Эхо Труда

время выхода в эфир — суббота, 16:08

Тонкости устройства на работу: Поучительные истории, эксперты по различным вопросам...

Ведущие:: Ольга Журавлева ведущая "Эхо Москвы"

Обычная версия

эфир

22.04.2008 12:08

Эхо Труда : Это страшное слово «харассмент» - или чего не стерпишь ради работы?

Ведущие:: Яна Маргасова ведущая "Эхо Москвы"

Ольга Журавлева ведущая "Эхо Москвы"

Это страшное слово «харассмент» - или чего не стерпишь ради работы?

О. ЖУРАВЛЕВА: Добрый день еще раз, программа «Эхо Труда», действительно, как вы слышали. Сегодня у нас тема такая, как выяснилось, злободневная. Сначала нам казалось, что это так забавно все, поговорить о такой западной болезни.

Я. МАРГАСОВА: У нас и считают, в общем, забавной.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, харассмент – страшное слово, которое мы слышим, в основном, из сообщений агентств из-за границы, что очередную крупную сумму кто-то выиграл, кто-то кого-то в чем-то обвинил.

Я. МАРГАСОВА: Либо скандалы, либо победы оглушительные.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, либо кто-то кого-то обвинил, в результате не доказал своей правоты. На самом деле, проблема состоит в следующем, в том, что человек, находясь на работе, он все-таки от кого-то зависит, он зависит от вышестоящих людей. Поэтому когда его каким-то образом ущемляют, он очень часто это спускает просто для того, чтобы сохранить рабочее место, либо повышение, которое он рассчитывает получить, либо повышение зарплаты и т.д. Но в Америке уже, как выяснилось давно, заинтересовались этой проблемой, этим подчиненным положением.

Я. МАРГАСОВА: Ущемляют тоже каким образом, в основном, у нас харассмент расценивается как сексуальные домогательства.

О. ЖУРАВЛЕВА: На самом деле, все это гораздо более широко уже. И для того, чтобы все-таки понять, как это, откуда это все пошло, в основном, как мне кажется, все-таки из Америки, в первую очередь, мы попросили нашу коллегу в Америке, корреспондента Наргиз Асадову, рассказать нам все, как было.

Н. АСАДОВА: Проблема сексуальных домогательств в США имеет сравнительно короткую, но бурную историю. Поначалу благородство целей этой кампании не подвергалось сомнению, нужно было отучить руководителей организаций от традиционной сексуальной эксплуатации женщин. В 1964 году конгресс США принял законодательный акт о гражданских правах, которым установил незаконность дискриминации по расовому, религиозному, национальному и половому признаку. Но лишь 10 лет спустя в американском суде было впервые рассмотрено дело о сексуальных домогательствах. Это произошло в 1974 году в штате Калифорния, где ассистентка врача подала в суд на босса, из-за приставаний которого она была вынуждена оставить работу. Кстати, именно тогда появилось определение sexual harassment. В начале 90-х у жертв сексуальных домогательств появилась возможность отсуживать немалые деньги в качестве компенсации за моральный ущерб. С этого момента в Америке начался настоящий бум судебных разбирательств по обвинению в sexual харассменте. Первый политический скандал на почве сексуальных домогательств произошел в 92 году, когда десять бывших сотрудниц сенатора Роберта Пэквуда заявили газете «Вашингтон Пост», что на протяжении ряда лет они были объектами сексуальных домогательств сенатора. Комитет по этике Сената США провел расследование и рекомендовал лишить Пэквуда права заседать в высшем законодательном органе США. Сенатор был вынужден завершить свою политическую карьеру в 95 году и занялся консалтинговым бизнесом. С этого момента на борьбу с sexual харассментом бросилось все американское общество, все частные, государственные компании, университеты и даже школы обзавелись специальными брошюрами о сексуальных преследованиях на месте учебы и работы. Сегодня 97% компаний в США имеют письменные инструкции о всех аспектах сексуальных домогательств. Отдельные компании даже проводят регулярные тренинги на тему, как распознать сексуальное домогательство и защититься от него. Судя по этим инструкциям, фраза «Какая у тебя сегодня красивая кофточка», сказанная мужчиной в адрес коллеги по работе, рассматривается как sexual харассмент. Порой законопослушные американцы доходят до полного абсурда. Например, в 95 году весь мир был потрясен, когда директриса школы в городе Лексингтон отстранила 6-летнего мальчика от занятий с классом за то, что он поцеловал девочку в щеку. Если мы еще раз дознаемся, что ваш сын с кем-то целуется, кого-то прижимает, берет за руку или за что там еще можно взяться, мы его немедленно выставим из школы навсегда, заявила директриса озадаченным родителям. Только пожив в Америке, можно понять негодование американцев по поводу неудавшегося импичмента президента Билла Клинтона, которого в 97-м году обвинили в сексуальных отношениях со стажеркой Белого дома Моникой Левински. Рядовой американец вынужден четко соблюдать кодекс о sexual харассмент, нельзя флиртовать, нельзя делать комплименты, жаловался мне студент американского университета, а Клинтон за оральный секс со своей стажеркой не только не лишился поста президента США, но еще и семью сохранил. Многие американцы сами признают, что стали заложниками кодекса о sexual харассменте, но что делать, не начинать же протестное движение в поддержку сексуальных домогательств.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вот такая история, на самом деле, в частной беседе та же Наргиз сказала, что, действительно, она ощутила на себе нашу ментальность, она привезла туда и изумилась тому, что никто вообще не замечает, что она женщина.

