Отдел кадров

Ведущие:: Ксения Ларина ведущая эфира

Обычная версия

эфир

03.04.2005 12:05

Отдел кадров : Блокбастер по-российски

Гости:: Егор Кончаловский кинорежиссер

Ведущие:: Ксения Ларина ведущая эфира

Блокбастер по-российски

М. АНТОНОВ: Гость сегодняшней программы кинорежиссер Егор Кончаловский, хотя я так говорю, кинорежиссер, он ведь и актер, потому что во всех своих фильмах появляется в небольших эпизодических ролях, так что режиссер и актер Егор Кончаловский.

К. ЛАРИНА: Здравствуйте, Егор Кончаловский. Я хочу для начала сделать заявление. Я очень люблю Егора Кончаловского, мне абсолютно все равно, о чем с ним разговаривать.

М. АНТОНОВ: Это откровение.

К. ЛАРИНА: Поэтому я очень рада, что Егор сегодня у нас в студии, потому что повод для встречи – премьера его фильма Побег, про который я уже много чего прочитала, и практически знаю, про что он, кто кого играет, кто кого любит, кто кого убил, даже знаю, кто убийца.

М. АНТОНОВ: Пастернака я не читал, но уже обсуждаю.

К. ЛАРИНА: Я пока фильма не видела, может, оно и к лучшему, потом посмотрим обязательно. Егор, еще раз здравствуйте.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Здравствуйте.

М. АНТОНОВ: Но решили мы все-таки тему взять не фильм "Побег", а взять отечественные боевики, блокбастеры, отечественное приключенческое кино, все-таки поговорить о боевиках в том числе, ведь раньше не было понятия боевик.

К. ЛАРИНА: А "Белое солнце пустыни"?

М. АНТОНОВ: Приключенческое кино, истерн.

РАСКАДРОВКА

К. ЛАРИНА: Ну что, Егор, согласны с тем, что рассказал Михаил? Я все-таки сомневаюсь, что у нас не было боевиков в советском кино.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я согласен, что у нас отсутствовали некоторые жанры полностью. Может быть, боевики какие-то были, я считаю, что "Пираты ХХ века" – это все-таки боевик, но в основном это были истерны – фильмы, посвященные революционной борьбе, как "Красные дьяволята" и т.д.

К. ЛАРИНА: "Неуловимые мстители" – это тоже ведь боевик?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Истерн.

К. ЛАРИНА: "Свой среди чужих"?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Истерн.

М. АНТОНОВ: Единственное кино, которое может попадать под разряд боевиков – это наверное-таки "Одиночное плавание", помните, Михаил Ножкин, Фатюшин в главных ролях?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да. Еще "Сыщик" был такой фильм.

М. АНТОНОВ: Это милицейский детектив уже как Анискин.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Суть в том, что жанры были недоразвиты, на мой взгляд, а какие-то вообще отсутствовали, например, эротическое кино или фильмы ужасов. Поэтому естественно с течением времени эти жанры пришли на российские экраны, и действительно я согласен, что сейчас идет процесс понимание того, как это делать. Бессмысленно смотреть на американские фильмы по 150 млн. долларов, потому что совершенно другая технология съемки. Я в частности пытался учиться на юго-восточных примерах, типа южно-корейских фильмах или фильмах Джона Ву.

К. ЛАРИНА: Важно понимать четкие критерии жанра, это необходимо для кинематографа?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я их не понимаю, и я всегда попадаю в легкое межжанрие, то есть для меня соблюдать точный критерий жанра боевик необязательно, наоборот, интересней какие-то смешения. Мне кажется, что картина "Побег" как раз является смешением с одной стороны фильма-действия, с другой стороны, драмы, я даже не знаю, чего там больше, во всяком случае, две сцены действия я убрал из фильма.

К. ЛАРИНА: Слушала ваше интервью с вашим автором литературного первоисточника Погодиным на радиостанции другой, и он как раз там очень четко определили разницу между боевиком и драмой для себя лично, что что-то с его героем что-то происходит, не в смысле физических телодвижений, а в смысле внутренней жизни. Что начинает жизнь в фильме одним человеком, а заканчивается другим, что-то в нем поменялось. Это действительно важно?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Для нас с Мироновым это была задача. Другой вопрос, что эти перемены в нем произошли в силу определенных действий, которые достаточно жесткими были и достаточно опасными приключениями. Но все равно мы постарались сделать развитие или путь души его, нежели путь тела, хотя тело тоже пострадало в процессе довольно здорово.

