Интервью

время выхода в эфир — время эфира анонсируется особо

Интервью с гостем радиостанции "Эхо Москвы"

Обычная версия

эфир

12.12.2005 15:08

Интервью : Открытие выставки "Мины против детства"

Гости:: Карел Де Рой глава представительства Детского центра ООН (Юнисеф) в России и Белоруссии

Марк Франко глава представительства Европейской Комиссии в России

Ведущие:: Лев Гулько ведущий эфира

Открытие выставки "Мины против детства"

12 декабря 2005 года.

В прямом эфире "Эхо Москвы" Марк Франко - глава представительства Еврокомиссии в России, Карел Де Рой - представитель Юнисеф в России и Белоруссии.

Эфир ведет Лев Гулько.

Л. ГУЛЬКО: 15.16, у нас в студии глава представительства Еврокомиссии в России Марк Франко, и представитель Юнисеф в России и Белоруссии Карел Де Рой. Добрый день, господа. Говорить мы будем о таком печальном явлении в нашей жизни – это мины. В частности, может быть, противопехотные мины. Поскольку должна открыться выставка "Мины против детства". Дети чаще всего попадают на эти мины. Между прочим, ни Россия, ни США, ни Китай – основные производители этих мин – не подписали конвенцию о запрещении использования противопехотных мин. В связи с этим у меня вопрос. Как можно бороться с этим явлением, помимо выставки? Какие должны быть действия, чтобы мир наконец избавился от этой страшной угрозы?

К. ДЕ РОЙ: В принципе, существует несколько способов, более конкретно – 5 способов действия, которые мы предпринимаем в борьбе с этим явлением. Первое – это просвещение по вопросам противоминной безопасности, которое мы предпринимаем в Чечне. Второй вид – это оказание помощи пострадавшим. Этот вид помощи мы осуществляем при активном сотрудничестве с бюро Европейской комиссии по гуманитарной помощи. Третье – это информационно-просветительская деятельность, то, что мы сейчас находимся с студии и разговариваем с вами, это и есть определенный вид информационно-просветительской деятельности, чтобы повысить уровень осведомленности людей об этой проблеме. И еще есть два действия, которые Юнисеф не предпринимает на территории Чечни – это разминирование территорий и накапливание действий, направленных на разминирование. Мы знаем, что МЧС предпринял действия, направленные на уничтожение неразорвавшихся боеприпасов в центре Грозного. Насколько мы знаем, МЧС провело разминирование территорий в Грозном размером 190 гектаров, и разминировало в общей сложности 40 т неразорвавшихся боеприпасов.

Л. ГУЛЬКО: Это был Карел Де Рой - представитель Юнисеф в России и Белоруссии. А теперь Марк Франко, ваша точка зрения.

М.ФРАНКО: Я полностью поддерживаю то, что сказал г-н Де Рой. Европейская комиссия оказывала содействие Юнисеф в кампании Эта кампания проводилась последние несколько лет. На эту разъяснительную, просветительскую работу выделялось 6 млн. руб. ежегодно. Хотя кампания по разъяснению минной угрозы является лишь первым шагом в нашей работе, данную проблему можно решить за счет наращивание усилия по разминированию. Мы призываем российское правительство наращивать свои усилия по разминированию и по уничтожению неразорвавшихся боеприпасов. Российское правительство может рассчитываться в случае необходимости на всестороннюю поддержку со стороны международного сообщества в решение этой очень серьезной гуманитарной проблемы.

Л. ГУЛЬКО: Можно разминировать, можно содействовать развитию разминирования, но производить-то их не перестанут ни Россия, ни США, ни Китай. Основная-то проблема в производстве. Чем больше разминируют, тем больше произведут и опять заложат? А конвенция так и останется неподписанной?

М.ФРАНКО: Мы исходим из того, что российское правительство будет вести себя разумно и ответственно в отношении этого вопроса. Был сделан первый шаг после ратификации конвенции по негуманным видам оружия. Российское правительство взяло обязательство не применять наносящие наибольший и чрезмерный ущерб виды мин. Сказал о важности кампании по мобилизации общественного мнения, благодаря которой мы рассчитываем убедить российское правительство подписать Оттавскую конвенцию по запрещению всех видов мин.

