Отдел кадров

Ведущие:: Ксения Ларина ведущая эфира

Обычная версия

эфир

26.12.2004 12:15

Отдел кадров : Были и сказки для детей

Гости:: Наталья Седых актриса, балерина

Владимир Шаинский композитор

Ведущие:: Ксения Ларина ведущая эфира

Михаил Антонов журналист

Были и сказки для детей

М.АНТОНОВ – С величайшим восторгом представляю сегодняшних гостей: Наталья Евгеньевна Седых, профессиональная балерина и актриса, исполнительница главной роли в любимейшей ленте всех времен и народов «Морозко». Владимир Яковлевич Шаинский, композитор, чью музыку знают люди вот уже четырех поколений. Здравствуйте, уважаемые гости!

Н.СЕДЫХ – Здравствуйте, добрый день!

К.ЛАРИНА – Владимир Яковлевич, Вас не слышно! Скажите «здравствуйте»!

В.ШАИНСКИЙ – Здравствуйте, дорогие друзья!

К.ЛАРИНА - Вот! Дед Мороз к нам пришел, да! Владимира Яковлевича еще можно назвать Владимиром Яковлевичем, а вот Наталью Седых мне Натальей Евгеньевной называть как-то…

Н.СЕДЫХ – Вы знаете, если честно, я не привыкла, можно без отчества?

К.ЛАРИНА - Можно, будет «Наташа», да?

Н.СЕДЫХ – Да.

К.ЛАРИНА – Какая Наташа, конечно, послушайте, какой голос замечательный! Это вечная Наташа и вечная Настенька, да?

В.ШАИНСКИЙ - Молодец, я тоже так понял.

К.ЛАРИНА - Правда же? Конечно. Ну что, давай мы тему заявим крупную.

М.АНТОНОВ - Ну, тема у нас крупная – это перед новым годом, естественно, мы говорим о детских фильмах, о детских мультфильмах, но подтема над темой… под темой, на самом деле… она звучит следующим образом: «Дед Мороз против Санта-Клауса». И вот какие мысли…

К.ЛАРИНА - Навеяло.

М.АНТОНОВ - Навеяла данная тема мне – неделю целую писал то, что вы сейчас услышите. Итак, некоторые мои мысли по поводу того…

К.ЛАРИНА - Мои мысли… мои скакуны.

М.АНТОНОВ – Да.

К.ЛАРИНА - Знаешь, как был такой фильм – «Большая жизнь», по-моему, называлось… Помните, там Борис Андреев слушал по радио выступление Алексея Баталова, шахтера, который рассказывал про свой метод. Перед тем, как передать слово Мише Антонову, но уже в виде, как бы, эссе, я бы хотела спросить у наших гостей. Наташ, а Вы за кого? За Деда Мороза или за Санта-Клауса?

Н.СЕДЫХ - А вы знаете, я, конечно, приветствую Деда Мороза, но против Санта-Клауса, честно говоря…

К.ЛАРИНА - Ничего не имеете?

Н.СЕДЫХ - …ничего не имею против. Пусть будет.

К.ЛАРИНА - А Вы, Владимир Яковлевич?

В.ШАИНСКИЙ - А мне абсолютно все равно. Я даже не стал…

К.ЛАРИНА - Вы за Снегурочку, я знаю! Как настоящий мужчина!

В.ШАИНСКИЙ - Пожалуй, да.

К.ЛАРИНА - Ну, послушаем теперь Михаила Антонова.

М.АНТОНОВ - При упоминании Деда Мороза в отечественном кино сразу вспоминается детское кино. Как-то так исторически сложилось, что этот новогодний персонаж с подарками за плечами прижился только в наших сказках, да и то нельзя сказать, чтобы образ Деда Мороза использовали довольно часто. По сути, единственным фильмом, где Дед Мороз был полноправным персонажем, остается «Морозко». Причем, у меня до сих пор большие сомнения, что Дед Мороз и Морозко – это одно и то же. Если вспоминать дальше, то память начнет давать сбои. Происходит это примерно так – сидит человек и думает: «Так, кто у нас еще Дедом Морозом был? Золотухин. Да, его герой Киврин наряжался в костюм Деда Мороза в фильме «Чародеи». Еще Табаков в картине «Сирота Казанская». Еще… еще… а можно, я лучше про мультфильмы?» С нашей мультипликацией Деду Морозу повезло намного больше, чем с кино. «Новогодняя сказка», «Дед Мороз и лето», «Зимние приключения» и так далее. Вот такой вот загадочный персонаж: с одной стороны, дети принимают его появление на ура, с другой – снимать про него фильмы как-то не получается. И нет ничего удивительного, что свободное место Деда Мороза в кино занял заморский гость – Санта-Клаус. Еще 10 лет назад о нем в нашей стране мало кто знал, а теперь спроси практически любого, он тебе ответит: «Санта-Клаус живет на Северном полюсе, помогают ему собирать подарки эльфы, у Санта-Клауса есть Миссис Клаус, еще у него есть упряжка с оленями, главного оленя зовут Рудольф, у Рудольфа красный нос – это для того, чтобы освещать дорогу, когда Санта-Клаус едет на санях. А еще этот старик очень любит пробираться в дом через камин». Вот сколько информации! Спасибо Голливуду, без которого мы бы ничего этого не знали. Единственное утешение, что, несмотря на большое количество Санта-Клауса на экранах, наши граждане все равно предпочитают заказывать, в смысле, приглашать на дом, старого доброго, проверенного временем Деда Мороза. А вот, что нам рассказал глава одного из актерских агентств Олег Соколовский:

