О. БЫЧКОВА: 16:35 в Москве. Это программа «Кредит доверия» в продолжение нашего дневного «Разворота». Ольга Бычкова и Алексей Дурново снова с вами. И мы приветствуем в нашей студии прямого эфира «Эхо Москвы» Александра Шохина, президента РСПП. Александр Николаевич, добрый день.
А. ШОХИН: Добрый день.
О. БЫЧКОВА: И начнём мы с сегодняшней очень громкой международной историей.
А. ДУРНОВО: История с «Опель» и «Дженерал Моторс». Совет наблюдателей «Дженерал Моторс» рекомендовал продать «Опель» консорциуму «Магма» и «Сбербанк». Что будет, что это значит?
А. ШОХИН: Во-первых, это ещё не решение. Но я думаю, что наблюдательный совет вряд ли рекомендацию эту выдал бы, если бы не был уверен в том, что дело идёт к тому, чтобы «Опель» продать именно «Магне». «Магна» тут главное действующее лицо, безусловно, для «Опеля» и для «Дженерал Моторс». Другое дело, что Россия на самом высоком уровне давно уже заявляла интерес. И Владимир Путин встречался с лидером профсоюзов «Опеля» и с Меркель, президент Медведев эту тему обсуждал. В итоге мы получили то, что хотели. А именно – «Опель» по низкой цене. Но с огромными обязательствами, в том числе с обязательствами сокращать на германских заводах «Опель» персонал.
И кроме того, есть тема, как технологических потенциал «Опеля» и технологический потенциал «Магны» использовать в интересах российского автопрома. Это не такая простая задача, хотя именно на этот момент акцентировали внимание и Владимир Путин, и Дмитрий Медведев, и Герман Греф, и другие участники проекта.
О. БЫЧКОВА: А в практическом смысле как это может происходить? Предположим, получим мы этот кусок «Опеля», и что это может дать нашему автопрому?
А. ДУРНОВО: Что нам от этого будет?
А. ШОХИН: Вы знаете, честно.
О. БЫЧКОВА: Конкретно.
А. ШОХИН: Я не знаю ответ на этот вопрос, потому что если мы начнём производить «Опели» на ГАЗ, то нам придётся «Волгу» снимать. А это, в принципе, неплохая для ГАЗа машина. И производственная линия достаточно высокотехнологична, если сравнивать с отечественным автопромом. И произвести сто тысяч, двести тысяч «Опелей» в год, это довольно серьёзный объём. Кстати, «Дженерал Моторс» потому не торопился продавать «Магне» и «Сбербанку» «Опель» потому что видел конкурента на российском рынке.
О. БЫЧКОВА: Сейчас же идёт речь о том, чтобы спасти эту компанию, эту марку.
А. ДУРНОВО: С выгодой для себя.
О. БЫЧКОВА: В том числе за счёт сокращений. Прежде всего – это кризис, экономика и проблема с финансами.
А. ШОХИН: Ольга, сокращаться, безусловно, будет персонал, но не на немецких заводах «Опеля». Вы знаете, что «Опель» имеет английского близнеца, опелевские заводы есть и в других странах Европы. И, судя по всему, поскольку германское правительство даёт огромные гарантии и вливания в «Опель» со стороны немецкого правительства самые серьёзные в виде тех же гарантий, то речь может коснуться только сокращения производства, закрытия заводов, может коснуться не немецкой территории. А основные заводы, по-моему, их 4 завода, они должны, это условия сделки, остаться в неприкосновенности с точки зрения объёмов производства, персонала.
О. БЫЧКОВА: Но придётся как-то вкладываться?
А. ШОХИН: Безусловно. В них придётся серьёзно вложиться, чтобы сохранить конкурентоспособность на европейском рынке, чтобы, извините, прибыль пошла. Ведь надо, хотя и говорим мы о том, что недорого мы прикупаем «Опель», но это тоже деньги, которые нужно будет отбивать. Кроме того, чтобы сохранить прибыльность компании, нужно поддерживать её конкурентоспособность по сравнению с «Фиатом», с «Джи-Эм», у которого есть свои автомобили на европейском рынке. Кстати, «Джи-Эм» производит и в России автомобили, в том числе той же линейки, что и «Опель».