К. ЛАРИНА: Егор, а для вас кинематограф – это что, занятие режиссурой?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я пока еще учусь этим заниматься, у меня нет кинообразования, но я не хочу ограничить себя исключительно боевиками, и хотелось бы сделать картины в совершенно разных жанрах, я очень хочу сделать сказку, очень хочу сделать историческую картину, приключенческую, путешествия, про викингов. Я очень хочу сделать картину про доисторический Казахстан, есть такой роман. Мало того, у нас написан с одним моим товарищем, это продюсер Жан-Луи Пьель, он продюсировал "Ургу" Никиты Михалкова. Мы написали с ним очень хороший сценарий, на мой взгляд, нельзя так говорить, но мне кажется, что хороший сценарий по Булгакову.

К. ЛАРИНА: "Морфий"?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да.

К. ЛАРИНА: Я тоже это слышала, меня так удивил выбор. Мечта, если ты не знаешь, Миша, достаточно давняя Егора Кончаловского.

М. АНТОНОВ: Я знаю.

К. ЛАРИНА: И это все откладывается.

М. АНТОНОВ: Планов громадье. А все-таки сейчас вопрос в лоб, Егор, что будет следующим? Наверняка, боевик?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да, но он будет несколько иной, потому что он будет сниматься, скорее всего, в Румынии или Югославии.

К. ЛАРИНА: Про Дракулу?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Нет. И совершенно на другом материале с английскими актерами, и мне просто это интересно как новый опыт, или же это будет другой фильм, который пишет писатель Юрий Перов.

К. ЛАРИНА: "Прекрасная толстушка" – у него была хорошая вещь.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да. Вот он написал такой сценарий, который называется "Консервы".

К. ЛАРИНА: Это про что?

М. АНТОНОВ: Про консерваторию.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Про то, как из тюрьмы бегут 6 опасных преступников и берут с собой седьмого, чтобы съесть в пути.

К. ЛАРИНА: Я где-то это слышала. А съели?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я еще не снял.

М. АНТОНОВ: Жанры простые, он убегает – они догоняют, они убегают – он догоняет, вот и все, а там чего хотите – можете драму лепить, можете боевик, а можете приключенческое кино, мне так кажется. Вот Егор говорит про расплывчатость жанров, но ведь "Антикиллер" это чистой воды боевик, абсолютно, там тоже есть страдания главного героя.

К. ЛАРИНА: Я его воспринимаю как пародийный боевик.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Это очень черная сказка, но ведь заканчивается "Антикиллер" нетрадиционно для боевиков, есть большой шанс, что его убьют. Вообще, по идее жанр боевика, как я представляю себе, диктует полную определенность в конце: хороший сел на мотоцикл, посадил блондинку за спину и уехал в закатный горизонт.

К. ЛАРИНА: А злодей обязательно должен быть уничтожен.

М. АНТОНОВ: Причем извращенным способом.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Мало того, плохой полицейский, который мешал ему по пути, он успевает, перед тем, как сесть на мотоцикл, успевает дать ему пару раз по физиономии. А у нас конец открытый в "Антикиллере", неизвестно, что произойдет с героем. Слава богу, он остался жив.

М. АНТОНОВ: Это говорит о том, что вы себе оставили ход для продолжения.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Неправда, я мог его убить.

М. АНТОНОВ: Могли, но ведь не убили. Сейчас снимается 4-я часть "Крепкого орешка", там точно известно, Брюс Уиллис погибнет, спасаясь от ливанских террористов.

