Приключения электроники

время выхода в эфир — в ночь со вторника на среду в 00:05

Ведущие:: Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист

Обычная версия

эфир

26.11.2008 00:07

Приключения электроники : Мой старый любимый радиоприемник

Гости:: Антонина Самсонова журналист "Эхо Москвы"

Николай Котов звукорежиссер

Ведущие:: Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист

Мой старый любимый радиоприемник

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. В студии Матвей Ганапольский, я неделю в Москве. Сегодня программа «Приключение электроники», которая идёт, как всегда, с Николаем Котовым. Я, думая о сегодняшней теме, она родилась неслучайно. Я ходил тут, бродил, и зашёл в Новоарбатский гастроном. Не в сам гастроном, а в торговый центр и обратил внимание, вы знаете, они сейчас популярны, огромное количество радиоприёмников в ретро. Я вспомнил своё детство, и тот первый радиоприёмник, который сопровождал своё детство. Не этому конкретно радиоприёмнику, а этой теме – электронным устройствам нашего детства.

Сюда входят радиоприёмники, телевизоры, соковыжималки, стиральная машина, которая преследует меня кошмарами до сих пор – «Рига» называется. Короче говоря, смешная, очень тёплая передача, в которой вы будете вспоминать, что у вас было дома, что было утехой советского человека, я буду вспоминать, что было у меня. Был у меня радиоприёмник «Урал». О, люди! Содрогнётся ваше сердце! Что может быть прекрасней! Что ты, Котов, киваешь головой? Ты не знаешь радиоприёмник «Урал».

Н. КОТОВ: Он у меня до сих пор на даче, 50-какого-то года.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. С зелёной лампой индикаторной. У меня с ним связано такое воспоминание – это был 60-какой-то год. И тогда, естественно «Голос Америки» глушили и отец мой, царство ему небесное, слушал радио Китая. Почему-то он для конспирации всегда это делал в тёмной комнате с выключенным светом, наверное, чтобы не увидели, кто слушает. И этот зелёный огонёк… Я зашёл в комнату, его лицо, он рядом был с радиоприёмником, надо было чуть-чуть отстроиться, глушилка чуть справа, а звук чуть слева, его лицо было освещено этим зелёным демоническим светом.

Я жутко закричал, меня долго успокаивали. Это были потрясающие приёмники. Через него я узнал мир. Опрометчиво в тех радиоприёмниках были короткие волны, которые разрушили Советский Союз и дали нам прививку мира, и ты крутил эту настройку, и слышал какие-то дальние страны и континенты. В это, довольно аскетичном мире… Я помню, был гастроном на улице Кутузова во Львове, там селёдку продавали. Стояла бочка одна и та же и там была одна и та же селёдка… Я не люблю это время.

Помню радиоприёмник «Урал», но как он роскошно был сделан! Какой там был мягкий, бархатистый динамик! Какие низкие частоты! Удивительно. Наш телефон 363-36-59. Я не буду вспоминать сразу все те устройства, которые стояли у меня дома, а есть что вспомнить, что-то с радостью, с умилением, а что-то и со злобой. Есть мне, что вспомнить со злобой. Вы мне тоже будете рассказывать про то, что у вас стояло и что вы вспоминаете, какие устройства у вас стояли. Средства общения традиционные – 363-36-59 и +7-985-970-45-45. Давайте дадим волю ностальгии нашей и всё будет хорошо. А Коля Котов будет снимать телефонные звонки, которые уже есть.

Но только те, где видно номер телефона. Давайте послушаем телефонный звонок. Слушаем Вас. Добрый вечер.

СЛУШАТЕЛЬ: Владимир из Санкт-Петербурга.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, давайте ностальгировать, поехали.

СЛУШАТЕЛЬ: Давайте ностальгировать. Здравствуйте!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Здравствуйте! Я Вас слышу!

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте, Матвей Юрьевич, дорогой! Я рад, что Вы в Москве. Пока Вас не было, над Вами Венедиктов издевался.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Уже его борода оторвана от лица и летит…

СЛУШАТЕЛЬ: Можете сатисфакции с него потребовать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я уже навёл тут порядок. Он просил прощения, ползал по стене, но ему ничего не помогло.

СЛУШАТЕЛЬ: Я рад за Вас. Спасибо. Матвей Юрьевич, вспоминаю о своём детстве, я учился в школе-интернате, и у нас на кухне стояла картофелечистка. Ох, мы душу над ней отводили! Электрическая! Это было такое счастье! Что мы только в ней не чистили, кроме картошки! Это такое было счастье! Я умоляю Вас! Это было золотое время.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Если я не ошибаюсь, я вспоминаю, как она была устроена. Я помню в пионерском лагере…

СЛУШАТЕЛЬ: Это бетономешалка.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Это была такая сфера, которая была не то, что ребристая… А такая бугристая.

СЛУШАТЕЛЬ: Да. Есть такая штукатурка «шуба», вот типа этого. Только мелкая очень.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Туда бросаешь картошку…

СЛУШАТЕЛЬ: …наливаешь воду…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: …низ начинает крутиться и картошка обдирается.

СЛУШАТЕЛЬ: Только единственный недостаток был – потом эту картошку надо было вытаскивать и ножиком выковыривать глазки.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, слушайте, Вы и так много требуете! Скажите, Вы интересную фразу сказали, что чего вы там только не чистили. Может, Вы расскажете, если это цензурно?

