Принуждение к консолидации

 

Сегодня решительно все за честные выборы.В.Путин приказал установить веб-камеры. Представители «Единой России», забыв собственные заблуждения периода думских выборов, говорят, что кому-кому, а их национальному лидеру подтасовки не нужны. Губернаторам они вроде тоже не нужны, тем более ясно, что снять с должности их могут как за использование административного ресурса, так и за невысокий процент в пользу известного кандидата по региону. За честные выборы выступают и устроители пропутинского, или, как они сами его характеризуют, «антиоранжевого», митинга на Поклонной горе. Как только стало известно, что бюджетников толпами загоняют митинговать за Путина, Кургинян, Шевченко, Общественная палата – все заявили, что это недопустимо, раздали номера своих «горячих» телефонов для экстренной связи с принуждаемыми и ждут теперь от них звонков.  

Но вот телефоны обнародованы, а ощущение такое, что никто по ним не звонит. Или звонят мало. То, что народ не мытьем так катаньем склоняют идти на Поклонную – секрет Полишинеля. Ладно там Сбербанк, школы, институты, Мослифт и прочие организации. Депутатов от «Единой России» гонят – под расписку, вместе с помощниками и референтами. То есть при том, что в стране реально много людей, которые считают В.В. Путина своим политиком без всяких подсказок власти, сама власть не имеет ни малейшего понятия, как мобилизовать именно этих людей. И потому идет по самому простому пути – кнута и пряника.  

Так вот, о звонках. Я, признаться, за эти несколько дней так и не услышала от господ Шевченко, Кургинян и прочих, дозвонился ли кто-то до них. В ОП, которая принимает звонки из школ, позвонили 140 человек. При этом 99% побоялись назвать свое имя. Вдумайтесь: почти 100% звонящих, – а это не только учителя, но и родители или родственники учащихся – побоялись назвать свое имя. Но так или иначе, количество звонков явно не отражает масштаб, так сказать, принуждения. Говорю это потому, что слышу, сколько людей звонят на московские радиостанции. И жалуются, жалуются, жалуются… А ведущие их спрашивают: что же вы в Общественную Палату не звоните? Не говоря уже о господах Шевченко и Кургиняне? А звонящие отвечают: а разве от них что-то зависит?  

И вот оно, ключевое. Общественная Палата – отличный институт, где много толковых людей толково обсуждают важные вещи. Но она еще ни на что серьезным образом не повлияла, ее мнение не стало решающим при решении любого из обсуждаемых вопросов. И я с трудом представляю, какие действия должны лично предпринять названные организаторы митинга на Поклонной после того, как до них дозвонятся. Обнародовать фамилии директоров школ, чиновников управ, глав корпораций и т.п., которые за подкуп или под угрозой увольнения заставляют своих сотрудников принимать участие в массовке? Полноте, не станут они этого делать. Потому что, при всем моем уважении, указанные господа – не указ префектам, гендиректорам и просто директорам. Ни от них те получают разнарядки. Не от них эти бойцы административной «вертикали» станут выслушивать упреки с «перегибами на местах».  

Так что номера телефонов давать нужно было другие. Например, прокуратуры. Возможно, и помогло бы. Если, конечно, прокурорские работники сами не задействованы в какой-нибудь разнарядке.