- блог
-
Все блоги
Версия для печати
Как меня поймали латышские сыщики
— Здравствуйте, это нижегородская прокуратура.
— Давно я вас не слышал, — отвечаю, — что там на этот раз?
— Не можете к нам подойти сегодня?
— Нет. И даже завтра не могу.
— А что так?
— А что мне к вам ходить? Повестку присылайте.
— По какому адресу?
— По домашнему. И трубку положил. Разговаривала со мной женщина, бесстрастным голосом.
На следующий день снова позвонила.
— Не надумали к нам приехать?
— Шутите, что ли? — спрашиваю. — Никакого желания нет.
— Понимаете, к нам пришел запрос из Латвии по вашему поводу, и нам надо срочно ответить.
— Надо — так отвечайте, — говорю.
— Может, мы сами к вам приедем? — спрашивают у меня.
Тут я сдался. Я вообще очень добрый.
— Валяйте, — говорю.
— Только нам компьютер нужен, чтобы протокол заполнить.
— Я уступлю вам свое рабочее место на полчаса.
Забились, и в указанный срок ко мне в офис прибыла очаровательная блондинка: молодая, в голубых джинсах, на шпильках — ну вы поняли, в американских фильмах такие обычно играют экспертов по ядерной физике (строгое лицо, папка под мышкой, офицеры спецназа смотрят эксперту вслед, печально взирая на сами знаете что).
Оригинал
Захар Прилепин
код для блога
shatun
Оставить комментарий
Чтобы оставить комментарий, зарегистрируйтесь и войдите через свою учетную запись.
Станьте
членом клуба и получите дополнительные преимущества на сайте
членом клуба и получите дополнительные преимущества на сайте
- Дежурный по сайту
-
Эфирный телефон: (495) 363-36-59
sms в эфир: +7 (985) 970 45 45
tweet в эфир: @vyzvon
Поддержка - problem@echo.msk.ru
- PublicPost
-
Почему в России боятся педофилов
Как устроена и кому выгодна инициированная президентом Медведевым и поддержанная населением кампания борьбы с педофилией? Анализ Николая Клименюка открывает редакторский проект Максима Ковальского.
- vkontakte
Виктор Шендерович, писатель:
Здорово было б если такие вот "сыщиков",да в ОМОН!:)))
Все бы на митинги только и ходили!:)Мечты-мечты!А то все приходится получать пи...ы от злых,тупых дядек:(
из дневника наркомаНА Захарки...
новый поток блевотного сознания лысого урода - наслаждайтесь господа!Как меня поймали латышские сыщики
Кстати, а почему "латышские", а не "латвийские"?Типа, Латвия - это национальное государство латышей?
опс
ого ..у товарища захара ролевые игры...очень натурально...особенно прилюдия раз позвонила два позвонила ...голос заметьте блеклый какойта...а потом сама пришла ( намекала что будет не одна..)...строго ...по делу ..на шпильках ....блондинка...дело сделала и ...а захар ей вслед..да спецназ елы палы это не девки по вызову..Ну и? Где действие?
действие там где...
действие там где слова " ...ядерной физике" плавно перваливают в открытую скобку..А при чем тут латышские сыщики?
karl_kaytski
Уважаемый karl_kaytski!Вы спрашиваете, - А при чем тут латышские сыщики? Очень хороший вопрос!
Захар же писатель, значит продолжение следует, а то пост какой-то незаконченный и напоминает присловье про дядьку и бузину.
Анатолий
Благодарю.
Окончание прочел по ниже имевшейся ссылке на сайте Медведь.Могу сказать лишь, что похоже это обычная практика Европы и США. Книги мемуаров для них являются источниками доказательств.(Шутка)
Но уж основанием для проведения расследования точно являются.Если не путаю такими приемами пользовалась госпожа Дель Понте. Ну а мемуары или вымысел автора, кто же это знает.
Пока наших писателей детективщиков и триллеронаписателей, пытаются вывести на чистую воду в гражданском суде, но не за горами и уголовные процессы.
Касательно внешнего вида и методов допроса ничего нового, все описано у Солженицина и применяется во всех странах мира, за исключением запрещенных национальным законодательством( пытки, грубое обращение).
Как меня поймали...
Вы там совсем не одичайте. Телефон блондинки хотя бы записали?http://medved-magazine.ru/?mode=article_view&sid=54&id=273
В чем фишка ?
И сыщики, тем более латышские, причем ?И сыщики, тем более латышские, причем ?
Ну как же, ведь тот же Линдерман - соратник Лимонова и автора, выданный Россией Латвии и оправданный латвийским судом.Лимоновцы в Латвии немало хлопот блюстителям порядка доставляют.А Прилепин их подвиги описывает.Так что связь самая прямая.Захар! Где такую приличную траву взяли?