СЛУШАТЕЛЬ: Цензурно, конечно. Кроме картошки там чистились и кабачки, и помидоры, мама дорогая! И даже черешня с вишней!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: (Смеётся)

СЛУШАТЕЛЬ: Ну, дети, что Вы хотите! А у нас там роскошный сад был. Всё, что росло там – и яблоки, и сливы, приносили туда вёдрами. Заставить нас собирать просто так – не заставить. Как только мы узнавали, что идём чистить картошку, всё, что росло на школьных огородах, всё летело в картофелечистку. Бедная наша шеф-повар, Мария Николаевна, до сих пор помню, я школу закончил 30 лет назад, она говорила: «Детки! Я вас умоляю! Не надо туда ничего кидать лишнего». Бесполезно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я понял. Слушайте, а можете на вскидку, что у Вас дома стояло из радиоаппаратуры?

СЛУШАТЕЛЬ: Я же жил в школе-интернате.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А-а-а… Ну, я понял.

СЛУШАТЕЛЬ: У нас был приёмник, как же он назывался… «Днепр»!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Радиоприёмник «Днепр»? Может быть, это магнитофон?

СЛУШАТЕЛЬ: Это радиола. Там был и радиоприёмник, и можно было пластинки крутить.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Спасибо большое за Ваш звонок. Я видел ещё одну интересную вещь. Только они уже как бы исчезали в это время. У нас был телевизор «Рубин». Мы его покупали в Москве. Тогда телевизоры продавались в Москве, и когда ты их привозил во Львов, мы должны были его регистрировать. Отцу очень хотелось купить, мы приехали в Москву. Это был мой первый визит в Москву. Я ничего не помню, помню только широкую улицу, там жила наша родственница, это была Тверская.

Я помню, что меня поразило, я же маленький был. В московских сталинских дворах были огромные мощные ручки, дерево посередине, а сверху и снизу – медь. Меня поразила эта ручка. Мы купили телевизор этот и привезли его, и зарегистрировали. В нём кинескоп садился каждый месяц, кинескоп нужно было сдавать на восстановление.

Ты же, Котов, молодой, ты не знаешь таких вещей! Человеку хотелось какого-то разнообразия. Телевизоры были чёрно-белые, и тогда появились кинескопы с оттенками. Сам кинескоп, само свечение, изображение, были розоватые и были голубоватые, т.е. просто люминфор, покрытие, оно было не нейтральное, а цветное. Мы поняли, что это с одной стороны эффектно, но взяли обычный телевизор. А потом мы купили и наклеили плёнку, вверху она была розовая, посередине нейтральная, а внизу зелёная – типа для травы.

Н. КОТОВ: Затонировали.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Это был первый прообраз цветного телевидения. Нам тут пишут: «Замечательно!» - Андрей из Дрездена. «У меня была «Аэлита» радиоприёмник. Имел неимоверное количество кнопок, при всей любознательности половину не понял». Владимир из Вологды: «Тоскую по телевизору «Сигнал-2». Спасибо. «Приёмник «Беларусь», через его басы пропускал гитары». А! Там был вход. «Чёрно-белый телевизор «Сигнал». Впервые фильм «Гамлет» на нём смотрел». «Магнитофон «Астра» двухдорожечный. На нём слушал рок-оперу». Спасибо вам большое. Замечательно.

«В 1961 году, - пишет Ирина, - мой жених, уходя в армию, оставил мне приставку к приёмнику, на котором не было коротких волн, я могла слушать всякие голоса, весь забугор. В то время появился «Маяк», станция, которая постоянно работала и давала зарубежную музыку». Пишет нам Сергей из Москвы: «Радиола. Не помню только название, может кто-то напомнит? Радио КВ, УКВ,ДВ». Много такого было. «Пластинки, плёночный магнитофон». А! Было такое!

Н. КОТОВ: Комбайном его называли.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Эдуард вспоминает классику – ВЭФ-12. Надо, конечно, сказать спасибо прибалтам, которые сделали радиоприёмник ВЭФ и этот ВЭФ с поворотным барабаном. Там легко 25 метров ты выкручивать сердечник, он перестраивался на 19 и 16 метров и можно было слушать «Свободу». Смешно пишут… «Не ругайте шефа – он ведь ваш старик Хоттабыч. Вот вырвет волосок – и всё!» Да… Евгений из Санкт-Петербурга пишет о моей мечте: «Я с 1954 года мечтал только о «Симфонии», затем – о «Виктории». Студентом после шабашки мог купить только «Мелодию-106».

Я вытряс из отца душу и он мне купил «Симфонию». Я теперь каюсь, потому, что понимаю, что для семьи это было неподъемно. Я просто на коленях стоял. Я понимаю, что я был сволочью, конечно. Мы бедно очень жили, для семьи это было неподъемно. Она стоила, если я не ошибаюсь… по-моему, 375 рублей. Это было настоящее! Это было хай-фай. Там были такие басы! И потом её вариант был «Виктория». Но «Симфонию» делала Рига, а «Викторию» делал Талин. Но «Симфония»! Ты не представляешь себе, что это было такое!

Трёхфазные динамики, впервые появился низкочастотный, среднечастотный, высокочастотный… Это можно сойти с ума! Какой там был звук! И самое главное – там была автоподстройка, она была механическая, они слямзили у какого-то западного приемника. Ты ставил на станцию, там лампы нагревались, это свойственно ламповым приемникам, и уходила станция немножко, и он двигался за ней. Но какая-то станция рядом появлялась мощная, и она перетягивала туда, это было очень смешно.

«Как же бобинник «Дельфин» - Олег Маркович из Вологды. Как это как? «Дельфин» - это гениальная история. А помните кассетный магнитофон «Весна»? Такой чёрный кирпичик. Он сделал революцию.