К. ЛАРИНА: Скажите, у нас есть уже в нашем кинематографе и в жанре боевиков свои собственные штампы? Потому что мы вспоминаем американские стрелялки, там понятно, еще политкорректность сделала свое дело, обязательно должен быть хороший негр задействован в фильме, потому что если есть плохой негр, не дай бог, то обязательно должен быть хороший.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Конечно, у нас есть свои условности, потому что тот материал, на котором мы работаем, он достаточно ограничен. По сути дела, пришли 90-е гг., пришел бандитский беспредел со своими проявлениями достаточно стереотипными, со своей одеждой, автомобилями, интересами, и т.д. И история этих хороших или плохих ребят очень небольшая, всего 10-12-15 лет, поэтому в общем-то наши нынешние фильмы, которые называются боевиками, в основном, рассказывают нам о братве и каких-то может быть не очень добрых, но все равно хороших милиционерах. И я считаю, в этом смысле "Антикиллер" был один из хрестоматийных фильмов. Больше снимать о братве в чистом виде мало интересно, потому что все уже вещи сказаны: за базар ответишь и все такое.

К. ЛАРИНА: У нас сейчас пауза на новости, потом продолжим разговор.

НОВОСТИ

М. АНТОНОВ: Мы разговариваем с Егором Кончаловским о боевиках и в частности о ленте "Побег".

К. ЛАРИНА: Да вообще обо всем мы разговариваем.

М. АНТОНОВ: И хотел бы я сейчас поговорить об актерах. Во второй части "Антикиллера" Егор Кончаловский взял и Алексея Серебрякова превратил в главного террориста, отрицательного героя, да еще и чеченца по национальности.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я этого не говорил, он террорист был, кстати, ни разу в фильме не произнесли слова чеченец.

К. ЛАРИНА: Он говорит там на языке?

М. АНТОНОВ: Он с акцентом там говорит.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Нет, без акцента, мало того, в этой группе был молдаванин, украинец, два русских, то есть, мы старались быть политкорректными.

М. АНТОНОВ: И вдруг ни с того ни с сего, хочется у режиссера узнать: Евгений Миронов герой главный фильма "Побег", до этого у него ролей приключенческих, ролей в боевиках не было вообще, я знаю, Евгений сам мечтал.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: История этого проекта таким образом складывалась, что Женя принес этот сценарий "Побег", очень сырой, его нельзя было запускать в производство, подключился Олег Погодин, который очень много поработал, и столько много, что уже это невозможно было снять. И потом уже пригласили меня.

К. ЛАРИНА: А чей сценарий был изначально?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Сергея Астахова и Дмитрия Котова. Он очень сильно изменился, а поэтому в результате в титрах стоят они как авторы сценария, а Погодин решил сделать повесть по этому расширенному сценарию. Я должен был в этот момент как раз делать "Морфий", но к сожалению, были какие-то трудности, связанные с изменением структур правительства, министерств и т.д.

К. ЛАРИНА: А вы нашли актера для "Морфия" на главную роль?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: У меня выбор небольшой есть.

К. ЛАРИНА: Скажите.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я не буду говорить, потому что я не знаю, когда он будет сниматься.

К. ЛАРИНА: Тогда тем более можно. Может, никогда. Скажите хоть, кто бы сыграл.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я думаю, что Чадов мог бы сыграть. Есть еще один актер, я забыл его имя, я видел его один раз, он играл у папы моего в "Чайке", здесь в Москве. Может быть. Большая работа еще впереди предстоит, потому что этот год я снимаю один фильм, в следующий год я подписан на другую совершенно картину, поэтому так далеко задумывать сложно. И поскольку денег я не получил на "Морфий", а стараюсь каждое лето снимать картину, то я согласился снимать фильм "Побег", и мы стали делать его с Мироновым.

М. АНТОНОВ: То есть, не было никогда кастинга?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я кастинги практически никогда не провожу.

М. АНТОНОВ: Глаз-алмаз?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Нет, дело не в этом, а в том, что я всегда вижу, уже, может быть, можно было даже лучше артиста найти, но поскольку я уже начинаю думать категорией определенного человека, мне потом очень не хочется отказываться от этой идеи. Таким образом, Серебряков снимался в "Антикиллере-2" и в "Побеге", и Вика Толстоганова, и Сережа Габриелян. Конечно, на "Антикиллере" кастинг был. Но в принципе главные люди, я стараюсь знать заранее, кого я буду снимать.

К. ЛАРИНА: Скажите, обязательно провокация должна быть заложена в кино, чтобы спровоцировать зрителя на реакцию, чтобы был не просто сюжет, а чтобы была некая провокативность?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Если фильм вдруг вообще никакую реакцию не вызывает...

