Кредит доверия

время выхода в эфир — анонсируется отдельно

Острые обсуждения в свете экономических проблем в мире

Обычная версия

эфир

01.05.2009 10:45

Кредит доверия

Гости:: Ирина Ясина руководитель клуба региональной журналистики (по телефону)

Ведущие:: Александр Плющев журналист радиостанции «Эхо Москвы»

Сергей Бунтман первый заместитель главного редактора радиостанции "Эхо Москвы"

А. ПЛЮЩЕВ: Несмотря на Первомай, несмотря на праздник, у нас сегодня эксперт. У нас Ирина Ясина, экономист, по телефону. Ирина, доброе утро!

И. ЯСИНА: Доброе утро!

А. ПЛЮЩЕВ: Извините, что в праздник так рано побеспокоили, но я надеюсь, вы уже сходили на демонстрацию первомайскую.

С. БУНТМАН: Тут очень интересные вещи, связанные с правами трудящихся. Вот я сегодня читал статью, которая относится к Франции, но я думаю, что это к нам тоже относится. Под предлогом кризиса свои реализуют планы, неопубликованные до кризиса, планы сокращения персонала очень многие фирмы. Тут перечисляются французские и иностранные, которые на территории Франции действуют. Насколько у нас это распространено? Осуществление старых планов под предлогом кризиса.

И. ЯСИНА: Вы знаете, у нас под предлогом кризиса сложно что-либо сделать с персоналом, потому что его защищает Трудовой кодекс, который, в общем, очень мало отличается по своей жесткости от советского КЗОТа. А поэтому если кто-то что-то делает, то, извините, скажу непопулярную вещь – это даже и неплохо, потому что лишний жирок, лишних занятых, в общем, надо оптимизировать. Но, тем не менее, если это делается по закону, то это отчасти, – тоже странно звучит – но выгодно рабочим. Потому что их, занятых, защищает Трудовой кодекс. Другая проблема, что у нас была в этом новом Трудовом кодексе такая вот штучка, которая разрешала увольнение по взаимной договоренности. И сейчас все чаще и чаще это стало попадаться. Видимо, людей просто вызывают и говорят: дорогой, давай. Либо ты потом хорошо вернешься, либо еще что-то… Но, по крайней мере, договоренность. И это лишает увольняемых тех льгот, выплат, которые ему полагаются по Трудовому кодексу. Но, в принципе, вы знаете, вот надо принять этот кризис, это то время, которое должно вывести людей на то, что надо было сделать до кризиса. А это касается и банкиров, это касается и предпринимателей… Нас с вами в меньшей степени, потому что мы с вами наемные работники, но тем не менее, хорошо бы, чтобы чиновников вывело.

А. ПЛЮЩЕВ: Что касается сегодняшнего праздника Дня солидарности трудящихся, как раньше его называли, то вот что хотел спросить. Про безработицу. Вчера был опубликован доклад, в котором его авторы из «Бэнк оф Америка» советовали российским властям засекретить данные о безработице. Ну, не публиковать их как-то, потому что это может при определенных условиях привести к социальному взрыву. Что вы думаете по этому поводу? Действительно ли так опасны данные по безработице?

И. ЯСИНА: Знаете, я вообще предпочитаю не слушать любых западных экспертов относительно того, что происходит в России. Потому что мы сами не всегда понимаем. Представляете, каково им, бедным? Разобраться практически невозможно. И, честно говоря, социального взрыва в России я не сильно опасаюсь в связи со сложившейся ситуацией. Я не думаю, что он произойдет. А уж тем более, данные о безработице. Данные! У нас такое оптимизированное общество, у нас люди обычно не воспринимают – до какой-то поры, конечно – свои проблемы и проблемы своего города, и не отождествляют их с проблемами, например, Урала. Поэтому, если будут публиковаться общие данные, а человеку будет жить при этом неплохо, то он вряд ли возмутится по этому поводу. А публиковать надо обязательно, потому что мы должны знать реальную картину. У нас и так достаточно всего не публикуется.

С. БУНТМАН: Чем меньше публикуется, тем больше фантазий. Мы можем придумать себе 50 миллионов безработных, если от нас будут скрывать. Вообще, это везде действует.

А. ПЛЮЩЕВ: А с другой стороны, давайте вот о чем поговорим. Бог с ними, с публикациями и обнародованием данных. Но действительно, реальная проблема сам по себе уровень безработицы. Он сейчас пугающий, и тенденция пугающая или обнадеживающая, скорее?

И. ЯСИНА: Опять же, с какой стороны посмотреть. Пугающего, в общем, ничего нет. Да, достаточно много людей зарегистрировались на биржах труда. Они ищут работу, они получают пособия. Понимаете, у нас нет проблемы преодоления безработицы… то есть, извините, есть проблема преодоления безработицы. У нас очень низкая миграция населения. У нас отсутствует информация по другим регионам, куда люди могли бы переехать. Как те же американцы. Они же не сидят, они узнают, что в другом штате есть какая-то вакансия, и они снимаются и уезжают.