Л. ГУЛЬКО: Ну и, видимо, одной из сторон мобилизации общественного мнения и будет являться выставка, которая должна начаться, "Мины против детства"?

К. ДЕ РОЙ: Да, определенно, проведение выставки, действительно, является шагом в этом направлении. Проведение выставки было совместной акцией Юнисеф с Европейской комиссией. И местом для проведения выставки было выбрано – республиканский музей истории на Тверской. И я настойчиво рекомендую всем посетить эту выставку, потому что вы многое узнаете об этой проблеме. Я хотел бы подчеркнуть, что в прошлом Россия проявила определенные качества сильного политического лидера, подписав Киотский протокол. И Россия на сегодня является одной из трех стран-членов совета безопасности, которая не подписала Оттавскую конвенцию о полном запрете противопехотных мин, и, подписав эту конвенцию, Россия еще бы раз получила возможность проявить качества сильного политического мирового лидера.

Л. ГУЛЬКО: Виктор Степанович, один из наших слушателей задает вопрос на пейджер: "Имеет ли право государство милитаризировать сознание ребенка, вводить в школах уроки военной подготовки, создавая специальные военизированные лагеря отдыха?". Добавляя черты к вопросу Виктора Степановича, имеет ли право государство знакомить ребенка с войной в каких-то несколько романтических тонах?

К. ДЕ РОЙ: Если мы обратимся к конвенции о правах ребенка, в ней четко сказано о необходимости невмешательства ребенка в какие-либо военные конфликты, но это там, где конвенция останавливается и не идет дальше. Что касается о проведении или ведении в школах военного обучения, то это, скорее всего, должно оставаться за правительством той страны, которая это делает.

Л. ГУЛЬКО: То есть правительство само решает, готовить ребенка к этой войне или не готовить? Понравится ему воевать, в том числе и применять противопехотные мины или нет.

К. ДЕ РОЙ: Еще раз обратимся к конвенции. В конвенции говорится, что дети не должны непосредственно участвовать в военных вооруженных конфликтах, и в конвенции не говорится о запрете военного обучения в школе.

Л. ГУЛЬКО: Я вижу в вопросе Виктора Степановича некий подтекст о том, что государство готовит своих детей для военных действий. Понятно, что государство должны защищаться, и что у него должны быть вооруженные силы. Но вот должны ли дети?

К. ДЕ РОЙ: Это, скорее всего этическое обсуждение моральных вопросов.

Л. ГУЛЬКО: Все-таки, на какой позиции стоит, скажем, Юнисеф?

К. ДЕ РОЙ: Как я уже сказал, это, скорее всего, обсуждение моральной стороны вопроса. Еще раз подчеркиваю, что Юнисеф полностью поддерживает положение конвенции о правах ребенка. И конвенция не диктует напрямую правительству, что оно должно делать.

Л. ГУЛЬКО: Но рекомендует, насколько я понимаю? Да, рекомендую. У нас осталась минута до новостей. И я тоже спрашиваю Марко Франко.

М.ФРАНКО: В дополнение к тому, что сказал г-н Де Рой, действительно, это этический вопрос. Если государство использует военную подготовку для того, чтобы показать детям все негативные аспекты войны, если такие классы военной подготовки используются для разъяснения опасности, которые представляют противопехотные мины, то, конечно, такая военная подготовка будет иметь определенную пользу.

Л. ГУЛЬКО: Спасибо, мы уходим на новости. А после новостей у нас будет традиционный "Рикошет". Если гости согласны, я бы попросил их провести этот опрос общественного мнения вместе с нами. Поскольку опрос будет касаться как раз противопехотных мин.