К. ЛАРИНА: Я скажу, что имею в виду, эти пресловутые "Брат" и "Брат 2", замечательное кино, это все равно фильмы-провокации, что они сделали в свое время, и до сих пор не утихают страсти по этому поводу: можно или нельзя, это обязательное условие для того, чтобы создать удачный проект?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я не знаю, я не могу ответить.

К. ЛАРИНА: Вы же тоже думаете об этом, когда снимаете?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я думаю, что у каждого человека по-разному. Кто-то способен сделать какое-то заметное кино, исключительно используя некий вид провокации. А кому-то это не нужно. Я не знаю, Никита Михалков не особенно провоцировал в своих фильмах ранних, которые мы все любим и т.д. Поэтому, я думаю, что это зависит от человека.

М. АНТОНОВ: С другой стороны, провокация, здесь же в "Побеге" главный действующий герой врач, богатый, успешный, но врач. Профессия понятная всем. Я думаю, что провокация была бы, если главный герой был бы олигархом, и народ бы: "пусть побегает, деньги народные взял, пусть теперь бегает".

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Он был такой чуть-чуть олигарх от медицины. У нас есть успешные врачи, которые с частными клиниками, небедные люди, и герой Миронова – примерно такой человек, я думаю, все-таки.

К. ЛАРИНА: Положительный?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Безусловно, он не отрицательный. Но он мало приятный человек в начале фильма, эгоистичный и резкий, не считающийся ни с чем мнением человек. Он не преступник, но он человек мало приятный. И мы хотели сделать его как можно менее приятным в начале фильма. Потом он проходит через все свои испытания и постепенно, мне кажется, в совокупности с этим диалогом с его погибшей женой он все-таки меняется и приходит к другому понимаю того, что есть жизнь, как мне кажется. Получилось это или нет, я не знаю.

К. ЛАРИНА: А почему наше общество так болезненно реагирует на все эти кинематографические истории, связанные с темой братвы, бандитов и прочего, там же все равно во всех фильмах добро зло побеждает так или иначе, сегодня распространенная поговорка "бабло побеждает зло". Почему-то каждый раз, когда выходит очередное кино на эту тему, опять начинается взрыв человеческих эмоций: доколе, нас залили кровью, наши дети почему-то должны в этом утопать, а дети все равно идут и смотрят.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Мне кажется, что у нас индустрия, у нас появились новые слова: блокбастер, авторское кино или продюсерское кино или коммерческое кино, я считаю, что этого ничего нету. Потому что у нас делается столь немного картин, что просто создавать какие-то категории, на мой взгляд, рановато. Может быть, общество реагирует так остро, потому что фильмы-действия снимать легче, чем трагедии, и просто их много очень, их больше, чем экранизаций Шекспира или Чехова. И в совокупности, наверное, с тем, что мы видим на экранах телевизора, а именно, на каждом уважающем себя канале существует обязательно программа про криминал, его достаточно много.

К. ЛАРИНА: У нас сейчас все в рыданку пошли, у нас сейчас новый уклон. Каждый уважающий себя канал должен сделать программу, чтобы все рыдали, чтобы выжать как можно больше слез.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Или обязательно сделать сериал про прошлый век, где люди в костюмах новеньких ходят. У нас существует такая тенденция – сразу же копировать своего соседа. Этих фильмов просто много, их немного, но много относительно нашего кино, нашей индустрии, наша индустрия составляет 0,03 мировой киноиндустрии, поэтому нам рановато говорить о блокбастерах, об авторском кино, о коммерческом кино. Я, например, снимаю коммерческое кино, и "Централпартнершип", которое финансирует картину, абсолютно считает коммерческим фильмом.

К. ЛАРИНА: Коммерческий – значит зрительский?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Значит, что его цель – заработать деньги. Но снимал я его как хотел. И когда они увидели фильм, они не знали, что они увидят в результате, потому что мы меняли тексты как хотели, монтировали, как хотели, музыку писали, как хотели, все делали по подходу, условно говоря, авторского кино.

К. ЛАРИНА: То есть, продюсеры не вмешивались в творческий процесс?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Вообще. Было одно пожелание – убрать одно матерное слово, потому что одно матерное слово можно поменять на прокатное удостоверение, ну, это не проблема, убрать.