Я. МАРГАСОВА: Обиделась практически.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, но, на самом деле, для нас это издали кажется забавным, но в каких-то ситуациях доходит до того, что, действительно, сказать женщине, что она прекрасно выглядит, что эта прическа ей к лицу и т.д., это на грани, потому что, на самом деле, в тех текстах, которые переведены и в русском Интернете доступны, как определяют сексуальные домогательства на работе в США, там очень тонкая грань. Неприятные или нежелательные для женщины действия и предложения. Т.е. тут догадаться, что желательно, что нежелательно, каждый в меру в своей испорченности. Нежелательные просьбы и требования сексуального характера, тут понятно, что, тебя о чем-то просят, ты этого не хочешь. Являются ярко или слабо выраженные ожидания, ожидания – докажи на суде, что он чего-то ожидал от тебя, вне зависимости от того, сопровождаются ли они подразумеваемым или открытым обещанием выгод или негативных последствий по службе. Словесные оскорбления или шутки, включая словесные шутки сексуального характера, неприятные женщине, т.е., может быть, они и были приятные, тогда все нормально. Высказывания о национальности или расовой принадлежности, фигуре или внешнем виде, тут вообще просто ничего не скажешь, потому что ты тут же побежишь…

Я. МАРГАСОВА: Я думаю, что прописано все подробно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Сальные анекдоты, пошлые высказывания, тут еще есть пункт – создание устрашающей, враждебной, невыносимой или оскорбительной рабочей обстановки путем неприятных, нежелательных для служащих разговоров.

Я. МАРГАСОВА: Я думаю, просто можно читать и выбирать, как ты оцениваешь, как тебе сейчас сделали комплимент или тебя хотели оскорбить.

О. ЖУРАВЛЕВА: На самом деле…

Я. МАРГАСОВА: И просто находишь нужный пунктик в памятке или в законе, понимаешь, что сейчас ты можешь им защититься. Интересно, что Наргиз рассказала про 74-й год и обращение медсестры, у нас в России первый иск о сексуальных домогательствах подала в 93 году, но тоже доктор одной из барнаульских больниц. В сексуальных притязаниях обвинялся главврач. В итоге, похотливый эскулап был осужден, но тут же попал под амнистию.

О. ЖУРАВЛЕВА: Понятно, кстати, вот почему, не знаю, с чем это связано, но, может быть, просто медицина все-таки дело такое, интимное, там есть круглосуточные дежурства, там есть работа бок о бок, просто буквально физически люди должны друг к другу близко подходить.

Я. МАРГАСОВА: Вместе работают очень тесно, доверяют друг другу.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вплоть до того, что медсестра должна вытирать пот у хирурга во время операции, т.е. это сближает, что называется, труд сближает. У нас, кстати, наши слушатели на сайте «Эха Москвы» написали три довольно пространных реплики. Первая как раз – Анна, врач из Москвы, опять все туда же.