Ваши ощущения прямо натуральны. Наяву звонки,блондинки , а дальше что? Провал в бездну?Вербовали.
Двойным агентом больше.
И с блондинками , брюнетками, шатенками, неграми на чердаке многоэтажных контор в предутренние часы знал как проводить время))
Ведь что огорчительно.Таланта и темпераманта Захар не меньше лимоновского, пожалуй, а пишет ерунду).
Время ли изменилось, или от окружения все зависит?!
С окружением и эпохой дедушке русского национал-большевизма. конечно, повезло .
Ничего не попишешь, времена не выбирают, надо стараться, пыхтеть, а иначе есть шанс остаться в истории литературы " обезьяной Лимонова". Что само по себе почетно, но Захар тянет на большее)
Захар, в чем состоит запрос?
Если это считается преступлением по их шпротовскому законодательству, то, Вас, конечно, не выдадут(Конституция-с), но, могут потребовать наказания от отечественных сил.nota bene.!(я выполнил свой долг) :)Поздравим Прилепина!
С его очередным выдающимся личным достижением, заслуженным попаданием на сатирическую ветку, своеобразную «Доску почета», см. подробнее:http://grani.ru/blogs/govnomer/
А кому лень:
Захар Прилепин, писатель
Я вот сделал сборник интервью, он раскупился за две недели. Выпустил сборник эссе - тут же получил 600 писем с откликами. Поэтому мне за свои книжки не стыдно. Люди свои судьбы рассказывают. Бабушки называют внуков моим именем. Офицеры пишут. Из провинции. Крестьянин какой-то нашел интернет в соседнем городке, написал письмо... (Смеется.) Я мог бы еще два тома переписки издать. Не проблема.
Навеянное
Хлестаков. Да, и в журналы помещаю. Моих, впрочем, много есть
сочинений: "Женитьба Фигаро", "Роберт-Дьявол", "Норма". Уж и названий даже не помню. И все случаем: я не хотел писать, но театральная дирекция говорит: "Пожалуйста, братец, напиши что-нибудь". Думаю себе: "Пожалуй, изволь, братец!" И тут же в один вечер, кажется, все написал, всех изумил. У меня легкость необыкновенная в мыслях. Все это, что было под именем барона Брамбеуса, "Фрегат Надежды" и "Московский телеграф"... все это я написал... Как же, я им всем поправляю статьи. Мне Смирдин дает за это сорок тысяч.
И что было дальше?
Как-то Вы оборвали на самом интересном...Пиши и дальше типа шедевры.
Похожие (вот примерно такие): проснулся я тута намедни, поковырял в носу, думаю - дай-ка размещу информацию на "Эхе" - пусть пообсуждают.
И выдумывать не надо. Да и писателем быть не обязательно.
— Может, мы сами к вам приедем? — спрашивают у меня. Тут я сдался...
Лучше бы повесился...Басилашвили извининия так и не принёс?
сайт http://putinaostavit.ru/
атакован
А дальше-то что было?
Заинтриговали и все, на полпути остановился рассказ...∗∗∗
— Здравствуйте, это нижегородская прокуратура.
— Давно я вас не слышал, — отвечаю, — что там на этот раз?
— Не можете к нам подойти сегодня?
— Нет. И даже завтра не могу.
— А что так?
— А что мне к вам ходить? Повестку присылайте.
— По какому адресу?
— По домашнему. И трубку положил. Разговаривала со мной женщина, бесстрастным голосом.
∗∗∗
На следующий день снова позвонила.
— Не надумали к нам приехать?
— Шутите, что ли? — спрашиваю. — Никакого желания нет.
— Понимаете, к нам пришел запрос из Латвии по вашему поводу, и нам надо срочно ответить.
— Надо — так отвечайте, — говорю.
— Может, мы сами к вам приедем? — спрашивают у меня.
Тут я сдался. Я вообще очень добрый.
— Валяйте, — говорю.
— Только нам компьютер нужен, чтобы протокол заполнить.
— Я уступлю вам свое рабочее место на полчаса.
Забились, и в указанный срок ко мне в офис прибыла очаровательная блондинка: молодая, в голубых джинсах, на шпильках — ну вы поняли, в американских фильмах такие обычно играют экспертов по ядерной физике (строгое лицо, папка под мышкой, офицеры спецназа смотрят эксперту вслед, печально взирая на сами знаете что).
— Паспорт есть у вас? — спрашивает мой эксперт. (Так и буду ее называть впредь, «работник прокуратуры» как-то не вяжется с таким существом.)
