполняет те или иные работы, а делает он это по конкурсу – это не городские организации, госзаказчиком может выступать префектура, департамент ЖКХ – в зависимости от того, какая территория. У нас много жалоб – мы выезжаем, штрафуем.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: У кого про Чирикову был вопрос?

А.ПОЗНЯКОВ: У нас есть ситуация, которую мы наблюдаем довольно давно - с Химкинским лесом и экологическими активистами, которые борются за огромное количество лесопарков, просто скверов в Москве.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Химкинский лес находится в Московской области, мы к этому не имеем отношения – там администрация города Химки отвечает, он является лесом городского округа Химки. И то, что там происходило, если взять с точки зрения российского законодательства и целесообразности по прокладке той трассы. Я считаю, что в любом случае целесообразность была все-таки за трассу, чем за сохранение данного объекта, но это мое мнение.

А.ПОЗНЯКОВ: А с экологической точки зрения Москва пострадала от прокладки трасы по Химкинскому лесу?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: думаю, что в связи с той компенсацией, которую РФ сейчас выделила, а это около миллиарда рублей - на эту сумму будут высажены зеленые насаждения, думаю, что экология региона от этого только выиграет. Потому что нельзя экологию брать только в границах комнаты – нельзя сказать, что это экология. Экология формируется в регионе, и Москву нельзя разделять этом смысле с областью.

А.СОЛОМИН: Мне кажется, вы выступаете больше с позиции Лямова, говорите, что трасса нужнее. А жители в это время защищают свою экологию. Не кажется вам это неправильным?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Есть вопросы целесообразности любых градостроительных решений. И сами же жители Химок, которые стоят в пробках, едут на работу в Москву, если взять в процентном соотношении испросить их, то 80% скажет - мы испытываем большие неудобства из-за транспортных проблем, нас это сильно тяготит, и мы за эту трассу. А в связи с тем, что я госчиновник и в любом случае определяю политику, я должен учитывать все мнения. Конечно, сточки зрения экологии уничтожение любого зеленого насаждения колоссальный вред. Но мы это восстанавливаем в любом случае, а значит, улучшаем экологическую ситуацию.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Мы говорим, что Москва будет увеличиваться, и в ваше поле зрения попадут большие лесные массивы – вы сейчас уже понимаете, как они будут сокращаться, есть ли планы конкретные по сокращению лесных массивов в области.

А.СОЛОМИН: И где будет компенсация.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Если бы вы задали вопрос, насколько они будут увеличены, я бы вам сказал. Почему такой пессимизм, что они будут уменьшаться? Не будут ни в коем случае уменьшаться все леса, которые непосредственно будут в лесозащитном парковом поясе. Это совершенно отдельные две проблемы – присоединение большой территории к городу и лесопарковый защитный пояс. Эти два события между собой никак не связаны.

О.ЧИЖ: А как это возможно – чиновники будут жить в лесу?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Я с удовольствием жил бы в лесу, в палатке, если бы мне это позволял рабочий график. Чиновники в лесу жить не будут, потому что у нас в Лесфонде строительство жилья запрещено. А в связи с тем, что эти леса, даже несмотря на то, что попадут в границы новой Москвы, не перестанут быть таковыми. У нас есть Лесной кодекс РФ, который защищает эти леса и говорит. Что можно в них делать, а что нельзя.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Мы сейчас говорим о том, что леса не будут сокращаться, но понимаем, что люди живут около тех деревьев, около которых они живут. Понятно, что экология в регионе может улучшаться где-то, и леса увеличиваться по площади, но это будет далеко от места проживания человека. Человек живет в своем доме. Вокруг него роща, а потом оказывается, что эту рощу можно снести и где-то высадить. Хотел бы понять ваше отношение к этим зеленым насаждениям, которые находятся около мест проживания людей, а не в местах лесоохраны территорий.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Для нас как для экологов важен баланс зеленых насаждений. То, что во дворах – я согласен, я сам москвич, родился в Москве и высаживал деревья около своего дома – мы переехали в Теплый Стан в 1976 г., у нас был субботник, все жильцы вышли, посадили березы и ели. Сейчас эти ели и березы переросли наш 9-этажный дом, в котором я тогда жил. И сейчас звонят люди из моего бывшего района и говорят – нам эти деревья мешают, потому что ветки лезут в окно, вы нам спилите.