Я. МАРГАСОВА: Интересно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Спасибо, что затронули эту тему, в нашей стране пока получается только так – либо ты увольняешься, либо терпишь. Вариант третий – бороться, нужны деньги, крепкие нервы и нечего терять. В итоге, диагноз кадровых агентств – неуживчивость и неготовность идти на компромиссы, не конструктивность, некоммуникабельность. Моя знакомая в связи с этим не может найти работу уже год, так что смотри варианты, увольняться либо терпеть. И просит нас Анна – пожалуйста, приведите примеры положительного исхода для работников в такой ситуации, хочется надежды и позитива. Пока положительный исход – то, что ты сейчас прочитала по поводу.

Я. МАРГАСОВА: Это единственный, да, потому что ведущие адвокаты наши российские говорят, что в России практически нет, во-первых, дел о сексуальных домогательствах на работе, во-вторых, практически недоказуемы эти дела. Возможно, поэтому люди и не стремятся как-то ворошить, а просто либо меняют работу, либо продолжают терпеть ради чего-то.

О. ЖУРАВЛЕВА: Ради чего-то. И мы хотели бы наших радиослушателей привлечь к нашей беседе и провести такое краткое голосование. Мы хотели бы узнать, приходилось ли вам терпеть просто оскорбления, оскорбительное поведение на работе ради того, чтобы сохранить эту работу, эту зарплату и добиться какого-то повышения? Приходилось ли вам терпеть оскорбления на работе, неважно, связанные с вашей внешностью, с вашим полом, возрастом и т.д., только ради того, чтобы сохранить эту работу? Если да, у вас были такие случаи, 660 01 13, если нет, 660 01 14. Да, мне приходилось терпеть оскорбления ради работы, нет, не приходилось, 660 01 14. Голосование началось. ЗАСТАВКА

О. ЖУРАВЛЕВА: И мы с нетерпением ждем ваших сообщений.

Я. МАРГАСОВА: Может быть, кто-то победил, действительно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Пока мы ждем, еще идет голосование, мы ждем ваших ответов на вопрос, приходилось ли вам терпеть домогательства или какие-то оскорбления на работе ради того, чтобы эту работу не потерять. Если приходилось, 660 01 13, если нет, 660 01 14. Мы, естественно, ждем ваших звонков и ваших смс-сообщений, может быть, был, действительно, какой-то положительный опыт, может быть, какого-то начальника удалось поставить на место.

Я. МАРГАСОВА: А, может быть, силой слова просто была возможность урегулировать эту ситуацию.

О. ЖУРАВЛЕВА: Тогда, может быть, да, до суда, естественно, и в Америке наверняка многое решается до суда, потому что бывают вполне адекватные люди, которые сначала считают, что, может быть, тебе понравятся его ухаживания, если ты ему отказываешь, он спокойно уходит, ничего после этого не случается, понимаешь? Он не начинает тебя обвинять, занижать тебе зарплату, загружать тебя лишней работой и т.д. Но, опять-таки, это такая тонкая материя, что у нас как раз в стране, насколько я понимаю, это находится в зачаточном состоянии, потому что у нас плохо очень с законом на эту тему, то, что ты говорила об адвокатах.

Я. МАРГАСОВА: У нас очень плохо с законом, да, у нас практически нет каких-то досудебных действий, т.е. невозможно написать заявление и начать какое-то расследование. Т.е. ты если обращаешься с этим вопросом, то сразу в суд, но в суде, Оля, я знаю, ты тоже подкована, какие статьи у нас, в основном?

О. ЖУРАВЛЕВА: У нас можно подтянуть некоторые статьи конституции или уголовного кодекса под эту ситуацию.

Я. МАРГАСОВА: Основная статья 133-я – это понуждение к действию сексуального характера, если удается доказать вину.

О. ЖУРАВЛЕВА: Что вас понуждали.

Я. МАРГАСОВА: Да, то предусмотрен штраф обидчику от 200 до 300 минимальных размеров оплаты труда либо исправительные работы на срок до 2 лет.

