Одной правой

время выхода в эфир — вт., 23:08

Обзор спортивный событий осуществляет Никита Белых...

Ведущие:: Никита Белых губернатор Кировской области

Обычная версия

эфир

14.10.2008 23:10

Одной правой

Ведущие:: Никита Белых губернатор Кировской области

Н.БЕЛЫХ: Добрый вечер. Сейчас 23 часа 10 минут. В эфире радиостанции «Эхо Москвы» еженедельная неполитическая передача «Одной правой» и в студии я, Никита Белых, и мой коллега и партнер Константин Похмелов. Телефон прямого эфира – как всегда 363-36-59, телефон для SMS-сообщений +7 985 970-45-45. Также у нас еще будет голосование, мы отдельно скажем какие номера телефонов для голосования. Мы на самом деле впервые столкнулись с такой ситуацией, когда готовились к одной теме и собственно проговаривали тему для сегодняшней передачи «Профессиональный бокс», у нас были идеи, связанные с победой Виталия Кличко - перспективы развития профессионального бокса, насколько это интересно, насколько это зрелищно, кто будет чемпионом по всем версиям. Но происходит событие, которое мы не можем не освещать, именно поэтому сегодня мы будем говорить о трагедии, которая произошла вчера, а именно смерть одного из самых талантливых молодых хоккеистов Алексея Черепанова, и вообще теме смертных случаев в профессиональном спорте. Но об этом мы поговорим чуть позже, сейчас я передаю слово для новостей Константину Похмелову.

К.ПОХМЕЛОВ: Да, здравствуйте. Завтра у нас матч отборочного цикла чемпионата мира по футболу, Россия – Финляндия. И вот накануне главный тренер финской сборной Стюарт Бакстер заявил, что в предстоящем матче против россиян его команда будет работать на победу. Сказал шотландец буквально следующее: «Все в России ждут, что сборная обыграет финнов. А вот в Финляндии такого нет, так что все относительно. Но мы хотим выиграть так, что давим сами на себя, и мы полностью сконцентрированы на победе. Более того, - заявил Бакстер, - что если мы проиграем, то я буду очень расстроен, а жена меня домой не пустит. Собака спрячется и люди сторониться будут, так что я хочу выиграть и игроки хотят выиграть, ну, в крайнем случае сыграть вничью». Кроме того по последней информации стало известно, что защитник финской сборной опытный Теему Тайнио все же сможет помочь команде в среду в Москве. Главный тренер сборной России Гуус Хиддинк заявил, что полузащитник Динияр Билялетдинов уже восстановился после травмы, однако его участие в матче отборочного цикла против финнов по-прежнему под вопросом. «Билялетдинов уже оправился от травмы, но пока не готов на сто процентов, - заявил Хиддинк, - поэтому пока я не могу сказать, будет он играть или нет. Решение по составу я приму в день матча». Сборная России по минифутболу вышла в полуфинал чемпионата мира, который в эти дни проходит в Бразилии. Очередной поединок на втором групповом этапе получился не менее напряженным чем два предыдущих: наша команда с огромным трудом сумела-таки добиться нужного результата и сыграла вничью со сборной Аргентины 2:2. Наша сборная набрала четыре очка, заняла второе место в своей группе и вышла в полуфинал. В другом матче в нашем квартете команда Парагвая проиграла испанцам со счетом 1:3, испанцы и заняли первое место. В другой группе команда Бразилии переиграла Украину 5:3, а вот футболисты Ирана и Италии сыграли вничью 5:5. Однако набрали эти команды в результате – Иран и Италия – одинаковое количество очков, но по лучшей разнице забитых и пропущенных мячей в полуфинал вышли итальянцы. Таким образом, в полуфинале чемпионата мира Россия сыграет с командой Бразилии, а в другом матче померится силами сборные Испании и Италии. Первая партия матча за мировую шахматную корону между Владимиром Крамником и Вишванатаном Анандом завершилась сегодня в Бонне вничью. Белыми играл российский гроссмейстер, соперники пожали друг другу руки уже на 32-м ходу. Вторая партия матча состоится завтра. Пару слов о теннисе. На крупном теннисном турнире серии «Мастерс» в Мадриде Михаил Южный проиграл финну Яркко Ниеминену, немногим лучше выступил Дмитрий Турсунов, который потерпел поражение от теннисиста из Румынии Виктору Ханеску. Ну и наконец на женском турнире в Цюрихе Анна Чакветадзе проиграла Монике Никулеску также из Румынии, вот таким неудачным выдался этот день для наших теннисистов. Ну и в завершении скажу еще о футболе. Футболисты Ростова досрочно гарантировали себе выход на будущий год в премьер-лигу – в домашнем матче против Алании в турнире в первом дивизионе дончане победили со счетом 3:2. Напомню, что на вторую путевку в элиту наилучшие шансы сохраняют Камаз и Кубань. Ну и так вот, приближаясь к хоккею, скажу, что сегодня состоялись три матча в Континентальной Хоккейной лиге. Нижнекамский Нефтехимик принимал Барыз из Казахстана, победил со счетом 4:2. Салават Юлаев в Новосибирске разгромил местную Сибирь с результатом 9:2. Ну и наконец в Челябинске местный Трактор оказался сильнее хоккейного клуба МВД – 3:1. Вот такие главные новости сегодняшнего дня.