К. ЛАРИНА: А с точки зрения морали можно оценивать художественное произведение, нужно?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Например, мне нравятся фильмы "Брат" и "Брат-2", но с точки зрения морально-этической они мне не близки. Неплохо сделан сериал "Бригада", но с точки зрения морально-этической он мне не близок.

К. ЛАРИНА: Может быть, если бы он был вам близок, он был бы очень скучный.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Может быть.

К. ЛАРИНА: Мораль – вообще очень скучное понятие.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Может, был бы другим фильмом. Все-таки да, действительно, мы снимаем "Антикиллер", это очень жестокое кино, на то время он был вообще, мне говорили, как вам не стыдно показывать такие ужасы, руки рубят и т.д., он был реалистичным. Но все-таки морально-этическая сторона этого фильма мне кажется правильной, потому что все-таки в конце добро побеждает пресловутое зло. Я таким образом оцениваю.

М. АНТОНОВ: Хочется процитировать Бориса Акунина, который в одном произведении сказал, что нет борьбы добра со злом, просто зло большее борется со злом меньшим.

К. ЛАРИНА: Я тогда тебе процитирую в ответ на это Бармалея Ролана Быкова из "Айболита-66", "как это, у меня нет добра, вот у меня сколько добра", и начинает вытаскивать какие-то тряпки, посуду, оружие, смотрите, сколько у меня добра.

М. АНТОНОВ: Принимаем звонки, у нас времени мало осталось, будем разыгрывать призы.

К. ЛАРИНА: Посмотрю, что у нас понабежало. "Не даете бедному Игорю вставить даже слово", уважаемая Раиса, у нас даже Игоря никакого нет. "В одном из интервью вы упомянули о проектах "Охота на пиранью", "Повести Белкина", расскажите подробнее, что это такое".

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да, был такой проект, который к сожалению развалился в силу того, что его финансировать должен был Владимир Гусинский, который к тому времени уже собирался уезжать, и проект развалился. Мы его собирались снимать как раз на Валдае, я поехал, отобрал натуру туда, и вся натура, которую мы отобрали для "Охоты на пиранью", вошла в кинофильм "Побег".

К. ЛАРИНА: Ничего не пропало.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: И там должна была быть усредненная тайга, и здесь. И все места я снял.

К. ЛАРИНА: Здесь очень много вопросов, связанных, конечно, с кланом Михалковых и Кончаловских, это неизбежно. Каждый раз, как какой-нибудь член этого клана попадает в руки журналистов, тут же должен держать ответ за всех. "Правда ли, что ваш отец не принимает ваше кино и старается о нем не говорить", спрашивает Сергей.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я бы так сказал. Когда он посмотрел "Антикиллер 2", а буквально за очень небольшое время вышел фильм "Дом дураков", где он рассматривает эту проблему с точно противоположной стороны, то, конечно, фильм "Антикиллер 2" ему наверное не очень близок. "Побег" ему понравился гораздо больше. Но вопрос же не в этом, вопрос в том, что все равно я буду делать то, что я хочу, и нравится ему это или нет. Какие-то фильмы последние его мне больше нравятся, какие-то фильмы мне нравятся меньше, но это естественно, у каждого человека может быть свое мнение. Никита Сергеевич мне сказал - а вообще зачем снимать такое кино, на что я не нашелся, что ответить, потому что причины, зачем снимать такое кино быстро я выдумать ему не мог.

М. АНТОНОВ: Я хотел бы напомнить, кстати, что Андрон Кончаловский снимал и чистой воды боевик, это "Танго и Кэш", правда, он ушел, когда фильм начинал делаться. Снимал приключенческое "Поезд-беглец".

К. ЛАРИНА: Классно, это драма, это классное кино, умное.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: И конечно, "Одиссей" и "Любовники Марии" – там огромное количество разноплановых лент, но вот боевики тоже были.

К. ЛАРИНА: Ищет себя человек до сих пор.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Так что, далеко не все он принимает. Я сначала расстраивался. Про первую картину мне сказал, очень плохая картина.

К. ЛАРИНА: Это "Затворник"?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да. Про вторую картину сказал - знаешь, ты, конечно, кинематографистом стал, но художником – нет. Про следующую картину сказал – это очень вредное кино. И поэтому когда его приглашал на "Побег", я сказал, ну вот я снял еще одно очень вредное кино, если хочешь, приходи, посмотри. Он пришел, так, ничего.