О. ЖУРАВЛЕВА: У нас существуют все-таки люди, которые пытаются каким-то образом внести эту культуру в массы, говорят, что нужно обращать внимание на такие вещи, как принудительный труд под угрозой, т.е. имеется в виду, что какие-то радости телесного плана, которые ты делаешь для начальника, это принудительный труд.

Я. МАРГАСОВА: Это тоже труд.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но, опять же, как вы докажете это в нашем суде – это большой вопрос. Плюс к этому истязания, оскорбления, клевета, это все может относиться и к рабочей обстановке, потому что истязания не в том смысле, что тебя держали в сарае, привязанной за ногу, но и, в том числе, что тебя щипали, например.

Я. МАРГАСОВА: Я слышала, что даже можно статью «похищение» под это дело.

О. ЖУРАВЛЕВА: Если, например, начальник запирает тебя в офисе.

Я. МАРГАСОВА: Боже мой, ужас какой.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вы остались вдвоем, скажем, в офисе, все разошлись. Он говорит – ну-ка, останься. Это похищение человека, это все уже не шуточки. Но, тем не менее, пока у нас случаев таких крайне мало. Мы хотели бы наших слушателей спросить, может быть, они нам расскажут, не знаю, положительную или не очень положительную историю из своей биографии. Случалось ли вам столкнуться с преследованиями, причем мы не говорим только о женщинах, наверняка у мужчин тоже бывают всякие приключения на работе.

Я. МАРГАСОВА: Еще какие.

О. ЖУРАВЛЕВА: Может быть, даже вышестоящие тоже дамы что-то к ним, а, может, и не дамы, кстати, такое бывает.

Я. МАРГАСОВА: Мужчины жаловались на такие же притеснения, они говорят, что женщины делают это более изощренно и тоньше.

О. ЖУРАВЛЕВА: Они сами не понимают, что от них хотят, наивные.

Я. МАРГАСОВА: Как раз они говорят, что женщины слишком хорошо понимают, что хотят, и слишком умело тактически действуют.

О. ЖУРАВЛЕВА: Он просто в беспамятство впадает в этот момент и не понимает вообще, что будет за этим.

Я. МАРГАСОВА: Потому что на вопрос независимого благотворительного центра помощи пережившим сексуальное насилие, как вы отнесетесь к предложению о сексуальных отношениях со стороны начальника или коллеги, 70% мужчин как раз ответили – мне будет лестно, лишь 20% женщин сказали, что они рассмотрели бы.

О. ЖУРАВЛЕВА: Сказали, что они могут рассмотреть это предложение, действительно, симпатичный начальник предлагает вам пойти в ресторан, между прочим, в Америке это уже повод для того, чтобы подать на него в суд.

Я. МАРГАСОВА: Хотя бы насторожиться.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, 363 36 59, ждем ваши истории, готовы выслушать ваш опыт. Алло, добрый день. Как-то не вышло, 363 36 59, алло, добрый день, слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬ: Алло, добрый день.

О. ЖУРАВЛЕВА: Здравствуйте, да. Как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬ: Андрей, город Тула, 29 лет мне. Хочу сказать, что я, буквально только начав свою трудовую деятельность, успел с этим столкнуться. Даже более забавно будет звучать, то, что я начал свою работу в органах внутренних дел.

Я. МАРГАСОВА: Мужчины в форме.

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: И моя более старший коллега, да, именно так и было, моя коллега более старшего возраста, я бы даже сказал, очень более старшего возраста, совершенно недвусмысленно и не стесняясь коллег, проявляла всяческие знаки внимания.

О. ЖУРАВЛЕВА: И что вы делали?

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Приходилось как-то избегать, не нарываясь на конфликтную некую ситуацию, чтобы избежать последствий.

О. ЖУРАВЛЕВА: Т.е. вы предполагали, что последствия будут, что вам по службе просто начнутся трудности?

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Здесь я хочу сказать, что я не находился в зависимом положении от коллеги, но, тем не менее, это было не совсем приятно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Но все-таки обидеть женщину боялись или боялись чего, что вас засмеют? Чего вы боялись в этой ситуации?