Т.ОЛЕВСКИЙ: И высадите рядом такое же, в том же месте – это невозможно, так никогда не происходит.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: В советские времена не было правил, нам никто не говорил, что нельзя сажать дерево возле отомстки. И еще есть такое понятие, как самосев – вы высадили деревья по определенным стандартам и правилам, после чего лиственное дерево дает побеги, - деревья могли приблизиться к отмостке, наносить вред жилому зданию, либо затемнять его. Если это детский сад или школа, есть определенные требования по освещенности, - здесь тоже палка о двух концах - о каких деревьях мы говорим. К нам часто обращаются люди – можем мы сами посадить дерево? Я всегда говорю: не надо, посоветуйтесь лучше. Потому что посадите, а потом окажется, что дерево посажено неправильно, не по градостроительным нормам, не по санитарно-эпидемиологическим нормам.

А.ПОЗНЯКОВ: Ваш департамент мониторит потребности тех или иных районов в насаждениях, скверах, парках?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Конечно. У нас есть рейтинг округов, ведется непосредственно в каждой управе и каждом округе есть норматив «количество зеленых насаждений на каждого жителя», и самый проблемный с точки зрения озеленения округ – Центральный административный округ. Самый озелененный – Зеленоградский. Он граничит с Крюковским лесопарком. Зеленоград вообще город зеленый, потому что всегда а развивался как спутник Москвы и там градостроительная политика была от точечной застройки защищена – она была там невостребована.

А.ПОЗНЯКОВ: Насколько выполняются программы с озеленением? Нормативы выполняются?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Норматив не говорит. Что в каждом дворе должно расти 20 деревьев.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: А хорошо бы.

О.ЧИЖ: Может быть, их разработать?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: У нас есть план благоустройства каждого двора, и там все зеленые насаждения, которые входят в придворовые территории, отмечены и нанесены на этот план. Если этот план меняется, в любом случае это делается по согласованию с жителями, обсуждается, тогда этот план выполняет подрядная организация, выигравшая конкурс и здесь мы уже сделать ничего не можем.

О.ЧИЖ: Хочу поговорить об одной конкретной истории – в районе Печатники есть цементное предприятие, жители борются с ним уже несколько лет. Рассказывают жуткие истории вплоть до того, что на коляске с ребенком может образоваться слой цемента, пока с ним гуляют. Сейчас суд приостановил деятельность этого завода, но 0 числа там были журналисты, и завод работает полным ходом. Вмешаться в эту ситуацию можно?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Вчера сотрудники Росприроднадзора выезжали с судебными приставами, потому что судебные приставы, когда состоялось решение суда, приехали на предприятие, директор предприятия согласился с решением суда и сказал, что решение суда выполнено. Вчера приставы приехали и посмотрели, кое что доделали и подправили – надо было опечатать определенные установки, но это технологические вещи. Сейчас на них печать, и в любом случае, без этих агрегатов – мы говорим об элеваторе, а это перевалка и пересыпка. В связи с этим пылеулавливающая аппаратура, которая на предприятии оставляет желать лучшего, и это подтвердили все исследования, а они проводились тоже не так просто, потому что у нас так методик устроена, что нам нужно мониторить ситуацию месяц или два, – в зависимости от метеоусловий. Потому что доказательную базу для суда собирали в основном наши специалисты, Росприроднадзор только ее использовал. Город выделял для этого лаборатории и два месяца наша лаборатория стояла и мониторила ситуацию, после чего уже создалась картина загрязнений, и мы смогли доказать в суде, что предприятие на самом деле загрязняет атмосферный воздух.