О.СОКОЛОВСКИЙ – Конкретно к нам обращений по Санта-Клаусу вообще не было – это другая специфика. Во-первых, это католики – Санта-Клаус – и, ну, это все-таки какое-то американизированное, пришло к нам с Запада, и люди больше предпочитают старого доброго Деда Мороза. В том году мы предлагали тоже услугу Санта-Клауса, но люди, которые именно готовы платить хорошие деньги за хорошие программы, они, наоборот, - это патриотические люди, которые говорят: «Только нам не надо вашего Санта-Клауса, нам нужен настоящий, русский, хороший Дед Мороз». Мы ее не отменили, если люди обратятся к нам по поводу Санта-Клауса, мы можем предоставить и Санта-Клауса – это не проблема. Но вот на данный момент пока обращений как таковых-то и не было. Я не вижу отличий в этом, для меня это – что Дед Мороз, что Санта-Клаус – это добрый дедушка, волшебник, который несет с собой радость детям, и окружающий всех людей и приводит к нам новый год, в наш дом…

М.АНТОНОВ - Теперь о кино. В том же США Рождество и новый год – это время, для которого создаются новогодние фильмы. Каждый новый год появляется примерно 10 оригинальных лент про приключения Санта-Клауса. Я умолчу про то, что половина этих фильмов просто копирует друг друга – главное, что американцы берут количеством. «Санта-Клаус», «Санта-Клаус из Беверли-Хиллз», «Санта под Рождество», «Спасти Санту», «Мистер Клаус едет к нам» - это лишь небольшой перечень того, что выпустил Голливуд за последние два года. Главные потребители таких фильмов – дети. И нет ничего удивительного в том, что наш родной Дед Мороз стремительно теряет свои позиции, отдавая все новые территории Санта-Клаусу. Дошло до того, что на помощь Дедушке пришли власти Москвы, которые решили немного ограничить распространение харизмы Санта-Клауса на нашей территории. Правда, это касается всего чего угодно, но только не кино. С кинематографом, увы, дела не столь безоблачны, как хотелось бы: фильмы про Деда Мороза все равно никто не снимает. И под музыку «Jingle Bells» по экранам шагает именно розовощекий старик с широким поясом на пузе, а не дедушка в тулупе, с посохом и Снегурочкой. Так что этот новый год кинозрители проведут с американским фильмом «Пережить Рождество» и с лентой «Плохой Санта». Отечественный кинопрокат предложить взамен не может ничего.

К.ЛАРИНА - Ну, чтоб картина не была столь грустной, давайте скажем, что в эти минуты, пока мы с вами сейчас заседаем в прямом эфире, на Тверской, в центре Москвы как раз происходит та самая знаменательная встреча с нашим родным, таким басовитым, большим и обаятельным Дедом Морозом, который прибыл-таки из Великого Устюга сюда, в Москву, и сейчас встречается с руководством города и, надеюсь, что и с детьми тоже, которые сейчас находятся на этой встрече. Я предлагаю впасть в детство – буквально на несколько минут – и вспомнить, собственно говоря, свои ощущения детские. Наташ, Вы верили в Деда Мороза?

Н.СЕДЫХ - Конечно. Конечно, у меня папа одевался Дедом Морозом, даже мама одевалась Дедом Морозом, я с восторгом принимала подарки – это было довольно долго.

К.ЛАРИНА - И представляли себе, что именно Дед Мороз Вам подарки вручает?

Н.СЕДЫХ - Да, да.

К.ЛАРИНА - Никакого подвоха не чувствовали?

Н.СЕДЫХ - Нет.

К.ЛАРИНА - А когда прекратили верить?

Н.СЕДЫХ - Трудно сказать…

М.АНТОНОВ - А кто сказал, что прекратила?

К.ЛАРИНА - Да! То есть, все таки, обманываться стоит детям, на Ваш взгляд?

Н.СЕДЫХ – Да. Ну, был какой-то переходный момент, когда я уже понимала, что это не Дед Мороз, но я виду не подавала.

К.ЛАРИНА - А Снегурочкой были где-нибудь?

Н.СЕДЫХ - Нет.

К.ЛАРИНА - Нет? Не приглашали Вас в качестве Снегурочки?

Н.СЕДЫХ - Нет.

К.ЛАРИНА - Нет? Так, Владимир Яковлевич, а Вы верили в Деда Мороза, когда были маленьким мальчиком?

В.ШАИНСКИЙ - Не-а.

К.ЛАРИНА - Нет?

В.ШАИНСКИЙ - Потому что когда я был в возрасте верящих еще, тогда ни елок, ни Дедов Морозов не было, и только где-то мне было лет 7 или 8 даже, когда впервые стали елки делать у нас в Киеве.

К.ЛАРИНА - Да, кстати, они же были запрещены…

В.ШАИНСКИЙ - Да!

К.ЛАРИНА - …долгое время…

В.ШАИНСКИЙ - Все было запрещено.

К.ЛАРИНА - Как буржуазный пережиток.

В.ШАИНСКИЙ - Как пережиток. Вот. Конечно, наша юная балерина – та, конечно, вовсю это испытала. Но я считаю, что это было здорово: раз дело кончалось подарками, значит, хорошо было. Я бы тоже не отказался. Ну, не было, ну, что я могу… Но все равно, я удивляюсь, почему Дед Мороз сдает свои позиции – я верю, что это действительно так, что он сдает – но это мы сами виноваты, потому что… я лично, если бы меня спросили, я бы сказал: «Конечно, Дед лучше, чем какой-то там Санта». Почему? Потому что там еще есть Снегурочка, а вот правильно отметили, что я, как, все-таки мужчина… а Санта…

К.ЛАРИНА - Предпочитаете Снегурочку, да…

В.ШАИНСКИЙ - Да, мне бы Снегурочку.