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Здесь не было того, что меня засмеют. Во-первых, мне было это самому не очень приятно, не нравится мне.

О. ЖУРАВЛЕВА: Понятно.

Я. МАРГАСОВА: В общем, смущает эта история.

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Не хочу этого на работе, это раз. А, во-вторых, я бы хотел выразить свое мнение вот по какому счету, в нашей стране с этим довольно проблематично, с моей точки зрения, вот почему, все зависит, во-первых, в сложности доказывания подобных случаев. Это связано непосредственно с менталитетом наших людей, которые попадают в подобные ситуации почему, я пришел в суд и сказал, пусть это не будет связано с какими-то сексуальными домогательствами, говорили об оскорблении.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да.

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Он меня назвал дураком, мягко скажем, по-всякому, в нынешней своей работе это случается сплошь и рядом, на моем месте работы. Я пришел в суд, сказал – вот он назвал меня дураком. Начальник пришел в суд, отвечает – не назвал я его дураком.

Я. МАРГАСОВА: Конечно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Все понятно.

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Я должен буду привлечь свидетелей, кто из моих коллег согласится?

Я. МАРГАСОВА: Это основная проблема.

СЛУШАТЕЛЬ АНДРЕЙ: Никто на это не пойдет. У нас менталитет такой.

О. ЖУРАВЛЕВА: Спасибо вам большое, Андрей. Спасибо.

Я. МАРГАСОВА: Истину сказал.

О. ЖУРАВЛЕВА: Абсолютно, да. Мы можем уже закончить голосование по поводу того, подвергались ли вы, терпели ли вы оскорбления на работе, да, действительно, печальная статистика, 76%.

Я. МАРГАСОВА: 76%?

О. ЖУРАВЛЕВА: И четыре десятых сказали, что да, им приходилось терпеть ради работы некие оскорбления на работе, только 23% сказали, что нет. Возможно, просто у них такой удачный опыт или, может быть, они, действительно, такие ценные специалисты, что они просто молча разворачиваются и уходят, а за ними с плачем все бегут. Это же, кстати, выход из положения.

Я. МАРГАСОВА: Знаешь, Оля, за рубежом не так давно появился особый вид страховки от сексуальных домогательств.

О. ЖУРАВЛЕВА: Какая прелесть.

Я. МАРГАСОВА: В данный момент страховка от харассмента популярнее страхования от стихийных бедствий. За прошлый год поступления составили, по этой статье, 200 млн. долларов, в страховые компании.

О. ЖУРАВЛЕВА: Это что получается, что если я подверглась домогательствам на работе, страшно расстроилась, пошла, наняла себе специалиста, который меня приведет в порядок, из этой страховки…

Я. МАРГАСОВА: Доказала, да.

О. ЖУРАВЛЕВА: Из этой страховки мне выплатят. А начальник, который домогался, спокойно будет гулять дальше?

Я. МАРГАСОВА: Неправда, ты еще выигрываешь в суде.

О. ЖУРАВЛЕВА: А, одно другому не вредит?

Я. МАРГАСОВА: Да, еще работодатель западный, зарубежный выплачивает свою компенсацию за то, что не уберег сотрудника, за то, что…

О. ЖУРАВЛЕВА: Создание невыносимых условий, да.

Я. МАРГАСОВА: …не создал ему, да, хороших условий труда.

О. ЖУРАВЛЕВА: Вот, кстати, то, что говорил Андрей из Тулы, очень важный момент, коллеги, которые видят, что кто-то из их, может быть, более молодых, может быть, более беззащитных коллег подвергается такого рода домогательствам, насилию и в каком-то смысле психологическому насилию тоже, бывает, что и физическое, они чаще всего устраняются. Я думаю, что этого делать не стоит. Если вы, на самом деле, являетесь свидетелем таких вещей, не надо говорить, что она сама первая начала, она пришла, так оделась вся.

Я. МАРГАСОВА: Как раз менталитет наш.

О. ЖУРАВЛЕВА: Профурсетка, поэтому сама, даже очень часто бывает и с изнасилованиями.

Я. МАРГАСОВА: Люди очень больше боятся осуждения как раз окружающих людей.