Паспорт мой лежал на столе, эксперт раскрыла видавший виды документ и сказала:
— Вы и фамилию уже успели сменить...
∗∗∗
Здесь надо пояснить, что фамилия моя Прилепин. По паспорту, по рождению и по отцу моему, Николаю Семеновичу Прилепину.
Когда-то, в бытность работы журналистом, я публиковался под разными псевдонимами, у меня их штук тринадцать было, самый известный — Евгений Лавлинский.
Потом, когда я начал писать книги (я пишу книги про войну, про революцию и про любовь), все свои псевдонимы я напрочь позабыл и вернулся к родной фамилии. Тем не менее призрак Лавлинского иногда нагоняет меня по сей день.
То борцы за расовую чистоту на своих обильно украшенных свастиками и солнцеворотами форумах выводят меня на чистую воду, при том что Лавлинский — фамилия казачья и целые станицы Лавлинских живут в верховьях Дона. То в какой-то маргинальной энциклопедии напишут, что Лавлинский — моя настоящая фамилия...
Но вот чтобы прокуратура ошибалась, с которой мне приходилось, будь она неладна, контактировать уже не раз, — нет, такого я и помыслить не мог.
∗∗∗
— В каком смысле «сменил»? — спросил я эксперта, криво улыбаясь.
— Вы же Лавлинский.
— С чего вы взяли?
— Пришел запрос из Латвии: опросить Евгения Николаевича Лавлинского, автора романа «Санькя»...
— Это мой старый журналистский псевдоним, — объяснил я, — моя фамилия Прилепин.
— Вы знаете, — вдруг разоткровенничалась моя гостья, — а мы нашли Евгения Николаевича Лавлинского, он тоже в Нижнем Новгороде живет, как и вы. Вызвали его на допрос в прокуратуру... Он быстро понял, в чем дело, и пояснил нам, что он не писатель, но есть писатель, которого тоже считают Лавлинским...
«Зря вы его в камеру не посадили до выяснения обстоятельств, — мстительно подумал я. — Можно было бы его под пытками заставить признаться, что он раньше был Захар Прилепин, но сменил имя и фамилию на Евгений Лавлинский», — мысленно довел я ситуацию до полного абсурда.
Хотя и происходящее в реальности тоже несколько отдавало бредом.
— И в итоге вы все-таки меня нашли, — порадовался я за родную прокуратуру.
Эксперт улыбнулась отличной улыбкой эксперта по ядерной физике.
— Ну и чего от меня желает полиция суверенной Латвии? — спросил я.
— Они расследуют убийство судьи Луакрозе и в рамках расследования считают необходимым допросить вас.
∗∗∗
Так случилось, что в 2005 году я сочинил роман «Санькя» — о русских экстремистах и радикалах, несколько смахивающих на моих товарищей из ныне запрещенной Национал-большевистской партии.
Весь роман мои герои дебоширят и хулиганят, бьют витрины в «Макдоналдсах», дерутся с милицией, пытаются захватить здание администрации и, в числе прочего, иногда выезжают в ближнее зарубежье, чтобы похулиганить и там. В Риге, например, мои герои врываются в башню св. Петра и, выступая против преследования советских ветеранов в Латвии, баррикадируются там, разбрасывают листовки, громко кричат о наболевшем.
Экстремистов, конечно, задерживают, и судья Луакразе (он же Луаркезе, он же Лукрезее — главный герой романа «Санькя», Тишин, никак не может запомнить его фамилию) присуждает каждому из задержанных по пятнадцать лет лишения свободы. Самого Саньки среди повязанных нет, и он решает отомстить за товарищей.
Находит пистолет и патроны. Договорившись с проводницей, перевозит оружие через границу на поезде «Москва—Рига» в межпотолочном пространстве тамбура. Тем же рейсом приезжает в Ригу сам, выслеживает судью и предпринимает попытку замочить злодея.
Надо сказать, что и в действительности имели место события, отчасти схожие с описанными в романе.
И башню св. Петра национал-большевики захватывали. И сроки изначально им впаяли огромные — потом, правда, одумались и чудовищную цифру в пятнадцать лет поменяли на пять. Но судью ко времени пересмотра дела действительно застрелили. Было то в 2001 году.
Убийство пытались расследовать, в качестве одной из версий фигурировала месть русских экстремистов — но ничего накопать по этому делу не удалось. Так и остался судья Луакрозе, посередь бела дня застреленный в Риге из ППШ, неотомщенным.
∗∗∗
Разглядывая эксперта, расположившуюся за моим компьютером, я так и представлял себе рижских оперативников, на которых уже восемь лет давит «висяк» — нераскрытое убийство судьи.