Н. КОТОВ: «Весна» и «Электроники».

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Они впервые, если я не ошибаюсь, их выпускал какой-то из украинских радиозаводов, и впервые был сделан по-настоящему качественный кассетный магнитофон. Я его купил и в комплекте давалась кассета – ансамбль «Ореро». Может поэтому я и женился на грузинке…

Н. КОТОВ: Она скрипела, эта кассета?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Скрипела. Я помню, как ты там протираешь, мучаешься… Ну, просто невозможно. Давай послушаем теперь звонки, а потом сообщения. Уважаемая Ирина вспомнила радиоприёмник, абсолютно загадочный, я считаю, что этот приёмник вершиной советской радиопромышленности, и я о нём вспомню чуть позже. Слушаем Вас, добрый день!

СЛУШАТЕЛЬ: Меня зовут Александр Маркович. Я хочу вернуться к очень давним временам. Я родился на территории, оккупированной Румынией. И там всегда говорили: «Вот, придёт советская власть, все будут иметь радио и настенные часы». В те годы там, в Румынии, радиоприёмник стоил очень дорого и настенные часы тоже. Пришла советская власть, и тут выяснилось, что радио – это чёрная бумажная тарелка, а часы – это были ходики.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ходики. Но получили румынские любители тоталитарных режимов радио и часы?

СЛУШАТЕЛЬ: Получили. А в 1955 году со своей первой зарплаты я купил радиоприёмник «Балтика».

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Пытаюсь вспомнить.

СЛУШАТЕЛЬ: А потом я вспомнил, что эта «Балтика» - это был вывезенный полностью завод из Германии «Телефункен».

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. А Вы знаете, ещё какой телевизор был? Тут вспоминает один радиослушатель. Я тогда не знал, я был ребёнком, я увидел, я не представлял себе такой немыслимой красоты, из дерева. А потом я заглянул назад, мне же было интересно крышку открыть, а там было по-немецки написано. Вы не помните, как назывался этот телевизор?

СЛУШАТЕЛЬ: Нет.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ну, спасибо за звонок. «Какой ВЭФ? «Спидола» была вещь! «Юпитер» - 4, дорожечный, классика, телек «Шилялис» крошечный поражал» - Таня из Хельсинки. «Шилялис» была замечательная марка. Она была интересна по дизайну. Я купил рублей за 250, тоже отказал себе в последнем. Знаешь, как он был сделан?

Н. КОТОВ: Да я видел!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, они были двух моделей. Обычно он был прямоугольный, как лежащая книжка, а был и вертикальный, с фиксированными станциями.

Н. КОТОВ: Матвей Юрьевич, я Вам сразу же секрет расскажу. Я вырос в технике. У меня дядя любил технику.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ты не понял меня! Ты очень молодо выглядишь. Мне кажется, что ты родился в пору Интернета! Ты меня поражаешь! «В детстве, конец 80-х, впаривали приставки «Телецвет». Это я не очень понимаю, Павел, что это такое. Виталий из Торонто: «ВЭФ-аккорд» и «Ригонда», скучаю за ними». Кстати! Он вспомнил знаменитейший радиоприёмник «Ригонда»… Самсонова, иди сюда! Тоня Самсонова пришла.

А. САМСОНОВА: Добрый вечер.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Мы ностальгируем.

А. САМСОНОВА: Я слушаю и думаю, о чём вы? Радиоприёмник должен помещаться в нагрудный карман. Должен быть маленький, 2х2 см максимум.

Н. КОТОВ: А Вы говорите, что я…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Уберите это чудовище!

Н. КОТОВ: …в век Интернета родился!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Кто это?! Кто работает на «Эхо Москвы»?! Боже! Бездушный автомат! Ты робот? Мне рассказали сегодня замечательный анекдот. Очень мне понравился! Едет человек… Его рассказал Кобаладзе, он его перенёс в Грузию, но это может быть где угодно. Это анекдот про тебя. Едет мужик на машине, вдруг видит, стоит курица. Он ей посигналил. Курица отбежала резво. И опять он едет. И курица отходит. И он её пытается прогнать, а она просто по дороге идёт и отходит, потом побежала, он за ней, она бежит быстрее, он 60, она 70, он 100, она 120, он 200, она 210. Понимаешь?

Она делает резкий вираж и забегает во двор чей-то и начинает клевать зёрна. Этот тормозит машину. Там сидит мужик, чистит картошку. Он ему говорит: «Слушай, что это за курица?» «Это японская курица» «А чем она отличается от обычной?» «Не знаем, поймать не можем». Вот ты – эта японская курица.

А. САМСОНОВА: Поймайте меня.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да чего тебя ловить! Тебя прогнать надо! Ты слушай волшебные слова. Молчи, дура! Слушай волшебные слова!

А. САМСОНОВА: Вообще… Пришла в гости…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Женщина! Молчи! Слушай! «В украинском селе, в мазанке, - пишет нам Влад из Питера, - было обычное радио на стенке, и старенькая бабуся 1869 года рождения. Я думал, что стена хаты треснет от того, что в этом радио много музыки и танцев». Вот, я хочу сказать про «Ригонду». Были революции, когда наша промышленность что-то осваивало, не просто, чтобы оно работало, оно ещё было красиво. И закопёрщиками были прибалты. Они выпустили легендарный тем, что он стоял в каждой семье, что он был доступен по цене, то, что в нём работало, в нём кнопки не вылетали в лицо.

Были первые эксперименты, ты, наверное, слышала, что сначала заводы сначала вывозили из Германии, потом пытались сделать наши и, в конце-концов, оно как-то получалось. И этот радиоприёмник назывался «Ригонда».