С. БУНТМАН: И проблема стандарта жизни, еще ко всему.

И. ЯСИНА: И нам тоже их нужно поменять в определенном плане. Я не говорю, что прямо все должны стать такими мобильными и бодрыми. Но вспоминается советское время, когда слово «летун» имело четко выраженную отрицательную градацию.

С. БУНТМАН: Я помню картинку в «Крокодиле» с наклейками на чемодане.

И. ЯСИНА: Конечно, конечно. И хорошо считалось, если человек в 18 лет пришел на завод, и потом на пенсию ушел с того же завода. На самом деле, в ситуации кризиса это не работает. Я, кстати, тут приятно по этому поводу была удивлена. Я беседовала на своем семинаре с ребятами молодыми, региональными студентами – Петрозаводск, Волгоград, Волжский, Чебоксары… вот такие города. Знаете, они все готовы переезжать! Причем, я спросила: а только в города, большие чем ваш? Они говорят: нет, мы готовы поменять место жительства на регион независимо от размеров города – была бы работа. И, конечно, они готовы работать не по специальности, что тоже в сравнении со старшим поколением, достаточно положительно.

С. БУНТМАН: Это положительно, вы считаете?

И. ЯСИНА: Я считаю, положительно. Люди должны понимать, что… опять же при нашей системе образования не факт, что их ориентация трудовая направлена на ту профессию, у которой будет потом все время…. (неразб).

С. БУНТМАН: Да, это очень важная вещь – получать образование не узкопрофессиональное.

И. ЯСИНА: Конечно. … (неразб) учить учиться.

С. БУНТМАН: Достаточно гибко.

А. ПЛЮЩЕВ: О другой теме последних дней. Нам докладывают о замедлении инфляции и, возможно, действительно, что-то дешевеет. Во всяком случае, правда, пока по чисто человеческим ощущениям, это не работает. Ну, может быть, какие-то цифры станут ощущаться через какое-то время. Уложится ли правительство в обозначенные рамки? Потому что с начала года казалось, что это невозможно.

И. ЯСИНА:, Видите, в последнее время была очень жесткая денежно-кредитная политика, в последние месяцы. И напуганные собственными действиями в конце прошлого года, когда они просто раздавали деньги без счета, наши власти зажали, наоборот, все крантики, и в последнее время, действительно, никакого… дышать, другое слово, было, наверное, невозможно на предприятиях. Но, тем не менее, не из чего было расти инфляции. Поэтому вот сейчас начинается ослабление этой денежной политики, и момент истины настанет где-то в середине лета, когда мы поймем: в результате вот этого нового вливания денег в экономику начнет расти инфляция, или все же начнет оживать производство. Поэтому, давайте, мы немножко с прогнозами подождем и дождемся, так скажем, конца июня – начала июля.

А. ПЛЮЩЕВ: Я вот как раз о прогнозах хотел поспрашивать . Потому что постоянно все говорили, сначала говорили: ну, февраль, все, конец. Потом март: нет, март это все, конец! А потом один известный экономический в прошлом журналист говорил: нет, все – апрель, апрель – это все! Я знаю точно. Вот апрель заканчивается – ничего! Люди уже расслабились, многие едут в отпуска, хотя раньше прижимали эти деньги, пошли обратно в банки… Так будет ли какая-то вообще проблема? Вы теперь говорите: середина лета.

И. ЯСИНА: Нет, я не говорю: проблемы середины лета. Я говорю – внимание! – что может начать снова расти инфляция. Либо начнет, наоборот, оживать производство. Я не говорю: что будет проблема, понимаете? Точка, когда мы сможем понять – вот это новое вливание денег в экономику, которое сейчас происходит, в апреле, оно позитивный даст результат? Или, как раньше, оно только вызовет всплеск инфляции? Вот это будет очень важный момент для анализа. Понимаете? Мы вообще живем при инфляции, которая запредельная. 14 процентов – это очень много! Во всем мире люди бы вышли на улицы – в Европе, в Америке и так дальше. У нас… ну, как-то мы привыкли к высоким цифрам. Знаете, я не жду никаких катаклизмов, я вам честно скажу. И все эти пугалки, которые эксперты очень любят распространять, на самом деле, знаете… Во-первых, мы не то переживали! Когда меня моя дочь спрашивает: мама, что такое плохо? – я говорю, что плохо, когда у тебя ребенок новорожденный, 89-й год на дворе, и нет молока.

А. ПЛЮЩЕВ: Спасибо Ирина, всего доброго. Ирина Ясина была у нас в эфире.

комментировать