М.АНТОНОВ - Хорошо, я заострю вопрос. Владимир Яковлевич, в Вашем творчестве есть новогодние песни? Про Деда Мороза, про Снегурочку? Если мы сами в этом виноваты, давайте начнем со старшего поколения.

В.ШАИНСКИЙ - Я скажу так: у нас часто валят все на композитора, например: «Почему плохой урожай зерновых? Кто виноват? Композитор виноват!» Вот Ваше утверждение…

К.ЛАРИНА - А почему плохая армия? Нету новых отрядных песен! Да?

В.ШАИНСКИЙ – Да. Да.

К.ЛАРИНА - Военных.

В.ШАИНСКИЙ – Да.

М.АНТОНОВ - Нет, у меня не утверждение, я просто спросил…

В.ШАИНСКИЙ - А, это вопрос!

М.АНТОНОВ - Это вопрос был!

В.ШАИНСКИЙ - Значит, вопрос. Вот. Но я считаю, что в этом вопросе чувствуется какая-то все-таки хоть скрытая, но убежденность все-таки...

М.АНТОНОВ - Да я вообще людей всех люблю…

В.ШАИНСКИЙ - Что композиторы во всем … раз говорит: «А что же вы не сделали?» А что толку, что я сделаю – будут у меня на столе лежать ноты. А сейчас без денег ничего нельзя. Вот, у Чехова – это мой любимый писатель, как, я надеюсь, у все у нас – в его календаре событий… Значит… я не знаю, какой-то его, когда, значит, в «Осколках» работал. Значит… он… пародия была на Жюль Верна, «На воздушном шаре вокруг света», значит. Он говорит: «Шар надуваем воздухом» – это якобы перевод с английского или с какого… с французского. Вот, перевод. «Воздух, - примечание переводчика, - это то, что, как утверждают иностранцы, без чего жить невозможно. Чепуха, - переводчик говорит, - без денег только жить невозможно». Насколько мудрое высказывание было переводчика – правильно ведь? Вот поэтому надо помнить об этом, это очень такое реалистическое высказывание. Вот когда у нас будет достаточно того, без чего жить невозможно, по мнению этого переводчика, тогда будет – я сам берусь написать. Я могу для начала написать абсолютно бесплатно, но это никуда же не пойдет – что толку, что я напишу. Давайте деньги! Я не говорю, что «Эхо» должно давать. «Эхо» может только чего-то такое…

М.АНТОНОВ - «Эхо» может эфир предоставить, если…

В.ШАИНСКИЙ - Да, это…

К.ЛАРИНА - Грамотно потратить деньги!

В.ШАИНСКИЙ - Да, это ревибрация. Что такое «Эхо»? Это типа ревибрации что-то, как говорят обладатели, да, обладатели компьютеров, к числу которых я отношусь, естественно.

К.ЛАРИНА - Хорошую тему заявили, интересную. Наташ, можно без денег жить или нельзя прожить без денег?

Н.СЕДЫХ - Нельзя жить без денег, нельзя.

К.ЛАРИНА - Вот так вот: взрослые проблемы для маленьких детей.

М.АНТОНОВ - Да, а говорим о сказках, заметьте!

К.ЛАРИНА - А Шаинский прокололся, когда рассуждал еще про Деда Мороза – что «если дело кончается подарками, то я за Деда Мороза»!

Н.СЕДЫХ - Детям можно жить без денег, если деньги есть у родителей.

К.ЛАРИНА - У родителей, да, тогда и подарки появятся. Мы должны сейчас…

В.ШАИНСКИЙ - Ничего, я жил без денег какое-то время…

К.ЛАРИНА - …сейчас мы сделаем перерыв на новости.

М.АНТОНОВ - Напомню, что у нас сегодня Владимир Шаинский и Наталья Седых в гостях, мы вернемся после новостей.

НОВОСТИ

К.ЛАРИНА - Я бы перешла уже от конкретных персонажей – про Деда Мороза и про Санта-Клауса – к сказкам, и, действительно, вот я хотела у Наташи спросить: Наташа, отвлекитесь от мобильного телефона… как…

Н.СЕДЫХ - Я пытаюсь его отключить…

К.ЛАРИНА - Да пусть звенит! Он нам не мешает! Он нам не мешает, пусть звенит! Тем более, это же не просто чего-нибудь… а красивая музыка!

Н.СЕДЫХ - Почему он не отключается?

М.АНТОНОВ - Давайте я отключу, а…

К.ЛАРИНА - Или вынеси… Миша, может, вынесешь к референту?

М.АНТОНОВ - Я его просто отключу и все.

В.ШАИНСКИЙ - А у меня в пальто остался…

К.ЛАРИНА - В чем… в чем секрет вот такого вот долгожительства Вашего фильма, «Морозко»? Ведь, действительно, как вот говорят про поколения, которые воспитывались на песнях Шаинского, так и поколения, которые воспитывались на фильме «Морозко», да еще и на многих других сказках, которые были сняты в советские времена. Ну, понятно, что больше ничего лучшего как-то не получилось снять – никакая, там, «Красная Шапочка», при всем уважении к ней, и даже «Приключения Буратино» не сравнятся по популярности…

В.ШАИНСКИЙ - С «Морозко».