Н.БЕЛЫХ: Спасибо Константину. Мы, сколько уже? Полтора месяца назад, одна из наших первых передач как раз была посвящена открытию чемпионата Континентальной Хоккейной лиги. И я был уверен, что мы вернемся к хоккею, но честно, не предполагал, что по такому поводу. Итак. Как мы говорили, тема сегодняшней нашей передачи – это трагические смертельные случаи в профессиональном спорте, не только в хоккее, но конечно поводом для этой передачи послужило следующее. Алексей Черепанов, один из самых талантливых молодых хоккеистов России скончался в больнице Чехова. 19-летний парень потерял сознание во время матча чемпионата Континентальной Хоккейной лиги, омского Авангарда против Витязя, спасти его не удалось. Согласно заключению судмедэксперта, проводившего вскрытие форварда омского Авангарда Алексея Черепанова, причиной внезапной смерти хоккеиста стала острая сердечная недостаточность, вызванная миокардиопатией, скорее всего, гипертрофией сердечной мышцы. Министр здравоохранения Подмосковья Владимир Семенов поделился информацией о трагической смерти форварда Авангарда Алексея Черепанова. Он сказал: «На игру был допущен абсолютно больной человек. Хоккеист умер на скамейке запасных еще до приезда Скорой. У Алексея Черепанова было в три раза увеличено сердце и в пять раз увеличена селезенка по сравнению с нормой. По словам Семенова, судебно-медицинская экспертиза показала, что врачи не могли ничего сделать». У нас интервью с исполнительным директором Континентальной Хоккейной лиги Владимиром Шалаевым.

Н.КАЛУГИНА: Как могло произойти, что хоккеист был допущен до матчей, будучи больным?

В.ШАЛАЕВ: Вот этот вопрос, видимо, задают все себе, и в первую очередь правоохранительные органы, которые должны на него ответить. Потому что согласно всем представленным документам из хоккейного клуба Авангард, хоккеист Черепанов здоров, именно поэтому он был и допущен.

Н.КАЛУГИНА: Насколько на ваш взгляд виноват клуб Витязь, когда Скорая, если следовать информации наших коллег, была, ну, отъехала по собственным размышлениям.

В.ШАЛАЕВ: Безусловно, клуб Витязь виноват. Согласно регламента квалифицированная бригада врачей Скорой помощи должны были присутствовать на матче, находиться практически на стадионе. Но вопрос, находится ли это в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, то есть смертью молодого мальчика, это будет выяснять следствие, я думаю.

Н.КАЛУГИНА: По регламенту КХЛ должна ли была дежурить бригада реаниматоров? Или должна была дежурить обычная Скорая?

В.ШАЛАЕВ: Очень четко прописано, да, это Скорая помощь. Но обязательно должна быть квалифицированная бригада врачей, и Скорая помощь должна быть оборудована в соответствии с нормами и правилами, установленными на сегодняшний день. То есть все необходимые инструменты, такие как электрошокер и так далее, все это обязательно должно было быть.

Н.КАЛУГИНА: С одной стороны оборудованная, с другой стороны специалисты-кардиологи отличаются от врачей простой Скорой помощи. Это в регламенте каким-то образом прописано?

В.ШАЛАЕВ: Нет, отдельно под кардиологию ничего не прописано. Еще раз повторяю, что современная Скорая помощь, которую мы обязаны иметь, которая должна соответствовать всем нормам и правилам, все необходимые инструменты кардиологии должны быть.

Н.КАЛУГИНА: Насколько сейчас в КХЛ будут внедряться более современные медицинские методики, чтобы избежать подобных внезапных смертей на поел?

В.ШАЛАЕВ: К сожалению, в последнее время антидопинговое агентство, насколько нам известно, пока не занималось проверками хоккеистов, поэтому мы вынуждены теперь заниматься этим сами. Мы договорились уже о создании своей антидопинговой службы, которая будет гораздо шире заниматься – не только допингом, но и проблемой спортивного питания спортсменов и так далее, и тому подобное. А ужесточать еще далее нормы прохождения медосмотров перед началом чемпионатов не имеет смысла – они и так жестко прописаны, другое дело, что клубы могут какие-то выполнять, какие-то не выполнять. Ну, кто не будет выполнять, тот будет нести самое суровое наказание, вплоть до уголовного, мы так думаем.

Н.КАЛУГИНА: Понятно, что клуб будет нести некую финансовую ответственность, и моральную перед родными Алексея. Но какие-то деньги родным КХЛ даст?

В.ШАЛАЕВ: Безусловно. Да в том-то и дело, деньги будут большие. Согласно нашего регламента, Черепанову будет выплачена сумма двух годичных контрактов. Сумма-то – она большая, но только толку-то от этой суммы, я думаю, что родителям она – маленькое утешение, когда погибает 19-летний мальчишка. Какие тут могут быть деньги? Никакие деньги не заместят жизнь этого парня.

К.ПОХМЕЛОВ: Вообще, на самом деле ситуация действительно идиотская: у врачей Скорой помощи, которые находятся на игре, не находится нужного оборудования. Тогда вообще непонятно, зачем они там нужны, все-таки хоккей – это игра жесткая, это в конце концов не шахматы. С другой стороны, и врачей-то обвинять, наверное, тоже как-то было бы не очень справедливо. Но что делать? Вот я, например, посмотрел статистику, вот скажем, во всей Ивановской области к началу этого года было всего семь реанимобилей, а в Челябинской – десять. Это в области, в огромной области! И то, что, в общем-то, случай случился в Москве, ну здесь еще более или менее как-то что-то обеспечено, а вот что в других городах лично я даже боюсь предположить.

Н.БЕЛЫХ: Ну, это тема отдельного, наверное, обсуждения, это тема национальных проектов в области здравоохранения. То есть я просто в силу своей прошлой политической деятельности этим занимался, и могу сказать, что в ряде регионов, где эти реанимобили были поставлены в рамках национального проекта, забыли о такой мелочи, как собственно обучение персонала о том, как реанимобилями пользоваться и ряд еще дополнительных функций, которые нужны, и в результате в ряде регионов – это мне точно известно, реанимобили, например, продавали кислородные аппараты для тех, кто работает с металлами, для использования в качестве приспособлений для разрезания металлов, потому что они не были востребованы, то есть они ими не могли пользоваться. Ну вот, как мы видим, не всегда в коня корм, то есть даже если есть деньги, правильно, эффективно эти деньги потратить – это отдельное умение.