Я начал говорить о том, что «Опель» не хотел продавать «Магне» и «Сбербанку» по той причине, что российский рынок для него интересен и не хотелось иметь конкурента. Поэтому не так просто, безусловно, извлечь выгоды из приобретения «Опеля» и поэтому очень хотелось бы, чтобы Герман Греф стал бы опытным автомобилистом. Он же сумел из министра стать банкиром, дай бог ему стать умелым автопромовцем.
Безусловно, для нас важно получать и инновационный продукт. Сейчас «Опель» - одна из самых приличных компаний, она лет 10 назад была в провале. Сейчас она выползла, благодаря «Джи-Эм». И удержать её на высоком технологическом уровне, используя потенциал «Магны», крупнейшего производителя комплектующих, теоретически можно. Но как этот технологический потенциал затащить в Россию, если мы всех переведём дизайнеров, инженеров, конструкторов, изобретателей в Россию, то мы получим ГАЗ или АвтоВАЗ. Стало быть, их лучше держать в той среде, в которой они находятся.
Но это будет равносильно импорту высоких технологий по, видимо, приемлемым схемам и ценам. Нам нужно приобретать такие высокотехнологичные активы, которые затем найдут короткую дорогу к российским предприятиям, к российским заводам. Это, наверное, один из способов решить ту задачу, которую сегодня обозначил Дмитрий Медведев – устранить вековую экономическую отсталость России.
Но есть и другие схемы. В частности, схемы промышленной сборки, которые реализуются в автопроме, причём, реализуются так, что иностранные производители обязаны ставить на конвейер самые новые модели, а не только старьё какое-то загонять нам. Поэтому я думаю, что это один из способов приобретения высокотехнологичных активов с использованием в России наработок, но этот метод должен ещё доказать свою эффективность по сравнению с другими.
А. ДУРНОВО: Но есть ли риск, что деньги будут потрачены, а ничего не выйдет в результате?
А. ШОХИН: Риск всегда есть. Более того, я не исключаю, что на первом этапе опелевские проекты в России будут использовать те же льготные схемы, типа промсборки. Это когда освобождаются от платежей, таможенных в том числе, производители. То есть, приравняют российский «Опель» к иностранному производителю, который ещё успеет, может быть, использовать, поскольку в ВТО мы скоро не вступим, схему промсборки, как не сильно вписывающуюся в правила ВТО, но зато дающую выгоды. Так что «Опель» будет и иностранной компанией и российской одновременно. И использует и господдержку из России и те льготы промсборки, которые используют обычно иностранные автогиганты.
О. БЫЧКОВА: Вот это вопрос. «Опель», как часть российского автопрома, ещё, конечно, не знаю… год или два назад, тем более раньше, это звучало бы как анекдот, безусловно. Но на самом деле тот факт, что «Опель» вливается как бы в российский автопром, он что обозначает? Что мы расписываемся в неспособности нашего исконного автопрома делать что-то хорошее и таким образом переходим по возможности на иные рельсы? Или это наоборот шанс?
А. ШОХИН: Мы уже давно признались в том, что наш автопром не сильно конкуретоспособный.
О. БЫЧКОВА: Это понятно. Но мы его уже хороним таким образом?
А. ШОХИН: Двенадцать крупнейших мировых автопроизводителей поставили здесь свои заводы в режиме промсборки, и российский потребитель имеет возможность выбирать отечественный автомобиль, даже если на нём написано «Тойота» или «Фольксваген», «Дженерал Моторс» в виде «Шевроле», это признание того, что мы пошли по другой, по китайской схеме. Сначала автосборка. Нельзя выйти на мировой уровень, если у вас разрыв с другими странами на несколько поколений. Наш автопром отстал на несколько поколений, точно так же, как ряд других отраслей, таких как электронное производство, электронные базы.
И чтобы выйти на уровень, надо хотя бы до одного поколения сократить разрыв технологического поколения. И я думаю, что сейчас мы подходим к этой именно схеме в режиме промсборки. А в режиме «Опеля» мы хотим стать передовыми, законодателями моды. Но это будет не совсем российский автопром, потому что «Магна» - это австрийско-канадская компания, больше даже канадская, «Опель» - американо-немецкая компания. И как мы сумеем использовать эти технологические наработки и тиражировать их в российском автопроме, пока до конца не известно. Но попытку такую будут предпринимать, чтобы доказать эффективность потраченных денег.
О. БЫЧКОВА: Надо заканчивать эту тему. Надо сказать, справедливости ради, что до конца не известно, какое будет официальное решение «Дженерал Моторс», потому что с минуты на минуту должна начаться пресс-конференции, где будет объявлено. Поэтому сейчас мы говорим о рекомендациях и предположениях. Но мы следим за тем, что там происходит.