К.ЛАРИНА - …с «Морозко».

В.ШАИНСКИЙ - Это уж как пить дать.

К.ЛАРИНА - Вот почему, Наташ?

Н.СЕДЫХ - Ну, наверное, секрет все-таки в… в режиссере, Александре Артуровиче Роу.

К.ЛАРИНА - Классик, да?

Н.СЕДЫХ - Классик, и, конечно, большой мастер и гениальный человек.

К.ЛАРИНА - У нас два было: Птушко да Роу, вот и все.

Н.СЕДЫХ - Птушко и Роу, да, вот их не стало – и нет таких сказок.

К.ЛАРИНА - Вот на чем, почему… они так… настолько…

Н.СЕДЫХ - В этом фильме, видимо, сошлись звезды, что там было все удачно. Все удачно получилось. Ну, это просто звезды сошлись.

К.ЛАРИНА - Ну, это еще умение снимать именно для детей, не сюсюкая с ними…

Н.СЕДЫХ - Конечно.

К.ЛАРИНА - Потому что там есть поразительные актерские работы – я не говорю уже о присутствующих, конечно – но и ту же, там, Инну Чурикову вспомнить и… Хвыля, по-моему, играл Морозко?

Н.СЕДЫХ - Хвыля Дед Мороз, да.

К.ЛАРИНА - Потрясающий совершенно.

Н.СЕДЫХ - Потом, Александр Артурович – он сам был как большой ребенок.

В.ШАИНСКИЙ - Это Роу.

Н.СЕДЫХ - При всей своей мудрости… Роу, да. …мудрости, гениальности он был абсолютно наивен. Вот просто большой ребенок.

М.АНТОНОВ - Я от себя добавлю, что… вот, мы говорим о фильме «Морозко», между тем как у нас каждый новый год показывают незабвенную «Иронию судьбы»…

К.ЛАРИНА - Взрослым повезло больше, да!

М.АНТОНОВ - Так вот в Чехии каждый новый год показывают ленту «Морозко» – у них это…

К.ЛАРИНА - Серьезно? Вы знали об этом, Наташа?

Н.СЕДЫХ - Да, я знаю, я там была два раза, я это знала.

М.АНТОНОВ - У них это традиция. И между тем, «Морозко»-фильм популярен только в Европе, в Америке его не приняли.

Н.СЕДЫХ - Ну, говорят. Вы знаете, я была на презентации там, в Голливуде…

В.ШАИНСКИЙ – Вот. Она сразу протестует.

Н.СЕДЫХ - Потом, я вам должна сказать, что та фирма, которая купила «Морозко» на 30 лет – через год ее президент приезжал, покупал «Огонь, вода, медные трубы» и еще достаточно много сказок. Они бы не стали вкладывать деньги – американцы – в то, что не имеет успеха, согласитесь.

К.ЛАРИНА - Владимир Яковлевич, а Вы наверняка смотрели тоже «Морозко» не один раз?

В.ШАИНСКИЙ - Я должен честно признать…

К.ЛАРИНА - Сейчас скажет: «Не смотрел ни разу».

В.ШАИНСКИЙ - …что… ну, к стыду своему, колоссальному, ни разу не смотрел, и… но я не сомневаюсь, что успех такой небывалый прежде всего – вот вы говорите, там, Роу Александр, Птушко…

Н.СЕДЫХ - Хвыля, Милляр…

К.ЛАРИНА - Милляр…

В.ШАИНСКИЙ – Да. Да.

Н.СЕДЫХ - Чурикова…

В.ШАИНСКИЙ - Инна Чурикова там успела сняться?

Н.СЕДЫХ – Да.

М.АНТОНОВ - Марфушенька душенька, а как же!

В.ШАИНСКИЙ – Да. Но. Прежде всего, я бы сказал: вот кому – нашей Наташе обязан фильм успехом своим, я в этом не сомневаюсь. Я фильм не смотрел, но мне ясно заранее! Вот. Только Наташе.

К.ЛАРИНА - Ну, тогда надо назвать Владимира Изотова, Вашего партнера, который сыграл Иванушку.

Н.СЕДЫХ - Эдуард Изотов… Эдуард Изотов…

К.ЛАРИНА - Эдуард! Простите, ради Бога!

В.ШАИНСКИЙ - А он тоже танцевал, да?

К.ЛАРИНА - Такой красавец! Такая пара была замечательная, они так друг другу подходили!

В.ШАИНСКИЙ - А чем не красавица – наша Наташенька!

К.ЛАРИНА - Такая была пара красивая – ну, я помню их, кстати, когда я в детстве смотрела этот фильм – совсем когда была маленькая – у меня были моменты, когда мне было жутко и страшно: вот когда он превращался в медведя, был такое ощущение страшное, помню, даже сны мне снились жутковатые…

В.ШАИНСКИЙ - Плакала девочка?

К.ЛАРИНА - Страшно было! Страшно!

В.ШАИНСКИЙ - Ну а раз страшно, то плакала?

К.ЛАРИНА - «А! Настенька!» То есть, это было такое зрелище, жутковатое! И вообще, присутствие жути в русских народных сказках – оно, как бы, обязательное? Вот для чего, я не знаю. Наташ, как Вы думаете? Должно быть страшно ребенку?

Н.СЕДЫХ - В сказке?

К.ЛАРИНА – Да.

Н.СЕДЫХ - Ну, наверное, или почти… или почти страшно, это все-таки, наверное, неотъемлемая часть сказки.

В.ШАИНСКИЙ - Чтоб было страшно, а то…

Н.СЕДЫХ - Немножко, да.