А. САМСОНОВА: У нас дома он стоял. Коробочка такая.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Плоский такой. И вот здесь вспоминают, что тогда появилась мода 60-х годов, где-то до 1969 года, мы эту моду можем увидеть. Например, в мультиках «Том и Джерри», которые делались в 60-х годах. Тонкие ножки.

А. САМСОНОВА: Минимализм такой.

Н. КОТОВ: У нас практически до 80-х годов много техники выходило на этих ножках.

А. САМСОНОВА: Граждане эксперты, я одного не могу понять, советская глушила эти вражеские голоса всё время и продолжала продавать населению радиоприёмники, на которых это можно было поймать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Проблема была вот в чём. Дело в том, что тогда была важна радиофикация всей страны.

А. САМСОНОВА: Основной источник информации.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: И проблема заключалась в том, что Москва – это была Москва. А что делать людям, которые живут на гигантских расстояниях. И стояли коротковолновые станции, чтобы всё это дело принимать. И люди принимали на коротких волнах, но глушили то, что не надо было слушать.

Н. КОТОВ: Можно я один вопрос?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет! Чередуем с радиослушателями!

Н. КОТОВ: Нет, я Тоне хочу вопрос задать, а ты знаешь, что «Эхо Москвы» на средних волнах выходило?

А. САМСОНОВА: Но сейчас же выходит на УКВ.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Поехали! Слушаем Вас! Добрый день. Говорите.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло! Здравствуйте, прекраснейшие господа, Матвей и Николай. Ностальгирую по приёмнику «Рига» Т-689, огромные такой был…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А что это было?

СЛУШАТЕЛЬ: Это до «Ригонды». У него были 16, 19…

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ой-ей-ей! Это недосмотрели.

СЛУШАТЕЛЬ: У него был преобразователь «Каскад» ВЧ, интерьер у него был без люфтов и скрипов.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это, значит, немецкий какой-то, да?

СЛУШАТЕЛЬ: «Радиотехника». Это рижане.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: В Википедии его фотография. Я сейчас открою. Посмотрю. Нет, нет фотографии, ладно. Спасибо Вам огромное, мой дорогой.

Н. КОТОВ: Вот он, красавец!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вижу! Потрясающе! 1946 года.

СЛУШАТЕЛЬ: ПлАчу до сих пор.

А. САМСОНОВА: Сто процентов, что такое вот старьё Вы бы променяли на новенький айпод, если бы Вам предложили.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Уберите её!!! Уберите! Зачем она зашла? Молчи!! Боже мой! Кто это?!

Н. КОТОВ: Может слушатель ударение неправильно поставил – не плАчу, а плАчу?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Так, 363-36-59. Слушаем Вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый вечер, ночь уже. Сергей.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, Серёжа, очень приятно.

СЛУШАТЕЛЬ: Город Шлиссельбург. Слушал радио «Рекорд». «Взрослым о детях», Николай Литвинов, новости читал Левитан. Не верилось, потому, что в кино легенда уже была.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: А какой приёмник?

СЛУШАТЕЛЬ: «Рекорд», маленький.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Помню.

СЛУШАТЕЛЬ: У друга был КВН-49 телевизор.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, КВН-49.

СЛУШАТЕЛЬ: Потом проигрыватель был, который через этот «Рекорд», стальные иголки, типа гвоздиков, ими гоняли пластинки. Потом магнитофоны появились. У нас в семье не было, отец не любил это дело. Злачным считал. Во всех форточках стояли. Находиться было невозможно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это уже эмоции.

А. САМСОНОВА: А иголки – это что такое?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я хочу отметить одно важное событие. Теперь, конечно, он практически не существует, но важно было получить какой-то магнитофон нормальный. И вот в 60-х годах, а у нас же строили квадратно-гнездовым способом… И вот появилась удивительная совершенно продукция. Я подчёркиваю, Тоня, что здесь важно не то, что выпустили штучно, а то, что выпускали массово, и то, что работало. И появился удивительный магнитофон, которые назывался «Днепр».

Представь себе, он был довольно большой. И у него, представь себе, как радиоприёмник, который мы сейчас смотрели. Это была коробка. Но что было интересно, магнитофон был вверху, естественно, бобинный. А клавиши были внизу, т.е. он не был плоский, тогда ещё делали большие моторы.

А. САМСОНОВА: Это не кассетный, да?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Забудь. Кассетных тогда не было. Бобинный. Помнишь, как в шпионских фильмах сейчас показывают? Тогда была скорость 19, это довольно высокая была скорость, половина студийной скорости 38, потому, что в студии писали 38 для хорошего качества, чтобы частоты были хорошие, нормальные. Я говорю то, что ты понимаешь. Поскольку в нём были большие моторы, нужно было перемотать вперёд, назад, тогда появились впервые пассики эти, резиновые.

И что никогда не удавалось… Мы делали неплохую электронику, но это было проблемой. Эта проблема была связана с отсутствием хороших материалов. Оборонке это давали, а обычному сектору – нет. Эти магнитофоны быстро переставали работать. Например, ты нажимаешь на «Стоп», на пятом месяце работы у тебя не фиксируется клавиша, металл плохой, он гнётся. Потом, что значит перемотка назад? Ты нажимаешь на клавишу, от неё идёт некий стержень, который нажимает на некую штуку…

А. САМСОНОВА: Это всё ломается, конечно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, послушай меня. …которая снимает тормоза с бобин и натягивает резиновый пассик. Механика. Пассик был сделан из плохой резины, они крошились. Я тогда впервые у одного человека, он был моряком, тогда это была элита. Я увидел магнитофон какой-то аналогичный, магнитофон «Тошиба». И у него там что-то попало туда, и он снял верхнюю крышку. Я был потрясён. Металл… Короче, это всё было сделано, это всё работало.