А. ДУРНОВО: Пока только всё теоретически. Мы вернёмся на родину, домой и поговорим о статье Дмитрия Медведева, которая сегодня была опубликована. Хочется обратить Ваше внимание на одно предложение, вопрос, которым задаётся Дмитрий Медведев, который он задаёт всем. Должны ли мы и дальше тащить в наше будущее примитивную сырьевую экономику, хроническую коррупцию, застарелую привычку полагаться в решении проблем на государство, на заграницу, на какое-нибудь всесильное учение, на что угодно, на кого угодно, только не на себя.
О. БЫЧКОВА: Нелицеприятен.
А. ШОХИН: Вопрос риторический.
О. БЫЧКОВА: Жёсткий.
А. ШОХИН: Жёсткий, но риторический в том плане, что мы давно на них даём ответы. Вопросы эти задаём мы не первый год, и всегда даём один и тот же ответ. Коррупции нет, примитивной сырьевой экономике нет, патернализму нет.
А. ДУРНОВО: Но всё же остаётся.
А. ШОХИН: И всё остаётся на том же месте. Поэтому тот факт, что Дмитрий Медведев в жёсткой такой, резкой постановке вспомнил эти вопросы, это признание того, что нам не удалось сдвинуться за последние 20 лет, а именно 20 лет мы перестраиваем страну. Если иметь в виду выборы в Верховный Совет 1989 года, новой России 20 лет. И то, что мы по кругу ходим, не можем вырваться из этого порочного круга, это признание на самом деле и неэффективности власти и неэффективности в том числе и политической системы, которая ставит эти задачи, но не может решить.
В частности, тот факт, что люди привыкли рассчитывать на то, что кто-то решит их проблемы, т.е рассчитывать на государство – это не только от людей зависит, это же государство их приучает к этому, что власть всё решит. Например, в 2001 году, по-моему, Владимир Путин, обращаясь с посланием к Федеральному Собранию, употребил такой термин – субсидиарное государство, которое надо построить в России. То есть, государство, которое устроено по принципу, что сначала все проблемы решаются на самом низком уровне, на муниципальном, те задачи, которые не могут решиться на этом уровне, передаются на региональный, на федеральный, но никак не наоборот.
А выяснилось, что мы построили другое государство, которое ближе к понятию унитарного. И унитарное государство старается решить проблемы и многие проблемы региональных властей, многие проблемы даже муниципальных властей, сама и политическая система устроена так. Назначение губернаторов и возможность смещения муниципальных руководителей – это всё демонстрация того, что центральная власть до конца не доверяет региональной и муниципальной, считая, что она может быть и коррумпирована и неэффективна, и подменяет её.
Но, чем больше централизация власти, чем больше в том числе и в экономических и межбюджетных отношениях, тем больше цена субъективных ошибок. Даже если считать, что коррупции нет, забудем временно, что нет коррупции, но любая централизация решений приводит к тому, что возможность субъективной ошибки или принятие решения по усмотрению чиновника, а там неизбежно будет усмотрение автоматизма, безусловно, не может быть в такой сложной системе. Цена таких ошибок очень велика.
А если уже вспомнить о факторах коррупции, то безусловно этих ошибок становится многократно больше, поскольку и лоббистские технологии используются, когда группы интересов влияют на власть, да и сама власть поощряет такого рода технологии корпоративного лоббизма и пробивания групповых интересов, поскольку сама входит и в бизнес, и неслучайно принимает решения в пользу тех или иных групп или не принимает эти решения. Не только потому, что заносит чиновников, но и потому, что она сама является частью такого бизнеса, частью тех групп ,интересы которых лоббирует.
О. БЫЧКОВА: А какой прок от того, что Дмитрий Медведев написал такую публицистическую статью? Ну и что? Это уже много раз всё говорилось.
А. ДУРНОВО: Это демагогия или что-то…
А. ШОХИН: Я считаю, что это некая репетиция. Ближе чем через месяц Дмитрий Медведев должен обратиться с посланием к Федеральному Собранию, обычно оно рассматривается как не только послание к Парламенту, но и к народу. И по всей видимости он хочет получить от читателей Сети, от пользователей те или иные комментарии на те идеи, которые он хочет включить в послание к Федеральному Собранию. Но хотелось бы напомнить, что антикоррупционный пакет Медведевым принят, и судя по всему, он не сработал в полном объёме, если Дмитрий Медведев вынужден вернуться к этой теме.