В.ШАИНСКИЙ - …что ж за сказка, если совсем не страшно?

М.АНТОНОВ - Наталья, а где это все снималось, если не секрет, там же совершенно потрясающая природа, места чудесные… Это где?

Н.СЕДЫХ - Да, да, да. Зимняя натура – это Кольский полуостров.

В.ШАИНСКИЙ - Ого!

К.ЛАРИНА - То есть, там снег настоящий? Все настоящее?

Н.СЕДЫХ - Снег настоящий, вот там видно, когда Иван бежит, он проваливается по пояс – это на самом деле такой снег.

М.АНТОНОВ - То есть, «тепло ли тебе, девица?» – это было актуально?

Н.СЕДЫХ – Да.

В.ШАИНСКИЙ – А в каком месяце он проваливался?

Н.СЕДЫХ - Я Вам скажу, это был конец зимы.

В.ШАИНСКИЙ - А, понятно!

Н.СЕДЫХ - Конец зимы, полярный день еще был – это ужасно.

К.ЛАРИНА - Ой, там еще были жути – простите, я вспомнила – вот эти страшные пни, которые выплясали…

Н.СЕДЫХ - Коряги.

К.ЛАРИНА - Коряги, да, вокруг Избушки на курьих ножках, которые душили этого Иванушку. Вот там была жуть-то какая! Вообще, они любили так… немножко попугать…

М.АНТОНОВ - А Морозко? Птичек замораживал, Вы извините меня…

К.ЛАРИНА - Да, да, да. Попугать любили, да. Поэтому очень естественный был ужас в глазах Настеньки – такой кошмар… Я все-таки хочу…

М.АНТОНОВ - Ну что вы хотите от… 15 или 16 лет, Наташ?..

Н.СЕДЫХ - 15.

М.АНТОНОВ - …от 15-летней девушки что вы хотите? Там не захочешь…

К.ЛАРИНА - 15 лет Вам было? Это ж девчонка совсем, Господи!

В.ШАИНСКИЙ - 15 лет… Как, 15 лет назад еще жил Роу?

Н.СЕДЫХ – Это было не 15 лет назад.

К.ЛАРИНА - Нет, Наташе было 15 лет назад, когда она снялась в этом фильме. Понимаете?

В.ШАИНСКИЙ - Понятно.

К.ЛАРИНА - А Вы какие сказки любите, Владимир Шаинский?

М.АНТОНОВ - Страшные!

В.ШАИНСКИЙ - Я из мультфильмов… в общем-то, я не очень люблю мультфильмы, хотя моя карьера песенная очень сильно связана с мультфильмами. Ну, и с игровыми фильмами тоже. Вот. Но я люблю мультфильмы… вот, скажем, к какому… можно назвать это сказкой – те фильмы, где я писал музыку: скажем, «Чебурашка», «Крокодил Гена» и так далее…

К.ЛАРИНА - На современном языке это называется фэнтези.

В.ШАИНСКИЙ - Это фэнтези, но не совсем то, что мы понимаем под фэнтези. Там элемент сатиры всегда присутствовал. Вот. Сатиры, юмора, так сказать – и это мне нравилось. И сейчас продолжает нравится. Я чисто детскую тему – вот чисто для детей написанную – не люблю. Я считаю, что ребенок, уже с полугода – это человек, и ему надо то же, что человеку, независимо от возраста.

К.ЛАРИНА - Кстати, дети вырастают и все равно поют Ваши песни. А уж взрослые… за столом очень любят петь песни из мультипликационных фильмов, которые были написаны Вами.

В.ШАИНСКИЙ - Да, но они же не написаны были для горшочного возраста, правильно ведь?

М.АНТОНОВ - Абсолютно.

В.ШАИНСКИЙ - Они писались для людей. И когда человек поет замечательные стихи, песни… замечательные стихи у меня в песне «Пусть бегут неуклюже» – написал Тимофеевский Саша. «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам, а вода по асфальту рекой. И неясно прохожим…» Это для взрослых то же самое…

К.ЛАРИНА - Первый раз слышу это в стихах! Вы прочтите дальше, пожалуйста!

М.АНТОНОВ – Да. Речитатив!

В.ШАИНСКИЙ - «И неясно прохожим в этот день непогожий, почему я веселый такой». Это взрослая песня! У человека день рождения! «Я играю на гармошке у прохожих на виду».

К.ЛАРИНА - Характерный жест показал нам Владимир Яковлевич! Отчего так весело!

В.ШАИНСКИЙ – Да. Конечно. Отчего так весело. Она как-то получилась русская, европейская. Вот. И вовсе не ограничена, скажем, с 3, там, до 7.

М.АНТОНОВ - А как актуальна сегодня песня «Что тебе снится, крейсер Аврора»! «Дремлет притихший северный город» - это же замечательно все!

В.ШАИНСКИЙ - Это писал…

К.ЛАРИНА - Красивая песня.