К.ПОХМЕЛОВ: Ведь Алексей на самом деле мог отправиться в Национальную хоккейную лигу еще перед началом этого сезона, однако думал, что еще один год, проведенный в нашей, в новой Лиге, тем более с такими партнерами как тот же Яромир Ягр даст ему много больше. И на самом деле, по сравнению с прошлым сезоном, Черепанов играл просто блестяще и был, наверное, наряду с теми же Мазякиным и Морозовым, настоящими звездами нашего чемпионата. И вот все-таки в этой связи я бы хотел спросить вас, наши радиослушатели, чтобы вы ответили посредством голосования, вот на какой вопрос: Как вы считаете, в данном случае Континентальная Хоккейная лига дискредитировала себя в случае с Алексеем Черепановым? Или же все-таки смерть молодого спортсмена – это частный случай, несчастный, трагический, но все-таки случай. Если вы считаете, что вина Континентальной Хоккейной лиги в этом есть и промахи существуют, звоните 660-06-64. Если вы склонны думать, что это несчастный, трагический, но все-таки случай, то ваш телефон – 660-06-65.

Н.БЕЛЫХ: Я напомню, что телефон нашего прямого эфира – 363-36-59, телефон для SMS-сообщений +7 985 970-45-45. Ну, голосование идет и достаточно активно, и я буду предварять результаты. Ну, когда мы говорили о Континентальной Хоккейной лиге – вот ведь хороший момент – мы говорили о тех амбициях, которые существуют у организаторах, мы говорили о тех планах, которые стоят, и мы даже сравнивали собственно заработные платы, бюджеты хоккейных клубов и говорили, что вот, на самом деле. Ведь замах-то был какой? Сделать действительно достойную альтернативу Национальной Хоккейной лиге. Ну вот опять же, как оказывается, не только в деньгах дело. Потому что при сопоставимых бюджетах и при сопоставимых зарплатах, почему-то в подобных случаях – а я напомню, что эти трагические ситуации случаются и, если не ошибаюсь, был похожий случай и в НХЛ.

К.ПОХМЕЛОВ: Да, были-были подобные случаи. В частности, в одном из матчей НХЛ у защитника Детройта Иржи Фишера тоже произошла остановка сердца, однако специальный прибор, который имелся на арене, помог спасти хоккеисту жизнь, хотя в общем-то ситуация была схожа с той, которая была у Алексея Черепанова.

Н.БЕЛЫХ: Да. То есть при наличии тех же бюджетов, при наличии тех же организационных ресурсов и при наличии, извиняюсь, тех же понтов. Почему-то в одном случае, в ситуации с НХЛ, врачи оказываются на месте, врачи оказывают помощь и спасают жизни хоккеистов, а вот как в случае, который произошел вчера с Континентальной Хоккейной лигой, почему-то врачей у нас на месте не оказываются и спасти они спортсмена не могут.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну видимо просто не в силах Континентальной Хоккейной лиги исправить все за раз в нашем государстве, не в силах научить врачей быть верными своему долгу. Находиться. Если у них сказано по регламенту – вот передо мной выдержки из регламента проведения открытого чемпионата России Континентальной Хоккейной лиги, где написано, что Скорая помощь должна находиться на специально отведенном месте на территории спорткомплекса во время проведения всего матча. Тут так написано. Однако в данном конкретном случае этой Скорой помощи просто-напросто не оказалось, как говорят, она куда-то отъехала.

Н.БЕЛЫХ: Ну вот, поскольку с голосованием уже примерно все понятно, я предлагаю его остановить. У нас 79,2% наших слушателей, тех, кто голосовали, считают, что это...

К.ПОХМЕЛОВ: Что это все-таки просчет Континентальной Хоккейной лиги.

Н.БЕЛЫХ: Что это просчет и дискредитация, конечно, Континентальной Хоккейной лиги, и 20,8% считают, что это несчастный, трагический, но случай. Константин, ты-то сам как считаешь? Что будет происходить дальше? Повлечет ли это за собой какие-то изменения в планах Континентальной Хоккейной лиги, и в том числе привлечение новых клубов, в том числе и привлечение новых игроков, или это собственно говоря останется таким, очень неприятным, но все-таки инцидентом, который не повлияет на перспективы Континентальной Хоккейной лиги?

К.ПОХМЕЛОВ: Ну вообще я смею думать, что, конечно, этот случай помимо всего прочего, он, конечно, еще аукнется и в Национальной Хоккейной лиге. Напомню, что конфронтация, которая существует, наверняка этот случай как-никак окажется козырем в руках заокеанских хоккейных чиновников. Не думаю, что, конечно, легионеры, которые сейчас играют в России, все разом поспешат вернуться обратно в Национальную Хоккейную лигу, как и не думаю, что молодые ребята из России тоже прям приложат все усилия, чтобы попасть в Национальную Хоккейную лигу, а не остаться у себя на Родине. Тем не менее, у заокеанских противников появится одна карта, которую бить будет очень сложно. Потому что на лицо, к сожалению, пример трагический и пример таков, что медицинская... Как бы не повернулось в данном случае дело, кто бы ни был в итоге виноват - те ли медики, которые в Авангарде допустили человека заниматься спортом, если ему по медицинским показателям этого делать нельзя, или же те врачи, которые в подмосковном Чехове не приехали вовремя и не смогли оказать помощь. В данном случае это не так важно, важно то, что инфраструктура, которая находится вокруг хоккея, а вернее даже в самой непосредственной близости от этой замечательной игры, она развита гораздо и намного слабее нежели сам хоккей, который демонстрируют команды, и слабее чем уровень, о чем ты уже говорил, финансирование, которое существует.