Но когда разговор шёл о радиоприёмниках, о том, где только электроника и где не надо механики, где ничего не тёрлось…

А. САМСОНОВА: Он до сих пор на даче работает.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Но, ВЭФ-Спидола, в нём барабан такой переключался. На этом барабане были выступы, на нём были контакты мягкие, которые, когда ты двигал барабан, они соединялись с контактами на этом барабане. Эти контакты быстро окислялись и гнулись. Это проблема материала. Казалось бы, советская власть, всё даётся оборонке.

А. САМСОНОВА: Зато как наши умельцы всё это могли собрать, пересобрать!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Могли. Читаю быстро смс. «Телевизор «Огонек», приемник «Сокол» - Анна из Москвы. «Огонек» прекрасно помню, «Сокол» - не очень. «У меня ВЭФ-12» и ВЭФ-317 до сих пор в хорошем состоянии. Слушаю на них «Свободу» почти каждый день». Ну, «Свободу» можно слушать уже на чём угодно. «В айпод не т радио». Есть такая приставочка, отдельно надо купить. «Наверное, я самая старая. В моём детстве был телевизор ВЭФ с глицериновой лупой». Почему телевизор ВЭФ? Это, наверное, всё-таки, был КВН. Хотя, может быть, был и ВЭФ… Не знаю.

«Был приёмник «Спидола». «Приемник «Рига-10» помните?» - Сережа из Саратова. С трудом. «У меня ВЭФ-575. Мечта детства». «Уберите Тоню из эфира». Конечно, надо убрать!

А. САМСОНОВА: Ладно, я пойду.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ты куда?! Ты слушай правду про то, что ты ни черта не знаешь!

А. САМСОНОВА: Я могу и из приёмника послушать.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Руслан, Москва, 44 года: «А потом уже появился «Шарп», 999, по-моему, не русский, но мечта отроческих лет, и не только моя, думаю». Коснёмся Белоруссии.

А. САМСОНОВА: У меня вопрос… Я сижу тут… Задать хочу.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Уважаемый белорусы! Уважаемый Лукашенко, который тогда был мальчиком, ходил в школу. Конечно, мы благодарим родную Белоруссию за то, что белорусский радиозавод осчастливил всех советских граждан радиоприёмником «Океан».

А. САМСОНОВА: Ух ты! А это что такое?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это был как ВЭФ, с шикарной акустикой. Очень ставили большие динамики. Не стеснялись. Приёмник был на вес. Потом ещё Ленинградский радиозавод делал…

А. САМСОНОВА: Но с собой не потаскаешь.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я таскал его с собой, я на гастроли ездил, брал его. Но в чём была прелесть… В этих больших приёмниках можно было поставить 6 больших батареек. Проблема была в чём? Пальчиковые батарейки…

А. САМСОНОВА: А они были в СССР?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Были. Но они были очень хлипкие. А приёмник потреблять много энергии. Приёмник ВЭФ был уникальный. Ты засаживал в него 4 или 6 батареек и он у тебя всё лето… Они были очень экономичные, долго работали. Именно этот формат больших батареек. Потом появилась манера делать штекер для сети. Поначалу, помнишь, когда только «Эхо» начало работать? Невозможно было найти радиоприёмники, которые бы включались в сеть. Не хотели их удорожать. Ведь что такое было сделать блок питания?

Внешние, как сейчас в компьютерах, их практически не делали. А внутренние если поставить, то это же был переносной приемник. Считалось, что ты должен его взять, пойти в лет, разжечь что-то и орать песни у костра. А потом послушать «Маяк». И зачем таскать с собой блок питания? Поэтому пошли по пути такому.

А. САМСОНОВА: Их же, наверное, не купить было в СССР.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, было массовое производство, которое сделали рижане, и которое сделали минчане. И это дорогого стоит. Идём дальше. «Приёмник «Океан» лучше ВЭФ». «Помню чёрно-белый телевизор «Темп», тоже на тонких ножках» - Кирилл из Санкт-Петербурга.

Н. КОТОВ: У меня такой был.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Приёмник «Минск» 1949 года, это вещь и очень красивая». «Телевизор «Зорька». Я помню телевизор, я не знаю, кто его выпускал, но тогда наладили производство чёрно-белых телевизоров. Они уже даже стали разного вида, дизайн появился.

А. САМСОНОВА: У нас в 80-х был «Сатурн».

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Сатурн» не помню. Но помню, что меня потрясло. Я зашёл в киевский универмаг и увидел, как все глазеют на телевизор, который сделан следующим образом. Вот представь себе, латинская буква L. Все регулировки на вертикальной части буквы, а кинескоп поставлен в отдельный контейнер и как бы его можно на ножке буквы L поворачивать.

А. САМСОНОВА: Вау! Дизайн!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Этот телевизор я запомнил на веки. Он назывался «Вечер». Красивое название. Кто-то его выпускал, какой-то завод. У меня возникла идея купить, но я был ребёнком.

А. САМСОНОВА: Не купишь, наверное… Пол-«Волги».

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: «Вы не помните, магнитофонная приставка. Лампа 5Ц04, надо было её подключать». Нет, я уже не помню это. Андрей из Дрездена пишет про магнитофон «Вега». Приёмник «Фестиваль». Вот. Вот это я хочу сказать. Это ты не видела. Он стоял совершенно невероятные деньги.