В.ШАИНСКИЙ – Знаете, а как было-то ведь… Матусовский категорически отказывался!.. Это мы пришли ко мне с режиссером Качановым, про крейсер Аврору надо было писать. Значит, звоним, я говорю: «Мне надо Матусовского сюда». Звоним ему. Он говорит: «Володя, я не стану на эту тему писать. Что уж можно писать? Все, что можно, сказано, так сказать…» Тогда Качанов говорит: «Наиграй ему какую-нибудь музыкальную тему, может, это его заинтересует». Я начал играть первое, что пришло в голову, что попало, даже не глядя, что пальцы играют… напевает… и так далее. Сыграл. «Не, вы, может, еще послушаете, Михаил Львович?» - позвонил опять Матусовскому, повторил. Он говорит: «Да что… Что вы мне будете звонить?, - говорит. - Ведь ясно, я писать не буду!» Я говорю: «Ну, хорошо, послушайте просто мелодию». Сыграл ему, зная, что он писать не будет все равно. И вдруг он говорит: «Ладно, пишу. Все. Я, - говорит, - об этом… что еще можно сказать об этом куске железа?» Я говорю: «Я понимаю, что о куске железа уже нечего говорить». А оказывается, там речь идет не только о куске железа, а там речь идет о куске, но не железа, а о куске истории, куске жизни народа огромнейшей страны. И там об этом немногословно, но достаточно емко сказано.

М.АНТОНОВ - Вот мы сейчас говорим, Владимир Яковлевич, и Вы сказали, что Вы, по сути, никогда не разделяли свое творчество: «вот это вот детское, это взрослое». Вы писали и писали.

В.ШАИНСКИЙ - Для себя.

М.АНТОНОВ - Но тем не менее… Как для себя?

В.ШАИНСКИЙ - А вот меня спрашивают: «Вы пишете, для кого легче писать: для взрослых или для детей?» Я говорю: «Я никогда не пишу для взрослых или для детей. Я пишу для себя!»

М.АНТОНОВ - Ну все это замечательно, но, тем не менее Вас… тогда я не знаю кто… журналисты, критики… загнали в рамки детского композитора…

В.ШАИНСКИЙ - Они загнали в условные рамки. Я не придерживаюсь ни в коем случае их.

К.ЛАРИНА - Ну что, я… поскольку у нас такой вечер воспоминаний происходит, я бы хотела, чтобы Наташа нам тоже что-нибудь рассказала, о чем хочется рассказать – но тут стоит все-таки напомнить, как так не представили подробно Наташу – она понятно, что балерина и Настенька, но там еще много было фильмов в Вашей жизни. Вы были и фигуристкой – это был «Голубой лед», по-моему, фильм. Да?

Н.СЕДЫХ – Да. Я…

К.ЛАРИНА - Потом, очень трогательная – простите, Наташ, я просто хочу напомнить – трогательная была Ваша небольшая работа в фильме «Дети Дон Кихота» с веснушками.

Н.СЕДЫХ - Да, да, да, это было забавно… Чебурашка, кстати, такая…

М.АНТОНОВ - Упомянутые «Огонь, вода и медные трубы».

К.ЛАРИНА - Да, да, да.

М.АНТОНОВ - Упомянутые «Огонь, вода и медные трубы», соответственно. И сейчас, на данный момент драматическая актриса.

К.ЛАРИНА - В театре, да?

Н.СЕДЫХ - В театре «У Никитских ворот».

М.АНТОНОВ - Марка Розовского.

Н.СЕДЫХ - Марка Розовского, да.

К.ЛАРИНА - Любите Вы актерскую работу, вообще, нравится Вам эта профессия?

Н.СЕДЫХ – Вот, мне понравилось. Мне понравилось.

К.ЛАРИНА - Вы на сцене до этого никогда не выступали? Нет?

Н.СЕДЫХ - Нет, нет, нет, нет, нет. Как… то есть, я всю жизнь на сцене, только как балерина…

К.ЛАРИНА - Как балерина, да, на драматической сцене.

Н.СЕДЫХ - Никогда… когда мне Марк Григорьевич предложил, я решила попробовать, рискнуть – ну, и мне понравилось, видимо, ему тоже, потому что он мне предложил работать в труппе.

М.АНТОНОВ - Наталья, у меня вопрос, который меня мучает вот до сих пор: зачем Вы разослали письма по киностудиям и попросили изъять досье? Зачем Вы это сделали?

К.ЛАРИНА - Это что такое за история?

Н.СЕДЫХ - Это очень просто.

М.АНТОНОВ - Я быстренько расскажу…

К.ЛАРИНА - Скажи просто, да.

В.ШАИНСКИЙ - А что такое досье?

К.ЛАРИНА - Он сейчас расскажет.

М.АНТОНОВ - После того, как Наталья стала, по сути, звездой отечественного кинематографа, после фильма «Морозко», после нескольких еще киноролей, Наталья вдруг позвонила на фактически все ведущие киностудии: Мосфильм, Киностудию имени Горького… я не знаю, по другим киностудиям…

Н.СЕДЫХ - Нет, Мосфильм и Горького.

М.АНТОНОВ - …и попросила изъять свои фотографии и свое личное… актерское дело, да? Ну, чтобы…

К.ЛАРИНА - Сняться с учета, что называется.

М.АНТОНОВ - Сняться с учета.

Н.СЕДЫХ - Сняться с учета, да.

К.ЛАРИНА - А почему, Наташ?

Н.СЕДЫХ - Иначе совершенно невозможно было совмещать с работой в Большом театре. Вот последние два фильма: «Морозко» и последующий фильм – я еще училась в школе Большого театра. А «Голубой лед» и «Любовь к трем апельсинам» – это я уже работала в театре. Ну, во-первых, чего стоило меня отпросить – на достаточно большой срок – это стоило невероятных усилий и граничило со скандалом. Это во-первых. Или, может быть, даже во-вторых. И вторая причина: действительно, я не могла это совмещать.

К.ЛАРИНА - А почему Вы не выбрали кино?

Н.СЕДЫХ - В театре же проводишь весь день.