Н.БЕЛЫХ: Вот тут приходит большое количество SMS-сообщений. Я напомню номер +7 985 970-45-45, телефон прямого эфира 363-36-59. Мне кажется, есть некое недопонимание у некоторых во всяком случае наших слушателей. Пишут: «Континентальная Хоккейная лига – общественная организация, почему госмедицина обязана ее обслуживать? Только за деньги». Зинаида Петровна, там не было проблем с деньгами. То есть вопрос был не в том, что медикам не заплатили и они не приехали, все было заплачено, то есть все это предусматривалось регламентом. Просто в тот конкретный момент времени врачей на месте не оказалось, то есть они не бастовали по поводу невыплаты заработной платы. Давайте четко понимать. Это то, что называется обычное разгильдяйство.

К.ПОХМЕЛОВ: И те врачи, которые допустили, опять-таки, Алексея Черепанова к профессиональному спорту, там, в начале, затем, в дальнейшем, они, судя по всему, если подтвердятся данные, которые были при вскрытии опубликованы, они судя по всему тоже выполнили свой долг непрофессионально.

Н.БЕЛЫХ: Ну, естественно. Потому что если речь идет о том, что у спортсмена втрое сердце и в пять раз селезенка больше нормы, то врачи, которые действительно проводят диспансеризацию и осмотр до соревнований этого не увидеть не могли. Либо это просто халатность, которая собственно повлекла такие результаты, ну, или...

К.ПОХМЕЛОВ: Скрыли.

Н.БЕЛЫХ: Да, или скрыли в силу каких-то причин. Ну, потому что предположить, что за время игры произошли какие-то такие необратимые изменения в организме, то есть, ну, вот это, наверное, уже из области фантастики.

К.ПОХМЕЛОВ: Я, кстати, пока ты там читаешь еще SMS-сообщения, скажу, что американские ученые провели исследования, целью которых было изучение клинических, демографических и патологических особенностей молодых, тренированных спортсменов, которые умерли внезапно. И было проанализировано 158 таких случаев. И из этих 158-ми случаев лишь 24, то есть 15% были обусловлены причинами не сердечно-сосудистого характера. А вот причиной внезапной смерти остальных 85% были как раз заболевания сердечно-сосудистой системы, но наиболее часто как раз то, что было у Алексея, - гипертрофическая кардиомиопатия.

Н.БЕЛЫХ: Нет, ну, вообще надо понимать, что смерть спортсменов от сердечных приступов превращается в некую эпидемию, и это проблема не только России, но и других стран. И вот в этом плане, наверное, таким печальным лидером является скорее футбол. И если посмотреть в том числе и данные наших иностранных коллег, вот, в Бразилии в 2004-м году от остановки сердца в матче национального чемпионата скончался защитник Серджинио, и там Миклош Фехер в январе 2004-го года, форвард португальской Бенфики.

К.ПОХМЕЛОВ: Камерунец Фоэ опять же, капитан сборной Камеруна. Это было в 2001-м году.

Н.БЕЛЫХ: Кстати, Патрик Ферейро. Кстати, вратарь футбольного ЦСКА Перхун.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну, там не совсем то, там все-таки было столкновение и очень серьезное. У него просто была серьезная травма, это немножечко другое.

Н.БЕЛЫХ: Ну все равно. Нет, это вопрос в том числе и опять же допуска к соревнованиям.

К.ПОХМЕЛОВ: Нет-нет, в ситуации с Перхуном нет. Там было очень серьезное столкновение, там была черепно-мозговая травма. Я случай с Перхуном не возьму, а вот ситуацию с Сергеем Гриньковым, если вы помните такого нашего замечательного фигуриста, это абсолютно тот случай, который произошел, я напомню, в 95-м году, когда на тренировке в американском Лейк-Пласиде от сердечного приступа как раз двукратный олимпийский чемпион Сергей Гриньков и умер. Так что не только футбол.

Н.БЕЛЫХ: То есть проблема в чем? Очевидно, что есть некий такой печальный лидер – это сердечно-сосудистые заболевания, да? И если вся эта статистика, о которой говорил Константин, показывает, что 85% смертельных случаев во время спортивных соревнований и тренировок происходит именно по причине сердечно-сосудистых заболеваний, отклонений в работе сердца, то очевидно, казалось бы, упор в деятельности врачей как в рамках обычной диспансеризации, так и в рамках подготовки спортсменов к соревнованиям должен быть сделан именно на эти заболевания. Но вот, судя по всему, этого не происходит.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну у нас сейчас в основном на допинг делается акцент. Ну сейчас буквально через несколько минут мы послушаем интервью с одним из представителей медицинской структуры. Я лишь просто хочу, что, действительно, разница между Континентальной Хоккейной лигой и Национальной Хоккейной лигой в итоге оказалась большой, серьезной – не по силе команд, не по размеру контрактов, а именно по отношению к человеческой жизни. Действительно, профессиональный спорт сам по себе требует запредельных усилий, и летальные исходы там были и, наверное, будут, вот только наша задача – свести их, эти самые трагические случаи, к минимуму. И вот в этой связи мы пообщались, мы, вернее Наталья Калугина, наш корреспондент, пообщалась с кандидатом медицинских наук Петром Лидовым, автором программы по спортивной медицине.

Н.КАЛУГИНА: Видимо, в данном конкретном случае для вас как для врача, должен стоять вопрос о том, чтобы не было ни смерти Черепанова, ни смерти Жолтока, ни смерти Антосика, ни смерти многих других спортсменов. Это возможно сделать?