А. САМСОНОВА: А что в нём такого было?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я сейчас тебе объясню. Знаешь, как «Bang and Olafsen». Как, например, продукция какого-то высочайшего класса. Неимоверной цены. Такой был радиоприёмник «Фестиваль». Если я не ошибаюсь, радиоприёмник «Фестиваль», но тебе то, что я говорю, будет немного…

А. САМСОНОВА: …параллельно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Набери здесь «Радиоприёмник «Фестиваль».

А. САМСОНОВА: Пошли искать в Википедию.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Это делал рижский радиозавод, которому, как прибалтийской стране, позволялось делать… Вот! Смотри! Нет… Это ты открыла…

А. САМСОНОВА: Вниз прокрути.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да… Многое из этого у меня было… Было, было, было… Вот мы видим «Ригонду»…. Ну, вот, перед тобой приёмник «Фестиваль».

А. САМСОНОВА: У нас это на даче стоит до сих пор.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Тогда ты счастливый человек. Впервые в этом радиоприёмнике была сделана одна вещь. Кроме самого приёмника, великолепного дизайна, с огромным динамиком, бархатистого звука…

А. САМСОНОВА: …и под сеточкой красивой.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: …впервые было сделано устройство дистанционного управления.

А. САМСОНОВА: На большом шнуре.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Перед тобой устройство ДУ. И это было устройство. Практически, дублировались кнопки. Это было, конечно, излишеством.

А. САМСОНОВА: Вы слушателям объясните, что это ДУ с трёхметровым кондовым шнуром.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да.

А. САМСОНОВА: Это не пультик.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: То есть, дублированные кнопки, и сделана шкала, маленькая шкала. Другими словами идея была в чём? Вы сидите в кресле, например, но вы же не будете сидеть рядом с радиоприёмником?

А. САМСОНОВА: А жена бежит переключать на любимую радиостанцию. А вы – хопа! Её опередили.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, не хопа, это серьёзная передача, я бы просил тебя! Это была история великолепного качества. Впервые в этом радиоприёмнике была сделана автоматическая подстройка на станцию.

Идём дальше. Телевизор «Зорька», так же «Топаз», телевизор «Вальс» и «Вечер» были с авторегулировкой яркости в зависимости от внешнего освещения.

А. САМСОНОВА: Ух ты! Авто?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Ну, наверное, фотоэлемент стоял. Довольно грубо это сделано. Ещё я хочу сказать об одном телевизоре, от одного вида которого я упал в обморок. Это телевизор «Ленинград». Это телевизор, вернее, это устройство такое, если можно сказать. Это была вывезенная продукция. Вот, перед тобой телевизор «Ленинград».

А. САМСОНОВА: Старинный какой-то, с маленьким экранчиком.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вопрос не в этом. Вопрос в том, что видишь, написано, что это немецкий телевизор «Ленингрд-2».

А. САМСОНОВА: И с линзой, смотрите.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, линзу можно было поставить, но в том варианте, в котором я видел, линзы не было. Я ещё раз обращаю твоё внимание, помнишь мебель 50-х годов? Они были безукоризненно сделаны в этом смысле! Прежде всего ты получал мебель. Это было очень важно. Ты ставил дома красивую вещь. И это работало. В нём был проигрыватель сверху. Это был радио… И в нем что была шторка, которая закрывала радиоприёмник.

А. САМСОНОВА: А это два в одном?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да, даже три в одном.

А. САМСОНОВА: Слушайте, дорогие слушатели! По +7-985-970-45-45, если вы помните, что там тётушка всё время смотрит телевизор. Какой она телевизор смотрит?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: «А ещё был комбайн «Концерт», приёмник, проигрыватель пластинок».

А. САМСОНОВА: Я думаю, что в Советском Союзе пара-тройка моделей было радиоприемников за все время.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ты можешь посмотреть, какое количество техники выпускалось. Давай слушать телефонные звонки. Здравствуйте!

СЛУШАТЕЛЬ: Добрый день. Даже утро, наверное. Санкт-Петербург, Виктор Иванович. Я хотел бы с вами поделиться. У меня был приёмник, он назывался АРЗ. Вы про такой слышали?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, не слышал.

СЛУШАТЕЛЬ: Это выпуск примерно 1947-1948 года. Мы собирались целым домом. Там были «Театр у микрофона», такая была передача.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, это много было. А что ещё у Вас дома стояло?

СЛУШАТЕЛЬ: Тогда кроме этого ничего. А ещё в 1947-х годах примерно у нас был такой приёмник… Он не приёмник, а тарелка, типа громкоговорителя. Там в серединке крутишь такую штучку, и она то сильнее, то громче.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ладно. Спасибо большое. Вот смотрите: «У соседей стоял этот «Фестиваль» - Александр. Это «Роллс-Ройс», я более глубокого звука никогда нигде не слышал.

А. САМСОНОВА: Мы и сейчас слушаем на даче.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Они очень заботились об этом. «Почему-то никто не вспомнил цветной телевизор «Радуга». Мне повезло – родители могли себе это позволить». «Матвей, приемник «Фестиваль», магнитофоны «Яуза». Так же вспомним линейку, были… Сердце обливается памятью, я даже не знаю, как сказать, теряю слова почти в час ночи. Это тоже массовое производство, очень хорошо работали. Магнитофон «Айдас». Я на магнитофоне «Айдас» впервые услышал «Биттлз». Я пришёл к одному товарищу, у него был старший брат и у этого брата в этом магнитофоне сломалась регулировка громкости и был только максимум. И каким-то чудом завезли «Биттлз».