К.ЛАРИНА - Ну выбрали бы кино, зачем Вы выбрали театр?

Н.СЕДЫХ - Ну, во-первых, я ради балета оставила спортивную карьеру, которая у меня до 10 лет очень удачно складывалась в фигурном катании. Потом, я 10 лет училась. Это был мой выбор, сделанный в 10 лет. Потом бы мне еще что-нибудь подвернулось – я так все бы и кидала?

М.АНТОНОВ – Она права.

Н.СЕДЫХ - Кстати, после «Голубого льда» мне больше всего хотелось не в кино остаться, а вернуться в спорт. Мне безумно хотелось вернуться в спорт. Но я взяла себя в руки и все-таки вернулась в театр.

М.АНТОНОВ - Наташ, история не имеет сослагательного наклонения, но вот если бы… вот сейчас, с позиции умной, мудрой женщины, Вам бы сейчас снова вернуться туда, когда Вы отправляли эти письма, Вы бы также поступили?

К.ЛАРИНА - Вы бы также поступили? Не жалеете о том, что тогда это сделали?

Н.СЕДЫХ - Я бы безусловно вернулась в театр, в балет. Это однозначно. Единственное, что, может быть, я бы… если учесть, что сейчас другие времена настали. Может быть, мне бы удалось совмещать. Но в балет я вернулась бы непременно. Это не обсуждается.

К.ЛАРИНА - Скажите, пожалуйста, а в кино Вам хорошо было существовать, вот в работе?

Н.СЕДЫХ - Очень хорошо!

К.ЛАРИНА - Вы сказали сейчас про Александра Роу, что он был просто удивительный человек – но так никто Вам особых страданий не доставлял? Нет?

Н.СЕДЫХ - Да какие страдания, одни положительные эмоции!

К.ЛАРИНА - Серьезно?

Н.СЕДЫХ - Вы знаете, мне так дико слышать, когда многие, видимо, не очень имеющие к этому отношение, говорят, что в кино такая ужасная обстановка, чуть ли не разврат какой-то, там все погрязли в разврате! Мне это дико слышать, я в кино провела 5 лет – с 15 до 20. Ну, в 15 лет я еще ездила с мамой, но потом я уже достаточно взрослой была девочкой – там, 16, 17, 18, 19. Меня окружала просто замечательная атмосфера.

К.ЛАРИНА - А завистники? Нет?

Н.СЕДЫХ - Какие завистники? Где?

К.ЛАРИНА - Не знаю. Ну, бывает.

Н.СЕДЫХ - Вот я тоже не знаю.

М.АНТОНОВ - Там как к дочке относились. Там все как к дочке относились.

К.ЛАРИНА - А вот Ваши подруги-сверстницы, которые, конечно же, мечтали сняться в кино, и вдруг вот Вас берут…

Н.СЕДЫХ - Вы знаете, на тот период моими подругами были исключительно балетные девочки…

К.ЛАРИНА - То есть, у них своя цель была в жизни?

Н.СЕДЫХ - Их интересовал балет. Какое кино? Ну, может быть, кто-то мог позавидовать, но это было настолько беспредметно, потому что все они тоже собирались посвятить себя балету.

К.ЛАРИНА - А кто принимал решение, соглашаться или не соглашаться – Вы или мама, когда в «Морозко» Вас пригласили?

Н.СЕДЫХ - Я! Только я!

К.ЛАРИНА - Сами решали?

Н.СЕДЫХ - Я, потом я поставила в известность… Ну, мама сказала, что я правильно поступила.

К.ЛАРИНА - Правильно?

Н.СЕДЫХ – Да.

К.ЛАРИНА - А когда слава, вот, началась, вот такая вот всесоветская слава?

М.АНТОНОВ - Всесоюзная.

К.ЛАРИНА - Всесоюзная слава? Каким образом Вы это пережили? Вот, еще один порог, который подстерегает всех молодых артистов – это звездная болезнь.

Н.СЕДЫХ - Да, да, да.

К.ЛАРИНА - Вот в Вашем случае были симптомы?

Н.СЕДЫХ - Ну даже я не понимаю, о чем Вы говорите…

К.ЛАРИНА - Да понимаете! Но у Вас этого не было?

Н.СЕДЫХ - Нет, я понимаю теоретически. Но, во-первых, у меня была прививка сделана в более раннем детстве, в каком-то пятилетнем возрасте. Поскольку я встала на коньки в 4 года – это сейчас дети встают в 4 года на коньки, а тогда вставали, ну… ну, в 8, ну хотя бы в 6 – и я была такая одна, и мне пресса уделяла много внимания. И для меня это как бы было естественно, что мне уделяется внимание – это норма жизни, это… ничего такого ужасного, что на меня обрушилось…

К.ЛАРИНА - Но узнавали на улицах?

Н.СЕДЫХ - Ну конечно. Конечно.

К.ЛАРИНА - И что? И что говорили?

Н.СЕДЫХ - Ну, как что? «Это вы?» – «Это я».

К.ЛАРИНА - Автографы раздавали?

Н.СЕДЫХ - «Коса настоящая?» – «Нет».

М.АНТОНОВ - Вот я вчера, зато, смотрел старые записи программы «Песни»… «Песня 78» или «Песня 79» – Владимир Яковлевич Шаинский все такой же. По-моему, Геннадий Белов «Травы, травы» пел, у меня запись есть.

В.ШАИНСКИЙ - Было дело.

М.АНТОНОВ - Вот. Сидит Владимир Яковлевич – все такой же. Время не властно над этим человеком – вот, что я могу сказать.