П.ЛИДОВ: В большинстве случаев да. А почему возможно вот это все сделать? Да потому что программа современная, современные возможности буквально раскладывают человека по полочкам, буквально каждый орган можно макро и микроскопически, на молекулярном уровне исследовать, изучить. А уж что касается людей, которым дарят вот эту мечту, их мы должны особо бережно охранять и особо бережно обследовать с точки зрения их здоровья.

Н.КАЛУГИНА: Как это сделать?

П.ЛИДОВ: В отличие от медицинских программ, которые базируются прежде всего на результате, параллельно идут программы, в основе которых здоровье спортсмена, которые основаны на периодическом обследовании, поиска лабораторном, по крови, проводятся инструментальные исследования, генетические исследования, функциональные исследования. Каждый орган, который исследуется и вызывает какие-то подозрения, он интерпретируется не только спортивными медиками, но и не спортивными, реальными врачами.

Н.КАЛУГИНА: Чем эти обследования отличаются от традиционных углубленных медицинских обследований?

П.ЛИДОВ: В этих программах задействован весь медицинский персонал, наиболее крепкие умы Москвы и России, вот в чем дело. Это не горстка спортивных медиков, которые живут в своем мире. Это очень широкая программа. Новое министерство формируется, даны задания для этого и, может быть, разум победит наконец.

Н.КАЛУГИНА: Если бы вы обследовали спортсмена, того же Алексея Черепанова, вы могли бы выявить его заболевания или угрозу этого заболевания задолго до того, как оно проявилось?

П.ЛИДОВ: Генетические исследования конечно же не показали бы этого, но тенденцию скорее всего мы бы увидели. Потому что процентов 20 людей рождаются с проблемами, у которых имеется более серьезный риск, чрезмерная гипертрофия миокарда, они угрожаемы по болезням сердца. И если еще ряд генетических модификаций у этих спортсменов возникают с рождения, то может сложиться очень серьезная проблема со здоровьем. Ну мы будем терять ребят, во время соревнований - это было, это есть и будет, пока мы не будем четко понимать, что нужны четкие профилактические аспекты восстановления чемпионов. Нужно не лечить, нужно заниматься профилактикой развития какого-то недуга.

Н.КАЛУГИНА: Вы увидели, что что-то с организмом не то, вы можете помочь подобному спортсмену, не отпуская его из большого спорта?

П.ЛИДОВ: Чаще всего помогаем. Можно выявить и львиное большинство спортсменов останется в строю. И закончив спортивную карьеру, закончит со здоровой печенью, со здоровым сердцем, благодаря тем программам здоровья, которые существуют сегодня.

Н.КАЛУГИНА: Что это за программы?

П.ЛИДОВ: Программы, которые основаны на индивидуальном питании. То есть формируются индивидуальные диеты на основании генетического исследования и обследования вообще всего организма. Далее назначается функционально-оздоровительное питание. Под этим термином мы понимаем и спортивное питание, основанное на пищевых добавках и БАДах, но это проверенная группа продуктов.

Н.КАЛУГИНА: То есть, не допинговая?

П.ЛИДОВ: Конечно. Тезис сегодняшний звучит так: что допинг – это безальтернативность вчерашнего дня и безграмотность сегодняшнего.

Н.КАЛУГИНА: Внезапная смерть на поле. В какой степени это закономерность развития большого спорта?

П.ЛИДОВ: Ну, в общем, закономерность. Тенденция есть.

Н.КАЛУГИНА: До какой степени предлагаемые вами программы могут снизить эту внезапную смертность?

П.ЛИДОВ: Есть категория болезней, например, сердечных болезней, пример такие – как нарушение ритма – вот у них нету ни симптоматики, ничего прочего. Вот эта группа сложно диагностируется. Тем не менее, и это можно. А вот в остальных случаях... Я могу взять на себя ответственность и смело сказать, ну, процентах в 80-ти мы можем предупредить такие смерти на поле, если детально будем обследовать спортсменов. Наша задача при том уровне здоровья, который дал господь Бог, чтобы профессиональный спорт не ел и проценты здоровья, и мы стараемся, чтобы запас прочности остался до конца. Именно тогда возникает уверенность, что он выдержит эту гонку в борьбе за первое место, за лидерство.

К.ПОХМЕЛОВ: Я напомню, что это был кандидат медицинских наук Петр Лидов. Ну вот, судя по тому, что он рассказал, наши медики знают как бороться, знают, что противопоставить вот этим чрезвычайным нагрузкам в спорте. Однако когда все это произойдет, когда это будет давать реальные результаты, ни Петр не знает, ни, в общем-то, мы с вами, дорогие наши радиослушатели. Не знают об этом и спортсмены, которые играют в футбол, в хоккей, занимаются другими видами спорта – ни через 10 лет, ни через 15, а именно сейчас. В этой связи возникает у меня вот какое соображение. Так что же делать? Если мы не можем сейчас предоставить нашим спортсменам достойное медицинское обслуживание, может быть, имеет смысл все-таки снизить на них, на этих самых спортсменах нагрузки? Иными словами, усечь календарь. Действительно напряженный очень турнир. Хоккеисты проводят в сезоне только за свой клуб порядка 70 матчей регулярного чемпионата плюс матчи плей-офф, плюс некоторые вызываются в сборные и играют матчи за свою команду, играют международные матчи европейских турниров. И если вы заметили, то календарь, в частности если речь о хоккее, то календарь хоккейных состязаний растет, растет, все больше матчей, все больше турниров. Поэтому, наверное, следующее наше голосование мы как раз посвятим этому. Скажите пожалуйста, на ваш взгляд, стоит ли напряженный соревновательный календарь уменьшить? Если вы думаете, что это стоит делать и это поможет сохранить жизни многих спортсменов, ваш телефон – 660-06-64. Если вы считаете, что этого делать не нужно, - 660-06-65.