НОВОСТИ

Л. ГУЛЬКО: 15.35 в Москве. Я попросил остаться наших гостей, чтобы они прокомментировали результаты нашего традиционного "Рикошета", нашего опроса радиослушателей. Вопрос сегодня такой, звучит так. Должна ли Россия уничтожить заграждение из противопехотных мин на границе с Китаем. Поскольку мы не ратифицировали, у нас стоят эти минные заграждения, правда, не только на границе с Китаем, но, тем не менее, граница протяженная. Должна ли Россия уничтожить заграждения из противопехотных мин на границе с Китаем? Как сообщил один из наших радиослушателей на пейджер, довольно эффективное, между прочим, оборонительное средство. Если вы считаете, что должна, 995 81 21, если вы считаете, что не должна – 995 81 22. Начинайте голосование. Я бы вернулся к проблеме этичности в данном вопросе. Вопрос несколько шире. Вы вообще считаете, что мораль и этика присутствуют в политике, может быть, исходить из этого: выгодно-не выгодно? Если это выгодное противопехотное средство, выгодное оборонительное средство, так чего же его не применять?

М.ФРАНКО: Если бы этика не присутствовала в политике, то что бы означала такая политика? Что касается эффективности противопехотных мин, я хотел бы отметить, что каждое государство имеет право на самооборону. Я бы поставил под вопрос, что в данном плане противопехотные мины являются эффективным оружием. За последние несколько лет 300 тыс. человек, включая многие тысячи детей, пострадали от противопехотных мин, стали жертвами или получили ранения. Только это одно уже является достаточным основанием для того, чтобы ликвидировать все противопехотные мины.

Л. ГУЛЬКО: Я могу на это ответить довольно цинично, что автомобиль тоже довольно серьезное средство разрушения, и огромное количество людей гибнет на дорогах, но это же не дает нам право отменить автомобиль.

М.ФРАНКО: Автомобиль не предназначен для того, чтобы убивать. А противопехотные мины предназначены для того, чтобы убивать или наносить увечья.

Л. ГУЛЬКО: Пожалуйста, г-н Карел Де Рой, ваша точка зрения.

К. ДЕ РОЙ: Если мы вернемся к сегодняшней ситуации в Чечне, то я хотел бы напомнить, что сейчас там предпринимаются усилия по экономическому восстановлению, и на сегодня расчистка 123 минных полей, которые существуют на территории Чечни, явились бы значительным шагом на пути достижения этой цели. Около 30% чеченской территории на сегодняшний день заминированы противопехотными минами, и очень трудно говорить о восстановлении сельского хозяйства в Чечне, если эти сельскохозяйственные угодья не будут расчищены. И как сказал г-н Франко, наличие противопехотных мин наносит огромный ущерб и вред не только детям, но и вредит тем усилиям, которые направлены на экономическое восстановление в этом регионе РФ. Но если мы поставим этот вопрос в более широкий контекст, можно сказать, что 75% стран всего мира уже ратифицировали Оттавскую конвенцию о полном запрещении противопехотных мин. То есть, можно говорить, что это является свидетельством того, что международное сообщество делает значительный шаг вперед в решении этого вопроса с этической стороны.

Л. ГУЛЬКО: Голосование идет. Но в общем, тенденция ясна, и поэтому я бы попросил после оглашения результатов небольших прокомментировать вас эту тенденцию. Да, то есть Россия должна уничтожить заграждения из противопехотных мин на границе с Китаем – отвечает 15%, а позвонило нам уже около 1.5 тыс. человек. Нет – 85% наших радиослушателей. Довольно такая ситуация, которая показывает, чего хочет народ. Пожалуйста, ваши комментарии.

М.ФРАНКО: Очень печально, что среди российского населения осознания смертельной опасности и угрозы противопехотных мин не так широко распространено. Я понимаю, что любая страна имеет право на самооборону. При том, что значительное число стран в мире уже запретили противопехотные и наземные мины в целом. Это означает, что с точки зрения этих стран наземные и противопехотные мины не являются основным элементом обеспечения безопасности и обороны страны. Если это сформулировать иначе, гуманитарные последствия применения мин в отношении гражданского населения не оправдывает их использования в рамках национальной обороны.

Л. ГУЛЬКО: Спасибо огромное. К сожалению, время наше подходит к концу. Я думаю, что г-н Карел Де Рой абсолютно согласен с г-н Франко.

К. ДЕ РОЙ: Я согласен на 100% с тем, что сказал мой уважаемый коллега.

Л. ГУЛЬКО: Спасибо. Позвонило нам всего 1504 человека. "Да" – ответили 15%, на вопрос, должна ли Россия уничтожить заграждения из противопехотных мин на границе с Китаем, "нет" – 85%.