М. АНТОНОВ: Помнишь, как герои "Покровских ворот" говорили: "Высокие, высокие отношения!"

К. ЛАРИНА: Итак, 203 19 22, принимаем очень быстро ваши вопросы, Егор отвечает.

НАТАША: Что-нибудь порекомендуете детское хорошее, на ваш взгляд, посмотреть?

К. ЛАРИНА: Замечательно! И ребенок растет.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: 3.5.

К. ЛАРИНА: А вашему?

НАТАША: 10.

К. ЛАРИНА: Сейчас вам Егор скажет, что смотреть, что не смотреть. Вообще, надо регулировать этот процесс?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Конечно. Безусловно. Потому что, например, я поставил дочке "Шрек 2", жестковатое кино для нее. Мне кажется, что я ничего оригинального не скажу. Надо смотреть "Золушку", наши старые русские мультфильмы замечательные, я сейчас пересмотрел с дочкой очень много старых советских добрых мультфильмов. Может быть, будет иметь смысл посмотреть фильм, который скоро выйдет, "Щелкунчик", который я сейчас заканчиваю, анимационный мультфильм полнометражный.

К. ЛАРИНА: Опять "Щелкунчик"?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Типа "Шрека".

М. АНТОНОВ: Щелкунчик типа Шрека?!

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Имею в виду технологически будет сделан как "Шрек". Полнометражный фильм, но там музыка не Чайковского.

К. ЛАРИНА: Когда появится?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Не знаю, но достаточно скоро, потому что фильм снят, осталось 5 музыкальных номеров.

М. АНТОНОВ: Что же на Гофмана-то все.

К. ЛАРИНА: Вот такая вещь, будет жить вечно.

ТАМАРА: Мне хотелось узнать, никуда от родителей не денешься, кто в человеческом плане больше повлиял на Егора?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Мама или папа? Да, очень трудно ответить, пропорцию просчитать, потому что в чем-то на меня папа очень сильно повлиял, в чем-то мама повлияла очень сильно, а в чем-то – Никита Михалков, потому что я с ним прожил в одном доме, когда уже отец уехал, довольно долго, несколько лет мы жили вместе, и он на меня оказал влияние. И безусловно, бабушка, Наталья Петровна Кончаловская, в чьем доме мы жили, и все детство до 21 года я провел с ней.

К. ЛАРИНА: "Шишкин лес" вы прочитали?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Нет.

К. ЛАРИНА: Про вашу семью. Прочтите, вообще, кино надо делать, хорошая вещь.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: У нас никто его не прочитал.

К. ЛАРИНА: Ну и зря, очень обаятельная вещь, там ничего нету уничижающего вашу замечательную семью.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Я даже забыл про эту книжку.

К. ЛАРИНА: И там хороший сценарный вариант.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Хорошо, я прочитаю с удовольствием.

К. ЛАРИНА: Алло, здравствуйте.

АЛЕКСЕЙ: Хотелось бы узнаеть, конкурирует он со своим двоюродным братом Степаном Михалковым на художественном поприще?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: В свое время у Степана, не знаю, осталась ли эта структура или нет, с Федей Бондарчуком была студия "Арт-Пикчерз", которая занималась в основном клипами, а у нас с моим партнером Андреем Разенковым появилась студия, которая занималась в основном рекламными роликами, поэтому мы как-то так разделились. Но сейчас по-моему Степан не занимается творческими вещами, то есть он где-то пишет себя как продюсер, участвует в фильмах, мероприятиях типа наверное "Девятая рота", которую сейчас Федя заканчивает снимать или монтирует, они занимаются ресторанным бизнесом, и довольно успешно, очень успешно.

К. ЛАРИНА: А вам вообще это интересно?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Ресторанный бизнес?

К. ЛАРИНА: Бизнес вообще?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: У меня был ресторан, но просто я бизнесмен не очень хороший, с одной стороны, а с другой стороны совмещать полновесный рабочий день на рекламной студии, а потом приезжать и считать котлеты – довольно трудно. Поэтому я этот ресторан продал.

К. ЛАРИНА: Степану Михалкову?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Нет.

