С добрым утром, ГКЧП

время выхода в эфир — пн-пт: 10:57, 16:52, 22:08. сб: 11:08, 17:06, 23:04. вс: 13:10, 18:10, 20:04

Знаменитые люди рассказывают на "Эхе Москвы", каким они запомнили 19 августа 1991 года, первый день путча...

Обычная версия

эфир

08.08.2011 16:52

С добрым утром, ГКЧП

Гости:: Александр Минкин обозреватель газеты "Московский комсомолец"

19 августа я проснулся в Лозанне, потому что меня разбудил заполношный женский голос – Саша, Саша, Горбачёв кончИлся. Они ударение делают на последний слог, французы. И это был путч. Это был понедельник 19 августа. Я немедленно помчался в ближайшую редакцию швейцарского еженедельника. И сидел там сутки, и писал тексты, которые печатались в Лозанне и в Цюрихе, и в Париже. И так получилось, что пишешь пару страниц, отправляешь факсом в Берн, там с русского на немецкий переводят, отправляют в Цюрих, и, конечно, непрерывные звонки в Москву.

Первый звонок, который я позвонил в Москву, в ответ я слышу женский крик, опять-таки – не возвращайся, не возвращайся ни в коем случае. Боже мой, да я же не политическая фигура. Вот это первый момент – у всех на уме было, что репрессии неизбежны, танки уже стучат по мостовой, грохочут, извините, и каждый звонок, который делаешь в Москву, ты слышишь от собеседника – ни в коем не возвращайся. Это 19 августа, это днём. Но постепенно из самого факта, что можно дозвониться, я думаю – этого не может быть.

Если это путч, вот такой, как мы боимся, то как же они не захватили почту, телефон и телеграф, ну, как полагается – вокзалы, почту, телеграф. И вот к вечеру 19 августа у меня уже было ощущение, что бабушка надвое сказала. Вы знаете, неважно. Важно другое. Я хочу сказать совсем другое. Самое ужасное было, что в тот день, 19 августа, а сейчас об этом все забыли, и Буш старший, тогда был президент Америки, и кто-то ещё там английский, немецкий, и Валенса, и Гавел признали законность ГКЧП. Да, да, да. Вот никто сейчас об этом не вспоминает и не хочет, в общем, я думаю, вспоминать.

Все признали ГКЧП. Потому что там, пожалуйста, вице-президент законный и премьер-министр Павлов законный, и министр обороны, и так далее, и так далее. Они все их признали… если бы не сопротивление Ельцина и людей, которые пришли к Белому дому, всё кончилось бы совсем по-другому. Что бы из этого вышло – совсем другой вопрос. Но в тот момент, и я этого не могу забыть, весь этот так называемый западный демократический мир признал ГКЧП.

комментировать