О.ЧИЖ: Но приостановка временная. А дальше? Не будет же стоять закрытое здание?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Сейчас есть приоритетная задача – такие предприятия, которые находятся вблизи жилой застройки, у которых отсутствует санитарная зона, - таких предприятий немного, но они есть. Мы недавно добились исполнительного производства по растворобетонному узлу, который находился на территории природно-исторического парка Москворецкий, тут тоже наш департамент был инициатором – в ближайшее время он будет демонтирован и удален с природоохранной территории. Печатники наша вторая задача. Логика законодательства проистекает из того, что для того, чтобы остановить деятельность любого предприятия – а это серьезный шаг, мы не говорим об элеваторе в Печатниках, потому что с точки зрения промышленного объекта он очень вреден для окружающей жилой застройки, но, наверное, не такой глобальный. А если взять какое-нибудь крупное градообразующее предприятие, то его даже по социальным аспектам остановить практически невозможно. Тем не менее, логика вытекает из следующего: для того, чтобы запретить какую-то деятельность по экологическим требованиям, необходимо, чтобы нарушение было длящееся - его надо постоянно подтверждать. У нас это предприятие приостанавливалось в 2007 г. - был иск Роспотребнадзора по санитарной зоне, потому что в санитарной зоне нашли мелкодисперсную пыль. В тот момент на 90 суток предприятие останавливалось. Сейчас пошла вторая волна, Роспотреб тоже обратился в суд – сейчас приостановили на 40 суток по протоколу Росприроднадзора, а Роспотребнадзор 20 октября в 16.00, в останкинском суде будет рассматриваться протокол Роспотребнадзора - там тоже требование органа приостановить на 90 суток. После того, как все эти протоколы соберутся, здесь уже прокуратура выходит на первый план природоохранная – она пишет иск, обращается в суд, и тогда признается, что в данном месте этой деятельностью заниматься нельзя, - это уже будет незыблемое решение, которое уже невозможно будет опротестовать, и уже собственник непосредственно земельного участка и этого элеватора будет вынужден либо перепрофилировать этот участок на разрешенный вид, либо кому-то продать, демонтировать и увезти оборудование. К этому мы идем, и надеюсь. Что с божью помощью, в том числе, этого достигнем, и жители будут удовлетворены. А то, что предприятие не работает со вчерашнего дня – у меня есть все документы судебных приставов и коллегии Росприроднадзора, это подтверждающее.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Будем ждать, пока пыль осядет, посмотрим, что будет дальше.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Пыль в любом случае осядет – если предприятие перестало работать. Думаю, жителям станет намного легче даже в эти дни.

Т.ОЛЕВСКИЙ: В планах Москвы увеличение строительства мусоросжигательных заводов планируется, и даже возможно, в недалеком будущем – могли бы вы сказать, где это будет происходить, и как это клеится с той самой экологией.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Я опять должен опровергнуть постулат вашего вопроса – не планируется строительство мусоросжигательных заводов на территории Москвы. Наоборот, те заводы, которые сейчас существуют, это три завода, скорее всего, в 6-летинй период будут демонтированы, - я на это надеюсь, - и эта деятельность сойдет «на нет», потому что на территории города нет таких участков по санитарной зоне для размещения таких объектов. И в любом случае уже во всем мире мусоросжигание полного цикла, безальтернативное мусоросжигание, когда берешь 100% отходов и сжигаешь – все уже от этого отошли, все сейчас глубоко сортируют, увеличивают процент непосредственной переработки отходов, все развитые страны утилизируют всего лишь 20%, 80% уходит в сырье.

А.СОЛОМИН: Не планируется и исключается?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Не планируется и исключается, об этом и мэр заявлял очень много раз, и я говорю о том, что не будет строительства мусоросжигательных заводов на территории города, в том числе и на присоединенных территориях, которые в ближайшее время присоединятся к Москве. Такой политики нет, потому что мы считаем, что это нерентабельно и экономикой не бьется. И еще скажу об одном аспекте, почему мы этого не будем делать – потому что посыпают на мусоросжигательный завод отходы 5 класса опасности, которые вполне могут размещаться на полигоне, а сжигается 30-40% золы в зависимости от сезона, а зла уже 3-й класс опасности, это довольно опасный продукт, в котором тяжелые металлы, отравляющие вещества. Потому что мы с вами четко понимаем закон сохранения энергии - что даже при сжигании у нас какая-то часть мусора переходит в газообразную форму и улавливается фильтрами, но зола в любом случае остается. И она токсичная, и мы ее в любом случае вынуждены вывозить из города и утилизировать уже на специальных полигонов, а таких полигонов практически уже не осталось в Московской области. Поэтому, даже исходя из этого аспекта нам нецелесообразно сжигать отходы. Естественно, есть отходы, которые необходимо сжигать – в основном, биологические, но их не такое количество - под это можно построить завод на периферии, довольно далеко от Москвы, потому что объем этих отходов не такой большой, и там логистика никакой роли не играет.