Он включил и я аж испугался. Я не очень понимал эту музыку и не мог её оценить, потому, что это была какая-то странная, крикливая музыка, эти первые концерты, они у них такие крикливые… Не очень мне понравилось.

А. САМСОНОВА: Матвей Юрьевич, а Высоцкого на что записывали? Как раз тогда стали продавать магнитофоны и стало возможно распространять на бобинах и кассетах эти записи?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я бы сейчас не говорил о времени Высоцкого и Жванецкого. Тогда уже было много техники, на которой было можно писать тогда. Были магнитофоны «Днепр», Жванецкого писали на Украине на магнитофон «Днепр».

А. САМСОНОВА: Тогда же все эти записи были на «костях»?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, ну что ты! Это же не время граммофонов, когда на «костях». Это ты не понимаешь. Счастье заключается в том, что и Жванецкого, и Высоцкого уже писали на нормальные ленточные бобинные магнитофоны. Кассетных тогда не было, но бобинные были, их было много. И поэтому всё это сохранилось. Бесчисленные выступления были возможны потому, что писали на домашние магнитофоны. Кризис был преодолён. Если бы он был на 10 лет раньше, Высоцкий, ничего бы не сохранилось.

«Расскажите про советские автомагнитолы. Они были?» Да. Они были. Должен вам сказать, что их было немного. Конечно, «Урал», фирма, пытается занять свою нишу. У них есть магнитолы, но должен сказать, что были роскошные магнитолы, их делали за границей. Ламповые, потому, что тогда была ламповая техника, которые стояли в «Волге», в «Победе». Знаешь, как там делалось? Там была сделана удивительная система – настройки на радиостанцию. Например. Длинные волны, средние волны. Длинные волны – две кнопки и средние волны – две кнопки. И там ещё какие-то две кнопки.

Как это делалось? Ты настраиваешься рукой на какую-то волну, после этого эту кнопочку тянешь на себя. И каким-то образом она запоминала положение этого устройства. Потом, когда появились «Жигули», то в них стоял очень хороший радиоприёмник, но он был производства Венгрии.

А. САМСОНОВА: Но это не в базовой комплектации.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, в базовой комплектации. Русского не было. Потом заменили русским приемником. Но первые «Жигули», которые появились, наверное, в Италии стоял итальянский, у итальянцев хорошая радиопромышленность. А когда они стали поступать в Россию, там были даже надписи на русском языке, но это было сделано в Венгрии. Там замечательные радиозаводы.

А. САМСОНОВА: Коля, а ты застал это всё?

Н. КОТОВ: Много чего застал.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: «До сих пор дома стоит маленький чёрно-белый телевизор «Юность». «Горизонт» высшего класса с ДУ, с тумбой 1960 года». Совершенно верно. «Горизонт», тогда была техника второго класса, первого и высшего. Соответственно и опции. Выпустили телевизор «Горизонт», у которого для акустики, он как бы был с тумбой.

А. САМСОНОВА: А в тумбе?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Вынесены динамики. Это не была какая-то бешеная акустика, просто для мебели. Этот внешний фактор, когда ты покупал не только то, куда смотреть или то, что слушать, но ещё и ты покупал мебель. Это было очень важно. И что интересно… Вот этот стиль 50-х годов, начала 60-х растеряли, а потом появились эти ножки, этот минимализм, потом дерево стали заменять на ДСП, на эти стружечные… Потом пластмасса, а она была плохая.

А. САМСОНОВА: Вам эстетически что больше нравится – плазменная панель на стене или тумба с колонками, отделанная красным деревом?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нравится и то и то, лишь бы было красиво. Даже американцы сейчас пытаются вот что сделать. Ты, может быть, видела в американских фильмах очень часто показывали… Нет, фильмы довольно точно показывают то, что происходило. Вот американцы, которые тяготеют к такому странному классицизму в этом смысле, к такому адвокатскому стилю – корешки, основательность, библиотека. Для залов они делали… это у нас нигде не проходило. У нас это не прижилось. Они делали телевизоры как бы встроенные в тумбы такие красивые. Ты открываешь тумбу…

А. САМСОНОВА: Там ещё дверца обязательно.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: В частности, «Горизонт» высшего класса, это была попытка это дело сделать. Проблема плазменных, то, что мы называем плазмой, ЖК-телевизоры, плоские телевизоры. Есть у них одна проблема. И над этой проблемой бьются, но не могут её решить. Это унификация, бедность этого места, где он стоит. Панель стоит чёрная, серая, с окантовкой. И телетеатр. Ну, оттягиваются на телетеатре. Он и квадратный, и круглый… Я зашёл в магазин «Bang and Olafsen», они сделали как пирамиды динамики. Но сама проблема этой панели…

Вроде как… Ну что ещё ей надо!

А. САМСОНОВА: Нельзя в наши комнаты, с коврами, с обоями поставить хай-тек панель.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Она не хай-тек, потому, что нельзя хай-теком назвать блестящий прямоугольник. Это немножко некорректно. Как пытаются это решить? «Филипс» старается это решить системой Ambilight. Когда вокруг свет совпадает… Но в общем решения этого нет. Конечно, например, американцы делают такую вещь… Да и у нас это делают многие аматеры. Они декорируют это под большую картину. Но, когда он у тебя работает, он и работает, а когда ты выключаешь – получается тёмный провал в рамке. Это плохо. И это нерешённый вопрос.