И тут вдруг вбегает один из отдела и почти кричит (очень сложно кричать медленно):
— Я нап-пал на след-д! Все сходиц-ца-а!
И всем показывает мою книгу — роман «Санькя».
— Во-от ту-ут! Все описан-но, как был-ло-о!
Книга моя, между прочим, вышла в 2006 году. В том же году ее начали продавать в Риге, я в курсе. Но, видимо, латышские оперативники не так часто посещают книжные магазины, как могли бы.
Короче, на пятый год существования романа, переведенного на половину европейских языков, он наконец лег на стол начальника следственного отдела. Вещдок, мать моя женщина. Осталось автору оформить явку с повинной.
∗∗∗
— У вас есть знакомые проводницы на поезде «Москва—Рига»? — спросила меня моя гостья, сдувая челку с глаз. Тонкие ее пальцы раскрылились над клавиатурой и приготовились осыпаться на буквы, фиксируя мое запоздалое признание.
— Нет, ни одной проводницы я не знаю.
Пальцы осыпались.
— Вы когда-нибудь встречали судью Луакрозе?
— Нет, ни разу.
Пальцы осыпались еще раз.
— Вы были в Риге?
— Был. К сожалению, уже после убийства судьи Луакрозе. В позапрошлом году. Но к тому моменту латвийская полиция еще, видимо, не успела прочесть роман «Санькя». Он к тому моменту всего два года как был издан, — и я скривил улыбку, не поддержанную, впрочем, экспертом.
— У вас есть знакомые в Риге?
— Да.
— Кто?
— Президент Латвии Валдис Затлерс, — ответил я.
Эксперт подняла на меня веселые глаза, но в этот раз уже я был серьезен.
«Сколько ей лет, интересно?» — подумал я.
— В каком смысле? — спросила моя гостья.
Я не сразу понял, что она спросила о президенте.
— В прямом. Я участвовал в Рижской книжной ярмарке, и меня познакомили с президентом Латвии. Могу я теперь считать Валдиса своим знакомым? Пусть латышская полиция его тоже допросит.
∗∗∗
Мы разговаривали еще час, и я, разглядывая то танцующие на клавишах, то застывающие пальцы (три кольца: два на правой, одно на левой, обручального нет, но во время допроса звонил какой-то мужик, сообщивший, что он в гараже; вот и сиди в своем гараже, нечего названивать)... Разглядывал, говорю, пальцы и вяло думал о том, что...
...о том, что мы преувеличиваем свою значимость; например, я преувеличиваю. В газетах пишут, что я «медийная персона», злопыхатели сетуют, что «включишь утюг — и там Прилепин», книги мои продаются в нескольких десятках стран, а нижегородская прокуратура, получившая запрос на автора романа «Санькя», ищет Евгения Николаевича Лавлинского, и даже находит его! А я был уверен, что в моем городе меня знает каждая собака. Интересно, а заказчика убийства судьи Луакрозе, Эдуарда Вениаминовича Савенко, латышские ищейки не пробовали поискать в Харькове? Надо бы найти и тайно вывезти его в Латвию. И пусть он всю дорогу кричит, что он не Лимонов, а обычный пенсионер. «Ничего не знаем, — ответят ему, — написано: Савенко Э. В. — значит, в тюрьму...»
...еще я думал о том, что и осведомленность органов мы тоже несколько преувеличиваем. Если сыскари одной страны и прокуратура другой занимаются полной чепухой, разыскивая преступников по изданной почти пять лет назад книге, но не в состоянии даже установить имя автора этой книги — это тоже о чем-то говорит...
...еще я пытался угадать, через сколько секунд она сдует прядь с лица. Считал до тринадцати, но каждый раз проигрывал.
∗∗∗
Потом эксперт попросила распечатать протокол допроса. Я вышел в соседнюю комнату, где деловито загудел принтер, и кивнул сидевшему за компьютером небритому и веселому молодому человеку, на счету которого три уголовных дела и триста тридцать три административных — и все по экстремистским статьям.
— А зачем ты, братка, убил судью Луакрозе? — спросил я.
— Кто тебе сказал? — ответил он, подняв веселые глаза.
— Вон прокуратура пришла, спрашивает, зачем.
Братка толкнул носком дверь в мой кабинет, посмотрел на эксперта и снова закрыл дверь.
— Скажи ей, что ты не знаешь зачем, — заговорщически прошептал он.
— Хорошо, — в тон ему шепотом ответил я и, улыбаясь, вошел в комнату к эксперту, помахивая в воздухе еще теплыми от принтера листами.