Н.БЕЛЫХ: Хорошо. Посмотрим, конечно, что покажет голосование. Все-таки объективности ради надо сказать, что смертельные случаи в спорте все-таки не однородны. И я попробовал здесь с помощью разной информации, почерпнутой из интернета, из средств массовой информации как-то классифицировать, если угодно, смертельные случаи, которые происходят в спорте или, так называемые внезапные смерти в спорте. Начнем с того, что есть просто опасные виды спорта, где смертельные случаи происходят в силу специфики самого вида спорта. Различные журналы регулярно публикуют список самых опасных видов спорта. Он практически не меняется – они иногда меняются местами как раз в силу тех трагических летальных случаев, которые происходят, это бейс-джампинг, прыжки с парашютом с высотных зданий и мостов, фри-дайвинг, ныряние без акваланга, дайвинг в подводных пещерах или спелеодайвинг, скоростной спуск на лыжах, виндсерфинг, горный велосипед, альпинизм. То есть вот здесь... Опять же, понятно, что смерть – это всегда трагедия, но здесь механизмы для защиты или страховки принципиально отличаются, то есть это скорее речь идет и о соответствующей физической подготовке, и о технических средствах оснащения и соблюдения неких правил и регламентов, которые могут минимизировать эти риски. Второе – это смерть по причине травм. То есть когда просто те или иные травмы, которые были получены в ходе спортивного состязания, имеют летальный исход. Это травмы головы – черепно-мозговые травмы, это травмы шеи, это травмы груди, это травмы брюшной полости. Естественно, здесь нужно повышать и медицинское качество, здесь нужно повышать и техническое оснащение, но это все-таки иной аспект деятельности. Дальше идут сердечно-сосудистые патологии, то, о чем мы говорили. Здесь вопросы, связанные с чрезмерными нагрузками и теми проблемами, которые в связи с этим возникают у спортсменов. При этом есть очень такие... ну, отдельно по SMS-сообщениям пройдусь, есть очень цинично-вызывающие мнения по этому поводу, я остановлюсь на них чуть позже. Ну и, извините меня, есть такая штука как допинг. И смерть, связанная с употреблением допинга, первое упоминание, зарегистрированная смерть от употребления фармакологических препаратов в спорте зафиксирована еще в 1879-м году, и статистика здесь тоже достаточно печальная. При этом надо понимать, что не всегда смертельные случаи удается квалифицировать именно как случаи, связанные с употреблением допинга.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну да, его действие не мгновенно.

Н.БЕЛЫХ: Конечно, конечно. То есть учитывая то, какими темпами растет медицина, то есть каким образом развивается фармакология, в некоторых случаях наверняка смерти, которые вызваны этими препаратами, квалифицируются просто по-другому.

К.ПОХМЕЛОВ: Никит, ну вот я готов в данном случае.

Н.БЕЛЫХ: Нет, я в данном случае не говорю ничего про случай с Алексеем Черепановым.

К.ПОХМЕЛОВ: Нет, я просто хочу сказать, в связи с этим, как мне кажется, у нас в последнее время... допинг – конечно, это серьезная проблема, это большое зло, но у нас действительно какой-то перегиб в последнее время пошел в направлении допинга. А вот с моей точки зрения, вот как мы сейчас активно со всех трибун, со всех колоколен твердим людям о том, что нельзя употреблять допинг, спортсменам прежде всего самого маленького возраста во всяких детских спортивных школах им говорят, что не надо пить эти таблетки, никакие, кто вам туда подсовывает – все им разъясняют. Вот мне кажется, точно так же нужно проводить просветительскую работу по отношению к юным спортсменам и их родителям и им нужно объяснять, что «Дорогие родители, если у вашего ребенка есть такое заболевание, которое впоследствии может привести действительно к каким-то тяжелым, серьезным последствиям, возьмите смелость, запретите ребенку». Ведь наверняка же бывают такие случаи, когда родители пытаются, а парень говорит: «Папа, мама! Да ничего! Да посмотрите, я здоровый, да мне так нравится! Да у меня все хорошо. Посмотрите, как я забиваю, как я прыгаю, как я плаваю. Я вам потом золотые медали привезу, я вас озолочу!» И родители где-то смягчают и где-то думают, ну ведь действительно парень – молодец, занимается спортом. Значит, выздоровеет.

Н.БЕЛЫХ: Это как раз и проблема. Подмена понятий, когда в таком общем сознании спорт равен здоровью, что любое занятие спортом – это всегда здоровье. Вот надо понимать, что сейчас это не так. То есть спорт, конечно, хорошо.

К.ПОХМЕЛОВ: Спорт высших достижений. Я считаю, что людям, у которых грубо говоря больное сердце, даже не высшие достижения, заниматься им.

Н.БЕЛЫХ: Спорт низших достижений в прыжках с парашютом с высоких зданий – это тоже не есть здоровье. Это экстрим, это адреналин, но это уж точно нельзя квалифицировать как некие оздоровительные процедуры, даже если ты не являешься там каким-то чемпионом в бейс-джампинге или фри-дайвинге. Хорошо, я думаю, что это голосование мы тоже можем остановить. Расклад понятен. 69,4% считают, что надо снижать тренировочные и соревновательные нагрузки, 30,6% считают, что этого делать не надо.

К.ПОХМЕЛОВ: А вот интересно, что вот эти самые 30,6%, какой выход они подскажут из создавшейся ситуации?