Например, по какому пути пошла фирма, я сейчас это увидел и мне это очень понравилось. По какому пути пошли «Тошиба»? Она решила сделать… Ты знаешь, что эта ЖК-панель, в ней обязательно есть окантовка, загнутый угол.

А. САМСОНОВА: Два сантиметра.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, не два сантиметра.

А. САМСОНОВА: А сколько у «Тошибы»?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Сантиметра четыре. Они решили её сделать 3 мм. И они это сделали. И я был потрясён. То есть, ты её почти не замечаешь, перед тобой просто гладкая поверхность.

А. САМСОНОВА: Но когда ты это выключаешь, выглядит это уродско. У меня большая проблема. Мы переехали на новую квартиру, сделали ремонт, но мы не покупаем телевизор, потому, что я не представляю, куда поставить этого уродца. Я не вижу сейчас на рынке действительно красивого телевизора.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Ты его и не увидишь, потому, что накручивать что-то вокруг этой панели – это увеличивать её размер. Они будут идти по пути… Делать саму панель.

А. САМСОНОВА: Я могу дать идею на миллион. Телевизор, когда он работает – отлично, красиво и здорово. Но когда его выключаешь – у вас чёрный квадрат на стене Малевича. Если бы сделать его зеркальным, я бы использовала его как зеркало.

Н. КОТОВ: Я проще скажу. Техника не предназначена, чтобы стоять вокруг тумб сейчас. Должна быть отдельная комната для техники.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, это неправильно. Коля, отдел фантастики находится в соседнем зале.

А. САМСОНОВА: Олигарха Котова просим…

Н. КОТОВ: Хотите маленький квадратик – поставьте в уголочек и смотрите.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Думаю, что это проблема. Я вижу её решение вот в какой истории. Нужно делать как бы это место. То есть, не просто она стоит. Например, когда я смотрю журналы, я вижу, как пытаются, и это получается, вписать, сделать хай-тековский угол, например, букет цветов или какая-то база, какой-то светильник, чтобы оно не выглядело инородным телом и чтобы увязать это в дизайн целой стены.

А. САМСОНОВА: То есть, если у вас в барокко комната, куда вы повесите свою плазму?

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Проблема. Но вопрос пока не решён. И это, действительно, программа.

А. САМСОНОВА: Есть ещё вариант. Это на потолок вешаются панельки, вы их раскручиваете, получается экран.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Я не люблю проекционные телевизоры. Ты видишь на фотографии, очень малым тиражом изданные проекционный телевизор «Ленинград», было и такое. Но это кануло… Это была попытка увеличить телеэкран.

А. САМСОНОВА: Но Вашего телевизора не будет, если будет проекционный экран.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Нет, я могу сказать тебе, как это будет решено. Это будет решено приблизительно через 6-8 лет тем, что эти экраны уже сейчас которые делаются толщиной в 1 мм. Просто будет нажиматься кнопка и он будет снизу выезжать вертикально или он будет разворачиваться сверху. Эти панели, которыми мы сейчас пользуемся, они, безусловно, временное явление. Это будет ровно так решено и этот вопрос будет снят. Будет сверху опускаться, в рулон. Опустилось, показало, когда не надо – оно поднялось.

А. САМСОНОВА: Так и должно. Но насколько, все-таки, телевизоры 50-х годов красивее, чем эти плазменные панели! Это же целое произведение искусства.

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Не знаю… Не знаю… Ты знаешь, ты испытываешь к этому восхищение, для меня это немножко нафталин, потому, что это для меня обертонально, потому, что это не просто какой-то телевизор «Ленинград», а какая-то жизнь, которая была вокруг этого. А она была скучная и неинтересная .И была такая же плохая, как плохо работал какой-то очередной телевизор «Рекорд». Люди ностальгируют.

А. САМСОНОВА: И в магазинах появляются такие модельки!

М. ГАНАПОЛЬСКИЙ: Да. Но никто не знает, когда фирма «Тошиба» совершила знаменитую кинескопную революцию и выпустила этот современный стеклянный экран, до сих пор на их стенде работают экраны, которые выпущены почти 30 лет назад. Никто не знает, какой срок работы этого экрана. У него люминформ осыпается, есть такое, но он, собака, работает – и всё видно! Поэтому эта техника, она была, как советские машины – с отвёрткой, нужно было всё время что-то подправлять.

Поэтому я за современную технику, которую включил, и согласно закону о потребителях, 7 лет она работает или гарантийно ремонтируется. Спасибо большое. С Котовым и Самсоновой мы провели замечательную передачу, на мой взгляд, я, может быть, как-нибудь её повторю, приключение старой электроники. Спасибо, что вы были с нами. До встречи. А «Эхо Москвы» работает круглосуточно.

А. САМСОНОВА: Доброй ночи.

комментировать

Рекомендую

код для блога

Другие эфиры

31 декабря 2008, 00:07

Приключения электроники

Тема: Заключительные "Приключения электроники" - отвечаем на все вопросы

Ведущие:

Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист

24 декабря 2008, 00:07

Приключения электроники

Тема: Необычные свойства обычной техники. Телевизор, стиральная машина, холодильник, обогреватель - все теперь подключается к интернету. Нужно ли это покупать?

Ведущие:

Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист

17 декабря 2008, 00:07

Приключения электроники

Тема: Как купить тостер с первой попытки: секреты покупки и возврата техники

Ведущие:

Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист

10 декабря 2008, 00:07

Приключения электроники

Тема: Мои любимые холодильник, утюг, пылесос - продолжаем разговор о том, как завести себе незаменимого помощника

Ведущие:

Матвей Ганапольский обозреватель "Эхо Москвы", журналист