М. АНТОНОВ: Рекламы в вашей жизни больше не будет? Хотя я понимаю, что никогда не говори никогда.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Во-первых, рекламу я немножечко разучился снимать, потому что приходят новые люди, очень быстро смена идет поколений. Во-вторых, студия наша так и осталась, только теперь мы приглашаем любых режиссеров, которые хотят снимать, или если просят клиенты, тот же самый Филипп Янковский, Рома Прыгунов. Реклама есть, существует, это и есть бизнес, собственно говоря, а сами мы делаем, что хотим.

К. ЛАРИНА: Последний звонок, здравствуйте.

ГАЛИНА: Я из Ленинграда. Раз мы сами условились говорить обо всем, и о морали в том числе. Разве мораль, как вы говорите, скучнейшая вещь, которая, допустим, в финале басни Крылова, сама история, разве скучна? Пусть мораль скучна, а история-то не скучна. Я не призываю делать фильмы про сталеваров, кочегаров и т.д. Может быть, вы мне скажете, фильм не про меня, а про то, что мне интересно. Я сама не могу снять такой фильм.

К. ЛАРИНА: А что вам интересно?

ГАЛИНА: Мне интересно, вот пришло время киллеров, бандитского времени, и огромное количество фильмов, и Евгений Миронов не снимался в таких фильмах, захотелось ему посмотреть, как он богом данным талантом распорядится в этом сценарии.

К. ЛАРИНА: Мы уже с вами уходим.

ГАЛИНА: Я хотела бы знать, может быть, вы знаете этот фильм, который интересен нам, мы же тоже живем в этом времени, мы не киллеры, мы не бандиты.

К. ЛАРИНА: Я и хотела добиться, что вам интересно?

ГАЛИНА: Жизнь человеческого духа.

К. ЛАРИНА: Прекрасный ответ. Галина, оставляйте свой телефон, мы все равно всучим "Антикиллер", несмотря ни на что. Что можно сказать по этому поводу?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да, в "Побеге" есть какая-то жестокость определенная в силу драматургии этой вещи, но как раз этот фильм и есть о жизни человеческого духа, ведь он никого не убил, не отомстил людям, которые убили его жену, он просто бежал всю дорогу, чтобы взять ребенка из детского дома.

М. АНТОНОВ: Егор, но ведь это сказка.

К. ЛАРИНА: Ну и что, "Москва слезам не верит" – тоже сказка.

М. АНТОНОВ: Но видите, человек хочет посмотреть о себе.

К. ЛАРИНА: Не о себе, жизнь человеческого духа. Я понимаю, что она имеет в виду, я тоже голосую за это кино, я его и смотрю, поскольку оно есть из того, что уже было давно, из того, что есть сейчас. Сейчас, слава богу, выходит столько фильмов, не будем говорить о присутствующих, но есть и замечательный Дмитрий Месхиев, и Валерий Тодоровский, последний фильм "Мой сводный брат Франкенштейн", "Свои" Месхиева, "Возвращение" Андрея Звягинцева. Слава богу, как минимум два поколения уже в кино работают постсоветские, да, Егор?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Да.

К. ЛАРИНА: Сейчас к нам в следующем часе придет гость кинодраматург Эдуард Володарский, вот вам жизнь человеческого духа, что ни сценарий, то просто фантастика, он действительно умеет совмещать и зрелищность и какие-то вещи, которые нужны нашей слушательнице Галине.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: А мы с Володарским готовили сценарий.

К. ЛАРИНА: Серьезно? Какой?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: "Русь окаянная".

К. ЛАРИНА: Может быть, сейчас вернуться к этому?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Нет. Этот поезд ушел. Он написал сценарий, продюсеры ему заплатили, но продюсеры пропали.

К. ЛАРИНА: Вам хотелось бы с такого уровня сценаристом поработать?

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Безусловно, но сценарий был мегажестокий про людей, которые взяли правосудие в свои руки и стали сами вершить правосудие на улицах своего родного города.

К. ЛАРИНА: Прекрасно, с этого мы и начнем наш следующий час, когда к нам придет в гости Эдуард Володарский.

М. АНТОНОВ: Спасибо, всегда рады с вами встретиться и поговорить.

Е. КОНЧАЛОВСКИЙ: Спасибо.