Н.БЕЛЫХ: Я тебе скажу, какой выход они подскажут. Они подскажут, что надо медициной лучше заниматься, чтобы врачи вовремя присутствовали на играх, то есть чтобы реанимобиль был рядом, чтобы все необходимые препараты были – вот тогда и собственно говоря не надо снижать как-то тренировочные нагрузки. Вот я обещал тут зачитать несколько SMS-сообщений. Я напомню, что телефон для SMS +7 985 970-45-45. Вот где-то есть это циничное, я о нем говорил: «Тошно вас слушать. Гипертрофическая кардиомиопатия у всех спортсменов. Но вы же любите бои гладиаторов? Так не вопите теперь, что идет выбор (НЕРАЗБОРЧИВО) Господом». Ну, это вот, уже знаете, такая позиция о том, что сами виноваты, знали на что шли, то есть поэтому нечего расстраиваться и нечего кого-то в этом обвинять. Циничная позиция. Я считаю, что суперциничная, хотя я понимаю, что у кого-то она, наверное, и вызывает поддержку.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну это люди из разряда тех, которые считают, что если они заплатили деньги за поединок, то на ринге или, скажем, где-то еще можно даже убивать друг друга. Ничего страшного – деньги-то заплачены.

Н.БЕЛЫХ: «Вы что, и вправду думаете, что профи не знает о своих болячках? Остановился допинговать, лечишься, выпадаешь из обоймы – прощай мечты об НХЛ», - пишут нам слушатели. Ну, в общем, считаю, что опять же люди идут на риск совершенно осознанно, употребляя допинг и соответственно подписывая в некотором смысле приговор своему здоровью. Но опять же делают это осознанно. «Это продолжение давней политики непогрешимости наших медиков, невозможности привлечения их к ответственности». Вот тут несколько вопросов, связанных с ответственностью медиков, точнее не вопросов, а SMS-сообщений. «А вот те случаи, о которых вы упоминали раньше, есть какие-то данные о том, был ли кто-то из медицинских работников привлечен к ответственности? И если да, то что конкретно было предъявлено и собственно какое наказание они понесли?»

К.ПОХМЕЛОВ: Ну, те случаи, о которых мы говорили, там медикам и не было предъявлено ничего. Потому что они оказались на месте, они сделали все что могли, однако спасти спортсмена в случае, например, с Фоэ или в случае с венгром Фейхером, там просто они не смогли помочь. Их привлекать там было не за что.

Н.БЕЛЫХ: Понятно. То есть наш случай с Алексеем Черепановым может стать неким прецедентом, если будет доказано, что...

К.ПОХМЕЛОВ: А! Извини, пожалуйста, Никит, я не понял. Имеешь в виду врачи, которые допустили на? А, не, вот тут я не. Я думал, что врачи, которые пытались оказать помощь. Нет. Вот в данном случае у меня никакой статистики по этому поводу нету. Имеются в виду врачи, которые допускали спортсмена на те или иные соревнования.

Н.БЕЛЫХ: Ну, тут тоже. «А куда смотрел врач команды? Лишать надо на всю жизнь лицензии – пусть в дворники идет», Ну вот собственно мы про это и говорим, о том, что до тех пор, пока не будут какие-то, ну я не хочу говорить показательные суды или показательные меры ответственности как административной, так и уголовной предприняты, боюсь, что никаких кардинальных изменений не произойдет.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну я кстати скажу, что в Континентальной Хоккейной лиге уже создана комиссия, которая занимается расследованием обстоятельств гибели Алексея Черепанова, и уже вчера несколько членов этой комиссии отправились в Омск. Главные вопросы, на которые им предстоит ответить, - каково было состояние здоровья Алексея накануне его трагической гибели? Были ли у него сердечные аномалия и прочие проблемы со здоровьем? Ну и кроме того представители Континентальной Хоккейной лиги должны ознакомиться с качеством медицинского обслуживания хоккеистов в омском Авангарде. Ну а теперь я, наверное, предлагаю выслушать мнение Министра спорта Российской Федерации Виталия Мутко, который естественно тоже в курсе событий и которого смерть Алексея потрясла не меньше многих. Вот что он сказал в интервью Наталье Калугиной.

В.МУТКО: Мы создали специальную комиссию, которую возглавил Алешин, в которую вошли специалисты медицины. Сегодня есть предварительные какие-то данные. Сам факт уже говорит о том, что существует проблема. В чем она? В неквалифицированности медицинских работников, в отсутствии должного медицинского контроля за спортсменами в профессиональном спорте или это еще какие причины, повлекшие гибель? В этом надо разобраться, и в ближайшее время мы это сделаем. А что касается в целом медицинского обеспечения, то безусловно и на госсовете сегодня, и я в своем выступлении, да и президент в заключительном слове и поручениях это отметил, что, конечно, сегодня обеспечение спорта медицинское, особенно спорта высших достижений, конечно, сегодня находится на самом низком уровне. И мы в свое время разрушили систему врачебно-физкультурных диспансеров, которые были во всей стране, единая система. По сути дела таким образом дав возможность в отсутствии сертификации или аккредитации медицинских работников, врачей команд, сборных, мы привели к тому, что, конечно, эта тема сейчас требует кардинального изменения, если мы хотим иметь результаты в спорте. А что касается системного подхода к мониторингу состояния здоровья спортсменов, то конечно здесь требуется серьезная работа. Потому что человек, который занимается спортом высших достижений или профессиональным спортом, его функциональное состояние значительно выше чем у обыденного гражданина, и конечно за его здоровьем требуется постоянный, постоянный системный контроль.

К.ПОХМЕЛОВ: Это был Виталий Мутко, Министр спорта Российской Федерации. Ну вот, судя по всему, и наше руководство скоро будет делать какие-то усилия для того, чтобы медицинское обслуживание не повелось в хвосте. Вот, кстати, еще одна причина найдена наших неудач, в том числе и на Олимпийских играх.