В.ШАИНСКИЙ - Ну, может быть.

М.АНТОНОВ - Над чем сейчас работаете, уважаемый маэстро?

В.ШАИНСКИЙ - Ну, если я не буду точно отвечать на Ваш вопрос… вот, мой старший сын начал заниматься коньками, именно фигурами, в 4 года.

Н.СЕДЫХ - Ну, так сейчас вот так. Сейчас так.

В.ШАИНСКИЙ - Именно в 4 года. Это же было, извините, не сейчас, а это же было… он 71 года.

Н.СЕДЫХ - Ну я-то не 71-го года!

В.ШАИНСКИЙ - Вот. А я ж не спрашиваю, какого Вы года…

Н.СЕДЫХ – А я и не отвечу!

В.ШАИНСКИЙ - Да нет, ясно было сразу, что этот человек совсем другой, даже… Причем, это человек-труженик, фигуристы – это труженики, и не может быть, они…

К.ЛАРИНА - А композиторы не труженики?

В.ШАИНСКИЙ - Я надеюсь, что труженики.

К.ЛАРИНА - А артисты не труженики? А ведущие радиостанции «Эхо Москвы»? Не труженики?

В.ШАИНСКИЙ - В частности, Ксения Ларина – безусловно труженица: уже столько проводить в такой коварной передаче…

К.ЛАРИНА - Так что вопрос не в деле, а в отношении к этому делу. Вон, Наташа тоже труженик.

Н.СЕДЫХ – Я должна заметить, что все-таки фигуристы начинают трудиться вот с такого возраста.

В.ШАИНСКИЙ - Во!

Н.СЕДЫХ - Вот в чем разница.

К.ЛАРИНА - В отличие от ведущих радиостанции «Эхо Москвы»!

Н.СЕДЫХ - Ведущие все-таки постарше начинают…

К.ЛАРИНА - Постарше. Уже хотя бы говорить надо научиться!

Н.СЕДЫХ - Уже говорить…

В.ШАИНСКИЙ - А моего из спорта убрала жена. Для начала. Я уехал на гастроли, приезжаю – он уже не занимается фигурами, она в другой вид отдала. Я говорю: «А почему?» «Да, мне сказала вот соседка, что фигурист – это не мужской вид спорта».

Н.СЕДЫХ - Еще как мужской, наоборот, это экстремальный вид спорта!

К.ЛАРИНА - Такие мужики!

Н.СЕДЫХ - В каскаде из четырех с половиной оборотов! Вы что!

В.ШАИНСКИЙ - Смотри, как она… А она всерьез… Наташенька всерьез стала возражать. Я ж всерьез даже не… это абсурдно так говорить. Вот. Так, я знал, что она вообще не хочет, чтобы он занимался спортом. Потому что она его сразу отдала после этого в плаванье. Я уехал – он там показывал неплохие результаты – я уехал, а приезжаю – она уже забрала. «А что, - говорит, - другая соседка сказала, что в воду, там, хлорка портит глаза». Все. И отдала его в вольную борьбу.

К.ЛАРИНА - А там руки ломают и ноги.

В.ШАИНСКИЙ - Но что-то… А! Вот чего: значит, через какое-то время – тренер к нему очень хорошо относился – я приезжаю из очередной поездки: он уже не занимается вольной борьбой. Почему? «Вот, ты видел тренера? Вот такие широченные плечи! Ты хочешь, чтобы у него были такие?» Я говорю: «Не знаю, а…»

К.ЛАРИНА - Кто вырос-то в итоге из мальчика?

М.АНТОНОВ - Мальчик в поиске был!..

К.ЛАРИНА - Кто вырос-то в итоге, кем стал мальчик-то?

В.ШАИНСКИЙ - Мальчик стал порядочным человеком. Я его очень люблю, своего первенца. Он с нами… со мной не живет, потому что я…

К.ЛАРИНА - Ну, а чем занимается?

В.ШАИНСКИЙ - …у меня другая жена, вторая жена…

К.ЛАРИНА - А чем занимается?

В.ШАИНСКИЙ - Кончилось все сменой жены именно из-за разногласий в области видов спорта.

К.ЛАРИНА - Вот с чего началось.

М.АНТОНОВ - Хорошо. Я все-таки вернусь на рельсы нового года. Спасибо Вам огромное, уважаемые гости! Уважаемые гости, мы Вас поздравляем…

К.ЛАРИНА - С наступающим.

М.АНТОНОВ - С наступающим 2005, провожаем 2004, не знаем, какой этот год был для Вас, но пусть 2005 будет в 3 раза лучше, чем уходящий.

Н.СЕДЫХ - Спасибо!

К.ЛАРИНА - Да уж, особенно финал его, конечно, оставляет желать лучшего – сегодняшние события, жуткие совершенно…

В.ШАИНСКИЙ - Какие?

К.ЛАРИНА - Ну, вот, такое страшное стихийное бедствие – это кошмар.

В.ШАИНСКИЙ - Я чудом избежал, собирался ехать – а я же ныряльщик, я занимаюсь серьезно.

К.ЛАРИНА - Да…

В.ШАИНСКИЙ - Так сказать, вот, я еще цунами, 10-метровых волн никогда не видел.

К.ЛАРИНА - Будем надеяться, чтобы следующий год, чтобы был все-таки не таким страшным. Спасибо большое!

М.АНТОНОВ - Владимир Шаинский, Наталья Седых, программа «Отдел кадров» ставит завершающую песню, а в следующей нашей программе мы, 2 января, будем подводить итоги уходящего киногода. Всего доброго!