О. БЫЧКОВА: А идеи обкатываются, если не 20 лет, то по крайней мере, 10.
А. ШОХИН: Программа 2020 ориентирована ровно на модернизацию, на отказ от примитивной сырьевой экономики. Кризис грянул, мы почувствовали, что мы так жёстко привязаны к экспорту сырья, что все молимся на то, когда же восстановится спрос на энергетические ресурсы, когда поднимется американская, европейская и другие экономики и цена на нефть будет устойчиво выше 75-80 долларов, что будет для нашего бюджета, позволит восстанавливать и резервных фонд и фонд национального благосостояния и опять можно будет возвращаться к старым схемам распределения ресурсов, не заработанных, а полученных, благодаря благоприятной конъюнктуре.
И опять мы будем обречены на то, чтобы воспроизводить старые модели экономического развития. Кроме того, надо иметь в виду, есть комиссия президентская по модернизации экономики, которая рассматривает отдельные проекты. Такое впечатление, что, не сумев системно повернуть экономику к модернизации и к инновациям, мы хотим получить несколько примеров. Примеров производства лекарств, медицинской техники, прорывов в нанотехнологиях, может быть в космических технологиях и в атомных технологиях. Нам нужно несколько примеров, где мы не отстаём, а может быть даже лидируем.
Но это не то самое, что нужно. Мы должны иметь стимул к модернизации всей экономики, даже примитивную сырьевую экономику надо превратить в инновационную.
А. ДУРНОВО: А это как?
А. ШОХИН: А Вы что, думаете в ТЭКе нет высоких технологий? Мы столько теряем ресурсов из-за того, что у нас устаревшие способы извлечения полезных ископаемых, что нет технологий обогащения.
А. ДУРНОВО: Обновить буры, что ли? Или что?
А. ШОХИН: Вы знаете, недавно Дмитрий Медведев ездил в Нидерланды, там был семинар в рамках его визита. Основными участниками был «Шелл» и «Газпром». И я там тоже участвовал, вёл этот семинар первый вице-премьер Виктор Зубков. И шелловцы рассказывали о своих технологиях, которые можно было бы использовать на Ямале, на материке и на шельфе. На самом деле это безлюдные технологии. И настолько они эффективны, в том числе и на Ямале могут быть использованы, что возникает как раз этот вопрос – а нужно ли нам оставлять ТЭК в рамках этой дефиниции, примитивная сырьевая экономика.
Или его можно сделать самым высокотехнологичным сектором экономики. Можно и нужно, мы просто обязаны, потому что это даст возможность нам сохранить для будущих поколений ресурсы и там легче обкатать эти новые технологии инновационные, нежели открывать новые отрасли.
О. БЫЧКОВА: Можно самый последний вопрос, буквально минута остаётся эфира. Пришло свежее сообщение ИТАР ТАСС.
А. ШОХИН: Про «Опель»?
О. БЫЧКОВА: Про Уго Чавеса. Про «Опель» пока ничего нет. А Уго Чавес сказал, что рубль рано или поздно станет резервной валютой мировой, частью мировой резервной системой, может быть и юани тоже станет такой валютой, - сказал венесуэльский лидер, и подчеркнул важность создания российско-венесуэльского банка. Это он комплименты хозяевам просто говорит?
А. ШОХИН: Во-первых, российско-венесуэльский банк, уже была озвучена идея некоторое время назад во время, как минимум, предыдущего визита Уго Чавеса. Наверное, будет создан. Что касается новых резервных валют, то уже нет людей и даже, по-моему, в США, которые бы не считали, что надо усиливать роль таких искусственных валют, как специальные права заимствования МВФ. Недавно Юнктат это предложил и ещё раз эту тему продвинуть через ООН, эту же тему, видимо, будет и Дмитрий Медведев озвучивать в Питсбурге. Поэтому я думаю, что роль других валют будет расти, но рублю и боливару придётся сильно постараться, чтобы дотянуться до юаня.
О. БЫЧКОВА: Спасибо большое. Александр Шохин завершил наш сегодняшний дневной «Разворот», который вели Ольга Бычкова и Алексей Дурново.
Геннадий Онищенко
- главный государственный санитарный врач РФ и руководитель Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека (Роспотребнадзор)