А.НАРЫШКИН: Вы сказали про раздельный сбор мусора – есть федеральный закон, по которому все производственные и бытовые отходы должны разделяться. То есть, юридические лица за это должны нести ответственность.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Не закон, а статья в административном кодексе Москвы.

А.НАРЫШКИН: Со штрафом в 250 тысяч рублей. Я общался с представителями «Гринпис», и мне сказали, что ваше ведомство должно следить за тем. Чтобы это разделение проводилось, вы должны выписывать штрафы, но как мне сказали, вы этим не занимаетесь. В том числе, человек проводил какой-то опыт по департаментам, в каждый департамент направил запрос – как вы выкидываете мусор, - ни один из департаментов Москвы раздельным сбором мусора не занимается. Все направили вам, и никакого ответа нет. Мой вопрос – почему разделения мусора нет, почему вы за этим не следите, лично я в одном районе Москвы видел подобное.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Развею домысел – потому что это домысел для меня, - занимаемся. Приходим на предприятие, хотя предприятие предприятию рознь - в Москве 600 тысяч юрлиц, работающих.

А.НАРЫШКИН: ДЭЗ это тоже юрлицо. Мусор, который выносят люди из квартиры, они должны его складировать по отдельности.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Что касается жилой застройки, там совершенно другое законодательство действует и совсем другие статьи административного кодекса. Мы сейчас говорим только о предприятиях, в основном о крупных. На всех крупных предприятиях, на которые мы приходим с проверками. Стоят бачки для раздельного сбора отходов. В основном речь идет о промышленных отходах. Там стружка металлическая в один контейнер, пластик – в другой. В основном это отходы от производств. Если сейчас придти на вашу станцию, спросить, - разделяете отходы? Нет? Давайте штраф в 250 тысяч. Вы представляете, что завтра будет - главный редактор будет у меня на 13 этаже в кабинете, будет спрашивать – вы что делаете?

А.СОЛОМИН: А может, появятся раздельные урны, и мы будем складывать мусор, как надо?

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Не проблема на самом деле.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Конечно, не проблема, поэтому это ваша инициатива. Была организация, которая собирала в нашем здании макулатуру – надо в нее позвонить, и завтра у вас будет стоять контейнер. Люди вам только скажут большое спасибо, что вы даете им заработать деньги. И таких организаций много, их полно в интернете – которые собирают макулатуру, банки, пластиковые бутылки.

О.ЧИЖ: А почему инициатива не от вас исходит?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Инициатива от нас исходит – мы всегда предлагаем людям раздельно собирать отходы.

А.НАРЫШКИН: А почему это нельзя на законодательном уровне утвердить, если это есть для предприятий. Опять же, для радиостанции – это же не предприятие, которое происходит продукты. Для простых жителей рядом с домом есть какая-то норма?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Обязать жителей мы не можем – только добровольно.

А.НАРЫШКИН: А закон нужен, чтобы разделять мусор и сортировать?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Можно ввести любой закон. Я считаю, что даже мера по раздельному сбору отходов на предприятиях была принята преждевременно, потому что для начала город должен был создать условия.

А.НАРЫШКИН: А условий нет?

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: В данный момент они только в зачаточном состоянии.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Время наше истекает, остается время только на то, чтобы вам оценки поставить. Даша, удовлетворена ответами?

Д.ПОЛЫГАЕВА: Я - вполне.

А.СОЛОМИН: Да, очень хорошие ответы, хотелось бы, чтобы это все исполнялось и было правдой.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: По крайней мере, я был искренним.

А.НАРЫШКИН: Отчасти.

А.ПОЗНЯКОВ: Меня не убедили ответы - не хватает взаимодействия между департаментами, или не хватает открытости, чтобы мы увидели это взаимодействие, инициативы со стороны департамента природопользования.

О.ЧИЖ: Неудовлетворена абсолютно.

Т.ОЛЕВСКИЙ: Пока не удовлетворен.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Половина наполовину.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Уже неплохо.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Надеюсь, в следующий раз все будет хорошо и мы увидим результаты деятельности этой программы. Нашим гостем был Антон Кульбачевский.

А.КУЛЬБАЧЕВСКИЙ: Все-таки, думаю, 3,5 на 3,5.

Н.БОЛТЯНСКАЯ: Перетягиваете? Это была программа «Народ против», до встречи.

комментировать