О. ЖУРАВЛЕВА: Да, просто бывает так, что даже в деле об изнасиловании, о физическом уроне и даже каких-то травмах страшных, говорят, а что она вечером ходила в короткой юбке.

Я. МАРГАСОВА: И мало того, доказывают, что сама виновата.

О. ЖУРАВЛЕВА: Сама виновата, да. Граждане дорогие, если 76% из вас терпели оскорбления, то вы, наверное, понимаете, каково это.

Я. МАРГАСОВА: Я уверена, что эти 76% и со стороны тоже наблюдали.

О. ЖУРАВЛЕВА: Может быть, да, естественно, да, но если вы понимаете, каково это, обратите внимание, что в США уже, конечно, довели, действительно, до абсурда это все. Я скажу, что в Европе сейчас тоже существует, очень активно развивается эта законодательная база по борьбе с сексуальными домогательствами на работе.

Я. МАРГАСОВА: В прошлом году они окончательно приняли этот закон, страшно им гордятся.

О. ЖУРАВЛЕВА: В Бельгии, в Израиле, кстати, тоже очень серьезно этим занимаются, очень серьезный тоже закон с массой подробностей очень сложных.

Я. МАРГАСОВА: И практикуют, работодатель практикует регулярно беседовать со своими сотрудниками на предмет как раз, все ли у них хорошо, никто ли их не притесняет, не домогается.

О. ЖУРАВЛЕВА: Если мы успеем, еще одну минуточку мы отведем на звонок, потому что хотелось бы услышать еще одну историю. Алло, добрый день, слушаем вас.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Алло, здравствуйте.

О. ЖУРАВЛЕВА: Здравствуйте, как вас зовут?

СЛУШАТЕЛЬНИЦА: Меня зовут Татьяна. Я, может быть, не очень лестно сейчас отзовусь, в частности, о женщинах, просто я работала в компании в одной, могу даже назвать, где это было.

Я. МАРГАСОВА: Не нужно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Если можно, покороче только.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАТЬЯНА: И там любая женщина, девушка сама домогалась начальника. К сожалению, он не реагировал на это. Любая, просто я была свидетелем, и «Паркер» дарили, и в очереди стояли, и в закоулках говорили, такое было, серьезно.

О. ЖУРАВЛЕВА: Это, кстати, тоже сексуальное домогательство.

Я. МАРГАСОВА: Получается, что начальник подвергся харассменту.

О. ЖУРАВЛЕВА: Спасибо большое.

СЛУШАТЕЛЬНИЦА ТАТЬЯНА: В принципе, да.

О. ЖУРАВЛЕВА: Об этом, кстати, не надо забывать, что начальник – тоже человек. И если его домогается подчиненный, то тут тоже необязательно, снизить зарплату он считает нечестным, например, хорошо человек работает, но домогается. У нас, к сожалению, подходит уже, так быстро время пронеслось.

Я. МАРГАСОВА: Очень быстро.

О. ЖУРАВЛЕВА: Подходит к концу наша программа. У нас есть победители, которые правильно ответили на вопрос, кто по образованию Моника Левински. Она даже магистерскую уже защитила по специальности «Социальная психология». Она, действительно, психолог. В таком качестве, я так понимаю, она общалась уже с Биллом Клинтоном, будучи молодым, подающим надежды психологом. Об этом знали Олег из Санкт-Петербурга, 911 913, Юрий, 927 228, они еще и подписку получают. А остальные – это Евгений, 921, Олег, 909, Сергей, 631, Николай, 905, Сергей, 916, Андрей, 909, единственная женщина – Ирина, 903, и Дмитрий, 915. Все эти люди победили, всем спасибо.

Я. МАРГАСОВА: Поздравляем.

О. ЖУРАВЛЕВА: Берегите себя и окружающих, счастливо.

комментировать

Рекомендую

код для блога

Контекст

Голосование

22 апреля 2008 | 12:18
Приходилось ли Вам терпеть оскорбления на работе ради того, чтобы сохранить место?
в сети:
- 55.2%
  да, приходилось
- 43.4%
  нет, не приходилось
- 1.4%
  затрудняюсь ответить
- голосов 203
- 8
- 0
- поделиться 0