Н.БЕЛЫХ: Ну, про Олимпийские игры мы и говорили, и еще будем говорить. Но вот я смотрю пока по тем SMS-сообщениям, которые к нам приходят, тема ответственности вообще за подобного рода случаи.

К.ПОХМЕЛОВ: На кого возлагают, кстати?

Н.БЕЛЫХ: На врачей. Ну, то есть на врачей и на КХЛ. Там сложно, я думаю, для слушателей определить все-таки здесь вина КХЛ в том, что они неправильно организовали работу со врачами, или это неправильная работа врачей. Но в конечном итоге там есть проблемы и того, и другого характера.

К.ПОХМЕЛОВ: Ну врачей надо, наверное, наказывать. Я не знаю подробностей клятвы Гиппократа и всех законов, которым подчиняются медики, но мне кажется, что если доктор умышленно скрывает то, что он знает, и не доносит это до самого спортсмена или его близких, или его менеджера, который, собственно говоря, у того же Алексея Черепанова был, значит, он нарушает какой-то такой кодекс, за который он должен нести действительно серьезную ответственность. Не знаю как насчет уголовной, но наверное таких людей надо увольнять просто из профессии. Потому что они прекрасно знают к каким последствиям подобное укрывательство может привести.

Н.БЕЛЫХ: Ну, а видишь, Кость, вопрос в том, что то, о чем мы говорим, это касается собственно неких обследований перед соревнованиями. Вот Роман из Подольска пишет: «Живу рядом с ледовым дворцом Витязь, и зимой, и летом идут на тренировку мальчишки с баулами снаряжения в два раза больше них. Наверное, их туда никто не гонит, наверное они мечтают об НХЛ. Но врачебный контроль отсутствует либо имеет формальный характер. И плюс анаболики, допинг. Хочешь результатов? Колись». То есть проблема медицинского обеспечения спорта – это не только проблемы спорта высших достижений и непосредственно перед соревнованиями или во время соревнований. Вообще, сама работа медиков с теми, кто приходит в спорт, особенно в юном возрасте, когда организм еще не сформирован, вот в чем проблема. Я сам помню прекрасно, когда занимался в детстве плаванием, у нас регулярная диспансеризация, очень серьезная, плотная – там проверяли все и вся, и чуть что – давление там, не дай Бог, еще какие-то изменения – тут же или более детальные исследования или тебя просто отстраняют от тренировок. Вот я не знаю, как на сегодняшний день это организовано? Так ли это организовано сейчас в спорте?

К.ПОХМЕЛОВ: Ну вот я могу сказать, что я, наверное примерно в те же годы, может быть чуть раньше занимался футболом, у нас диспансеризация проводилась также регулярно. Более того, когда я дышал в трубочку, которая измеряла объем легких, доктор, уже пожилой такой, с седыми усами сказал: «Эх, пацаны-пацаны. Не будет среди вас Стрельцова». Мы там пацаны сразу все: «Ой, а почему, почему?» - «Да он так дышал, что у нас прибор ломался, вылетало из него все его нутро». А с другой стороны, у меня дочка занимается волейболом, у них раз в год проходит медицинское обследование, правда я не очень точно могу сказать, проходит оно как бы... То есть оно проходит перед пионерским лагерем: когда они едут в спортивный лагерь, там у них проходит медицинское обследование. Я вот даже точно опять-таки не интересовался, какого оно толка – для того, чтобы спокойно поехать в лагерь, или для того, чтобы?

Н.БЕЛЫХ: Вот тут у нас даже среди слушателей явно какая-то теория заговора начинает превалировать.

К.ПОХМЕЛОВ: Заговор Национальной Хоккейной лиги что-ли?

Н.БЕЛЫХ: Нет. «У Авангарда перед сезоном ушел врач Белкин, который работал много лет. Как-то странно ушел. Тихо». «Прокуроров, Черепанов, кто следующий?» Ну, в общем, Татьяна, это не из этой области.

К.ПОХМЕЛОВ: Это какая-то воспаленная подозрительность уже.

Н.БЕЛЫХ: Да. Потому что там, конечно, трагический случай с нашим двукратным олимпийским чемпионом Прокуроровым – я напомню, кто не знает, он попал под автомобиль во Владимире. Если не ошибаюсь, по-моему в пятницу на прошлой неделе. То есть явно тут ничего общего с тем, что мы имеем с Алексеем Черепановым нет. «Черепанова проверяли и врачи сборной». Да. Кстати, хороший как бы вопрос, поскольку у нас Черепанов был и участником сборной, то соответственно его как бы проверяли не только клубные врачи, но и врачи сборной. Поэтому хороший вопрос, да? Если считать какие изменения в организме, то опять же они не происходят за один день.

К.ПОХМЕЛОВ: Тот же тренер «молодежки» Сергей Немчинов, когда ему сказали, что он должен был... буквально накануне говорил с Алексеем о том, что он должен играть на молодежном чемпионате мира. Время наше, к сожалению, подходит к концу.

Н.БЕЛЫХ: Вот, да. Я все-таки, Константин, не могу не сказать то, о чем упомянул Мутко. Сегодня ведь Медведев проводил совещание Госсовета по стратегии развития физкультуры и спорта, и дал поручение правительству подготовить эту стратегию развития спорта до 2020-го года. Я очень надеюсь, что в этой стратегии будут предприняты те меры, которые позволят нам смертность в нашем спорте, так, очень грустное словосочетание, все-таки если не искоренить, то существенным образом уменьшить. Я напомню, что в эфире радиостанции «Эхо Москвы» была еженедельная неполитическая программа «Одной правой», вели ее снова Никита Белых и Константин Похмелов. Встретимся с вами через неделю.

комментировать